|
30 июля 2019 г.
|
Дело N А78-3314/2019
|
Четвертый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Е.В. Желтоухова, рассмотрел без вызова сторон апелляционную жалобу Центрального банка Российской Федерации в лице Отделения по Забайкальскому краю Сибирского главного управления Центрального банка Российской Федерации на решение Арбитражного суда Забайкальского края от 21 мая 2019 года по делу N А78-3314/2019, рассмотренному в порядке упрощенного производства по заявлению Центрального банка Российской Федерации (ОГРН 10377000130201037700013020, ИНН 7702235133) в лице Сибирского главного управления Центрального банка Российской Федерации к Акционерному обществу "Страховое общество газовой промышленности" (ОГРН 1027739820921, ИНН 7736035485) о привлечении к административной ответственности, предусмотренной частью 3 статьи 14.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях,
суд первой инстанции, судья Горкин Д.С.
установил:
Заявитель, Центральный банк Российской Федерации в лице Отделения по Забайкальскому краю Сибирского главного управления Центрального банка Российской Федерации обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении Акционерного общества "Страховое общество газовой промышленности" к административной ответственности, предусмотренной частью 3 статьи 14.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях на основании протокола об административном правонарушении N ТУ-76-ЮЛ-19-4425/1020-1 от 12 марта 2019 года.
Решением суда первой инстанции от 21 мая 2019 года заявителю отказано в удовлетворении требований.
Принимая указанное решение, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии в действиях общества события административного правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 14.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях и об истечении срока привлечения общества к административной ответственности, установленного ст. 4.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.
Банк России, не согласившись с выводами суда первой инстанции, заявил апелляционную жалобу, в которой просит решение отменить, требования удовлетворить.
Из апелляционной жалобы следует, что суд первой инстанции сделал ошибочные выводы относительно срока давности привлечения общества к административной ответственности, поскольку такой срок составляет, не три месяца, а один год.
Согласно части 1 статьи 2721 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционные жалобы на решения арбитражного суда по делам, рассмотренным в порядке упрощенного производства, рассматриваются в суде апелляционной инстанции судьей единолично без вызова сторон по имеющимся в деле доказательствам.
В соответствии с положениями пункта 47 Постановления Пленума Верховного суда российской Федерации от 18.04.2017 года N 10 "О некоторых вопросах применения судами положений Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и Арбитражного процессуального кодекса российской Федерации об упрощенном производстве" апелляционная жалоба, представление рассматривается судьей единолично без проведения судебного заседания, без извещения лиц, участвующих в деле, о времени и месте проведения судебного заседания, без осуществления протоколирования в письменной форме или с использованием средств аудиозаписи.
Дело рассматривается в порядке, предусмотренном главами 29, 34 АПК РФ, без вызова сторон.
Как следует из материалов дела, административный орган обратился в суд с заявлением о привлечении общества к административной ответственности по ч. 3 ст. 14.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.
Диспозиция данной статьи предусматривает ответственность за осуществление предпринимательской деятельности с нарушением требований и условий, предусмотренных специальным разрешением (лицензией).
Субъектом ответственности по данной статье выступают лица, осуществляющие вид деятельности на основании специального разрешения (лицензии).
Объектом посягательства данного правонарушения являются правоотношения в области лицензирования отдельных видов предпринимательской деятельности.
Объективная сторона данного правонарушения состоит в осуществлении предпринимательской деятельности с нарушением требований и условий, предусмотренных специальным разрешением (лицензией).
Таким образом, названная норма направлена исключительно на обеспечение требований и условий, предусмотренных специальным разрешением (лицензией), не зависимо от специфики тех или иных правоотношений.
Как следует из материалов дела, общество имеет лицензию от 05.08.2015 года N ОС N 1208-03 на осуществление обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, т.е. осуществляет лицензируемый вид деятельности в области страхового дела.
