Купить систему ГАРАНТ Получить демо-доступ Узнать стоимость Информационный банк Подобрать комплект Семинары

Постановление Суда по интеллектуальным правам от 3 июня 2021 г. N С01-463/2021 по делу N А08-11065/2019 Суд оставил без изменения вынесенные ранее судебные решения об отказе во взыскании компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак, поскольку у ответчика отсутствовала возможность добровольно прекратить использование спорного товарного знака либо оформить право использования товарного знака без негативных для себя последствий в виде несения расходов по выплате компенсации

Постановление Суда по интеллектуальным правам от 3 июня 2021 г. N С01-463/2021 по делу N А08-11065/2019

 

Резолютивная часть постановления объявлена 3 июня 2021 года.

Полный текст постановления изготовлен 3 июня 2021 года.

 

Суд по интеллектуальным правам в составе:

председательствующего судьи Снегура А.А.,

судей Рогожина С.П., Сидорской Ю.М.

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью "Магнат" (ул. 1-я Вольская, д. 26, кв. 4, этаж тех., третий, Москва, 111674, ОГРН 1177746419620) на решение Арбитражного суда Белгородской области от 14.07.2020 по делу N А08-11065/2019 и постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.12.2020 по тому же делу

по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью "Магнат"

к открытому акционерному обществу "Белвино" (ул. Чичерина, д. 50, г. Белгород, Белгородская область, 308015, ОГРН 1023101637140),

о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки по свидетельствам Российской Федерации N 423101 и N 426223.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью "Алкомир" (ул. Амурская, д. 7, стр. 3, пом. I, эт. 2, к. 1, Москва, 107497, ОГРН 1145009000377).

В судебном заседании приняли участие представители:

от общества с ограниченной ответственностью "Магнат" - Зуйков А.Н. (по доверенности от 01.03.2021) и Пацков А.В. (по доверенности от 01.03.2021);

от открытого акционерного общества "Белвино" - Пономаренко О.В. (по доверенности от 24.05.2021).

Суд по интеллектуальным правам

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью "Магнат" (далее - общество "Магнат") обратилось в Арбитражный суд Белгородской области с иском к открытому акционерному обществу "Белвино" (далее - общество "Белвино") о взыскании компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак "" по свидетельству Российской Федерации N 423101 в размере 41 347 152 рублей и расходов по оплате государственной пошлины в размере 200 000 рублей (с учетом принятого судом первой инстанции уточнения предмета исковых требований в порядке, предусмотренном статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

На основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью "Алкомир" (далее - общество "Алкомир").

Решением Арбитражного суда Белгородской области от 14.07.2020 в удовлетворении исковых требований отказано.

Постановлением Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.12.2020 решение Арбитражного суда Белгородской области от 14.07.2020 оставлено без изменения.

В кассационной жалобе, поданной в Суд по интеллектуальным правам, общество "Магнат" ссылается на то, что судами первой и апелляционной инстанций незаконно применены нормы статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) о злоупотреблении правом.

Заявитель кассационной жалобы обращает внимание, что вывод о злоупотреблении правом со стороны общества "Магнат" суды первой и апелляционной инстанций основывали лишь на факте неиспользования им товарного знака по свидетельству Российской Федерации N 423101 в период с 02.11.2018 по 18.06.2019, тогда как для целей подтверждения факта наличия в действиях правообладателя признаков злоупотребления правом судам было необходимо установить иные (кроме неиспользования) обстоятельства, подтверждающие недобросовестность его поведения в моменты приобретения, осуществления и защиты прав на спорный товарный знак.

Общество "Магнат" полагает, что о добросовестности его поведения при приобретении исключительных прав на товарные знаки может свидетельствовать приобретение их по возмездной сделке, наличие инвестиционных целей при приобретении (возможность получения высокого дохода от предоставления прав на товарные знаки (как в отдельности, так и в совокупности) третьим лицам, а также на последующую перепродажу активов на более выгодных условиях).

По мнению заявителя кассационной жалобы, его действия по защите своих прав соответствовали ожидаемому поведению правообладателя товарного знака.

Общество "Магнат" считает, что в рассматриваемой ситуации, прежде чем делать вывод об ожидаемом поведении правообладателя, суд апелляционной инстанции должен был более детально исследовать поведение иных участников спора, в частности общества "Белвино" и общества "Алкомир", отмечая, что деятельность ответчика не свидетельствует о принятии им необходимых мер по проверке реализуемой продукции на предмет наличия при ее маркировке нарушений прав третьих лиц на средства индивидуализации.

