|
город Томск |
|
|
29 июля 2020 г. |
Дело N А45-1279/2020 |
Резолютивная часть постановления объявлена 22 июля 2020 года.
Постановление изготовлено в полном объеме 29 июля 2020 года.
Судья Седьмого арбитражного апелляционного суда Павлюк Т.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Легачевой А.М. рассмотрев в судебном заседании дело N А45-1279/2020, по правилам, установленным для рассмотрения дел в суде первой инстанции, рассмотренному в порядке упрощенного производства, по иску акционерного общества "Сеть Телевизионных Станций" (ул. Правды, д. 15, стр.2, г. Москва, Московская обл., 127137, ОГРН 1027700151852) к индивидуальному предпринимателю Приходько Ирине Викторовне (ул. Селезнева, д. 50, кв. 81, г. Новосибирск, Новосибирская обл., 630112, ОГРНИП 316547600054262), о взыскании 100 000 рублей,
При участии в заседании:
от истца: Галактионова К.А., представитель по доверенности N 20-01-79 от 09.01.2020, паспорт;
от ответчика: Приходько И.В., паспорт; Копылова С.В., представитель по доверенности от 13.07.2020, паспорт;
УСТАНОВИЛ:
акционерное общество "Сеть Телевизионных Станций" (далее - АО "СТС", истец) обратилось в арбитражный суд к индивидуальному предпринимателю Приходько Ирине Викторовне (далее - ИП Приходько И.В., ответчик) с иском о взыскании 10 000 рублей компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак N 707374 ("Карамелька"), 10 000 рублей компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак N 707375 ("Коржик"), 10 000 рублей компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак N 709911 ("Компот"), 10 000 рублей компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак N 720365 ("Мама"), 10 000 рублей компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак N 713288 ("Папа"), 10 000 рублей компенсации за нарушение исключительного права на произведение искусства - изображение логотипа "Три Кота", 10 000 рублей компенсации за нарушение исключительного права на произведение искусства - изображение персонажа "Лапочка", 10 000 рублей компенсации за нарушение исключительного права на произведение искусства - изображение персонажа "Гоня", 10 000 рублей компенсации за нарушение исключительного права на произведение искусства - изображение персонажа "Сажик", 10 000 рублей компенсации за нарушение исключительного права на произведение искусства - изображение персонажа "Изюм", 600 рублей 00 копеек судебных издержек по приобретению вещественного доказательства, 295 рублей 14 копейки почтовых расходов, 200 рублей судебных издержек по получению выписки из ЕГРИП, 4 000 рублей судебных расходов по оплате государственной пошлины.
Решением суда от 15.05.2020 заявленные требования удовлетворены.
Ответчик обратилась в Седьмой арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемое решение суда первой инстанции отменить. Апелляционная жалоба мотивирована неполным выяснением обстоятельств дела, несоответствием выводов, изложенных в решении фактическим обстоятельствам дела, недоказанностью имеющих значение для дела обстоятельств, неправильным применением норм процессуального и материального права.
Истец в отзыве, представленном в суд в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), доводы жалобы отклонил, просит оставить решение суда без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.
На основании части 1 статьи 272.1 АПК РФ (в редакции Федерального закона от 02.03.2016 N 45-ФЗ), пункта 47 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 18.04.2017 N 10 "О некоторых вопросах применения судами положений Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации об упрощенном производстве" апелляционные жалобы на решения арбитражного суда по делам, рассмотренным в порядке упрощенного производства, рассматриваются в суде апелляционной инстанции судьей единолично без проведения судебного заседания, без извещения лиц, участвующих в деле, о времени и месте проведения судебного заседания, без осуществления протоколирования в письменной форме или с использованием средств аудиозаписи по имеющимся в деле доказательствам.
Проверив законность и обоснованность судебного акта в порядке статей 266, 268, 272.1 АПК РФ, изучив доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции перешел к рассмотрению дела по общим правилам искового производства, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции (часть 6.1 статьи 268 АПК РФ).
Как следует из материалов дела, истцу принадлежат исключительные права на товарные знаки N 707374 ("Карамелька"), N 707375 ("Коржик"), N 709911 ("Компот"), N 720365 ("Мама"), N 713288 ("Папа").
Кроме того, на основании договора от 17.04.2015 N Д-СТС-0312/2015 заказа производства с условием отчуждения исключительного права истцу принадлежат исключительные права на произведения изобразительного искусства - изображение логотипа "Три кота", изображений персонажей "Лапочка", "Гоня", "Сажик", "Изюм" (далее - рисунки).
