Постановление Европейского Суда по правам человека от 20 октября 2005 г. Дело "Шведов (Shvedov) против Российской Федерации" (жалоба N 69306/01) (Первая секция)

Европейский Суд по правам человека
(Первая секция)


Дело "Шведов (Shvedov)
против Российской Федерации"
(Жалоба N 69306/01)


Постановление Суда


Страсбург, 20 октября 2005 г.



По делу "Шведов против Российской Федерации" Европейский Суд по правам человека (Первая секция), заседая Палатой в составе:

X.Л. Розакиса, Председателя Палаты,

П. Лоренсена,

Н. Ваич,

С. Ботучаровой,

А. Ковлера,

Э. Штейнер,

Х. Гаджиева, судей,

а также при участии С. Нильсена, Секретаря Секции Суда,

заседая 29 сентября 2005 г. за закрытыми дверями,

вынес следующее Постановление:


Процедура


1. Дело было инициировано жалобой (N 69306/01), поданной 14 марта 2001 г. в Европейский Суд против Российской Федерации гражданином России Алексеем Ефимовичем Шведовым (далее - первый заявитель) в соответствии со статьей 34 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод.

2. Изначальная жалоба заявителя касалась предполагаемого неисполнения судебного решения, вынесенного в его пользу. 27 марта 2002 г. заявитель умер. Как представляется, его сыновья Александр Шведов и Алексей Шведов являются его единственными наследниками. Письмом от 4 декабря 2002 г. Александр Алексеевич Шведов (далее - второй заявитель) проинформировал Европейский Суд о смерти своего отца и выразил желание продолжать рассмотрение жалобы в качестве его наследника. Его брат, другой сын первого заявителя, никогда не обращался по этому вопросу в Европейский Суд.

3. В 2002 - 2004 годах второй заявитель представил ряд новых жалоб от своего имени. Так, письмом от 4 декабря 2002 г. он направил жалобу о его принудительной иммиграции в Советский Союз в 1957 году. В письме от 27 января 2004 г. он жаловался на результат жилищного спора относительно квартиры своего отца (см. ниже раздел "Факты").

4. Интересы заявителя в Европейском Суде представляла В.И. Воронцова. Интересы его наследника, Александра Алексеевича Шведова, представлял К.П. Краковский, юрист из г. Ростова-на-Дону. Власти Российской Федерации в Европейском Суде были представлены Уполномоченным Российской Федерации при Европейском Суде по правам человека П.А. Лаптевым.

5. 8 марта 2004 г. Европейский Суд решил коммуницировать жалобу властям Российской Федерации в части, касающейся предполагаемого неисполнения судебного решения, вынесенного в пользу заявителя. В соответствии с пунктом 3 статьи 29 Конвенции Европейский Суд решил рассмотреть данную жалобу одновременно по вопросу приемлемости и по существу.


Факты


6. Заявитель - гражданин России, 1927 года рождения, умер в 2003 году. На момент событий он проживал в г. Ростове-на-Дону.

7. Второй заявитель - гражданин России, 1949 года рождения. Он приходится заявителю сыном и проживает в г. Ростове-на-Дону.


А. Судебное разбирательство в связи с незаконным осуждением заявителя


8. В 1995 году заявитель был арестован по подозрению в совершении кражи и помещен под стражу в отделение милиции. В 1996 году суд полностью оправдал его.

9. В сентябре 1996 года заявитель подал иск против государства о компенсации причиненного ему морального вреда ввиду его незаконного содержания под стражей. 29 декабря 1997 г. Пролетарский районный суд г. Ростова-на-Дону удовлетворил иск заявителя, обязав государство в лице Министерства финансов Российской Федерации выплатить заявителю компенсацию ущерба в размере 34 000 рублей. Данное судебное решение вступило в силу. Однако 25 мая 1998 г. судебное решение, вынесенное в пользу заявителя, было отменено в порядке надзора. Дело было направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

10. 15 марта 1999 г. Пролетарский районный суд г. Ростова-на-Дону частично удовлетворил исковые требования заявителя и присудил ему сумму в размере 24 917 рублей (примерно 970 евро), подлежащую взывсканию через управление Федерального казначейства Российской Федерации по Ростовской области. Данное судебное решение обжаловано не было и вступило в законную силу, как следует из его копии, предоставленной заявителем, 17 марта 2000 г.


