Постановление Суда от 24 мая 2016 г.
(извлечение)
Обстоятельства дела
Заявителями по делу являются муж и жена. Заявитель - натурализованный подданный Дании тоголезского происхождения, который жил в Гане с шести лет до 21 года, въехал в Данию в 1993 году в возрасте 22 лет и получил подданство Дании в 2002 году. Он женился на заявительнице в 2003 году в Гане. Она является гражданкой Ганы, которая родилась и выросла там и на момент заключения брака никогда не посещала Данию и не говорила по-датски. После заключения брака заявительница обратилась за предоставлением вида на жительство в Дании, в котором орган по делам иностранцев отказал на том основании, что заявители не выполнили требование Закона об иностранцах (известное как требование о привязанности), которое устанавливало, что пара, обращающаяся за воссоединением семьи, не должна иметь более тесные связи с иной страной, в случае заявителей - с Ганой, чем с Данией. Требование о привязанности не применялось к лицам, которые имели подданство Дании в течение как минимум 28 лет, а также к негражданам Дании, которые родились в Дании и законно находились там как минимум 28 лет (так называемое правило 28 лет в соответствии с Законом об иностранцах). Заявители безуспешно обжаловали отказ в воссоединении семьи в датских судах. Они утверждали, что правило 28 лет повлекло различие в обращении между двумя группами подданных Дании, а именно урожденных и тех, кто приобрел подданство в течение жизни. Согласно этому правилу заявитель не мог быть освобожден от требования о привязанности до 2030 года, когда он достиг бы 59-летнего возраста.
Тем временем заявительница въехала в Данию по туристической визе. Через несколько месяцев пара переехала в Швецию, где у них в 2004 году родился сын. Их сын имеет подданство Дании благодаря отцу.
В Постановлении от 25 марта 2014 г. (см. "Информационный бюллетень по прецедентной практике Европейского Суда по правам человека" N 172* (* См.: Бюллетень Европейского Суда по правам человека. 2014. N 7 (примеч. редактора).)) Палата Европейского Суда постановила единогласно, что права заявителей на основании статьи 8 Конвенции нарушены не были. Четырьмя голосами "за" и тремя - "против" она заключила, что не были нарушены требования статьи 14 Конвенции во взаимосвязи со статьей 8 Конвенции в отношении различия в обращении между лицами, имевшими подданство Дании более 28 лет, и лицами, имевшими подданство в течение меньшего срока. Дело было передано на рассмотрение Большой Палаты по ходатайству заявителей.
Вопросы права
По поводу соблюдения статьи 14 Конвенции во взаимосвязи со статьей 8 Конвенции. С целью определить, составляло ли настоящее дело какую-либо "косвенную дискриминацию", основанную на расе или этническом происхождении, было необходимо рассмотреть вопрос о том, оказывало ли на практике применение правила 28 лет несоразмерное негативное влияние на лиц, которые, как заявитель, приобрели подданство Дании после рождения и не были датчанами по этническому происхождению.
Возможность того, что лицам, приобретшим подданство Дании после рождения, могло не потребоваться ждать после этого 28 лет, а лишь, как утверждало государство-ответчик, три года или более до воссоединения семьи, не отменяла того факта, что правило 28 лет имело негативное влияние на подданных Дании, находившихся в той же ситуации, что и заявитель.
Кроме того, Европейский Суд заключил, что можно разумно допустить, что по крайней мере подавляющее большинство датчан-эмигрантов и подданных Дании, родившихся и живущих в Дании (которые могут воспользоваться правилом 28 лет), являются, как правило, датчанами по этническому происхождению, тогда как лица, приобретающие подданство Дании в течение жизни, как заявитель (который не сможет воспользоваться правилом 28 лет в том же возрасте), имеют иностранное этническое происхождение.
Возможность того, что лица, имеющие иностранное этническое происхождение, родившиеся в Дании или прибывшие туда в раннем возрасте, также могли воспользоваться правилом 28 лет, не меняет того факта, что правило имело косвенный эффект создания благоприятных условий подданным Дании датского этнического происхождения и помещения их в невыгодное положение или оказания непропорционального негативного влияния на лиц, имеющих иностранное этническое происхождение, которые, как заявитель, приобрели подданство Дании позднее в течение жизни.
При таких обстоятельствах на государство-ответчика возлагалось бремя доказывания с целью демонстрации того, что различие в воздействии законодательства преследовало законную цель и было результатом объективных факторов, не связанных с этническим происхождением.
Одной из целей введения правила 28 лет было то, что предшествующее изменение Закона об иностранцах, распространяющее требование о привязанности также на подданных Дании, было признано имеющим непредусмотренные последствия для лиц, подобных подданным Дании, которые предпочли жить за границей в течение длительного периода, которые начали семейную жизнь не в Дании и впоследствии имели сложности с выполнением требования о привязанности после возвращения.
Обоснование, выдвинутое властями государства-ответчика для введения правила 28 лет, было в значительной степени основано на достаточно гипотетических доводах. По мнению Европейского Суда, ответ на вопрос о том, когда можно считать, что подданный Дании создал настолько прочные связи с Данией, что воссоединение семьи с иностранным супругом имело перспективы успеха с интеграционной точки зрения, не может зависеть только от длительности гражданства, составляет ли она 28 лет или менее. С целью получить подданство Дании от Биао уже потребовалось, в частности, провести девять лет в Дании и продемонстрировать свое знание датского языка и культуры; кроме того, он ранее был женат на подданной Дании около четырех лет, посещал различные курсы и работал в Дании более шести лет, а также имеет сына, который является подданным Дании благодаря подданству отца. Ни один из этих элементов не был и даже не мог быть принят во внимание при применении правила 28 лет в отношении Биао, хотя они были действительно важны при оценке того, имела ли его жена перспективы успешной интеграции.
Подготовительная работа, касающаяся законодательства, которое изменило рассматриваемый закон, содержала негативную оценку образа жизни подданных Дании недатского этнического происхождения, например, описывая их "модель семьи", представляющую собой "брак с лицом из страны происхождения", как усиливающую проблемы изоляции и "затрудняющую интеграцию иностранцев, вновь прибывших в Данию". Европейский Суд, ссылаясь на свою прецедентную практику, согласно которой общие предубеждения или превалирующие социальные предрассудки в конкретной стране не дают достаточного оправдания для различия в обращении на основании пола* (* Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу "Константин Маркин против Российской Федерации" (Konstantin Markin v. Russia) от 22 мая 2012 г., жалоба N 30078/06, "Информационный бюллетень по прецедентной практике Европейского Суда по правам человека" N 150 (см. полностью: Бюллетень