В ходе закупки, произведенной 24.06.2019 в торговой точке, расположенной вблизи адреса: Новосибирская область, р.п. Чаны, улица Победы, 34, установлен факт продажи контрафактного товара (набора игрушек).
В подтверждение факта покупки товара в материалы дела представлен чек, в котором содержатся сведения о наименовании продавца (ИП Приходько И.В.), ИНН 540618999095, совпадающие с его данными, указанными в выписке из ЕГРИП, уплаченной за товар денежной сумме, дате заключения договора розничной купли-продажи.
В целях самозащиты гражданских прав была произведена видеосъемка, приобщенная истцом в материалы дела.
На товаре содержатся обозначения, сходные до степени смешения с товарными знаками N 707374 ("Карамелька"), N 707375 ("Коржик"), N 709911 ("Компот"), N 720365 ("Мама"), N 713288 ("Папа"), зарегистрированными в отношении 28-го класса МКТУ, включая "игрушки".
Также на товаре имеются изображения произведений изобразительного искусства - изображение логотипа "Три кота", изображение персонажа "Лапочка", изображение персонажа "Гоня", изображение персонажа "Сажик", изображение персонажа "Изюм". Права на указанные объекты интеллектуальной собственности истцом ответчику не передавались.
С целью досудебного урегулирования и соблюдения претензионного порядка разрешения спора истцом ответчику 29.10.2019 направлена претензия N 47166, которая предпринимателем Приходько И.В. оставлена без удовлетворения.
Изложенные обстоятельства послужили основанием для обращения истца с настоящим иском в арбитражный суд.
Суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.
Согласно пункту 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если ГК РФ не предусмотрено иное.
Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).
Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом.
Пунктом 1 статьи 1270 ГК РФ предусмотрено, что автору произведения или иному правообладателю принадлежит исключительное право использовать произведение в соответствии со статьей 1229 этого Кодекса в любой форме и любым не противоречащим закону способом (исключительное право на произведение), в том числе способами, указанными в пункте 2 названной статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на произведение.
Согласно пункту 1 статьи 1259 ГК РФ произведения науки, литературы и искусства независимо от достоинств и назначения произведения, а также от способа его выражения, в частности литературные произведения, произведения живописи, скульптуры, графики, дизайна, графические рассказы, комиксы и другие произведения изобразительного искусства, относятся к объектам авторских прав. Производные произведения, представляющие переработку другого произведения, также в силу части 2 статьи 1259 ГК РФ относятся к объектам авторских прав.
Применительно к положениям пункта 2 статьи 1270 ГК РФ незаконное использование произведения (его части) может выражаться, в частности, в безосновательном (т.е. без согласия правообладателя) воспроизведении произведения, его переработке, а также распространении произведения (его части) путем продажи или иного отчуждения его оригинала или экземпляра. В силу статьи 1477 ГК РФ правом на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак. В соответствии со статьей 1482 ГК РФ в качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации. Товарный знак может быть зарегистрирован в любом цвете или цветовом сочетании. Согласно пункту 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 настоящей статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.
Исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака:
1) на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации;
2) при выполнении работ, оказании услуг;
3) на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот;
4) в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе;
5) в сети "Интернет", в том числе в доменном имени и при других способах адресации (пункт 2 статьи 1484 ГК РФ).
Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 ГК РФ). Товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными (часть 1 статьи 1515 ГК РФ). В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 N 122 "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности", а также положениями статьи 494 ГК РФ использованием исключительных прав является предложение к продаже (продажа) товара, совершенное лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность по продаже товаров в розницу. В силу статьи 493 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором розничной купли-продажи, в том числе условиями формуляров или иных стандартных форм, к которым присоединяется покупатель (статья 428 ГК РФ), договор розничной купли-продажи считается заключенным в надлежащей форме с момента выдачи продавцом покупателю кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара.
С учетом вышеприведенных норм права, а также части 2 статьи 65 АПК РФ, по иску о защите исключительных прав на товарный знак подлежат установлению, в частности, обстоятельства использования ответчиком товарного знака истца или обозначения, сходного до степени смешения с товарным знаком истца, в отношении товаров, для индивидуализации которых зарегистрирован принадлежащий истцу товарный знак.
В соответствии с пунктом 41 Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков (далее - Правила), утвержденных Приказом Минэкономразвития России от 20.07.2015 N 482 (ред. от 12.03.2018) обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия. Согласно пункта 43 Правил Сходство изобразительных и объемных обозначений определяется на основании следующих признаков: - внешняя форма; - наличие или отсутствие симметрии; - смысловое значение; - вид и характер изображений (натуралистическое, стилизованное, карикатурное и тому подобное); - сочетание цветов и тонов. Признаки, указанные в настоящем пункте, учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях
Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 162 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление N 10) для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.
Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.
Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.
Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.
Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.
При наличии соответствующих доказательств суд, определяя вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения, оценивает и иные обстоятельства, в том числе: используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных товаров; длительность и объем использования товарного знака правообладателем; степень известности, узнаваемости товарного знака; степень внимательности потребителей (зависящая в том числе от категории товаров и их цены); наличие у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом.
Суд учитывает влияние степени сходства обозначений, степени однородности товаров, иных обстоятельств на вероятность смешения, а не каждого из соответствующих обстоятельств друг на друга.
В соответствии с пунктом 75 Постановления Пленума ВС РФ от 23.04.2019 N 10 вместе с тем вопрос об оценке товарного знака, исключительное право на который принадлежит правообладателю, и обозначения, выраженного на материальном носителе, на предмет их сходства до степени смешения не может быть поставлен перед экспертом, так как такая оценка дается судом с точки зрения обычного потребителя соответствующего товара, не обладающего специальными знаниями адресата товаров, для индивидуализации которых зарегистрирован товарный знак (далее - обычный потребитель), с учетом пункта 162 настоящего Постановления.
Истец не заявлял, что обозначения, нанесенные на товар, являются тождественными, а наличие различий в цветовой гамме обозначений свидетельствует всего лишь о незначительных различиях, позволяющих признать обозначение сходным до степени смешения с товарными знаками истца.
Учитывая высокую различительную способность товарных знаков истца, а также узнаваемость персонажей, обусловленную, в том числе, наличием мультипликационного сериала, с аналогичными персонажами, обозрев вещественное доказательство, суд приходит к выводу о том, что реализованный ответчиком товар, содержит на себе обозначения, сходные до степени смешения с товарными знаками истца, что влечет за собой объективный риск смешения потребителями товаров различных производителей.
С учетом изложенного, выводы ответчика об отсутствии сходства до степени смешения товарных знаков истца с обозначениями на товаре, являются необоснованными.
Со стороны ответчика не приведено доказательств, что при визуальном восприятии обозначений на спорном товаре у обычного стороннего покупателя отсутствует соотнесение данных обозначений с объектами интеллектуальной собственности истца.
Совокупностью представленных истцом доказательств подтверждено, что 29.10.2019 ответчиком реализован товар - набор игрушек.
Сравнив изображения зарегистрированных товарных знаков истца с изображением, используемым в реализованном ответчиком товаре, апелляционным судом установлено визуальное сходство - графическое изображение сходно до степени смешения с зарегистрированными товарными знаками.
В подтверждение факта приобретения товара (игрушки) у ответчика истцом представлены: чек от 29.10.2019 на сумму 600 руб., сам приобретенный товар, компакт-диск с видеозаписью процесса приобретения товара.
Представленная в материалы дела видеозапись подтверждает факт приобретения спорного товара (набор игрушек) в торговой точке ответчика.
Ведение видеозаписи в местах, очевидно и явно открытых для общего посещения и не исключенных в силу закона или правового обычая от использования видеозаписи, является элементом самозащиты гражданского права, что соответствует статьям 12, 14 ГК РФ и корреспондирует части 2 статьи 45 Конституции Российской Федерации, согласно которой каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом. В силу статей 12, 14 ГК РФ, части 2 статьи 64 АПК РФ осуществление видеосъемки при фиксации факта распространения контрафактной продукции является соразмерным и допустимым способом самозащиты, и видеозапись отвечает признакам относимости, допустимости и достоверности доказательств.
Согласно пункта 55 Постановления Пленума ВС РФ от 23.04.2019 N 10 при рассмотрении дел о защите нарушенных интеллектуальных прав судам следует учитывать, что законом не установлен перечень допустимых доказательств, на основании которых устанавливается факт нарушения (статья 55 ГПК РФ, статья 64 АПК РФ). Поэтому при разрешении вопроса о том, имел ли место такой факт, суд в силу статей 55 и 60 ГПК РФ, статей 64 и 68 АПК РФ вправе принять любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством, в том числе полученные с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в частности сети "Интернет".
Факт неправомерного распространения контрафактных материальных носителей в рамках договора розничной купли-продажи может быть установлен не только путем представления кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара, а также заслушивания свидетельских показаний (статья 493 ГК РФ), но и на основании иных доказательств, например аудио- или видеозаписи.
Для признания аудио- или видеозаписи допустимым доказательством согласия на проведение аудиозаписи или видеосъемки того лица, в отношении которого они производятся, не требуется.