В. Исполнительное производство


11. 12 мая 1999 г. служба судебных приставов возбудила исполнительное производство о взыскании денежных средств с управления Федерального казначейства Российской Федерации по Ростовской области. Заявитель и служба судебных приставов неоднократно направляли требования о взыскании денежных сумм, присужденных Пролетарским районным судом г. Ростова-на-Дону. Однако требования были возвращены в службу судебных приставов неисполненными. Управление Федерального казначейства Российской Федерации по Ростовской области пояснило, что поскольку на эти цели федеральным бюджетом не предусмотрены денежные средства, денежная сумма по судебному решению не может быть выплачена.

12. В последующие месяцы служба судебных приставов обращалась в Федеральное казначейство Российской Федерации и в Министерство финансов Российской Федерации с требованием внести соответствующие изменения в бюджетные расходования в целях исполнения судебного решения от 15 марта 1999 г. Как следует из письма Правового департамента Министерства финансов Российской Федерации от 25 августа 1999 г., информация о долге по судебному решению была занесена в специальную базу данных, в которой учитываются все требования к Федеральному казначейству.

13. В апреле 2000 г. материалы дела по исполнительному производству были направлены в подразделение службы судебных приставов в г. Москву. Заявитель был проинформирован о том, что с этого времени исполнительное производство будет вестись службой судебных приставов в г. Москве по месту нахождения Федерального казначейства Российской Федерации.

14. При этом заявитель направил в Пролетарский районный суд г. Ростова-на-Дону заявление с просьбой разъяснить, какой государственный орган ответствен за погашение долга по судебному решению. 13 сентября 2000 г. Пролетарский районный суд г. Ростова-на-Дону вынес определение, согласно которому долг должен быть взыскан с Федерального казначейства Российской Федерации по его месту нахождения в г. Москве. Соответственно, суд выдал новый исполнительный лист, который был направлен в службу судебных приставов в г. Москву.

15. 26 марта 2001 г. исполнительный лист был возвращен заявителю. Служба судебных приставов г. Москвы пояснила заявителю, что в связи с изменениями в законодательстве, в частности в Федеральном законе "О федеральном бюджете на 2001 год" (см. ниже раздел "Применимое национальное законодательство"), она перестала нести ответственности за принудительное исполнение судебных решений по искам к государственным органам. Служба судебных приставов предложила заявителю направить исполнительный лист с некоторыми дополнительными документами непосредственно в Министерство финансов Российской Федерации.

16. По утверждению властей Российской Федерации, в настоящее время исполнительный лист находится в Министерстве финансов Российской Федерации. Второй заявитель сообщил, что в декабре 2004 года все документы, необходимые в соответствии с постановлением Правительства Российской Федерации N 666, были направлены в Министерство финансов Российской Федерации. Однако, как представляется, до настоящего времени данное судебное решение остается неисполненным.


С. Другие факты, указанные вторым заявителем


17. Второй заявитель родился в 1949 году в Германии. С 1950 года его семья проживала в Австралии. По утверждению второго заявителя, в 1957 году, когда они посещали своих родственников в Советском Союзе, советские власти запретили им возвращаться в Австралию.

18. Второй заявитель также принимал участие в судебном разбирательстве по гражданскому спору с частным лицом в отношении квартиры его отца. Данный спор завершился вынесением решений судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от 4 декабря 2002 г. и Пролетарского районного суда г. Ростова-на-Дону от 13 марта 2003 г., которое не было обжаловано и вступило в силу 25 марта 2003 г.


D. Применимое национальное законодательство и правоприменительная практика


Общие положения об исполнительном производстве


19. Федеральный закон от 21 июля 1997 г. N 119-ФЗ "Об исполнительном производстве" предусматривает, что служба судебных приставов является органом, на который возложена обязанность за исполнение судебных решений (часть 1 статьи 3). Судебные решения могут также исполняться налоговыми органами, банками, финансовыми организациями, иными органами, государственными должностными лицами и частными лицами - все они не рассматриваются в качестве органов исполнения судебных решений (статья 5).


