Определение Верховного Суда РФ от 20 сентября 2019 г. N 308-ЭС19-12135
Судья Верховного Суда Российской Федерации Самуйлов С.В.,
изучив с материалами истребованного дела кассационные жалобы Мешвеза Рустама Темботовича и Титова Андрея Владимировича на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 05.02.2019, постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.03.2019 и постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 11.04.2019 по делу N А32-14909/2013 о банкротстве общества с ограниченной ответственностью "ДжиТиЭм-Груп" (далее - должник), установил:
из материалов дела и судебных актов следует, что в 2011 году открытое акционерное общество "Россельхозбанк" (далее - банк) во исполнение шести договоров об открытии кредитной линии, заключенных с обществом "ДжиТиЭм-Груп", перечислило последнему денежные средства. Должник кредит не вернул.
13.03.2013 в отношении общества "ДжиТиЭм-Груп" по его заявлению возбуждено дело о банкротстве, а решением Арбитражного суда Краснодарского края от 13.06.2013 должник признан банкротом, открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре банкротства.
Определением суда от 25.09.2013 требования банка в размере 167 739 238,55 руб. включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника как обеспеченные залогом имущества должника.
29.12.2017 банк уступил Мишу Рашиду Муратовичу требование к должнику, вытекающее из договоров об открытии кредитной линии. Общая сумма требований банка к должнику на дату заключения договора уступки составляла 154 620 394,89 руб.
06.07.2018 конкурсное производство в отношении должника завершено.
07.08.2018 общество "ДжиТиЭм-Груп" исключено из Единого государственного реестра юридических лиц (далее - ЕГРЮЛ).
По условиям договора от 21.09.2018 Миш Р.М. передал Титову А.В. и Мешвезу Р.Т. по 1/2 требования (по 77 310 197,44 руб.) к обществу "ДжиТиЭм-Груп", принадлежавшие Мишу Р.М. по договору цессии с банком от 29.12.2017.
09.10.2018 Титов А.В. и Мешвез Р.Т. обратились в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлениями о процессуальном правопреемстве. Каждый из них потребовал заменить банк (первоначального кредитора) на себя в деле о банкротстве общества "ДжиТиЭм-Груп" по требованию на сумму 77 310 197,44 руб. В обоснование заявители сослались на вышеуказанные договоры уступки требований, а также статьи 382, 384, 389 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), часть 1 статьи 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), а также пункт 11 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), указывая, что замена кредитора возможна в деле о банкротстве и после завершения конкурсного производства.
Определением суда первой инстанции от 05.02.2019, оставленным в силе постановлениями апелляционного и окружного судов от 04.03.2019 и от 11.04.2019, производство по заявлениям прекращено. Суды исходили из того, что все заявления и ходатайства в рамках дела о банкротстве рассматриваются до ликвидации должника. С момента внесения в ЕГРЮЛ записи о ликвидации должника производства по всем заявлениям и ходатайствам подлежат прекращению.
Суды руководствовались статьями 48, 65, 71, 150, 223 АПК РФ, статьями 382, 384, 389, 419 ГК РФ, статьями 32, 142, 149 Закона о банкротстве, разъяснениями, изложенными в пункте 48 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 N 29 "О некоторых вопросах практики применения Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" Апелляционный суд так же указал, что договор от 21.09.2018 уступки требований ничтожен, так как в материальном правоотношении переход права от Миша Р.М. в пользу заявителей не мог состояться в силу прекращения обязательства ликвидацией юридического лица - должника.
Не согласившись с указанными судебными актами, Мешвез Р.Т. и Титов А.В. обратились с кассационными жалобами в Верховный Суд Российской Федерации, в которых просят их отменить и принять новый судебный акт об удовлетворении заявления о процессуальном правопреемстве.
Доводы заявителей сводятся к тому, что в деле о банкротстве замена кредитора возможна и после ликвидации должника, поскольку правоотношения по поводу распределения имущества должника и возмещения убытков кредиторам не прекращаются. Кредитор, требования которого не были удовлетворены в ходе конкурсного производства, после ликвидации должника сохраняет за собой некоторые права в отношении имущества должника и лиц, совместно с должником причинивших имущественный вре