Информация о распространении гражданином контрафактной продукции не является информацией о его частной жизни, в том числе информацией, составляющей личную или семейную тайну.
Представленная в материалы дела видеозапись подтверждает факт приобретения спорного товара (игрушки) в торговой точке ответчика, из видеозаписи покупки усматривается адрес торговой точки, момент передачи денег, момент передачи кассового чека (именно этого чека, который представлен в материалы дела), передачи спорного товара (именно того товара, который приобщен к материалам дела в качестве вещественного доказательства), что позволяет сделать вывод о том, что спорный товар продан именно ответчиком.
Видеозапись закупки осуществлена истцом в порядке статей 12, 14 ГК РФ в целях защиты собственных прав и приобщена к материалам дела в порядке статьи 64 АПК РФ как доказательство, содержащее сведения об обстоятельствах, имеющих значение для правильного рассмотрения дела. Относимость и достоверность представленных истцом доказательств (чек, видеозапись, контрафактный товар) ответчиком в установленном законом порядке не опровергнута, контрдоказательства не представлены (статьи 65 АПК РФ). На видеозаписи последовательность видеоряда не нарушена, поэтому оснований считать данную видеозапись поддельной отсутствуют.
Видеозапись фиксирует момент передачи чека и товара покупателю. Запечатленные на видеозаписи товарный чек и спорный товар соответствуют товарному чеку и спорному товару, представленным в материалы дела.
Осуществив продажу спорного товара, ответчик нарушил исключительные права правообладателя, поскольку материалами дела не подтверждается, что истец давал свое разрешение ответчику на использование принадлежащих ему прав на произведение изобразительного искусства, равно как и не представлены доказательства, подтверждающие наличие у ответчика прав на введение в гражданский оборот посредством розничной купли-продажи товара с произведениями изобразительного искусства истца.
При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о доказанности факта реализации ответчиком товара - набор игрушек, содержащий изображения, сходные до степени смешения с товарными знаками, исключительные права на которые принадлежат истцу.
Ответчик оспаривает принадлежность прав истца на заявленные объекты интеллектуальной собственности, а также указывает, что истцом неверно произведен расчет количества нарушение, поскольку были нарушены права на аудиовизуальное произведение.
С данными доводами суд апелляционной инстанции согласиться не может.
В подтверждение наличия исключительных прав на товарные знаки в материалы дела представлены копии свидетельств Федеральной службой по интеллектуальной собственности, патентам и товарным знакам о регистрации вышеуказанных товарных знаков.
Проверить наличие регистрации данных товарных знаков можно на официальном сайте Федерального института промышленной собственности: http://www1.fips.ru/wps/portal/Registers.
Таким образом, истец факт принадлежности правообладателю исключительных прав на товарные знаки N N 707374, 707375, 709911, 720365, 713288 подтвержден представленными в материалы дела копиями свидетельств Федеральной службой по интеллектуальной собственности, патентам и товарным знакам.
В указанных свидетельствах в качестве правообладателя товарных знаков указано АО "Сеть Телевизионных Станций", являющее истцом по данному делу.
Кроме того, 17.04.2015 между АО "Сеть Телевизионных Станций" и ООО "Студия Метраном" был заключен договор N Д-СТС-0312/2015 заказа производства с условием об отчуждении исключительного права.
Согласно п.1.1. указанного договора АО "СТС" поручает, а ООО "Студия Метраном" обязуется осуществить производство фильма и передать (произвести отчуждение) АО "СТС" исключительное право на фильм в полном объеме, при этом исключительно право на фильм в полном объеме включает исключительное право на каждый элемент фильма (в том числе на изображения персонажей и логотипа) в полном объеме. Согласно условиям договора исключительно право отчуждается в полном объеме без ограничения территории и способа использования. В соответствии с п. 2.3.7 договора N Д-СТС-0312/2015 от 17.04.2015 ООО "Студия Метраном" вправе привлекать для производства третьих лиц, а также заключать с ними договоры от своего имени с условием отчуждения исключительных прав на созданные объекты.
Во исполнение взятых на себя обязательств ООО "Студия Метраном" (далее - заказчик) заключило с ИП Сикорским А.В. договор N 17-04/2 от 17.04.2015 по оказанию комплекса услуг по производству фильма и передачи (отчуждения) исключительных прав на результат интеллектуальной деятельности заказчику в полном объеме (п.1.1.).
Согласно п. 1.1.2 исполнитель осознает, что заказчик вправе распоряжаться передаваемым (отчуждаемым) исключительным правом без ограничения способов использования. В соответствии с п.1.1.4. договора N 17-04/2 от 17.04.2015 исполнитель отчуждает в пользу заказчика в полном объеме исключительное право на фильм (как в целом, так и на отдельные его части) и любые иные результаты интеллектуальной деятельности, созданные исполнителем.