Исполнение судебных решений по искам к получателям средств федерального бюджета


20. Статьей 110 Федерального закона от 27 декабря 2000 г. N 150-ФЗ "О федеральном бюджете на 2001 год" предусматривалось, что исполнительные листы о взыскании с казны Российской Федерации должны были направляться на исполнение в Министерство финансов Российской Федерации и должны быть исполнены в соответствии с процедурой, установленной Правительством Российской Федерации. Схожие положения были включены в статью 128 Федерального закона "О федеральном бюджете на 2002 год". Однако статьей 122 Федерального закона от 24 декабря 2002 г. N 176-ФЗ "О федеральном бюджете на 2003 год" было установлено в дополнение к аналогичному требованию о том, что исполнительные листы должны были направляться в Министерство финансов Российской Федерации, что судебные решения по искам к Российской Федерации службой судебных приставов не исполняются.

21. 22 февраля 2001 г. Правительство Российской Федерации приняло постановление N 143 "Об утверждении Правил взыскания на основании исполнительных листов судебных органов средств по денежным обязательствам получателей средств федерального бюджета" (далее - Правила). Пункты 2 и 3 Правил предусматривали, что взыскатель должен был представить исполнительный лист и копию судебного решения в отделение Федерального казначейства, в котором у должника имеются денежные средства. Отделение Федерального казначейства должно было перевести взыскателю полагающуюся ему денежную сумму в течение трех рабочих дней, если она не превышает имеющиеся у должника денежные средства (пункт 5). Если денежных средств у должника не достаточно для полного исполнения судебного решения, исполнительный лист возвращается взыскателю, который вправе затем обратиться в Министерство финансов Российской Федерации в целях взыскания оставшейся части долга с органа, осуществляющего финансирование должника (пункт 6).

22. 9 сентября 2002 г. Правительство Российской Федерации приняло постановление N 666 об утверждении Правил "О порядке исполнения Министерством финансов Российской Федерации судебных актов по искам к казне Российской Федерации на возмещение вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) органов государственной власти либо должностных лиц органов государственной власти". Процедура исполнения таких судебных решений, предусмотренная Правилами 2002 года, в целом, схожа с процедурой, предусмотренной указанными выше Правилами от 22 февраля 2001 г.


Прецедентное право Верховного Суда Российской Федерации


23. 19 июля 2001 г. Верховный Суд Российской Федерации вынес решение N ГКПИ 2001-864 по вопросу законности некоторых положений Правил. В частности, Верховный Суд Российской Федерации установил, что Правила не устанавливают порядок исполнения судебных решений, поскольку Федеральное казначейство не является органом исполнения судебных решений в соответствии со статьей 5 Федерального закона "Об исполнительном производстве". В последующем решении N ГКПИ 2001-1345 от 22 октября 2001 г. Верховный Суд Российской Федерации пояснил свою позицию следующим образом:


"Содержание оспариваемых Правил свидетельствует о том, что порядок принудительного исполнения судебных актов ими не регулируется, они устанавливают порядок добровольного исполнения актов судебных органов, о взыскании средств лишь по денежным обязательствам получателей средств федерального бюджета, поступающих в органы федерального казначейства.

Суд исходит также из объяснений представителей Правительства Российской Федерации о том, что поскольку оспариваемые Правила приняты во исполнение положений Бюджетного кодекса Российской Федерации и статьи 109 Федерального закона "О федеральном бюджете на 2001 год", то и термины "денежные обязательства", "получатели бюджетных средств" (лишь бюджетные учреждения) и т.д. использованы в них в том значении, какое имеют в Бюджетном кодексе Российской Федерации (статьи 70, 161, 162 и другие Бюджетного кодекса Российской Федерации) и Правила не регулируют порядок взыскания по решениям судов средств за счет казны Российской Федерации и по обязательствам, не предусмотренным статьей 70 Бюджетного кодекса Российской Федерации".