Заявитель кассационной жалобы утверждает, что узнал о нарушении своих прав после отчуждения исключительных прав на товарные знаки обществу с ограниченной ответственностью "Торговый Дом Питейнофф" (далее - общество "ТД Питейнофф") 18.06.2019, в связи с чем уже не мог предъявлять ответчику требование о запрете использовать спорный товарный знак, а также направить в адрес ответчика оферту с предложением о заключении лицензионного договора.

С точки зрения общества "Магнат", суды первой и апелляционной инстанций, указывая на наличие у него недобросовестных целей и несовершение им определенных действий, не учли то, что производство алкогольной продукции не является целью деятельности общества "Магнат", которое приобрело исключительные права на серию товарных знаков "Добрый медведь" исключительно с целью инвестирования денежных средств ввиду высокой инвестиционной привлекательности данных активов на момент совершения сделки, а отсутствие заключенных лицензионных договоров в отношении товарного знака по свидетельству Российской Федерации N 423101 продиктовано отсутствием предложений от потенциальных лицензиатов о предоставлении права использования указанного товарного знака.

Заявитель кассационной жалобы обращает внимание на заключение с обществом с ограниченной ответственностью "Ракурс" (далее - общество "Ракурс") и обществом с ограниченной ответственностью "Салют" (далее - общество "Салют") в период владения серией товарных знаков "Добрый медведь" сублицензионных договоров в отношении иных товарных знаков, входящих в эту серию.

Как отмечает общество "Магнат", судами первой и апелляционной инстанций не приняты во внимание признаки недобросовестного поведения общества "Алкомир" и общества "Белвино" по сокрытию незаконного использования товарного знака, которые, по его мнению, выражаются в том, что общество "Алкомир" являлось аффилированным по отношению к обществу с ограниченной ответственностью "Интелпро" (далее - общество "Интелпро") - предыдущим правообладателем серии товарных знаков "Добрый медведь", в связи с чем общество "Алкомир" не могло не знать о незаконном использовании спорного товарного знака.

Обществом "Белвино" представлен отзыв на кассационную жалобу, в котором оно просит отказать в ее удовлетворении, поскольку изложенные в жалобе доводы направлены на переоценку выводов судов первой и апелляционной инстанций.

При этом ответчик обращает внимание на то, что правообладатели спорных товарных знаков, приобретавшие исключительные права на непродолжительный период времени (общество "Интелпро" и общество "Магнат"), затем систематически обращаются с подобными исками к производителям водки "Добрый медведь", являющимся сублицензиатами.

В судебном заседании, состоявшемся 03.06.2021, представители общества "Магнат" поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе, просил ее удовлетворить.

Представитель общества "Белвино" возражал против удовлетворения кассационной жалобы.

Общество "Алкомир", извещенное надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, явку представителя в судебное заседание не обеспечило, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения дела в его отсутствие.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 N 12 "О некоторых вопросах применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации" в редакции Федерального закона от 27.07.2010 N 228-ФЗ "О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации", при наличии в материалах дела уведомления о вручении лицу, участвующему в деле, либо иному участнику арбитражного процесса копии первого судебного акта по рассматриваемому делу либо сведений, указанных в части 4 статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, такое лицо считается надлежаще извещенным при рассмотрении дела судом апелляционной, кассационной, надзорной инстанции, при рассмотрении судом первой инстанции заявления по вопросу о судебных расходах, если судом, рассматривающим дело, выполняются обязанности по размещению информации о времени и месте судебных заседаний, совершении отдельных процессуальных действий на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет в соответствии с требованиями абзаца второго части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. При этом отсутствие в материалах дела доказательств, подтверждающих получение лицами, участвующими в деле, названных документов, не может расцениваться как несоблюдение арбитражным судом правил Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации о надлежащем извещении.

Законность обжалуемых решения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции проверена арбитражным судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и отзыве на нее.