Пунктом 21 статьи 12 Федерального закона от 25.04.2002 N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" установлено, что в течение 20 календарных дней, за исключением нерабочих праздничных дней, а в случае, предусмотренном пунктом 15.3 настоящей статьи, 30 календарных дней, за исключением нерабочих праздничных дней, со дня принятия к рассмотрению заявления потерпевшего о страховом возмещении или прямом возмещении убытков и приложенных к нему документов, предусмотренных правилами обязательного страхования, страховщик обязан произвести страховую выплату потерпевшему или после осмотра и (или) независимой технической экспертизы поврежденного транспортного средства выдать потерпевшему направление на ремонт транспортного средства с указанием станции технического обслуживания, на которой будет отремонтировано его транспортное средство и которой страховщик оплатит восстановительный ремонт поврежденного транспортного средства, и срока ремонта либо направить потерпевшему мотивированный отказ в страховом возмещении.
В соответствии с пунктом 4.22 Правил обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, утвержденных Положением Банка России от 19.09.2014 N 431-П Страховщик рассматривает заявление потерпевшего о страховом возмещении или прямом возмещении убытков и предусмотренные пунктами 3.10, 4.1, 4.2, 4.4 - 4.7 и 4.13 настоящих Правил документы в течение 20 календарных дней, за исключением нерабочих праздничных дней, а в случае, предусмотренном пунктом 4.17.2 настоящих Правил, 30 календарных дней, за исключением нерабочих праздничных дней, с даты их получения. В течение указанного срока страховщик обязан составить документ, подтверждающий решение страховщика об осуществлении страхового возмещения или прямого возмещения убытков, фиксирующий причины и обстоятельства дорожно-транспортного происшествия, являющегося страховым случаем, его последствия, характер и размер понесенного ущерба, размер подлежащей выплате страховой суммы (далее - акт о страховом случае), и произвести страховую выплату, а в случае возмещения вреда в натуре, выдать потерпевшему направление на ремонт (в последнем случае акт о страховом случае не составляется страховщиком) либо направить в письменном виде извещение об отказе в страховой выплате или отказе в выдаче направления на ремонт с указанием причин отказа.
Как следует из материалов дела, 21.11.2018 в Читинский филиал Страховщика поступило заявление Макалова А.Н. о прямом возмещении убытков по договору ОСАГО.
Следовательно, страховщику надлежало произвести страховую выплату по заявлению Макалова А.Н. о прямом возмещении убытков по ОСАГО, в срок до 11.12.2018 включительно, между тем, сумма страхового возмещения перечислена Страховщиком только 27.12.2018, т.е. с нарушением установленного порядка.
Таким образом, как правильно установлено судом первой инстанции, Общество нарушило срок рассмотрения заявления о страховой выплате, установленный пунктом 21 статьи 12 Федерального закона от 25.04.2002 N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", пунктом 4.22 Правил обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, утвержденных положением Банка России от 19.09.2014 N 431-П, что образует состав административного правонарушения, предусмотренного ч. 3 ст. 14.1 КоАП РФ.
В силу подпункту 1 пункта 5 статьи 30 Закона Российской Федерации от 27.11.1992 N 4015-1 "Об организации страхового дела в Российской Федерации" субъекты страхового дела обязаны соблюдать требования страхового законодательства, являющейся лицензируемым видом деятельности.
Суд апелляционной инстанции исходит из того, что, поскольку в действующем законодательстве не имеется отдельного нормативного акта, содержащего специальные лицензионные требования (условия) при осуществлении страховой деятельности, такие условия установлены Законом Российской Федерации от 27.11.1992 N 4015-1 "Об организации страхового дела в Российской Федерации", п. 5 ст. 30 которого обязывает субъектов страхового дела соблюдать требования страхового законодательства.
В соответствии с ч. 1 ст. 32 названного Закона право на осуществление деятельности в сфере страхового дела предоставляется только субъекту страхового дела, получившему лицензию.
Таким образом, субъекты страхового дела, получившие соответствующую лицензию, обязаны соблюдать требования страхового законодательства, в том числе Федерального закона от 25.04.2002 N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", Положение о правилах обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств (утв. Банком России 19.09.2014 N 431-П).
