Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, А.И. Бойцова, Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, С.М. Казанцева, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, В.Г. Ярославцева,
рассмотрев по требованию гражданина Д.Ю. Солдатенкова вопрос о возможности принятия его жалобы к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,
установил:
1. Решением суда общей юрисдикции, оставленным без изменения судом апелляционной инстанции, были удовлетворены исковые требования межрайонной природоохранной прокуратуры, предъявленные к гражданину Д.Ю. Солдатенкову - собственнику земельного участка и связанные с соблюдением ограничений, установленных для данного участка санитарными правилами. В частности, на него были возложены обязанности снести самовольные постройки, включая баню и летнюю кухню, и демонтировать локальные очистные сооружения. Как указали суды, земельный участок, принадлежащий ответчику, расположен в границах первого пояса зоны санитарной охраны водохранилища, являющегося источником питьевого водоснабжения города Москвы; созданные на этом земельном участке объекты создают угрозу химического и биологического загрязнения данного источника.
Д.Ю. Солдатенков оспаривает конституционность следующих законоположений:
пункта 1 статьи 222 ГК Российской Федерации, закрепляющего признаки самовольной постройки, а также предусматривающего, что не является самовольной постройкой здание, сооружение или другое строение, возведенные или созданные с нарушением установленных в соответствии с законом ограничений использования земельного участка, если собственник данного объекта не знал и не мог знать о действии указанных ограничений в отношении принадлежащего ему земельного участка;
части 27 статьи 26 Федерального закона от 3 августа 2018 года N 342-ФЗ "О внесении изменений в Градостроительный кодекс Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации", согласно которой, в частности, в случае, если здание, сооружение, объект незавершенного строительства возведены, созданы в границах зоны с особыми условиями использования территории, которая установлена и границы которой установлены до дня официального опубликования данного Федерального закона, и размещение или использование (назначение) таких здания, сооружения, объекта незавершенного строительства не соответствует ограничениям использования земельных участков, установленным в границах указанной зоны, собственники здания, сооружения, объекта незавершенного строительства уведомляются в письменной форме о том, что такие здание, сооружение, объект незавершенного строительства подлежат сносу или их параметры и (или) разрешенное использование (назначение) подлежат приведению в соответствие с ограничениями использования земельных участков, установленными в границах зоны с особыми условиями использования территории, с указанием оснований для их сноса или приведения в соответствие; порядок данного уведомления устанавливается Правительством Российской Федерации (такой порядок предусмотрен правилами, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 13 мая 2019 года N 588, которое было принято уже после вынесения судебных постановлений по делу заявителя);
абзаца второго пункта 5 статьи 18 Федерального закона от 30 марта 1999 года N 52-ФЗ "О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения", согласно которому зоны санитарной охраны источников питьевого и хозяйственно-бытового водоснабжения устанавливаются, изменяются, прекращают существование по решению органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации; при этом решения об установлении, изменении зоны санитарной охраны источников питьевого и хозяйственно-бытового водоснабжения принимаются при наличии санитарно-эпидемиологического заключения о соответствии границ таких зон и ограничений использования земельных участков в границах таких зон санитарным правилам; положение о зонах санитарной охраны источников питьевого и хозяйственно-бытового водоснабжения утверждается Правительством Российской Федерации.
По мнению заявителя, оспариваемые законоположения, а также практика их толкования и применения не соответствуют статьям 15 и 35 (части 1-3) Конституции Российской Федерации, поскольку позволяют лишать граждан принадлежащего им имущества на основании ограничений, которые не были указаны в Едином государственном реестре недвижимости и не были известны гражданам. Также в жалобе отмечено, что суды неправильно определили правовые акты, подлежащие применению в данном деле, и не учли иерархию этих актов.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.
Пункт 1 статьи 222 ГК Российской Федерации, закрепляющий признаки самовольной постройки, а также предусматривающий гарантии для лиц, которые не знали и не могли знать о наличии ограничений в использовании принадлежащего им земельного участка и с учетом данного обстоятельства действовали добросовестно при возведении на нем зданий, сооружений, других строений, не может сам по себе расцениваться как нарушающий конституционные права заявителя, который, как отмечено в судебных постановлениях, был осведомлен о нахождении земельного участка в границах водоохранной зоны и наличии ограничений, предусмотренных санитарными правилами.
Что же касается абзаца второго пункта 5 статьи 18 Федерального закона "О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения", определяющего в том числе виды правовых актов, которые принимают органы государственной власти Российской Федерации и субъектов Российской Федерации по вопросам, связанным с созданием и правовым режимом зон санитарной охраны исто
