Апелляционное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 20 декабря 2018 г. N 49-АПУ18-24
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:
председательствующего - Сабурова Д.Э.,
судей - Таратуты И.В., Хомицкой Т.П.,
при секретаре - Горностаевой Е.Е.,
с участием государственного обвинителя - прокурора Лежепекова В.А., защитников-адвокатов Бадалбаева А.А., Галлямовой Е.И., Мусина В.Н., осужденных Гайфуллина Р.Р., Рогова С.П., Кочкина С.С.,
рассмотрела в судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного Гайфуллина Р.Р., осужденного Кочкина С.С. и его защитника-адвоката Бадалбаева А.А., осужденного Рогова С.П. на приговор Верховного Суда Республики Башкортостан от 16 октября 2018 года, которым
Гайфуллин Руслан Расульевич, ..., несудимый; осужден по:
- ч. 1 ст. 139 УК РФ к 9 месяцам исправительных работ с удержанием 10% заработка;
- ч. 4 ст. 150 УК РФ к 5 годам лишения свободы;
- п. "ж" ч. 2 ст. 105 УК РФ к 14 годам лишения свободы;
на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно к 15 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы на 1 год с перечисленными в приговоре ограничениями и обязанностями;
он же оправдан по ч. 1 ст. 150 УК РФ за отсутствием состава преступления, признано в данной части право на реабилитацию в порядке главы 18 УПК РФ;
Рогов Сергей Павлович, ..., судимый:
- 15 июня 2017 г. по пп. "а, б, в" ч. 2 ст. 158 УК РФ к 160 часам обязательных работ, наказание отбыто 1 ноября 2017 г.;
осужден по:
- ч. 1 ст. 139 УК РФ к 6 месяцам исправительных работ с удержанием 10% заработка;
- п. "ж" ч. 2 ст. 105 УК РФ с применением ч. 6.1 ст. 88 УК РФ к 7 годам лишения свободы;
на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно к 7 годам 1 месяцу лишения свободы в воспитательной колонии;
Кочкин Сергей Сергеевич, ..., судимый:
- 15 июня 2017 г. по пп. "а, б, в" ч. 2 ст. 158 УК РФ к 160 часам обязательных работ, наказание отбыто 5 декабря 2017 г.;
осужден по п. "ж" ч. 2 ст. 105 УК РФ с применением ч. 6.1 ст. 88 УК РФ к 7 годам лишения свободы в воспитательной колонии.
Начало срока исчислено с 16 октября 2018 года. Зачтено в срок наказания период содержания под стражей Кочкина и Рогова с 3 января 2018 года до вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за полтора дня в воспитательной колонии.
Заслушав доклад судьи Сабурова Д.Э., выступления в режиме видеоконференц-связи осужденных Гайфуллина Р.Р., Рогова С.П., Кочкина С.С., их защитников-адвокатов Бадалбаева А.А., Галлямовой Е.И., Мусина В.Н., поддержавших доводы апелляционных жалоб и дополнений, возражения прокурора Лежепекова В.А., Судебная коллегия установила:
по приговору суда Гайфуллин и Рогов незаконно против воли Ш. проникли в её жилище; Гайфуллин вовлек несовершеннолетних Кочкина и Рогова в совершение особо тяжкого преступления; Гайфуллин, Рогов и Кочкин совершили убийство Ш. группой лиц.
Преступления совершены в ночь со 2 на 3 января 2018 года в дер. Ключевское Иглинского района Республики Башкортостан при изложенных в приговоре обстоятельствах.
В апелляционной жалобе адвокат Бадалбаев А.А. в защиту Кочкина полагает приговор подлежащим отмене вследствие несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам и нарушений уголовно-процессуального закона.
Указывает, что судом неправильно установлены фактические обстоятельства, в результате действиям Кочкина дана неправильная квалификация и назначено чрезмерно суровое наказание.
Отмечает, что защитой заявлялось ходатайство о грубом нарушении равенства сторон, о назначении комплексной экспертизы, в чем было необоснованно отказано.
Приводя показания Кочкина в судебном заседании, делает вывод, что тот ударов не наносил, а лишь их имитировал, при этом Ш. уже была мертва. Наносить удары он не хотел, и свои действия совершил, опасаясь за свою жизнь после угроз.
Кочкин вину признал, в содеянном раскаялся, является несовершеннолетним, принес извинения, готов возмещать ущерб, имеет серьезные заболевания, в том числе и на сердце, имеет на иждивении престарелую мать.