Оценив указанное, суд апелляционной инстанции полагает, что указанное свидетельствует о наличии в действиях общества события правонарушения, ответственность за которое предусмотрена ч. 3 ст. 14.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.
Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2005 N 5 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях" разъяснено, что согласно пункту 6 части 1 статьи 24.5 КоАП РФ производство по делу об административном правонарушении не может быть начато, а начатое подлежит прекращению в случае истечения установленных статьей 4.5 КоАП РФ сроков давности привлечения к административной ответственности. В постановлении о прекращении производства по делу по названному основанию, исходя из положения, закрепленного в пункте 4 части 1 статьи 29.10 КоАП РФ, должны быть указаны все установленные по делу обстоятельства, а не только связанные с истечением срока давности привлечения к административной ответственности.
Установив при рассмотрении жалобы такого лица обоснованность выводов юрисдикционного органа, а также правильность исчисления срока давности привлечения к административной ответственности в зависимости от категории дела, судья отказывает в ее удовлетворении и оставляет постановление без изменения. При этом необходимо учитывать, что в названном постановлении о прекращении производства по делу не могут содержаться выводы юрисдикционного органа о виновности лица, в отношении которого был составлен протокол об административном правонарушении. При наличии таких выводов в обжалуемом постановлении судья, с учетом положений статьи 1.5 КоАП РФ о презумпции невиновности, обязан вынести решение об изменении постановления, исключив из него указание на вину этого лица (пункт 2 части 1 статьи 30.7 КоАП РФ).
Если при рассмотрении жалобы будет установлено, что в действиях лица, в отношении которого составлен протокол об административном правонарушении, не содержится состава административного правонарушения либо отсутствовало само событие административного правонарушения, то такое постановление подлежит отмене с вынесением решения о прекращении производства по делу в соответствии с пунктом 1 либо пунктом 2 статьи 24.5 КоАП РФ (п.13.1).
Задачами производства по делам об административных правонарушениях являются, в частности, всестороннее, полное и объективное выяснение обстоятельств каждого дела, разрешение его в соответствии с законом (статья 24.1 КоАП Российской Федерации).
В свою очередь, в силу пункта 2 части 1 статьи 24.5 КоАП Российской Федерации производство по делу об административном правонарушении не может быть начато, а начатое производство подлежит прекращению при отсутствии состава административного правонарушения, либо истечения сроков давности привлечения к административной ответственности.
На основании статьи 26.1 КоАП Российской Федерации по делу об административном правонарушении выяснению подлежат, в том числе, виновность лица в совершении административного правонарушения, а также обстоятельства, исключающие производство по делу об административном правонарушении, к которым относится, истечение сроков давности привлечения к административной ответственности.
Пунктом 1 части 1.1 статьи 29.9 КоАП Российской Федерации предусмотрено, что постановление о прекращении производства по делу об административном правонарушении выносится в случае наличия хотя бы одного из обстоятельств, предусмотренных статьей 24.5 этого Кодекса.
Согласно ст. 4.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, постановление по делу об административном правонарушении не может быть вынесено по истечении двух месяцев (по делу об административном правонарушении, рассматриваемому судьей по истечение трех месяцев).
При этом ст. 4.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях не устанавливает для нарушений законодательства о лицензировании, специального срока давности привлечения к административной ответственности.
Рассматриваемое правонарушение не является длящимся и считается оконченным 12.12.2018 - на следующий день, за последним днем срока когда, обществом должно было быть исполнено обязательство. Именно с указанной даты исчисляется срок давности привлечения к административной ответственности.
Доводы апелляционной жалобы о том, что обществом нарушено законодательство о страховании, срок давности привлечения к административной ответственности за нарушение которого установлен в один год, суд апелляционной инстанции отклоняет.
Как было указано, ранее объектом посягательства, данного правонарушения являются правоотношения в области лицензирования отдельных видов предпринимательской деятельности.