Как следует из материалов дела и установлено судами первой и апелляционной инстанций, общество "Магнат" в период с 02.11.2018 по 18.06.2019 являлось правообладателем товарного знака "" по свидетельству Российской Федерации N 423101, зарегистрированного 18.11.2010 по заявке N 2010703927 с приоритетом от 11.02.2010 в отношении товаров 33-го класса "алкогольные напитки [за исключением пива]; водка" и услуг 35-го класса "продвижение товаров [для третьих лиц]; сбор и группирование товаров (для третьих лиц), за исключением их транспортировки, для удобства их изучения и приобретения, в том числе услуги оптовой и розничной торговли, услуги магазинов; реклама" Международной классификации товаров и услуг (далее - МКТУ).

Между обществом "Интелпро" (лицензиар), являвшимся предыдущим правообладателем серии товарных знаков "Добрый медведь", и обществом "Алкомир" (лицензиат) 15.11.2017 был заключен лицензионный договор N АМ-1/2017 (далее - лицензионный договор от 15.11.2017), согласно которому лицензиар предоставляет лицензиату неисключительную лицензию на право использования товарных знаков по свидетельствам Российской Федерации N 434378, N 423325 и N 439077 при производстве продукции и введения продукции в гражданский оборот на территории Российской Федерации и/или экспорта на зарубежную территорию на срок до 15.11.2022.

В соответствии с пунктом 2.6 лицензионного договора от 15.11.2017 лицензиату разрешается передавать предоставленные лицензиаром по этому договору права на использование товарных знаков третьим лицам только по письменному согласию лицензиара с предоставлением сублицензионного договора с учредительным пакетом документов сублицензиата.

Согласно пункту 3.3.2.4 названного лицензионного договора лицензиат обязуется при производстве использовать комплектующие материалы, образцы которых согласованы с лицензиаром.

Данный лицензионный договор был зарегистрирован Роспатентом 26.01.2018 за N РД0242468.

Между обществом "Алкомир" (с согласия правообладателя - общества "Интелпро") 28.04.2018 был заключен сублицензионный договор N АЛ5/2018 (далее - сублицензионный договор от 28.04.2018) с обществом "Белвино" на использование товарных знаков по свидетельствам Российской Федерации N 434378 и N 423325 для производства водки "Добрый медведь", основанием для заключения которого явился лицензионный договор от 15.11.2017.

Указанный сублицензионный договор зарегистрирован Роспатентом 25.10.2018 за N РД0272517.

Между обществом "Интелпро" (правообладатель) и обществом "Магнат" (приобретатель) 01.08.2018 был заключен договор об отчуждении исключительных прав на товарные знаки N 01ТЗ/2018, согласно которому правообладатель передает приобретателю исключительные права на товарные знаки по свидетельствам Российской Федерации N 471006, N 173061, N 258572, N 361874, N 413889, N 423325, N 434377, N 434378, N 423101, N 439077, N 426223 в полном объеме и в отношении всех товаров и/или услуг, для которых зарегистрированы товарные знаки; в отношении всех стран, на территории которых распространяется правовая охрана товарных знаков, в том числе заявки на товарные знаки в полном объеме и в отношении всех товаров и/или услуг, указанных в заявках. Переход исключительных прав на перечисленные товарные знаки на основании названного договора был зарегистрирован Роспатентом 02.11.2018 за N РД0273753.

Роспатентом 18.06.2019 была произведена государственная регистрация перехода исключительных прав на вышеназванные товарные знаки на основании договора об отчуждении за N РД0298131 от общества "Магнат" к обществу "ТД Питейнофф".

По утверждению общества "Магнат", уже после передачи им прав указанные товарные знаки оно обнаружило, что в период принадлежности ему товарного знака по свидетельству Российской Федерации N 423101 общество "Белвино" изготовляло и реализовывало алкогольную продукцию с использованием данного товарного знака без заключения лицензионного (сублицензионного) договора, что подтверждается протоколом осмотра письменных доказательств от 29.05.2019.

Ссылаясь на отсутствие у общества "Белвино" разрешения на использование указанного товарного знака, общество "Магнат" направило 23.08.2019 в адрес общества "Белвино" претензию о прекращении использования товарных знаков, в том числе товарного знака по свидетельству Российской Федерации N 423101, а также о выплате компенсации.