Просит приговор изменить, переквалифицировать действия Кочкина на ст. 244 УК РФ, снизив наказание.
Осужденный Кочкин в апелляционной жалобе полагает приговор постановленным на предположениях, считает его необоснованным и несправедливым. Просит приговор пересмотреть и снизить наказание.
Осужденный Рогов в апелляционной жалобе считает, что суд необоснованно отверг его показания в судебном заседании, свои выводы сделал на основе предположений. Свои показания в ходе следствия он давал под давлением. Утверждает, что во время убийства спал, что может подтвердить свидетель, данные о котором не указывает.
Просит приговор отменить, дело направить на дополнительное расследование.
В дополнениях Рогов указывает, что дверь Ш. не взламывал, в причинении вреда здоровью участия не принимал, вторично с Гайфуллиным и Кочкиным в дом не заходил и спал в доме Кочкина С., так как был пьян.
В первоначальных показаниях себя оговорил из чувства ложного товарищества, не осознавая последствия.
Утверждает, что свои удары лишь имитировал, нанося их по уже умершей Ш. в связи с чем, его действия в данной части должны быть квалифицированы как покушение на убийство с назначением наказания по правилам ст. 66 УК РФ.
Обращая внимание на наличие многочисленных смягчающих обстоятельств, считает, что суд должен был применить ч. 5 ст. 62 УК РФ.
Полагает необоснованным решение суда об отказе в признании явки с повинной смягчающим обстоятельством, описывая обстоятельства её появления.
Считает необоснованным осуждение по ч. 1 ст. 139 УК РФ, поскольку объективных доказательств не имеется. Участия во взламывании двери он не принимал, её взломал Гайфуллин, что подтвердил Кочкин.
Приводя доводы о суровости назначенного наказания, считает, что суд имел возможность применить положения ст. 62 УК РФ, поскольку, рассказав о произошедшем следователю, он фактически дал явку с повинной в устной форме. Данный факт подтвердил оперативный сотрудник Г.
Просит приговор отменить и производство по делу прекратить за непричастностью к инкриминируемым деяниям или исключить осуждение по ч. 1 ст. 139 УК РФ, переквалифицировать действия на ч. 3 ст. 30 - ч. 2 ст. 105 УК РФ и назначить наказание с учетом приведенных доводов.
Осужденный Гайфуллин в апелляционной жалобе считает приговор незаконным и необоснованным, постановленным лишь на показаниях Кочкина в ходе расследования, которые были даны под давлением, неправильно интерпретированы и недостаточно изучены.
Отмечает, что свою вину он не признавал, несовершеннолетних не вовлекал, с их слов авторитетом у них не пользовался, в деле нет доказательств, что он являлся лидером и организатором, признаков внушаемости, подчиненности, несамостоятельности они не обнаруживают.
Обращает внимание, что инициатором явился Кочкин, что он и подтвердил в суде. Именно у него был мотив и цель. При этом суд не указал, какие из доказательств он принимает во внимание, а какие отвергает, и почему.
Указывает, что в деле не имеется неоспоримых, достаточных доказательств, подтверждающих, что он незаконно проникал в жилище Ш. По показаниям Кочкина именно он повредил запорное устройство.
В части убийства утверждает, что к нему не причастен, таких показаний не давал, а показания в январе 2018 г. были "отобраны" под давлением. Выгод от убийства он не получал, мотив отсутствовал. Был напуган давлением, под угрозами физической расправы и давал показания, что наносил удары.
Считает, что суд не учел наличие на иждивении престарелой матери, малолетнего ребенка, положительные характеристики, место работы.
Просит приговор отменить и вынести новое решение.
В возражениях на жалобы адвоката и осужденных государственный обвинитель Бакирова А.Р., полагая приговор законным и обоснованным, просит жалобы оставить без удовлетворения, а приговор - без изменения.
Изучив уголовное дело, проверив доводы апелляционных жалоб, дополнений и возражений, Судебная коллегия отмечает, что выводы суда о доказанности вины осужденных в совершенных преступлениях, являются правильными, основаны на совокупности исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре доказательствах.