Дополнительным (факультативным) объектом административного правонарушения в виде индивидуальных прав лиц, являющихся пользователями таких услуг, является как нарушение правил страхования, так и прав потребителей.
Между тем, ч. 3 ст. 14.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях направлена исключительно на обеспечение правоотношений в области лицензирования и не затрагивает конкретные, факультативные виды правоотношений.
Данное правило носит универсальный характер и распространится на все виды лицензируемых видов деятельности.
Как указано в Постановлении Конституционного Суда РФ от 15.01.2019 N 3-П, закрепление специальных (особых) сроков давности привлечения к административной ответственности, производных от нарушения законодательства Российской Федерации того или иного вида, также не приводит к отступлению от вытекающего из конституционных принципов правового государства, верховенства закона и равенства всех перед законом и судом требования определенности правового регулирования и как таковое не влечет за собой - при условии правильного установления в производстве по делу об административном правонарушении объекта противоправного посягательства, находящегося под защитой административно-деликтной нормы, - риска их произвольного истолкования и применения.
При определении объекта данного административного правонарушения необходимо учитывать, что предусматривающая ответственность за его совершение норма включена в главу 14 "Административные правонарушения в области предпринимательской деятельности и деятельности саморегулируемых организаций" КоАП Российской Федерации, положениями которой охватываются нарушения различных видов законодательства Российской Федерации (лицензионного, антимонопольного, о защите прав потребителей, об экспортном контроле, организованных торгах, о рекламе, лотереях, банкротстве и т.д.), а следовательно, такое определение невозможно без выявления непосредственного объекта совершенного административно-противоправного деяния (действия, бездействия), т.е. без уяснения того, какие общественные отношения находятся под административно-правовой охраной части 3 статьи 14.1 КоАП Российской Федерации.
Как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, устанавливая административную ответственность, федеральный законодатель в пределах доступной ему дискреции может по-разному, в зависимости от существа охраняемых общественных отношений, конструировать составы административных правонарушений и их отдельные элементы, в частности определять такой элемент состава административного правонарушения, как объективная сторона, исходя из положений федерального закона, регламентирующего отношения, которым противоправным деянием причиняется вред или создается угроза причинения вреда; принимая во внимание существенное влияние, которое могут оказывать на оценку общественной опасности административных правонарушений наступившие в результате их совершения негативные последствия, он вправе на основе разграничения формальных и материальных составов административных правонарушений дифференцировать описание признаков их объективной стороны в контексте причинения вреда - имущественного, организационного или иного - охраняемому объекту (постановления от 18 мая 2012 года N 12-П, от 14 февраля 2013 года N 4-П, от 8 апреля 2014 года N 10-П, от 10 февраля 2017 года N 2-П и др.).
Анализ нормативного содержания части 3 статьи 14.1 КоАП Российской Федерации свидетельствует, что объективная сторона предусмотренного ею административного правонарушения может выражаться в любых имевших место при осуществлении предпринимательской деятельности действиях (бездействии), нарушающих требования, которые установлены специальным разрешением (лицензией) и под которыми, как следует из Федерального закона от 4 мая 2011 года N 99-ФЗ "О лицензировании отдельных видов деятельности" (статья 2, пункт 7 статьи 3 и части 1 и 2 статьи 8), понимается совокупность требований, предъявляемых к созданию и деятельности юридических лиц, индивидуальных предпринимателей и направленных на предотвращение ущерба правам, законным интересам, жизни или здоровью граждан, окружающей среде, объектам культурного наследия (памятникам истории и культуры) народов Российской Федерации, обороне и безопасности государства. Указанные действия (бездействие) - во взаимосвязи с иными составообразующими признаками - служат основанием привлечения к административной ответственности за данное административное правонарушение безотносительно к характеру наступивших последствий (в частности, наличия или отсутствия нарушения прав конкретных потребителей).
Это означает, что установление административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 14.1 КоАП Российской
