|
07 сентября 2021 г.
|
Дело N А40-211293/20
|
Резолютивная часть постановления объявлена 31 августа 2021 года.
Постановление изготовлено в полном объеме 07 сентября 2021 года.
Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:
председательствующего судьи И.В. Бекетовой,
|
судей:
|
С.Л. Захарова, В.А.Свиридова,
|
|
при ведении протокола
|
секретарем судебного заседания Н.А.Третяком,
|
рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ООО "Магнат-М"
на решение Арбитражного суда города Москвы от 24.05.2021 по делу N А40-211293/20
по исковому заявлению Министерства обороны Российской Федерации (ИНН7704252261)
к ООО "Магнат-М" (ИНН: 7717689700)
о взыскании,
при участии:
|
от истца:
|
Франчик Д.И. по дов. от 25.11.2020;
|
|
от ответчика:
|
Третьяков Е.В. (протокол N 3 от 01.04.2019);
Топурия С.В. по дов. от 29.03.2021;
|
УСТАНОВИЛ:
Минобороны России (далее также - истец, государственный заказчик) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с заявлением к ООО "Магнат-М" (далее также - ответчик, поставщик) о взыскании неустойки в сумме 885 972,96 руб. по государственному контракту от 20.11.2019 N 1919187160032415127210054, начисленной за период с 26.11.2019 по 18.03.2020.
Решением суда от 24.05.2021 исковое заявление Минобороны России удовлетворено в полном объеме.
С таким решением суда не согласился ответчик и обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении иска, или о снижении размере неустойки на основании ст. 333 ГК РФ.
В отзыве на апелляционную жалобу истец с доводами апелляционной жалобы не согласился, просит решение суда первой инстанции оставить без изменения, а в удовлетворении апелляционной жалобы - отказать.
В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика поддержал доводы жалобы, представитель истца поддержал обжалуемое решение суда.
Законность и обоснованность принятого судом первой инстанции решения проверены апелляционной инстанцией в порядке ст.ст.266, 268 АПК РФ.
Апелляционный суд, выслушав представителей сторон, изучив доводы жалобы, исследовав и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, полагает, что обжалуемое решение подлежит оставлению без изменения, апелляционная жалоба без удовлетворения по следующим основаниям.
Как установлено судом и следует из материалов дела, 20.11.2019 между Минобороны России и ООО "Магнат-М" заключен государственный контракт N 1919187160032415127210054 (в редакции дополнительного соглашения от 04.02.2020 N 1) на поставку продукции производственно-технического назначения согласно перечню, утверждаемому Минобороны России: технические средства военно-политической работы (по спецификации), общей стоимостью 42 391 050,75 руб. сроком до 25.11.2019.
Согласно п. 10.1 контракта стороны несут ответственность за неисполнение или ненадлежащее своих обязательств по контракту в соответствии с законодательством Российской Федерации и контрактом.
Пунктом 10.2 контракта предусмотрено, что в случае просрочки исполнения поставщиком обязательства, предусмотренного контрактом, заказчик требует уплаты неустойки (пени). Неустойка (пени) начисляется за каждый день просрочки исполнения поставщиком обязательства, предусмотренного контрактом, начиная со дня, следующего после дня истечения установленного контрактом срока исполнения обязательства, в размере одной трехсотой действующей на дату уплаты неустойки (пени) ключевой ставки Центрального Банка Российской Федерации от цены контракта, уменьшенной на сумму, пропорциональную объему обязательств, предусмотренных контрактом и фактически исполненных поставщиком.
Из материалов дела усматривается и сторонами не оспаривается, что ответчик выполнил предусмотренные договором обязательства только 18.03.2020, то есть с нарушением предусмотренного контрактом срока поставки, что подтверждается подписанным сторонами актом приема-передачи товара от 17.03.2020 N 2.
01.06.2020 ответчику вручена претензия исх. N 207/8/1403 с требованием об оплате суммы неустойки, начисленной в соответствии с п. 10.2 контракта в сумме 885 972,96 руб. за 114 дней просрочки (с 26.11.2019 по 18.03.2020).
