Апелляционное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 23 августа 2016 г. N 49-АПУ16-10СП Оправдательный приговор, вынесенный на основании вердикта присяжных заседателей в отношении гражданина за совершение ряда тяжких преступлений против жизни и здоровья, оставлен без изменения, поскольку основан на всестороннем и полном исследовании представленных сторонами доказательств, а процедура рассмотрения дела в суде присяжных заседателей не нарушена

Апелляционное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 23 августа 2016 г. N 49-АПУ16-10СП

 

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего Безуглого Н.П.,

судей Кониной И.Г., Сабурова Д.Э.,

с участием:

государственного обвинителя - прокурора Пирогова М.В.,

представителя потерпевшей Б. - адвоката Войцеха А.В.,

оправданного - Геворкяна К.О.,

защитников - адвокатов Макаренко С.А. и Багаутдинова Н.Р.,

при секретаре Барченковой М.А.,

рассмотрела в судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственных обвинителей Карачуриной М.В. и Наймушина М.В., апелляционным жалобам потерпевших Б. адвоката Войцеха А.В. в интересах потерпевшей Б. на приговор Верховного суда Республики Башкортостан с участием коллегии присяжных заседателей от 2 июня 2016 года, которым

Геворкян К.О., ..., несудимый,

оправдан по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных:

ч. 1 ст. 119 УК РФ - за отсутствием события преступления,

ч. 1 ст. 109 УК РФ - за отсутствием состава преступления,

ч. 3 ст. 30, п. "б" ч. 2 ст. 105 УК РФ - за отсутствием состава преступления,

п. "в" ч. 2 ст. 115 УК РФ - за отсутствием состава преступления.

За оправданным признано право на реабилитацию.

Заслушав доклад судьи Кочиной И.Г., выступления государственного обвинителя-прокурора Пирогова М.В., представителя потерпевшей Б. адвоката Войцеха А.В., поддержавших доводы, изложенные в апелляционном представлении, апелляционных жалобах и в дополнениях к ним, оправданного Геворкяна К.О., адвокатов Макаренко С.А. и Багаутдинова Н.Р., возражавших против отмены приговора, Судебная коллегия, установила:

Геворкян К.О. обвинялся:

- по ч. 1 ст. 119 УК РФ в угрозе убийством в отношении М.

- по ч. 1 ст. 109 УК РФ в причинении Г. смерти по неосторожности,

- по ч. 3 ст. 30 и п. "б" ч. 2 ст. 105 УК РФ в покушении на убийство С. в связи с выполнением им общественного долга,

- по "в" ч. 2 ст. 115 УК РФ в умышленном причинении легкого вреда здоровью О., с применением оружия.

25 мая 2016 года коллегия присяжных заседателей вынесла вердикт, из которого следует:

что не доказаны фактические обстоятельства, составляющие обвинение в угрозе убийством;

доказано, что Геворкян К.О., обороняясь от нападения, выстрелил из пистолета вверх, пуля отрикошетила от потолка и попала в голову Г., причинив травму, от которого он скончался;

доказано, что в процессе избиения Геворкяна К.О. дергали за руку, в которой находился пистолет, в результате чего произошли два непроизвольных выстрела, причинившие телесные повреждения С. и О.

С учётом вердикта Геворкян К.О. оправдан по предъявленному обвинению по ч. 1 ст. 119 УК РФ в связи с неустановлением события преступления, по ч. 1 ст. 109, ч. 3 ст. 30 и п. "б" ч. 2 ст. 105, п. "в" ч. 2 ст. 115 УК РФ - за отсутствием в его действиях состава преступления.

В апелляционном представлении и в дополнении к нему государственные обвинители Карачурина М.В. и Наймушин М.В. просят отменить приговор и направить дело на новое рассмотрение, считая его незаконным ввиду систематических нарушений требований УПК РФ, выразившихся в том, что в присутствии присяжных заседателей стороной защиты затрагивались вопросы, находящиеся за пределами их компетенции.

Так адвокат Макаренко С.А., желая вызвать предубеждение присяжных заседателей, пытался дискредитировать обвинение и представленные доказательства, оценивая их качество, заявляя о неполноте предварительного следствия, что не входит в компетенцию присяжных заседателей.

В ходе судебного следствия, обращаясь к присяжным заседателям, адвокат заявил, что обвинение основано на противоречивых и путаных показаниях свидетелей из группы М. в отношении потерпевшего С. заявил, что возле офиса ... он был дозорным, дал оценку показаниям свидетеля Г. ссылался на неисследованные в суде протоколы и документы, а в прениях исказил показания свидетеля М.