Во исполнение указанного условия 25.04.2015 был подписан акт приема-передачи к договору N 17- 04/2 от 17.04.2015, согласно которому ИП Сикорский А.В. передал ООО "Студия Метраном" исключительные права на изображения персонажей (как на самостоятельные объекты авторского права, созданные творческим трудом автора): "Коржик", "Карамелька", "Компот", "Мама", "Папа", "Бабушка", "Дедушка", "Нудик", "Гоня", "Лапочка", "Сажик", "Шуруп", "Бантик", "Изюм", "Горчица".
Также 25.04.2015 был подписан акт приема-передачи исключительного права (отчуждение) и утверждения Логотипа (в русскоязычном написании) фильма под условным названием "Три кота" по договору N 17-04/2 от 17.04.2015, согласно которому ИП Сикорский А.В. передал исключительное право на логотип "Три кота" ООО "Студия Метраном" в полном объеме.
Таким образом, в результате заключения указанных договоров и подписания актов приема-передачи исключительных прав истец приобрел исключительные права на указанные произведения изобразительного искусства в полном объеме.
Подробное описание объектов авторского права (изображений произведения изобразительного искусства) содержится в соответствующих актах приема-передачи.
Так, в акте приема-передачи от 25.04.2015 к договору N 17-04/2 от 17.04.2015 имеется информация о каждом созданном исполнителем произведении изобразительного искусства: дано изображение указанных объектов с приведением основных цветов и отличительных черт внешности, а также описание характеристики соответствующего персонажа, что в совокупности позволяет отличить конкретное произведение изобразительного искусства от любого другого изображения:
- "Лапочка" - милая девочка-принцесса. Она любит наряжаться и красоваться, а еще делать селфи. Её интересуют собственная внешность и яркие вещи. Для Лапочки важно, чтобы все вокруг было красиво". Изображение имеет ряд отличительных черт, в том числе объемное платье с кружевным воротником и цветочек на голове;
- "Сажик" - "Черный котенок из семьи черных котов. Он жизнерадостный и юморной, любитель страшилок и большой выдумщик. Обожает всех пугать, рассказывая истории про вампиров и летучих мышей так, что иногда сам пугается". Изображение имеет ряд отличительных черт, в том числе полностью черный окрас с выделяющимся круглым носом;
- "Гоня" - "Весельчак, хохотун и мечтатель. Он грезит космосом, пришельцами и НЛО. Жаль, что инопланетян еще никто не видел". Изображение имеет ряд отличительных черт, в том числе костюм с футболкой и штанишками, наличие пятна черного цвета на мордочке;
- "Изюм"- "Эпизодический герой". Имеет отличительные характеристики, связанные с цветовой гаммой изображения, особенностями прорисовки черт лица, образом (костюм);
Описание изображения логотипа "Три кота" содержится в акте приема-передачи исключительного права (отчуждения) и утверждения Логотипа (в русскоязычном написании) от 25.04.2015, согласно которому заказчик принял и утвердил логотип в русскоязычном написании.
В приложении к указанному акту содержатся различные вариации изображения логотипа "Три кота", в том числе в разных цветовых гаммах и оформлении, одним из которых является: - логотип "Три кота".
Следовательно, каждое произведение рассматривается как самостоятельный результат интеллектуальной деятельности, самостоятельный объект авторского права, имеет свои отличительные черты. Каждое из указанных произведений является узнаваемыми отдельно от другого. Таким образом, использование каждого объекта является самостоятельным нарушением исключительных прав истца на соответствующие объекты интеллектуальной собственности.
Согласно пункту 60 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" требование о взыскании компенсации носит имущественный характер. Нарушение прав на каждый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации является самостоятельным основанием применения мер защиты интеллектуальных прав (статьи 1225, 1227, 1252 ГК РФ). Кроме того, пунктом 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" указывает, что, если имеется несколько принадлежащих одному лицу результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, связанных между собой: произведение и товарный знак, в котором использовано это произведение, товарный знак и наименование места происхождения товара, товарный знак и промышленный образец, компенсация за нарушение прав на каждый объект определяется самостоятельно.
В соответствии с действующим законодательством Российской Федерации, аудиовизуальные произведения (фильмы, мультфильмы), их персонажи и произведения изобразительного искусства являются самостоятельными объектами интеллектуальной собственности (ч. 1 статьи 1225 ГК РФ). В соответствии с пунктом 1 статьи 1259 ГК РФ объектами авторских прав являются произведения науки, литературы и искусства независимо от достоинств и назначения произведения, а также от способа его выражения, к которым в том числе относятся произведения изобразительного искусства - рисунки. Они обладают признаками оригинальности (уникальности, неповторимости), индивидуальными характеристиками, созданными в результате творческой деятельности конкретного автора (художника), и в отношении них существует возможность их использования как самостоятельных объектов интеллектуальной собственности.
