Постановление Суда по интеллектуальным правам от 19 июня 2020 г. N С01-303/2019 по делу N А41-59565/2018
Резолютивная часть постановления объявлена 17 июня 2020 года.
Полный текст постановления изготовлен 19 июня 2020 года.
Суд по интеллектуальным правам в составе:
председательствующего судьи Рогожина С.П.,
судей Лапшиной И.В., Четвертаковой Е.С.
рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу закрытого акционерного общества "ЗУБР ОВК" (д. Сухарево, д. 133, каб. 13, г. Мытищи, Московская обл., 141052, ОГРН 1055005107178) на решение Арбитражного суда Московской области от 02.12.2019 по делу N А41-59565/2018 и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 10.03.2020 по тому же делу по иску иностранного лица - Duracell Batteries BVBA (Nijverheidslaan 7, B-3200 Aarschot, Belgium) к закрытому акционерному обществу "ЗУБР ОВК" о защите исключительного права на товарный знак.
В судебном заседании приняли участие представители:
от иностранного лица - Duracell Batteries BVBA - Белоусов Е.Н. (по доверенности от 30.09.2019);
от закрытого акционерного общества "ЗУБР ОВК" - Колина Д.В. (по доверенности от 14.10.2019).
Суд по интеллектуальным правам
УСТАНОВИЛ:
иностранное лицо - Duracell Batteries BVBA (далее - компания) обратилось в Арбитражный суд Московской области с иском к закрытому акционерному обществу "ЗУБР ОВК" (далее - общество "ЗУБР ОВК", общество) об обязании прекратить нарушение исключительных прав на товарный знак по свидетельству Российской Федерации N 250750, незаконное использование товарного знака, в частности, путем размещения обозначения, сходного до степени смешения с товарным знаком: на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются и демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территорию Российской Федерации либо хранятся и перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации, на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот, в предложениях о продаже товаров, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе, в сети "Интернет" и о взыскании 1 000 000 рублей компенсации.
Решение Арбитражного суда Московской области от 24.10.2018, оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 18.02.2019, в удовлетворении исковых требований отказано.
Постановлением Суда по интеллектуальным правам от 20.05.2019 решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Московской области.
Решением Арбитражного суда Московской области от 02.12.2019, принятым при новом рассмотрении дела, оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 10.03.2020, заявленные требования удовлетворены в полном объеме.
В кассационной жалобе, поданной в Суд по интеллектуальным правам, ссылаясь на неправильное применение судами первой и апелляционной инстанций норм материального права, на соответствие их выводов фактическим обстоятельствам дела, общество просит отменить обжалуемые судебные акты и принять новый судебный акт.
В обоснование кассационной жалобы общество указывает на отсутствие оснований для взыскания компенсации в заявленном размере 1 000 000 рублей, поскольку данную сумму истец не обосновал, она является чрезмерной.
Судами при определении размера компенсации не учтены разъяснения, содержащиеся в пунктах 61 и 62 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление от 23.04.2019 N 10), и правовая позиция, изложенная в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 N 28-П "По делу о проверке конституционности подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросами Арбитражного суда Алтайского края" (далее - постановление N 28-П).
В представленном отзыве на кассационную жалобу компания, не соглашалась с доводами, изложенными в кассационной жалобе, полагает, что они направлены на переоценку выводов судов первой и апелляционной инстанций, основанных на полной и всесторонней оценке доказательств, представленных в материалы дела.
Представитель ответчика поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе, представитель истца возражал против удовлетворения кассационной жалобы.
Законность обжалуемых судебных актов проверена Судом по интеллектуальным правам в порядке, предусмотренном статьями 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
При рассмотрении дела в порядке кассационного производства Судом по интеллектуальным правам на основании части 2 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации проверено соблюдение судами норм процессуального права, нарушение которых является в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены судебного акта в любом случае, и таких нарушений не выявлено.
Как установлено судами и следует из материалов дела, компания является правообладателем изобразительного товарного знака свидетельству Российской Федерации N 250750 (дата приоритета - 18.10.2000, дата регистрации - 04.07.2003, срок действия правовой охраны - 18.10.2020), правовая охрана которому предоставлена в отношении товаров "электрохимические элементы и батареи" 9-го класса Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков.
Компанией в гражданском обороте на территории Российской Федерации были обнаружены алкалиновые батарейки производства общества "ЗУБР ОВК", образцы которых были представлены в материалы настоящего дела.
По мнению компании, внешний вид названных батареек сходен до степени смешения с указанным товарным знаком компании, а их введение в гражданский оборот без разрешения правообладателя товарного знака нарушает исключительное право на указанное средство индивидуализации, что и послужило основанием для обращения компании к обществу с претензией и для последующего обращения в арбитражный суд.
Общество, возражая на претензию и исковые требования компании, оспаривало доводы последней о наличии сходства, в том числе до степени смешения, спорных товаров с указанным товарным знаком компании, настаивая на том, что спорная продукция идентифицируется потребителями по обозначению ![]()
являющемуся товарным знаком по свидетельству Российской Федерации N 4034035, правообладателем которого является общество.
Заявленный ко взысканию размер компенсации был определен истцом в соответствии с подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).
Суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 1225, 1477, 1482, 1484, 1515 ГК РФ, пришел к выводу об удовлетворении исковых требований. Определяя размер компенсации за допущенное ответчиком нарушение, суд первой инстанции исходил из характера допущенного нарушения, степени вины нарушителя, руководствуясь принципами разумности и справедливости, пришел к выводу об обоснованности размера заявленной компенсации.
Суд апелляционной инстанции признал выводы суда первой инстанции законными и обоснованными, указав, что ответчик не доказал также то обстоятельство, что правонарушение не носило грубый характер и ему не было известно о контрафактности используемой продукции, не представил доказательств принятия им мер для проверки товара на контрафактность.
Изучив материалы дела, рассмотрев доводы, изложенные в кассационной жалобе и отзыве на нее, проверив в соответствии со статьями 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, соответствие выводов судов имеющимся в деле доказательствам и установленным фактическим обстоятельствам, Суд по интеллектуальным правам приходит к следующим выводам.
Как усматривается из кассационной жалобы, ее заявителем оспариваются выводы судов первой и апелляционной инстанций исключительно в отношении определения размера компенсации, обстоятельства наличия у истца исключительных прав на товарный знак и их нарушение их ответчиком, обществом не оспаривается.
В связи с этим суд кассационной инстанции в порядке, предусмотренном частью 1 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не проверяет законность выводов судов первой и апелляционной инстанций в этой части.
В соответствии с пунктом 4 статьи 1515 ГК РФ правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.
В пункте 59 постановления от 23.04.2019 N 10 разъяснено, что компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.
Рассматривая дела о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, суд определяет сумму компенсации в указанных законом пределах по своему усмотрению, но не выше заявленного истцом требования (пункт 62 постановление от 23.04.2019 N 10).
При этом суд не лишен права взыскать сумму компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием, но не ниже низшего предела, установленного абзацем вторым статьи 1301, абзацем вторым статьи 1311, подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 или подпунктом 1 пункта 2 статьи 1537 ГК РФ.
Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован.
При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деяте