На все нарушения стороны защиты суд реагировал замечаниями, но, по мнению государственных обвинителей, они не могли не повлиять на мнение присяжных заседателей и содержание их ответов (т. 20 л.д. 14, 20, 21, 65 108 115, 155, 157).

В апелляционной жалобе представитель потерпевшей Б. - адвокат Войцех А.В., потерпевшие С. и М. оправдательный приговор в отношении Геворкяна К.О. считают незаконным, вынесенным с нарушением норм УПК РФ и просят его отменить, приводя в обоснование жалоб идентичные доводы.

Считают, что изменение перед началом судебных прений ранее предъявленного обвинения оказало влияние на мнение присяжных заседателей.

Стороной защиты систематически нарушались положения ст. 334 УПК РФ, что выражалось в том, что она неоднократно ссылалась на обстоятельства, не подлежащие исследованию с участием с участием присяжных заседателей, ставила под сомнение законность получения доказательств, признанных судом допустимыми, ссылалась на доказательства и документы, которые не исследовались с участием присяжных заседателей или не могли исследоваться в их присутствии.

В последний день судебного следствия стороной защиты были оглашены противоречия в показаниях потерпевших и свидетелей защиты С. и О. в отсутствие данных лиц, многие противоречия были устранены в процессе последующих следственных действий, что нарушило их права. Потерпевших выставили лжецами и преступниками, дающими заведомо ложные показания, не дав возможности устранить противоречия в ходе судебного заседания.

Адвокат Макаренко С.А. в своей речи указал, что обвинение построено на заведомо ложных показаниях потерпевших и свидетелей, обвиняя последних в совершении преступлений, чем поставил под сомнение законность получения доказательств.

Не смотря на то, что председательствующий делал замечания стороне защиты по поводу допущенных нарушений, но, поскольку они носили систематический характер, все равно оказали влияние на присяжных в части формирования ошибочного мнения о невиновности Геворкяна К.О.

Вопросы NN 6 и 14, поставленные на разрешение коллегии присяжных заседателей, требовали юридической оценки и содержали юридические термины, такие как "общественно-опасные последствия", "задержание", в одном из них содержалась ссылка на ст. 18 ФЗ "О частной детективной и охранной деятельности".

Потерпевшая Б. в апелляционной жалобе и в дополнении к ней указывает на свое несогласие с приговором и просит его отменить, полагает, что он вынесен с нарушением уголовно-процессуальных норм и ее права на участие в судебном заседании, что выразилось в неизвещении ее о дате судебных прений, пишет, что на нее оказывалось психологическое давление, выразившееся в проведении следственных действий.

Потерпевшая П. в апелляционной жалобе выражает свое несогласие с приговором, настаивает на пересмотре дела. Считает, что проведением следственных действий в отношении ее матери Б. на ее семью оказывается психологическое давление.

Потерпевшие Я. и Г. в апелляционной жалобе указывают лишь о своем несогласии с приговором и настаивают на пересмотре дела.

В возражениях на апелляционные жалобы потерпевших и их представителя государственный обвинитель Наймушин М.В. указывает на обоснованность изменения обвинения в отношении Геворкяна К.О., а адвокат Макаренко С.А. просит оставить приговор без изменения.

Заслушав участников процесса, проверив доводы, содержащиеся в апелляционном представлении, апелляционных жалобах и в дополнениях к ним, возражения стороны защиты, изучив материалы уголовного дела, Судебная коллегия не усматривает оснований для отмены приговора.

В соответствии со ст. 389.25 УПК РФ оправдательный приговор, постановленный на основании оправдательного вердикта коллегии присяжных заседателей, может быть отменен по представлению прокурора либо жалобе потерпевшего или его законного представителя и (или) представителя лишь при наличии таких существенных нарушений уголовно-процессуального закона, которые ограничили право прокурора, потерпевшего или его законного представителя и (или) представителя на представление доказательств либо повлияли на содержание поставленных перед присяжными заседателями вопросов или на содержание данных присяжными заседателями ответов, а также если при неясном и противоречивом вердикте председательствующий не указал присяжным заседателям на неясность и противоречивость вердикта и не предложил им вернуться в совещательную комнату для внесения уточнений в вопросный лист.