Поскольку требования государственного заказчика в добровольном порядке поставщиком не исполнены, истец обратился в арбитражный суд с иском.
Удовлетворяя исковые требования в полном объеме, суд первой инстанции правомерно руководствовался следующим.
В силу статей 309 и 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.
Обстоятельства непреодолимой силы должны быть установлены по правилам пункта 3 статьи 401 ГК РФ.
В силу пункта 3 статьи 401 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.
Таким образом, гражданское законодательство действительно в определенных случаях предусматривает освобождение должника от ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств по договору.
Вместе с тем, юридическая квалификация обстоятельства как непреодолимой силы возможна только при одновременном наличии совокупности ее существенных характеристик, поскольку данное обстоятельство влечет за собой правовые последствия в виде освобождения должника от ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств.
Во-первых, необходимо, чтобы обстоятельство носило чрезвычайный при данных условиях характер, оно должно быть непредвиденным.
Как указано в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", требование чрезвычайности подразумевает исключительность рассматриваемого обстоятельства, наступление которого не является обычным в конкретных условиях.
Верховный суд РФ в определении от 24 марта 2015 года по делу N А65- 29455/2013 указывает, что данное обстоятельство не относится к жизненному риску и не может быть учтено ни при каких обстоятельствах. Чрезвычайный характер непреодолимой силы не допускает квалификации в качестве таковой любого жизненного факта, ее отличие от случая в том, что она имеет в основе объективную, а не субъективную непредотвратимость.
Во-вторых, необходимо, чтобы обстоятельство носило непредотвратимый при данных условиях характер.
Как указано в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 марта 2016 года N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", обстоятельство признается непредотвратимым, если любой участник гражданского оборота, осуществляющий аналогичную с должником деятельность, не мог бы избежать наступления этого обстоятельства или его последствий.
В-третьих, наступление данного обстоятельства не должно зависеть от воли или действий стороны обязательства.
В-четвертых, обстоятельство должно быть непреодолимым для стороны обязательства, то есть оно не может быть непреодолимым абстрактно, оно должно влиять на исполнение конкретной стороной конкретного обязательства.
В решении от 14 марта 2012 года N АКПИ12-69 Верховный Суд РФ указывает, что непредотвратимость обстоятельств, а также непредвиденность их возникновения представляют собой действие объективных факторов, препятствующих исполнению возложенной на юридическое лицо обязанности.
Следовательно, обстоятельство должно являться экстремальным препятствием, которое сторона обязательства объективно не может преодолеть, чтобы исполнить надлежащим образом свои обязательства по договору.
По смыслу части 3 статьи 401 ГК РФ факт распространения коронавирусной инфекции сам по себе не может являться обстоятельством непреодолимой силы. Такими обстоятельствами могут быть признаны лишь запретительные или ограничительные меры органов государственной власти РФ или субъектов Российской Федерации при угрозе эпидемии, и только в том в случае, если такие меры делают невозможным надлежащее исполнение стороной договора своих обязательств.
В данном случае даже наличие прямого указания в акте государственного органа на то, что распространение коронавирусной инфекции является обстоятельством непреодолимой силы, не будет определяющим для освобождения должника от ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства.
Критической характеристикой обстоятельства для признания его непреодолимой силой является именно влияние данного обстоятельства на исполнение конкретного обязательства, в данном случае - на поставку товара в установленные контрактом сроки.
Следовательно, для признания непреодолимой силой в целях освобождения от ответственности в рамках исполнения конкретного договора такое обстоятельство должно быть чрезвычайным, непредотвратимым, не должно зависеть от воли или действий стороны обязательств, должно непосредственно влиять на исполнение обязательств по договору, то есть быть непреодолимым препятствием для стороны конкретного обязательства.
Кроме того, данное обстоятельство должно находиться в прямой причинно-следственной связи с ненадлежащим исполнением стороной принятых ей по договору обязательств в части соблюдения сроков оплаты товара, то есть просрочка должна быть следствием именно введенных на территории региона мер.
В данном случае рассмотрение ключевого вопроса о том, насколько ограничительные меры в Китае могли объективно препятствовать поставке товара, позволяет сделать следующие выводы.