Поскольку общество "Белвино" изложенные в претензии требования не удовлетворило, общество "Магнат" обратилось в Арбитражный суд Белгородской области с настоящим исковым заявлением.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции исходил из того, что в отношении товарного знака по свидетельству Российской Федерации N 423101 и обозначения на продукции ответчика угроза смешения отсутствует, несмотря на их графическое сходство, поскольку словесный элемент "Добрый медведь" и изобразительный элемент в виде медведя на этикетках товара ответчика являются доминирующими (сильными), а изображение следа от медвежьей лапы - дополнительным (слабым) и с точки зрения рядового покупателя не может восприниматься отдельно от иных элементов этикетки и ее конструкции в целом; не имеется доказательств известности и узнаваемости товарного знака по свидетельству Российской Федерации N 423101 отдельно от иных товарных знаком серии "Добрый медведь".

Установив, что истец не являлся ни производителем, ни лицом, осуществляющим оборот продукции с использованием спорного товарного знака, не заключал лицензионных соглашений в отношении этого товарного знака и других товарных знаков, входящих в серию "Добрый медведь", и не направлял предложений об этом, вместе с тем предъявил к ответчику, являющемуся сублицензиатом в отношении части товарных знаков, входящих в серию "Добрый медведь", требование о взыскании компенсации уже после отчуждения исключительных прав на товарные знаки, а также принимая во внимание, что ответчик начал производство водки "Добрый медведь" в 2016 года по лицензионному договору от 23.03.2016 N 02/03, заключенному с первоначальным правообладателем - обществом с ограниченной ответственностью "Дивинус", в дальнейшем заключил сублицензионный договор с обществом "Алкомир", в рамках которого был согласован макет продукции, признал действия общества "Магнат" по обращению с настоящим иском злоупотреблением правом, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении иска.

Суд апелляционной инстанции признал необоснованным вывод суда первой инстанции о недоказанности наличия сходства до степени смешения между товарным знаком по свидетельству Российской Федерации N 423101 и обозначением, которым ответчик маркировал алкогольную продукцию, отметив очевидную тождественность сравниваемых изобразительных обозначений.

Вместе с тем суд апелляционной инстанции согласился с выводом суда первой инстанции о наличии в действиях общества "Магнат" по обращению с настоящим иском признаков злоупотребления правом.

Суд апелляционной инстанции отметил, что внешний вид водки "Добрый медведь" (форма бутылки, дизайн этикеток, оформление) не изменялся с 2014 года, производство этой водки осуществлялось более чем на 20 производственных предприятиях; общество "Магнат" достаточно короткий промежуток времени с 02.11.2018 по 18.06.2019 являлось правообладателем товарного знака по свидетельству Российской Федерации N 423101; за этот период общество "Магнат" не производило и не вводило в гражданский оборот алкогольную продукцию с указанным товарным знаком, лицензионных и сублицензионных соглашений в отношении этого товарного знака и иных товарных знаков не заключало.

Отклоняя довод истца о высоком инвестиционном потенциале, в том числе товарного знака по свидетельству Российской Федерации N 423101, суд апелляционной инстанции сослался на отсутствие доказательств этого утверждения, а также на наличие в открытом доступе информации о правообладателе, предполагающее возможность проверки истцом заключения лицензионных и сублицензионных соглашений на спорный товарный знак; отсутствие доказательств обращения истца к другим лицам с предложением заключить такие соглашения.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что у ответчика отсутствовала возможность добровольно прекратить использование спорного товарного знака либо оформить право использования товарного знака без негативных для себя последствий в виде несения расходов по выплате компенсации.

Суд апелляционной инстанции указал, что вышеизложенные обстоятельства свидетельствуют о намеренном приобретении обществом "Магнат" товарных знаков для целей предъявления требований о взыскании компенсации.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции признал, что умысел общества "Магнат" при обращении с настоящим иском был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной целью которого является причинение вреда другому лицу, а иные добросовестные цели истца в рамках рассмотрения настоящего дела не установлены.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы, изложенные в кассационной жалобе и отзыве на нее, выслушав мнение представителей сторон, проверив в соответствии со статьями 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, соответствие выводов судов имеющимся в деле доказательствам и установленным фактическим обстоятельствам, Суд по интеллектуальным правам пришел к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности, если указанным Кодексом не предусмотрено иное.

Согласно пункту 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 того же Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 данной статьи.

При этом исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети Интернет, в том числе в доменном имени и при других способах адресации (пункт 2 названной статьи).

В силу пункта 3 статьи 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Запрет на использование в гражданском обороте обозначения, тождественного или сходного до степени смешения с зарегистрированным товарным знаком, действует во всех случаях, за исключением предоставления правообладателем соответствующего разрешения любым способом, не запрещенным законом и не противоречащим существу исключительного права на товарный знак.

