Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, А.И. Бойцова, Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, С.М. Казанцева, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, О.С. Хохряковой, В.Г. Ярославцева,
заслушав заключение судьи Л.М. Жарковой, проводившей на основании статьи 41 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" предварительное изучение жалобы Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации, установил:
1. В жалобе Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации оспаривается конституционность следующих положений Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации: части 1 статьи 55, согласно которой представителями в суде по административным делам могут быть лица, обладающие полной дееспособностью, не состоящие под опекой или попечительством и имеющие высшее юридическое образование, и части 9 статьи 208, предусматривающей, что при рассмотрении административных дел об оспаривании нормативных правовых актов в верховном суде республики, краевом, областном суде, суде города федерального значения, суде автономной области, суде автономного округа, в Верховном Суде Российской Федерации граждане, участвующие в деле и не имеющие высшего юридического образования, ведут дела через представителей, отвечающих требованиям, предусмотренным статьей 55 данного Кодекса.
Как следует из представленных материалов, к Уполномоченному по правам человека в Российской Федерации с заявлением о нарушении конституционных прав (права на судебную защиту) обратился гражданин Ю.А. Гурман, чье административное исковое заявление об оспаривании пункта 4 статьи 4 Закона Челябинской области от 28 ноября 2002 года N 114-ЗО "О транспортном налоге", статьи 1 Закона Челябинской области от 31 марта 2010 года N 548-ЗО "О статусе и дополнительных мерах социальной поддержки многодетной семьи в Челябинской области" и постановления Правительства Челябинской области от 7 июля 2014 года N 310-П "Об утверждении Порядка выдачи удостоверений многодетной семьи Челябинской области" определением судьи Челябинского областного суда было оставлено без движения, в частности ввиду отсутствия документа, подтверждающего наличие у административного истца высшего юридического образования при намерении лично вести дело, либо документов, удостоверяющих полномочия его представителя С.С. Мальцева и наличие у него высшего юридического образования, и предложено в установленный судом срок устранить недостатки, послужившие основанием для оставления административного искового заявления без движения.
Поскольку указанные судом недостатки в установленный срок устранены не были, административное исковое заявление Ю.А. Гурмана было ему возвращено. На том же основании была оставлена без движения и впоследствии возвращена его частная жалоба на соответствующее определение Челябинского областного суда.
По мнению Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации, обратившегося в Конституционный Суд Российской Федерации на основании подпункта 5 пункта 1 статьи 29 Федерального конституционного закона от 26 февраля 1997 года N 1-ФКЗ "Об Уполномоченном по правам человека в Российской Федерации", часть 1 статьи 55 и часть 9 статьи 208 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, примененные судами в нормативном единстве со статьями 125, 126, 130, 209, 210, 299 и 301 данного Кодекса, не соответствуют Конституции Российской Федерации, ее статьям 17 (часть 2), 19 (часть 1), 46 (часть 1), 47 (часть 1), 48 (часть 1) и 55 (часть 3), поскольку препятствуют гражданам, не имеющим высшего юридического образования, как в непосредственной судебной защите их прав по административным делам об оспаривании нормативных правовых актов, так и в защите через выбранных ими представителей, если последние также не имеют высшего юридического образования.
2. Конституция Российской Федерации - исходя из того, что права и свободы человека и гражданина определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18), - гарантирует каждому судебную защиту его прав и свобод (статья 46, часть 1), в том числе посредством обжалования в суд решений и действий (или бездействия) органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц (статья 46, часть 2). Приведенным конституционным положениям корреспондируют международно-правовые гарантии права на справедливое судебное разбирательство, предусмотренные Международным пактом о гражданских и политических правах (пункт 1 статьи 14) и Конвенцией о защите прав человека и основных свобод (пункт 1 статьи 6), возлагающими на государство обязанность обеспечения каждому доступа к суду в случае спора о его гражданских правах и обязанностях.
Вместе с тем, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, из права каждого на судебную защиту его прав и свобод не вытекает возможность выбора гражданами по своему усмотрению способов и процедур судебной защиты, особенности которых применительно к отдельным видам судопроизводства и категориям дел определяются, исходя из Конституции Российской Федерации, федеральными законами (Постановление от 22 апреля 2013 года N 8-П; определения от 17 апреля 2003 года N 123-О, от 16 ноября 2006 года N 493-О, от 17 ноября 2009 года N 1427-О-О, от 23 марта 2010 года N 388-О-О, от 22 марта 2012 года N 555-О-О, от 5 марта 2014 года N 550-О и др.).
Федеральный законодатель, реализуя предоставленные ему Конституцией Российской Федерации (статья 71, пункт "в"; статья 72, пункт "к" части 1; статья 76, часть 2) полномочия, гарантировал гражданам возможность защищать свои права путем оспаривания не только решений, действий (бездействия) органов, организаций, лиц, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, но и нормативных правовых актов.
В то же время с учетом вытекающей из статьи 120 (часть 2) Конституции Российской Федерации обязанности суда при разрешении любого конкретного дела осуществить правовую оценку подлежащих применению нормативных правовых актов в их иерархии и в случае их противоречия принять решение в соответствии с правовыми положениями, имеющими большую юридическую силу (за исключением случая, если он придет к выводу о противоречии подлежащего применению в данном деле закона Конституции Российской Федерации, когда он обязан приостановить производство по делу и обратиться с соответствующим запросом в Конституционный Суд Российской Федерации), а также с учетом права граждан обратиться в Конституционный Суд Российской Федерации с жалобой на нарушение их конституционных прав законом, примененным в конкретном деле, право граждан на оспаривание в судебном порядке непосредственно нормативных правовых актов органов публичной власти и должностных лиц представляет собой, по существу, дополнительную возможность защиты их прав с использованием судебного механизма.
Поэтому, определяя условия использования этого способа защиты прав, законодатель мог учитывать его специфику, состоящую как в предмете рассмотрения по таким делам (преимущественно вопросы права, а не факта - части 7 и 8 статьи 213 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации), так и в