Таких нарушений при рассмотрении уголовного дела в отношении Геворкяна К.О. не допущено.

Коллегия присяжных заседателей сформирована с соблюдением требований ст.ст. 326-329 УПК РФ и приступила к работе после присяги.

Судом соблюдены положения, согласно, которым судебное следствие в суде с участием присяжных заседателей проводится с учетом положений ст.ст. 334, 335 УПК РФ.

Вопреки доводам стороны обвинения в ходе судебного следствия были исследованы лишь допустимые доказательства, полученные с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, перечень которых соотносится с предъявленным обвинением и полномочиями присяжных заседателей.

До присяжных заседателей не доводилась информация, касающаяся процедуры получения доказательств, представленных на исследование, а также их оценка с точки зрения допустимости.

Фактов раскрытия перед присяжными заседателями содержания не исследованных в суде доказательств также: не имеется. По каждому факту преждевременного упоминания стороной защиты о наличии таких доказательств председательствующий делал замечания, а также разъяснял присяжным заседателям, что они не должны учитывать такую информацию, чем исключил возможность незаконного влияния на них.

Показания потерпевших С. и О. оглашены в судебном заседании обоснованно, на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ, ввиду наличия существенных противоречий. Отсутствие потерпевших в зале судебного заседания в день оглашения данных показаний не является основанием для признания процессуального действия незаконным, поскольку они были извещены о дате судебного заседания и имели возможность в нем участвовать.

Доводы адвоката Войцеха А.В. о том, что оглашение показаний в конце судебного разбирательства не позволило принять меры к устранению имеющихся в них противоречий не соответствуют действительности, поскольку, согласно протоколу судебного заседания, такого намерения сторона обвинения не изъявляла, об отложении заседания и вызове потерпевших в суд не ходатайствовала.

Таким образом, принцип состязательности и равноправия сторон председательствующим нарушен не был, поскольку стороны не были ограничены в праве представления доказательств, а все представленные суду доказательства были исследованы.

Изменение предъявленного Геворкяну К.О. обвинения по итогам судебного следствия произведено государственным обвинителем в соответствии с ч. 8 ст. 246 УПК РФ, в связи с чем не может расцениваться в качестве основания для отмены приговора.

Прения сторон проведены в пределах вопросов, подлежащих разрешению присяжными заседателями, без нарушения требований ст. 336 УПК РФ.

Доводы стороны обвинения о допущенных в этой стадии нарушениях, повлиявших на вынесение несправедливого вердикта, Судебная коллегия считает несостоятельными, поскольку факт искажения адвокатом Макаренко С.А. в своей речи показаний свидетеля М. не подтверждается протоколом судебного заседания, а факты оценки стороной защиты предъявленного обвинения и доказательств с точки зрения их достоверности, а также содержание этой оценки, отличное от позиции стороны обвинения, не может расцениваться как проявление незаконного воздействия на присяжных заседателей.

Не основаны на материалах дела и опровергаются содержанием протокола судебного заседания доводы о неизвещении потерпевшей Б. о дате судебных прений.

Согласно протоколу Б. приняла участие в обсуждении измененного прокурором обвинения, которое завершилось 12 мая 2016 года. В этот же день всем участникам заседания, в том числе и Б. было объявлено о дате начала судебных прений - 23 мая 2016 года в 10 часов. Не смотря на это, 23 мая Б. в суд не явилась, а ее представитель - адвокат Войцех А.В. пояснил, что потерпевшей известно о дате судебных прений, но она уехала из страны. Учитывая данную информацию, принимая во внимание, что заявления от Б. об отложении дела не поступало, а ее участие в судебном заседании обязательным не признавалось, суд правомерно, на основании ч. 2 ст. 249 УПК РФ закончил рассмотрение уголовного дела без ее участия.

При таких обстоятельствах нет оснований считать, что права потерпевшей Б. были нарушены.

Таким образом, в ходе судебного следствия и прений сторон не допущено нарушений уголовно-процессуального закона, повлекших за собой ограничение права участников процесса со стороны обвинения на представление доказательств, либо на содержание поставленных перед присяжными заседателями вопросов, или на содержание ответов.

Вопросный лист и вердикт коллегии присяжных заседателей соответствуют требованиям ст.ст. 339, 343 УПК РФ.

Вопросы сформулированы председательствующим в соответствии с измененным по итогам судебного следствия обвинением и результатами судебного следствия.