Во-первых, непреодолимая сила - это стечение таких обстоятельств, которые нельзя было предотвратить. Это случай, который отличается объективной невозможностью преодоления, чрезвычайностью. Чрезвычайность означает экстраординарность, экстремальность препятствия, которое должно быть объективным.
Во-вторых, для исполнения обязательств по контракту ООО "Магнат-М" (согласно письму общества от 25.11.2019 N 25/11-5, направленному в адрес заказчика) проведена работа по оценке рынка товаров до заключения государственного контракта, в результате которой предварительно найдена планируемая к закупке единица комплекта продукции на территории Российской Федерации.
Следовательно, обстоятельство отсутствия планируемой к закупке единицы комплекта продукции на складах в пределах Российской Федерации после заключения государственного контракта является ничем иным как предпринимательским риском поставщика, а введенные к тому времени ограничительные меры в Китае объективно никак не могли повлиять на возможность поставки в установленный срок, поскольку поставка товара непосредственно из Китая изначально не предполагалась поставщиком, то есть отсутствует прямая причинно-следственная связь между ограничительными мерами и невозможностью поставки товара в срок. Изложенное позволяет исключить возможность юридической квалификации факта принятия ограничительных мер, принятых в связи с распространением коронавирусной инфекции, как обстоятельств непреодолимой силы в данном конкретном случае.
Кроме того, суд отметил, что вышеуказанное письмо было направлено в день окончания срока исполнения обязательств по контракту, что является неразумным сроком для уведомления заказчика, при этом, приостановления исполнения контракта поставщиком в порядке ст.ст. 716, 719 ГК РФ не последовало.
Оснований для освобождения ответчика от ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств по контракту в соответствии с частью 42.1 статьи 112 Федерального закона N 44-ФЗ и постановлением Правительства Российской Федерации от 04.07.2018 N 783 суд первой инстанции не усмотрел.
Согласно п. 42.1 ст. 112 Федерального закона от 05.04.2013 N 44-ФЗ (ред. от 03.08.2018) "О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд" начисленные поставщику (подрядчику, исполнителю), но не списанные заказчиком суммы неустоек (штрафов, пеней) в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением в 2015 и (или) 2016 годах обязательств, предусмотренных контрактом, подлежат списанию в случаях и порядке, которые установлены Правительством Российской Федерации.
Согласно пункту 1 Правил осуществления заказчиком списания сумм неустоек (штрафов, пеней), начисленных поставщику (подрядчику, исполнителю), но не списанных заказчиком в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением в 2015, 2016 и 2020 годах обязательств, предусмотренных контрактом, утв. постановлением Правительства Российской Федерации от 04.07.2018 N 783 (далее по тексту - Постановление N 783), настоящие Правила устанавливают порядок и случаи осуществления заказчиком списания сумм неустоек (штрафов, пеней), начисленных поставщику (подрядчику, исполнителю), но не списанных заказчиком в связи с не исполнением или не надлежащим исполнением в 2015, 2016 и 2020 годах обязательств, предусмотренных контрактом (далее по тексту - списание начисленных и неуплаченных сумм неустоек (штрафов, пеней).
Названные Правила подготовлены во исполнение плана первоочередных мероприятий по обеспечению устойчивого развития экономики и социальной стабильности, а предоставление отсрочки уплаты неустойки и (или) осуществление ее списания являлось антикризисной мерой, направленной на снижение финансовой нагрузки на поставщиков (подрядчиков, исполнителей) государственных (муниципальных) контрактов.
По смыслу названного правового акта списание, отсрочка уплаты начисленных поставщику (подрядчику, исполнителю) сумм неустоек (штрафов, пеней) в связи с не надлежащим исполнением государственного (муниципального) контракта при соблюдении указанных в них условий, является именно обязанностью государственного (муниципального) заказчика, поскольку данные действия призваны быть одной из мер поддержки исполнителей по государственным (муниципальным) контрактам.
В связи с этим суд, рассматривая иск заказчика о взыскании с поставщика (подрядчика, исполнителя) указанных штрафных санкций, об