24. В решении NN ГКПИ 2001-1790 и ГКПИ 2002-139 от 27 февраля 2002 г. Верховный Суд Российской Федерации подтвердил, что ни Правила, ни федеральные законы о федеральном бюджете на 2001 и 2002 годы не препятствовали взыскателям обращаться за исполнением судебных решений в соответствии с порядком, предусмотренным Федеральным законом "Об исполнительном производстве", Федеральным законом "О судебных приставах" и Гражданским процессуальным кодексом РСФСР. Наконец, в решении N ГКПИ 2001-1482 от 28 марта 2002 г. Верховный Суд Российской Федерации вновь подтвердил свою позицию.

25. 20 мая 2003 г. Кассационная коллегия Верховного Суда Российской Федерации в своем определении N КАС 03-205 указала, что Правила, утвержденные постановлением Правительства Российской Федерации N 666 от 9 сентября 2002 г., касались добровольного исполнения судебных решений по искам к федеральной казне и не препятствовали взыскателю требовать принудительного исполнения судебного решения посредством службы судебных приставов.


Право


I. Предполагаемое нарушение пункта 1 Статьи 6 Конвенции и Статьи 1 Протокола N 1 к конвенции


26. Заявитель жаловался на длительное неисполнение судебного решения от 15 марта 1999 г., вынесенного в его пользу. Хотя заявитель в формуляре жалобы ссылался при этом на пункт 5 статьи 5 Конвенции, Европейский Суд в соответствии со своей сложившейся прецедентной практикой по схожим делам (см., среди многих прочих прецедентов, Постановление Европейского Суда по делу "Бурдов против России" (Burdiv v. Russia), жалоба N 59498/00, ECHR 2002-III) счел, что данную часть жалобы было бы уместнее рассмотреть с точки зрения пункта 1 статьи 6 Конвенции и статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции, которые в части, применимой в настоящем деле, гласят:


Статья 6


"Каждый в случае спора о его гражданских правах и обязанностях ... имеет право на справедливое... разбирательство дела ... судом ...".


Статья 1 Протокола N 1 к Конвенции


"Каждое физическое или юридическое лицо имеет право на уважение своей собственности. Никто не может быть лишен своего имущества иначе как в интересах общества и на условиях, предусмотренных законом и общими принципами международного права.

Предыдущие положения не умаляют права государства обеспечивать выполнение таких законов, какие ему представляются необходимыми для осуществления контроля за использованием собственности в соответствии с общими интересами или для обеспечения уплаты налогов иди других сборов или штрафов".


27. Власти Российской Федерации не согласились с утверждениями заявителя. Они указывали, что заявитель не выполнил требования процедуры, предусмотренные в отношении исполнения судебных решений по искам к государству. В частности, заявитель не направил в соответствующий орган - Министерство финансов Российской Федерации - некоторые документы, как это требуется в соответствии с постановлением Правительства Российской Федерации N 666 от 9 сентября 2002 г. (см. выше раздел "Применимое национальное законодательство и правоприменительная практика"). Таким образом, задержка при исполнении судебного решения имеет место по вине заявителя. Далее власти Российской Федерации утверждали, что "принимая во внимание тот факт, что Шведов А.Е. (заявитель) не получил полагающиеся ему денежные средства в связи с его смертью, ... наследники умершего, в частности Шведов А.А. (второй заявитель) вправе обратиться за исполнением судебного решения посредством представления необходимых документов в Министерство финансов Российской Федерации". Власти Российской Федерации пришли к выводу, что часть жалобы на неисполнение судебного решения является явно необоснованной.


А. Приемлемость жалобы


28. Европейский Суд отметил, что единственным возражением, выдвинутым властями Российской Федерации, является то, что действия самого заявителя являются основной причиной задержки в исполнении решения Пролетарского районного суда г. Ростова-на-Дону от 15 марта 1999 г. По мнению Европейского Суда, данный вопрос поднимает сложные вопросы фактов и права в соответствии с Конвенцией, разрешение которых требует рассмотрение дела по существу. Таким образом, данная часть жалобы не является явно необоснованной по смыслу пункта 3 статьи 35 Конвенции. Далее Европейский Суд отметил, что она не является неприемлемой по иным основаниям и, таким образом, должна быть объявлена приемлемой.