Следовательно, согласно пункту 1 статьи 1259 ГК РФ аудиовизуальное произведение, частью которого является персонаж (персонажи), и произведение изобразительного искусства (рисунки) являются самостоятельными объектами правовой охраны.
Таким образом, в рамках рассматриваемого дела заявлены требования о взыскании компенсации именно за произведения изобразительного искусства (как самостоятельные объекты интеллектуальной собственности).
Ссылки ответчика на отсутствие нарушений исключительных прав на вышеперечисленные объекты со ссылкой на акт от 30.08.2019, что является не состоятельным в силу того, что в указанном акте указана дата передачи исключительных прав истцу на заявленные объекты задолго до даты покупки спорного товара несостоятельны.
Из содержания акта от 30.08.2019 следует, что он был составлен в связи с принятием сторонами решения об упорядочивании документации по правоотношениям, существующим между сторонами ранее, следовательно, составление акта сверки от 30.08.2019 не влияет на факт возникновения исключительных прав истца на спорные объекты интеллектуальной собственности в 2015 г., то есть задолго до совершения закупки контрафактного товара у ответчика (24.06.2019).
Таким образом, сторонами договора N Д-СТС-0312/2015 от 17.04.2015 была проведена, в том числе сверка (учет) переданных (отчужденных) исключительных прав на объекты интеллектуальной собственности в рамках указанного договора. По итогам указанной сверки и был составлен акт от 30.08.2019, в котором поименованы все объекты интеллектуальной собственности, права на которые были переданы истцу в рамках исполнения договора N Д-СТС0312/2015 от 17.04.2015, также имеется изображение указанных объектов интеллектуальной собственности (произведений изобразительного искусства) в различной вариации с учетом уникальности созданных произведений. Кроме того, в акте указана дата отчуждения исключительных прав на перечисленные произведения в пользу истца.
Следовательно, указанным актом истец и ООО "Студия МЕТРАФИЛЬМС" (ранее - ООО "Студия Метраном") установили, когда, в каком объеме и какие объекты интеллектуальной собственности были созданы, когда были переданы АО СТС исключительные прав на указанные объекты в полном объеме, во исполнение договора N Д-СТС-0312/2015 от 17.04.2015. Данный акт служит дополнительным подтверждением исключительных прав истца на спорные объекты интеллектуальной собственности помимо представленных в материалы дела документов, а также свидетельствует о самостоятельном характере произведений. Стороны отметили, что все обязательства сторон в рамках договора N Д-СТС-0312/2015 от 17.04.2015 были надлежащим образом исполнены в полном объеме (п. 2), а также указали на то, что акт является неотъемлемой частью договора N Д-СТС-0312/2015 от 17.04.2015, что обусловлено взаимосвязанность указанных документов. Акт составлен с соблюдением требований действующего законодательства, подписан обеими сторонами, скреплен печатями.
Довод ответчика о приобретении истцом прав на заявленные объекты интеллектуальной собственности лишь 30.08.2019 опровергается представленными договорами, актами приема-передачи изображений, а также актом сверки от 30.08.2019.
Ссылки ответчика на то, что у истца присутствует "внутреннее заблуждение относительно наличии и состава гражданского деликта", так как истцом не представлены документы о регистрации логотипа "Три кота" в качестве средства индивидуализации, несостоятельны.
Со стороны истца не усматривается смешения понятий, как указывается ответчиком, поскольку из представленных в материалы дела документов следует, что автором было создано произведение изобразительного искусства (рисунок), которому последний дал авторское название - логотип "Три кота". В указанном случае слово "логотип" не используется в качестве фирменного товарного знака, следовательно, само название произведения не может изменять его правовую природу. Ответчик неверно трактует содержание представленных документов, ссылаясь на название произведения изобразительного искусства, как на вид созданного автором объекта интеллектуальной собственности.
Также нельзя согласиться с позицией ответчика о том, что не может иметь место нарушение исключительных прав на произведения изобразительного искусства, в том числе со ссылкой на размещение спорных объектов исключительно на упаковке спорного товара.
Согласно пункту 1 статьи 1270 ГК РФ автору произведения или иному правообладателю принадлежит исключительное право использовать произведение в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса в любой форме и любым не противоречащим закону способом (исключительное право на произведение), в том числе способами, указанными в пункте 2 настоящей статьи.
