|
02 декабря 2019 г.
|
Дело N А40-246738/17
|
Резолютивная часть постановления объявлена 27 ноября 2019 года.
Постановление изготовлено в полном объеме 02 декабря 2019 года.
Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:
председательствующего судьи В.В. Лапшиной,
судей Р.Г. Нагаева, В.С. Гарипова,
при ведении протокола секретарем судебного заседания Т.О. Зориной,
рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ООО "СУ-91 "Инжспецстрой" Князевой В.В. на определение Арбитражного суда г. Москвы от 20 сентября 2019, вынесенное судьей Васильевой А.Н., об отказе конкурсному управляющему должника - Князевой Виктории Витальевны в удовлетворении заявления о признании недействительной сделкой перечисление денежных средств с расчетных счетов ООО "СУ-91 "Инжспецстрой" на расчетный счет ООО "Русмонтаж" в общем размере 1 922 042, 32 руб., и применении последствий недействительности указанной сделки по делу N А40-246738/17 о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью "СУ-91 "Инжспецстрой"
при участии в судебном заседании:
лица, участвующие в деле, не явились, извещены.
УСТАНОВИЛ:
Решением Арбитражного суда города Москвы от 14.09.2018 ООО "СУ-91 "Инжспецстрой" признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена Князева В.В.
Сообщение о признании должника банкротом и открытии в отношении него конкурсного производства опубликовано в газете "Коммерсантъ" от 29.09.2018 N 178.
24.05.2019 в Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего должника Князевой В.В. о признании недействительными сделок по перечислению денежных средств с расчетных счетов ООО "СУ-91 "Инжспецстрой" на расчетный счет ООО "Русмонтаж" и применении последствий недействительности сделок.
Определением Арбитражного суда города Москвы от 20 сентября 2019 года в удовлетворении заявления отказано.
Не согласившись с вынесенным определением, Конкурсный управляющий ООО "СУ-91 "Инжспецстрой" Князева Виктория Витальевна обратилась в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение Арбитражного суда г. Москвы от 20 сентября 2019 г., принять по делу новый судебный акт.
В обоснование апелляционной жалобы конкурсный указывает на несогласие с выводами суда первой инстанции о наличии оснований для отказа в удовлетворении заявления об оспаривании сделки должника, ссылается на мнимость спорной сделки, которой причинен вред имущественным правам кредиторов, а также на то, что установить встречное исполнение ответчика по полученным от должника денежным средствам не представляется возможным из-за бездействия самого выгодоприобретателя.
Лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в судебное заседание не явились, в соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм ст. 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
Законность и обоснованность принятого определения проверены в соответствии со статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
Суд апелляционной инстанции, изучив материалы дела, исследовав и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, считает, что оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта не имеется в силу следующего.
В соответствии с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).
Как следует из материалов дела, ООО "СУ-91 ИНЖСПЕЦСТРОЙ" перечислило на расчетный счет ООО "Русмонтаж" денежные средства в сумме 1 922 042, 32 руб. в период с 17.05.2016 по 17.04.2017.
В назначении платежей указано на оплату по счету за песок.
Конкурсный управляющий должника, полагая, что указанные сделки были совершены с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов; в результате их совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов; при наличии признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества должника; другая сторона знала о цели причинения вреда имущественным правам кредитором, обратился в арбитражный суд с настоящими требованиями на основании ч. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.
Также заявитель указал, что отсутствуют документы, на основании которых осуществлялись указанные перечисления, в связи с чем, конкурсный управляющий считает, что сделки совершены безвозмездно.
Кроме того, конкурсный управляющий, ссылаясь на пункт 1 статьи 170 ГК РФ, указывает, что обращался к ответчику с запросом о предоставлении первичных документов в отношении сделки, во исполнение которой были перечислены спорные денежные суммы, однако ООО "Русмонтаж" уклонилось от предоставления запрашиваемой информации, что, по мнению заявителя, свидетельствует об отсутствии соответствующей документации, об отсутствии исполнения или намерений исполнить обязательства в отношении должника.
Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявленных требований, указал, что сам по себе факт отсутствия у конкурсного управляющего документов, подтверждающих основания совершения оспариваемых сделок, не доказывает недействительность таких сделок.