В. Существо жалобы


1. Предполагаемое нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции


29. Власти Российской Федерации утверждали, что судебное решение не исполнено по причине непредоставления заявителем необходимых документов в Министерство финансов Российской Федерации в соответствии с постановлением Правительства Российской Федерации от 9 сентября 2002 N 666.

30. Второй заявитель утверждал, что на момент утверждения постановлением Правительства Российской Федерации правил, на которые ссылались власти Российской Федерации, судебное решение от 15 марта 1999 г., вынесенное в пользу заявителя, оставалось неисполненным в течение значительного периода времени; кроме того, принятие специальных правил исполнения судебных решений по искам к государственным органам не препятствовало взыскателям обращаться за исполнением обычным образом с помощью судебных приставов. Второй заявитель ссылался на решения Верховного Суда Российской Федерации, указанные выше (см. выше раздел "Применимое национальное законодательство и правоприменительная практика").

31. Европейский Суд отметил, что стороны не оспаривали тот факт, что действия заявителей или органов государственной власти (должника) являлись основной причиной задержки при исполнении судебного решения от 15 марта 1999 г.

32. В связи с этим Европейский Суд напомнил, прежде всего, что "право на суд", вытекающее из положений статьи 6 Конвенции, представляет собой обязанность государства по исполнению вступившего в законную силу судебного решения (см. Постановление Европейского Суда по делу "Хорнсби против Греции" (Hornsby v. Greece) от 19 марта 1997 г., Reports of Judgments and Decisions 1997-II, §40, Постановление Европейского Суда по делу "Бурдов против России" (Burdov v. Russia), жалоба N 59498/00, ECHR 2002-III, §34). Однако данная обязанность не является абсолютной и может подлежать некоторым ограничениям, установленным по умолчанию: от стороны, выигравшей дело, вправе требовать совершение некоторых процессуальных шагов в целях получения суммы долга по судебному решению (см. Решение Европейского Суда по делу "Трейял против Эстонии" (Treial v. Estonia) от 28 ноября 2000 г., жалоба N 48129/99). Одновременно формальные требования, которые должен соблюсти взыскатель, не должны ограничивать или сокращать возможности исполнительного производства таким образом и в такой степени, чтобы была подорвана сама сущность "права на суд" (см., mutatis mutandis, Постановление Европейского Суда по делу "Кройц против Польши" (Kreuz v. Poland), жалоба N 28249/95, ECHR 2001-VI, §53).

33. Возвращаясь к настоящему делу, Европейский Суд отметил, что исполнительное производство было возбуждено в мае 1999 года. 26 марта 2001 г. служба судебных приставов возвратила исполнительный лист заявителю. Ему было рекомендовано направить исполнительный лист непосредственно в Министерство финансов Российской Федерации со ссылкой на новые правила исполнения судебных решений по искам к государству, введенным Федеральным законом "О федеральном бюджете на 2001 год". Однако к этому времени исполнительный лист находился в службе судебных приставов в течение почти двух лет. За это время никакого прогресса в исполнении достигнуто не было, и власти Российской Федерации не представили какого-либо обоснования данной задержки в исполнении. Единственной причиной, приведенной властями Российской Федерации, было отсутствие денежных средств у должника. Однако, по мнению Европейского Суда, "государственные власти не могут ссылаться на отсутствие денежных средств как на обоснование неисполнения судебного решения" (см. Постановление Европейского Суда по делу "Ромашов против Украины" (Romashov v. Ukraine) от 27 июля 2004 г., жалоба N 67534/01, §43). Таким образом, государство ответственно за данную задержку при исполнении судебного решения, вынесенного в пользу заявителя.

34. Относительно периода с 26 марта 2001 г. Европейский Суд отметил следующее. Новые положения об исполнении судебных решений, введенные в 2000 году, не лишили заявителя возможности требовать исполнения судебного решения в обычном порядке, то есть с помощью службы судебных приставов (см. выше раздел "Применимое национальное законодательство", §23). Более того, Министерство финансов Российской Федерации уже в 1999 году обладало информацией о требованиях заявителя (см. выше §12), то есть до вступления в силу новых правил.