Таким образом, в использование произведения, в том числе входит размещение произведений изобразительного искусства на каком-либо товаре.
Согласно пп. 1 пункта 1 статьи 1484 ГК РФ, товарный знак может быть использован, в частности, путем размещения товарного знака на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации.
Из приведенной нормы следует, что товар, его этикетка и упаковка рассматриваются как один объект.
Следовательно, неправомерное нанесение товарного знака либо иного объекта интеллектуальной собственности, в том числе произведения изобразительного искусства, на упаковку товара является нарушением исключительных прав на соответствующий объект интеллектуальной собственности в отношении не упаковки, а самого этого товара.
Кроме того, согласно статье 481 ГК РФ товар может иметь упаковку, предназначенную, в том числе для сохранности товара.
При этом упаковка является неотъемлемой частью товара, часто используется не только для сохранности, но и для дополнительной привлекательности товара в лице потребителей, поэтому неправомерное использование объектов интеллектуальной собственности истца на упаковке спорного товара образуют нарушение на самом товаре.
Таким образом, изображения на товаре и его упаковке не могут рассматриваться отдельно от товара, на который они нанесены, поскольку они используются, в том числе, для индивидуализации реализованного товара. А реализация контрафактного товара является самостоятельным видом нарушения, за которое ответчик несет самостоятельную ответственность.
Также признается основанной на ошибочном толковании норм права позиция ответчика о том, что спорный товар был изготовлен иным лицом, следовательно, со стороны предпринимателя нет нарушений исключительных прав истца.
Согласно пп. 2 пункта 2 статьи 1270 ГК РФ под использованием произведения независимо от того, совершаются ли соответствующие действия в целях извлечения прибыли или без такой цели, считается, в частности, распространение произведения путем продажи или иного отчуждения его оригинала или экземпляров.
Таким образом, в силу пп. 2 пункта 2 статьи 1270 ГК РФ, распространение произведения является самостоятельным видом нарушения исключительных прав. В соответствии с пунктом 7 Информационного письма Президиума ВАС РФ N 122 от 13 декабря 2007 г. действия лица по распространению контрафактных экземпляров произведения образуют самостоятельное нарушение исключительных прав. При этом сам по себе факт приобретения этих экземпляров у третьих лиц не свидетельствует об отсутствии вины лица, их перепродающего.
Таким образом, действия ответчика по хранению, предложению к продаже и продаже являются нарушением исключительных прав истца, а именно незаконное использование результатов его интеллектуальной деятельности, что подтверждается пунктом 2 Обзора практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности, утвержденного информационным письмом Президиума ВАС РФ от 13.12.2007 N 122. Как указал Президиум ВАС РФ при рассмотрении дела N А40-82533/2011, предпринимательская деятельность осуществляется с учетом рисков и возможных негативных последствий, ей присущих. Следовательно, лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность, может быть привлечено к гражданской ответственности за нарушение интеллектуальных прав и при отсутствии его вины.
Для рассмотрения настоящего спора не имеет правового значения вопрос о том, был ли изготовлен реализованный ответчиком спорный товар, размещены на товаре средства индивидуализации самим ответчиком или иным лицом.
Продажа товара является самостоятельным видом нарушения исключительных прав, за которое ответчик несет самостоятельную ответственность.
Также подлежат отклонению ссылки предпринимателя на то, что спорный товар был уже введен в гражданский оборот, что прекращает действие исключительных прав на заявленные объекты интеллектуальной собственности.
Согласно статье 1487 ГК РФ не является нарушением исключительного права на товарный знак использование этого товарного знака другими лицами в отношении товаров, которые были введены в гражданский оборот на территории Российской Федерации непосредственно правообладателем или с его согласия.
Следовательно, принцип исчерпания прав связан с непосредственным вводом в гражданский оборот товара по воле правообладателя объектов интеллектуальной собственности, что исключает незаконность использования данных объектов в силу легального характера и недопустимости повторной реализации прав на тот же товар.
Исчерпание права происходит только в отношении конкретного оригинала или конкретных экземпляров произведения, правомерно введенных в гражданский оборот на территории Российской Федерации.
Следовательно, по смыслу названных норм права бремя доказывания должно быть распределено следующим образом: правообладатель должен доказать наличие у него права на спорные объекты интеллектуальной собственности и использование их предпринимателем. В свою очередь, предприниматель должен опровергнуть эти обстоятельства либо представить доказательства соблюдения требований гражданского законодательства при использовании таких объектов.