Доводы потерпевших и адвоката Войцеха А.В. о том, что вопросы NN 6 и 14, поставленные на разрешение коллегии присяжных заседателей, содержали юридический термин "задержание" и ссылку на ст. 18 ФЗ "О частной детективной и охранной деятельности" не соответствуют действительности, поскольку ни в 6-ом, ни в 14-ом, ни в друг их вопросах такого термина и ссылки на закон не имеется.

Употребление словосочетания "общественно-опасные последствия" не привело к затруднениям в понимании вопроса присяжными заседателями, поскольку оно достаточно распространено в обычной лексике. Присяжным заседателям было разъяснено право в случае необходимости обратиться к председательствующему за разъяснениями но поставленным вопросам. Таких обращений не поступало, поскольку вопросы перед присяжными заседателями сформулированы понятно.

Напутственное слово председательствующего содержит напоминание, как об исследованных доказательствах стороны обвинения, так и стороны защиты, изложение позиций обеих сторон, правила оценки доказательств и иные вопросы, предусмотренные ст. 340 УПК РФ.

Вердикт присяжных заседателей Судебная коллегия признает ясным и не может согласиться с доводами государственного обвинителя Пирогова М.В. о противоречиях, содержащихся в 6 и 17 вопросах (о чем не указывалось в апелляционном представлении и жалобах потерпевших), поскольку из ответов на них следует, что присяжные заседатели признали доказанным факт выстрела Геворкяном К.О. из пистолета в потолок, пуля от которого отрикошетила в голову потерпевшему Г. причинив травму, не совместимую с жизнью, в условиях обороны от нападения.

Из содержания ответа на вопрос N 17 следует, что в действиях Геворкяна К.О. отсутствует состав преступления, поскольку доказано, что в руках нападавших он видел ножи и рукоятку пистолета, а выстрел произвел после нанесенного ему удара в лицо, попытки удушения и ножевого ранения. Данные обстоятельства дают основания расценивать, нападение как опасное для жизни Геворкяна К.О., а его ответные действия - как необходимую оборону.

Причинение вреда в состоянии необходимой обороны, согласно ч. 1 ст. 37 УК РФ, преступлением не является.

Из ответа на 18 и 19 вопросы суд также сделал правильный вывод, что Геворкян К.О. не виновен в причинении вреда здоровью С. и О. поскольку выстрел из пистолета произошел независимо от его действий.

При таких обстоятельствах суд правомерно, на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, оправдал Геворкяна К.О. по предъявленному обвинению по ч. 1 ст. 109 УК РФ в причинении Г. смерти по неосторожности, по ч. 3 ст. 30 и п. "б" ч. 2 ст. 105 УК РФ - в покушении на убийство С. в связи с выполнением им общественного долга и по "в" ч. 2 ст. 115 УК РФ - в умышленном причинении легкого вреда здоровью О. с применением оружия, в связи с отсутствием в его действиях составов данных преступлений.

Решение суда об оправдании Геворкяна К.О. в угрозе убийством в отношении М. по ч. 1 ст. 119 УК РФ на основании п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием события преступления соответствует вердикту коллегии присяжных заседателей, согласно которому не доказаны фактические обстоятельства данного обвинения.

Таким образом, приговор в отношении Геворкяна К.О. постановлен в соответствии с вердиктом коллегии присяжных заседателей о невиновности осужденного в содеянном, основанном на всестороннем и полном исследовании представленных сторонами доказательств.

Оснований для отмены приговора и удовлетворения апелляционного представления и апелляционных жалоб потерпевших, представителя потерпевшей не имеется.

Руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.25, 389.28 УПК РФ, Судебная коллегия определила:

приговор Верховного суда Республики Башкортостан с участием коллегии присяжных заседателей от 2 июня 2016 года в отношении Геворкяна К.О. оставить без изменения, апелляционное представление государственных обвинителей Карачуриной М.В. и Наймушина М.В., апелляционные жалобы потерпевших Б., Г., Я., Г., С., М. адвоката Войцеха А.В. в интересах потерпевшей Б. - без удовлетворения.

 

Председательствующий

Безуглый Н.П.

 

Судьи

Конина И.Г.

 

 

Сабуров Д.Э.

Откройте актуальную версию документа прямо сейчас или получите полный доступ к системе ГАРАНТ на 3 дня бесплатно!

Получить доступ к системе ГАРАНТ

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.


Апелляционное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 23 августа 2016 г. N 49-АПУ16-10СП


Текст определения официально опубликован не был