35. Таким образом, через два года бездействия власти de facto потребовали от заявителя заново инициировать исполнительное производство. С точки зрения национального законодательства это не было необходимо, а с точки зрения Конвенции, более того, это было чрезмерным. Впоследствии заявителю нельзя было ставить в вину задержку при исполнении судебного решения при использовании альтернативной процедуры исполнения, на которую указывали власти Российской Федерации.

36. Европейский Суд пришел к выводу, что ответственность за неисполнение судебного решения от 15 марта 1999 г. полностью лежит на властях. Власти Российской Федерации не привели каких-либо убедительных причин неисполнения по выплате денежных сумм по судебному решению. Таким образом, длительное неисполнение судебного решения нарушило право заявителя на суд.

37. Следовательно, имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции.


2. Предполагаемое нарушение статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции


38. Европейский Суд напомнил, что "требование" может пониматься как "собственность" по смыслу статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции в случае, если в достаточной мере установлено, что оно может быть юридически реализовано (см. Постановление Европейского Суда по делу "Греческие нефтеперегонные заводы "Стран" и Стратис Андриатис против Греции" (Stran Greek Refineries and Stratis Andreadis v. Greece) от 9 декабря 1994 г., Series А, N 301-В, р. 84, §59). Не исполнив судебное решение от 15 марта 1999 г., национальные власти воспрепятствовали заявителю в получении денежных средств, которые он разумно ожидал получить (см. Постановление Европейского Суда по делу "Бурдов против России" (Burdov v. Russia), жалоба N 59498/00, ECHR 2002-III).

39. Европейский Суд отметил свои выводы (см. §§31 - 37), что заявитель не ответствен за задержку при исполнении судебного решения от 15 марта 1999 г. Следовательно, невозможность для заявителя в течение длительного времени добиться исполнения судебного решения представляет собой вмешательство в его право на беспрепятственное пользование своим имуществом, закрепленное в первом предложении пункта 1 статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции.

40. Поскольку не было приведено обоснования такому вмешательству (см. выше §36), Европейский Суд пришел к выводу, что в настоящем деле имело место нарушение статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции.


II. Другие предполагаемые нарушения Конвенции


41. Второй заявитель жаловался на отказ властей СССР позволить его семье вернуться в Австралию в 1957 году. Однако обжалуемые события имели место задолго до вступления Конвенции в силу в отношении Российской Федерации. Таким образом, данная часть жалобы является несовместимой с положениями Конвенции ratione temporis и должна быть отклонена в соответствии с пунктами 3 и 4 статьи 35 Конвенции.

42. Второй заявитель также жаловался на результат судебного разбирательства по гражданскому делу в отношении квартиры его отца. Европейский Суд отметил, что спор по делу был разрешен двумя вступившими в силу судебными решениями (см. §18), вынесенными более чем за шесть месяцев до подачи на это жалобы в Европейский Суд (см. §3). Следовательно, данная часть жалобы была подана по истечении установленного для этого срока и должна быть отклонена в соответствии с пунктами 1 и 4 статьи 35 Конвенции.


III. Применение Статьи 41 Конвенции


43. Статья 41 Конвенции гласит:


"Если Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне".


А. Ущерб


44. В формуляре жалобы, поданной в Европейский Суд, заявитель потребовал присудить ему в качестве компенсации причиненного ему материального ущерба и морального вреда 3 000 000 долларов США. Второй заявитель в своей жалобе от 27 января 2004 г. подтвердил эти требования. После того как жалоба была коммуницирована властям Российской Федерации, Секретариат Европейского Суда предложил второму заявителю представить требования о справедливой компенсации, что было им сделано 18 октября 2004 г. Он потребовал две суммы: 5000 евро за незаконное осуждение его отца и 3000 евро в качестве компенсации морального вреда ввиду неисполнения судебного решения от 15 марта 1999 г. Как представляется, суммы, затребованные заявителем, представляют собой компенсацию как материального ущерба, так и морального вреда, предположительно причиненных ему и его отцу в рамках национального разбирательства по делу.