Суд пришел к выводу, что в материалы дела не представлено доказательств, что ответчик знал или должен был знать о неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, либо об обстоятельствах, которые позволили бы сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества должника на момент совершения оспариваемой сделки.
Рассматривая требования, заявленные на основании ст. 170 ГК РФ, суд указал, что конкурсным управляющим не доказано наличие у оспариваемых сделок признаков мнимости.
Апелляционная коллегия соглашается с указанными выводами суда первой инстанции.
Как следует их материалов дела, заявление о признании должника банкротом принято судом первой инстанции 01.02.2018, оспариваемые платежи совершены в период с 17.05.2016 по 17.04.2017.
Платежи от 09.03.2017 и от 17.04.2017 совершены в годичный период подозрительности согласно ч. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве, платежи в период с 17.05.2016 по 28.11.2016 совершены в трехлетний период подозрительности, установленный ч. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.
Согласно абз. 4 п. 9 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 при определении соотношения п. п. 1 и 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего: если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных п. 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется (п. 9). В случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как п. 1, так и п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.
В соответствии с п. 1 ст. 61.2 Закона сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).
Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.
Таким образом, для признания сделки недействительной по основанию, указанному в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, лицу, требующему признания сделки недействительной, необходимо доказать, а суд должен установить следующие обстоятельства:
- сделка заключена в течение года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления (данный срок является периодом подозрения, который устанавливается с целью обеспечения стабильности гражданского оборота);
- неравноценное встречное исполнение обязательств.
В соответствии с п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).
В пункте 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 разъяснено, что для признания сделки недействительной по основанию, указанному в п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:
а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;
б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;
в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.
В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.
При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.
Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.
В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 7 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63, в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.
Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий: - стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; - должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; - после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.
Судом первой инстанции установлено, что на момент совершения оспариваемых сделок должник уже отвечал признакам неплатежеспособности, поскольку на 31.12.2015 обязательства должника превышали его активы на 1 177 000 руб.
В обоснование довода о том, что ответчику было известно о наличии у должника признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества, конкурсным управляющим указано, что ответчик является прямым выгодоприобретателем по совершенным сделкам.
Как следует из пункта 7 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.
Как следует из пункта 12 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 обязанность доказывания того, что другая сторона по сделке знала или должна была знать о наличии у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества, лежит на лице, оспаривающем сделку.
Вместе с тем, заявитель не представил ни одного доказательства того, что ответчик знал о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов и о признаках неплатежеспособности должника.
Утверждение конкурсного управляющего об обратном, не мотивировано, не подтверждается конкретными обстоятельствами.
Конкурсный управляющий должника не представил доказательств того, что ответчик относится к лицам, прямо перечисленным в статье 19 Закона о банкротстве или к иным лицам, заинтересованность которых имеет значение при применении пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.
Доказательств наличия аффилированных связей, в т.ч. презюмирующих те или иные предположения конкурсного управляющего о целях и осведомленности ответчика, а равно и о совершении оспоренных перечислений денежных средств именно в рамках каких-либо согласованных схем вывода активов ООО "Русмонтаж", в материалы дела не представлено.
В обоснование довода о причинении вреда имущественным правам кредиторов, и неравноценности встречного предоставления по сделке конкурсный управляющий указал, что сделки совершены безвозмездно, поскольку доказательства возмездности отсутствуют, что повлекло за собой уменьшение конкурсной массы должника.
Также, по мнению заявителя, отсутствие соответствующей документации об исполнении или намерений исполнить обязательства в отношении должника свидетельствует о мнимости оспариваемых платежей.
Положения п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривают, что мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.
Исходя из анализа п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, существенными чертами мнимой сделки являются следующие: стороны совершают эту сделку лишь для вида, заранее зная, что она не будет исполнена; по мнимой сделке стороны преследуют иные цели, нежели предусмотрены в договоре.
Для признания сделки мнимой суд должен установить, что ее стороны не намеревались создать соответствующие ей правовые последствия. Заключенную сделку стороны фактически не исполняли и исполнять не намеревались.
Правовые последствия, предусмотренные закл