Так, вина Гайфуллина, Рогова и Кочкина в убийстве Ш. Гайфуллина и Рогова в незаконном проникновении в её жилище, в частности, подтверждается:
- протоколом осмотра м/п об обнаружении обгоревшего трупа Ш. в её доме с телесными повреждениями, об обнаружении повреждений запорного устройства входной двери и нахождении в доме левой галоши 41 размера (т. 1 л.д. 94-111, 140-148);
- протоколом осмотра дома Кочкиных, в ходе которого обнаружена и изъята правая галоша 41 размера со следами вещества, похожего на кровь (т. 1 л.д. 114-122);
- заключением эксперта об обнаружении на вышеуказанной галоше крови, происхождение которой не исключается от Ш. (т. 2 л.д. 182-193);
- заключением эксперта о том, что очаг пожара в доме Ш. (место первоначального возникновения горения) находился на фрагментах одежды человека с головы до колен, наиболее вероятной причиной возникновения пожара является возгорание горючих материалов от источника зажигания, с вязанного с действиями человека, пожар мог произойти при обливании трупа бензином и последующего поджигания спичкой (т. 1 л.д. 155-158, т. 2 л.д. 224-230);
- заключением судебно-медицинского эксперта о причинах смерти Ш., которая последовала в результате черепно-мозговой травмы, выразившейся в различных повреждениях от ударных воздействий (не менее 6-ти) твердым тупым предметом, оценивающейся как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни; об обнаружении на трупе других прижизненных телесных повреждений в области груди в виде закрытой тупой травмы, выразившейся в переломах ребер, образовавшейся от ударных воздействий (не менее 3-х) твердым тупым предметом, оценивающейся как вред здоровью средней тяжести (т. 2 л.д. 144-168);
- показаниями в ходе предварительного расследования Кочкина, в которых он подтверждал сильные и неоднократные удары каждого из них палкой, в том числе, и по голове потерпевшей, с целью причинения смерти, незаконность проникновения в жилище Ш., последующий поджог трупа, сообщал о фразах Гайфуллина "замочить" Ш. перед нанесением ударов палкой, о том, что действовал под влиянием старшего по возрасту Гайфуллина (т. 4 л.д. 19-25, 33-37, 38-53, 54-58, 59-65);
- показаниями в ходе предварительного расследования Рогова, в которых тот также подтверждал совместные удары палкой по голове и телу Ш., последующий поджог её тела; указывал, что в процессе этого потерял в доме Ш. одну галошу, в которых находился сам и которые взял из дома Кочкина, куда вернулись после содеянного (т. 3 л.д. 119-125, 133-139, 157-163, 173-177, 140-148, 149-156);
- показаниями законных представителей Кочкиной С.Г. и Роговой Н.В. о том, что более старший по возрасту Гайфуллин, знавший о несовершеннолетнем возрасте их сыновей, пользовался авторитетом, к его мнению ребята прислушивались, выполняли его просьбы и требования.
Вина также подтверждается и другими приведенными в приговоре доказательствами, в том числе, показаниями потерпевшей Ш. показаниями свидетелей Г., К., В., К. показаниями судебно-медицинского эксперта Г. уточнившего, что количество травматических воздействий на трупе Ш. составило не менее 9-ти ударов, а общее количество воздействий могло значительно превышать количество выявленных повреждений вследствие поджога тела, который мог скрыть повреждения.
Проанализировав исследованные доказательства, суд пришел к обоснованному выводу о виновности осужденных и о доказанности их вины.
Положенные в основу приговора доказательства судом оценены с точки зрения относимости и допустимости, и правильно приняты во внимание. Каких-либо противоречий они не содержат и в своей совокупности являлись достаточными для обоснования выводов о виновности осужденных. При этом, вопреки доводам жалоб, суд мотивировал какие из доказательств он принимает во внимание, а какие - отвергает и почему.
Показания Гайфуллина, Рогова и Кочкина в ходе предварительного расследования правильно приняты во внимание в той части, в которой они согласовывались друг с другом и иными доказательствами, а изменению своих ранее данных показаний судом дана надлежащая оценка.
Доводы о вынужденности показаний Рогова, Кочкина и Гайфуллина по изложенным в жалобах причинам, алиби Рогова, проверялись судом первой инстанции и обоснованно с приведением соответствующих мотивов отвергнуты. Выводы суда достаточно полно мотивированы и являются правильными.
При этом, из содержания показаний Гайфуллина, видно, что фактически он вину в убийстве не признавал, указывал лишь о своих незначительных ударах палкой и лишь по тем частям тела, где экспертом не зафиксированы какие-либо повреждения, повлекшие смерть.
Экспертизы по делу проведены компетентными специалистами, об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения эксперты предупреждались, их выводы обоснованными, составленные заключения соответствуют требованиям УПК РФ и оснований для признания их недопустимыми доказательствами не имеется, как не имелось и оснований для назначения и проведения повторной судебно-медицинской экспертизы трупа.