Как установлено частью 3 статьи 1250 ГК РФ, предусмотренные меры ответственности за нарушение интеллектуальных прав подлежат применению при наличии вины нарушителя, если иное не установлено этим Кодексом. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим интеллектуальные права.

Если иное не установлено ГК РФ, предусмотренные подпунктом 3 пункта 1 и пунктом 3 статьи 1252 данного Кодекса меры ответственности за нарушение интеллектуальных прав, допущенное нарушителем при осуществлении им предпринимательской деятельности, подлежат применению независимо от вины нарушителя, если такое лицо не докажет, что нарушение интеллектуальных прав произошло вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.

Исходя из положений части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а также разъяснений, изложенных в пунктах 57, 154, 162 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление N 10), в предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем использования товарного знака либо обозначения, сходного с ним до степени смешения, в отношении товаров (услуг), для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров (услуг), одним из способов, предусмотренных пунктом 2 статьи 1484 ГК РФ. В свою очередь ответчик обязан доказать выполнение им требований закона при использовании товарного знака либо сходного с ними до степени смешения обозначения.

Установление указанных обстоятельств является существенным для дела, от них зависит правильное разрешение спора. При этом вопрос оценки представленных на разрешение спора доказательств на допустимость, относимость и достаточность является компетенцией суда, разрешающего спор по существу.

Согласно части 1 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд кассационной инстанции проверяет законность решений, постановлений, принятых арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта и исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы, если иное не предусмотрено данным Кодексом.

Как следует из обжалуемых судебных актов, суды первой и апелляционной инстанций установили факт принадлежности обществу "Магнат" в период с 02.11.2018 по 18.06.2019 исключительного права на товарный знак по свидетельству Российской Федерации N 423101, в защиту которого он обратился с настоящим иском. При этом суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что ответчиком на этикетках своей продукции использовалось, в том числе изобразительное обозначение, тождественное вышеназванному товарному знаку. Данные выводы судов лицами, участвующими в деле, не оспариваются, в связи с чем проверке в порядке кассационного производства не подлежат.

Изложенные в кассационной жалобе общества "Магнат" доводы сводятся к оспариванию выводов судов первой и апелляционной инстанций о том, что его действия по обращению с настоящим иском содержат признаки злоупотребления правом.

Рассмотрев изложенные в кассационной жалобе доводы, Суд по интеллектуальным правам пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемых судебных актов в силу следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке.

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 этой статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

При этом в соответствии с пунктом 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Для признания действий по приобретению исключительного права на средство индивидуализации, использованию определенных способов защиты исключительного права злоупотреблением правом должна быть установлена цель совершения соответствующих действий.

На необходимость учета цели действий при анализе добросовестности поведения обращено внимание, в частности, в пункте 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 N 11 "О некоторых вопросах применения Особенной части Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях".

Критериями недобросовестности действий лица, приобретающего исключительное право на товарный знак, могут быть широкое использование другими лицами тождественного или сходного до степени смешения обозначения для индивидуализации однородных товаров и услуг, получение обозначением известности среди потребителей в результате его использования иными лицами без регистрации в качестве товарного знака.

При этом злоупотребление правом должно носить достаточно очевидный характер и вывод о нем не может являться следствием предположений.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 154 Постановления N 10, суд вправе отказать лицу в защите его права на товарный знак на основании статьи 10 ГК РФ, если по материалам дела, исходя из конкретных фактических обстоятельств, действия по приобретению соответствующего товарного знака (по государственной регистрации товарного знака (в том числе по подаче заявки на товарный знак), по приобретению исключительного права на товарный знак на основании договора об отчуждении исключительного права) или действия по применению конкретных мер защиты могут быть квалифицированы как злоупотребление правом. Неиспользование товарного знака правообладателем, обращающимся за защитой принадлежащего ему права, само по себе не свидетельствует о злоупотреблении правом.

Вместе с тем, неиспользование товарного знака может быть оценено судом в совокупности с иными доказательствами по делу, подтверждающими, что цель регистрации и использования товарного знака противоречит основной функции товарного знака, состоящей в индивидуализации товаров правообладателя.

Факт неиспользования спорного товарного знака, а также других товарных знаков, входящих в серию товарных знаков "Добрый медведь", установлен судами первой и апелляционной инстанций и обществом "Магнат" не оспаривается.