45. Власти Российской Федерации утверждали, что заявителю не причинен какой-либо материальный ущерб или моральный вред. Они заявили, что сам факт установления нарушения будет представлять собой достаточную справедливую компенсацию. В качестве альтернативы они предложили, что достаточной компенсацией заявителю может быть сумма, схожая в размере с суммой, присужденной по делу "Бурдов против России".

46. Относительно первой суммы, затребованной заявителем, Европейский Суд отметил следующее. Жалоба заявителя, поданная в Европейский Суд, касается неисполнения судебного решения от 15 марта 1999 г., а не предполагаемую несправедливость судебного разбирательства или неадекватность присужденных сумм. Соответственно, единственным вопросом, который необходимо принимать во внимание по смыслу статьи 41 Конвенции, является ущерб, предположительно причиненный длительным неисполнением судебного решения, вынесенного в пользу заявителя.


А. Материальный ущерб


47. Относительно возможного материального ущерба, причиненного заявителю в результате длительного неисполнения данного судебного решения, Европейский Суд отметил, что согласно правилу 60 Регламента Европейского Суда любые требования о справедливой компенсации должны быть представить подробный перечень всех своих требований по пунктам с приложением любых соответствующих подтверждающих документов или квитанций, и "если заявитель не выполняет требования, изложенные в предыдущем пункте, [Европейский Суд] вправе отказать в удовлетворении требования полностью или частично".

48. Относительно требования второго заявителя относительно выплаты основной суммы долга по судебному решению от 15 марта 1999 г., вынесенному в пользу его отца (24 917 рублей), Европейский Суд отметил, что неисполненное государством обязательство по исполнению судебных решений не оспаривается. Соответственно, заявители все еще имеют право на получение основной суммы долга в рамках национальных процедур. Европейский Суд отметил, что наиболее правильная форма устранения нарушения статьи 6 Конвенции - поставить заявителя в такое положение, в котором он бы находился, если бы требования статьи 6 Конвенции не были нарушены (см. Постановление Европейского Суда по делу "Пьерсак против Бельгии" (Piersack v. Belgium) от 26 октября 1984 г. (справедливая компенсация), Series А, §85, р. 16, §12, и, mutatis mutandis, Постановление Европейского Суда по делу "Генчель против Турции" (Genзel v. Turkey) от 23 октября 2003 г., жалоба N 53431/99, §27). Европейский Суд пришел к выводу, что в настоящем деле данный принцип также применим, если учитывать факт установления нарушения. Таким образом, Европейский Суд счел, что власти Российской Федерации должны приемлемым им способом обеспечить произведение выплат по судебным решениям, вынесенным национальными судами. В связи с этим Европейский Суд не счел необходимым присуждать компенсацию материального ущерба, поскольку она соотносится с основной суммой долга (см. Постановление Европейского Суда по делу "Познахирина против Российской Федерации" (Poznakhirina v. Russia) от 24 февраля 2005 г., жалоба N 25964/02, §33).

49. Относительно других сумм возможного материального ущерба, вытекающего из неисполнения судебного решения, Европейский Суд не присудил заявителю компенсацию в связи с этим, поскольку заявитель не обосновал данный ущерб.


В. Моральный вред


50. Ссылаясь на суммы, присужденные Европейским Судом по упоминавшемуся выше делу "Бурдов против России", заявитель потребовал компенсации морального вреда в размере 3000 евро.

51. Европейский Суд напомнил, что в постановлении по делу "Бурдов против Российской Федерации" рассматривался вопрос выплаты компенсации вреда здоровью, повлекшего нетрудоспособность, лицу, пострадавшему в результате аварии на Чернобыльской АЭС, которая представляла собой единственный источник дохода заявителя. В настоящем деле присужденная судом денежная сумма имеет другое происхождение. Тем не менее, Европейский Суд готов признать, что длительное непроизведение выплаты по судебному решению причинило заявителю душевные страдания (см. Постановление Европейского Суда по делу "Вассерман против Российской Федерации" (Wasserman v. Russia) от 18 ноября 2004 г., жалоба N 15021/02, §50). Исходя из принципа справедливости в соответствии со статьей 41 Конвенции, Европейский Суд присудил заявителю в связи с этим 3000 (три тысячи) евро в связи с этим, подлежащих переводу в российские рубли по курсу на день произведения выплаты, плюс любую сумму налогов, которые могут быть начислены на указанную выше сумму. Сумма компенсации должна быть выплачена его наследнику - второму заявителю, который продолжал участвовать в рассмотрении жалобы вместо заявителя.