Таким образом, именно на ответчике лежит обязанность предоставления доказательств легальности ввода в гражданский оборот спорного товара, однако ответчиком указанных доказательств не представлено. Данный товар был введен в гражданский оборот вопреки воле истца, на товаре, в том числе, отсутствует предупредительная маркировка со ссылкой на правообладателя, позволяющая определить лицензионный характер продукции.
Доказательств, свидетельствующих о том, что спорный товар был произведен истцом либо вышеуказанные объекты интеллектуальной собственности размещены на таком товаре с согласия правообладателя, ответчиком не представлены. Следовательно, принцип исчерпания прав к рассматриваемому делу не применим.
Ссылка ответчика на злоупотребление истцом своим правом также не состоятельна, поскольку в рассмотренном случае получение денежной компенсации является способом защиты и восстановления нарушенного ответчиком права на использование объектов интеллектуальной собственности, правообладателем которого является истец.
По смыслу статьи 10 ГК РФ злоупотребление гражданским правом заключается в превышении пределов дозволенного гражданским правом осуществления своих правомочий путем использования их с незаконной целью или незаконными средствами, с нарушением при этом прав и законных интересов других лиц.
Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.
Право на обращение в арбитражный суд закреплено в статье 11 ГК РФ и статье 4 АПК РФ. Право применения мер ответственности в случаях нарушения исключительного права предоставлено автору или иному правообладателю на основании главы 4 ГК РФ.
В силу положений пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление в иных формах. Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке.
Непосредственной целью санкции, содержащейся в статье 10 ГК РФ, а именно отказа в защите права лицу, злоупотребившему правом, является не наказание лица, злоупотребившего правом, а защита прав лица, потерпевшего от злоупотребления.
Указанная норма предполагает осуществление контрагентом права исключительно с намерением причинить вред другому лицу.
В связи с чем, для квалификации действий истца, как совершенных со злоупотреблением правом, должны быть представлены доказательства того, что он имел умысел на реализацию какой-либо противоправной цели, следовательно, действия лица по защите своих прав не могут являться злоупотреблением правом, доводы ответчика не обоснованы.
Ссылка ответчика на невозможность предоставления документов на те операции, которые он сам не осуществлял, также несостоятельна, поскольку у ответчика имеется возможность запросить у своего поставщика всю необходимую документацию, в том числе копию лицензионного договора либо выписки из него, подтверждающие правомерность использования объектов интеллектуальной собственности правообладателей на приобретаемой продукции. Кроме того, с учетом специализированной деятельности ответчика по реализации детских игрушек, а также того, что не является новым субъектом предпринимательской деятельности, он должен быть в курсе специфики осуществляемой деятельности и предпринимать все меры по соблюдению действующего законодательства, в том числе по вопросу охраны исключительных прав на объекты интеллектуальной собственности. Ответчик такой возможностью не воспользовался, что не может снимать с него ответственность за допущенное нарушение.
В рамках действующего законодательства предложение к продаже, как и сама продажа, является одним из видов введения товара в гражданский оборот.
Введение контрафактного товара в гражданский оборот неправомерно независимо от соответствующей неосведомленности продавца.
В любом случае, ответчик как лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность, несет риск проявления бездействия в части получения у своих контрагентов корректной правовой и фактической информации о приобретаемом им для дальнейшей реализации товара.
Позиция ответчика о том, что он не должен проверять наличие исключительных прав третьих лиц на объекты интеллектуальной собственности при реализации товаров также является не обоснованной.
Как отмечено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.
По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, то есть на ответчике лежала обязанность предпринять все меры, направленные на соблюдение прав третьих лиц при осуществлении им предпринимательской деятельности.
Соответственно, ответчик мог самостоятельно предпринять меры по проверке сведений о возможном нарушении исключительных прав истца на объекты интеллектуальной собственности, однако таких мер предпринято не было, при этом ответчик должен приобретать у поставщиков только лицензионную продукцию во исполнение закона, предусматривающего запрет на реализацию контрафактной продукции.
Правомерность использования товарных знаков и произведений изобразительного искусства может быть подтверждена согласно статьям 1286, 1489 ГК РФ лицензионным договором либо выпиской из него.
Таким образом, ответчик на этапе приобретения товара имел возможность выяснить обстоятельства правомерности использования изображений на приобретаемом им товаре, получить информации о наличии разрешения на такое использование путем запроса у поставщика лицензионного договора.
В материалы дела ответчиком не представлено доказательств попыток проверить партию товара на контрафактность, что свидетельствует о грубом характере нарушения.
Согласно пункту 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных Гражданского кодекса Российской Федерации для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.
В случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных статьями 1250, 1252, 1253 Гражданского кодекса Российской Федерации, вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации требовать от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты, в том числе компенсации в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения (статья 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 59 пост
Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.