В. Судебные расходы и издержки


52. Заявитель также потребовал компенсации судебных расходов и издержек, понесенных им при рассмотрении его дела в Европейском Суде. Он оставил определение точного размера компенсации на усмотрение Европейского Суда.

53. Власти Российской Федерации сочли, что требование заявителя о компенсации судебных расходов и издержек является необоснованным.

54. Европейский Суд отметил, что в настоящем деле интересы заявителя представлял адвокат, который участвовал в переписке с Европейским Судом, что неминуемо повлекло расходы с его стороны. При этом заявитель не представил документов, подтверждающих его расходы, которые позволили бы провести точный подсчет понесенных расходов по представлению его интересов. Соответственно, согласно оценкам стандартных расходов на юридические услуги, которые мог понести заявитель в случае выигрыша дела в Европейском Суде в схожей ситуации, Европейский Суд присудил заявителю 300 (триста) евро в связи с этим, подлежащих переводу в российские рубли по курсу на день произведения выплаты, плюс любую сумму налогов, которые могут быть начислены на указанную выше сумму. Сумма компенсации должна быть выплачена его наследнику - второму заявителю, вместо умершего заявителя.


С. Процентная ставка при просрочке платежей


55. Европейский Суд счел, что годовая процентная ставка при просрочке платежей должна рассчитываться на основе простой кредитной ставки Европейского Центрального Банка плюс три процента.


На этих основаниях Суд единогласно:


1) объявил часть жалобы на длительное неисполнение судебного решения от 15 марта 1999 г., вынесенного в пользу заявителя, приемлемой, а остальную часть жалобы неприемлемой;

2) постановил, что имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции и статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции;

3) постановил,

а) что государство-ответчик в течение трех месяцев со дня вступления настоящего Постановления в силу в соответствии с пунктом 2 статьи 44 Конвенции должно обеспечить соответствующими средствами исполнение судебного решения от 15 марта 1999 г. и выплатить второму заявителю 3000 (три тысячи) евро, подлежащих переводу в российские рубли по курсу на день выплаты, в качестве компенсации морального вреда, причиненного заявителю, плюс любую сумму налогов, которые могут быть установлены в отношении данных сумм;

b) что государство-ответчик в течение трех месяцев со дня вступления настоящего Постановления в силу в соответствии с пунктом 2 статьи 44 Конвенции должно выплатить второму заявителю 300 (триста) евро, подлежащих переводу в российские рубли по курсу на день выплаты, в качестве компенсации судебных расходов и издержек, понесенных заявителю, плюс любую сумму налогов, которые могут быть установлены в отношении данных сумм;

с) что с момента истечения указанного трехмесячного срока до момента выплаты будут начисляться проценты на основе простой кредитной ставки Европейского Центрального Банка плюс три процента за весь период задержки выплаты;

4) отклонил остальные требования заявителей о справедливой компенсации.


Совершено на английском языке, и уведомление о Постановлении направлено в письменном виде 20 октября 2005 г. в соответствии с пунктами 2 и 3 правила 77 Регламента Суда.


Секретарь Секции Суда

Серен Нильсен


Председатель Палаты

Христос Розакис



Постановление Европейского Суда по правам человека от 20 октября 2005 г. Дело "Шведов (Shvedov) против Российской Федерации" (жалоба N 69306/01) (Первая секция)


Текст Постановления опубликован в Бюллетене Европейского Суда по правам человека. Российское издание. N 6/2006.


Перевод для издания предоставлен Уполномоченным Российской Федерации при Европейском Суде по правам человека П. Лаптевым


Откройте нужный вам документ прямо сейчас или получите полный доступ к системе ГАРАНТ на 3 дня бесплатно!

Получить доступ к системе ГАРАНТ

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.