При этом, вопреки доводу заявителя кассационной жалобы, суды первой и апелляционной инстанции при установлении в действиях общества "Магнат" по обращению с настоящим иском признаков злоупотребления правом не исходили исключительного из факта неиспользования обществом "Магнат" спорного товарного знака, а исследовали и иные фактические обстоятельства, свидетельствующие о недобросовестном поведении истца.

Так, судами было установлено, что внешний вид водки "Добрый медведь" (форма бутылки, дизайн этикеток, оформление), включающий и изображение спорного товарного знака, не изменялся с 2014 года, производство этой водки осуществлялось более чем на 20 производственных предприятиях, в том числе на предприятии ответчика с 2016 года, а в период принадлежности обществу "Магнат" исключительных прав на товарные знаки, входящие в серию "Добрый медведь", ответчик осуществлял производство продукции с той же этикеткой на основании сублицензионного договора от 28.04.2018.

При этом судами также установлено, что в период принадлежности обществу "Магнат" исключительных прав на указанные знаки новые лицензионные договоры не заключались, а названным лицом не представлено доказательств того, что оно направляло предложения о заключении таких договоров производителям алкогольной продукции, в том числе ответчику в отношении спорного товарного знака.

Ссылка заявителя кассационной жалобы на сублицензионные договоры с обществом "Ракурс" и обществом "Салют" не принимается судом кассационной инстанции, так как эти договоры были заключены обществом "Алкомир" еще до перехода к обществу "Магнат" исключительных прав на товарные знаки (зарегистрированы Роспатентом уже после перехода).

С учетом изложенного суды первой и апелляционной инстанций обоснованно не согласились с утверждением обществом "Магнат" о преследуемой им инвестиционной цели приобретения товарных знаков, входящих в серию "Добрый медведь", поскольку названным лицом не предпринимались какие-либо действия, направленные на получение дохода от использования и распоряжения исключительными правами на эти товарные знаки.

Кроме того, суды первой и апелляционной инстанций правильно обратили внимание на то, что в период обладания исключительные правами общество "Магнат" не предъявляло к ответчику требований о прекращении использования спорного товарного знака.

Довод общества "Магнат" о том, что оно узнало о нарушении ответчиком его прав только после передачи исключительных прав на товарные знаки обществу "ТД Питейнофф" не может быть признан обоснованным, поскольку информация о заключенных сублицензионных договорах в отношении товарных знаков, входящих в серию "Добрый медведь", содержалась в открытом источнике информации (Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации), в связи с чем общество "Магнат" могло провести проверку в отношении сублицензиатов-производителей и обнаружить находящиеся также в открытом доступе сведения о производимой продукции, а, следовательно, и предъявить требование о прекращении незаконного использования товарного знака.

При таких обстоятельствах Суд по интеллектуальным правам считает основанным на полном и всестороннем исследовании фактических обстоятельств дела вывод суда апелляционной инстанции о намеренном приобретении обществом "Магнат" товарных знаков для целей предъявления требований о взыскании компенсации, что не может рассматриваться как добросовестное поведение этого лица.

Вопреки соответствующему доводу заявителя кассационной жалобы, его действия по защите своего права обоснованно не признаны судами первой и апелляционной инстанций соответствующими ожидаемому поведению правообладателя товарного знака, поскольку доказательств существования иных целей, кроме цели получения дохода от взыскания компенсации, истцом в материалы дела не представлено.

Ссылка общества "Магнат" на недобросовестное поведение общества "Алкомир" и общества "Белвино" по сокрытию незаконного использования товарного знака подлежит отклонению, так как этикетка, индивидуализирующая водку "Добрый медведь", в том числе содержащая изображение, тождественное спорному товарному знаку, как установлено судами первой и апелляционной инстанций, использовалась в течение длительного времени, в том числе и до приобретения исключительных прав обществом "Интелпро" и обществом "Магнат".

Коллегия судей обращает внимание на то, что вопрос о злоупотреблении правом является вопросом факта и подразумевает возможность его установления исходя из фактических обстоятельств конкретного дела и представленных в материалы дела доказательств и, следовательно, устанавливаются судами первой и апелляционной инстанций в пределах полномочий, представленных им Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации.

В силу же положений статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации исследование и оценка представленных в материалы дела доказательств не входят в компетенцию суда кассационной инстанции.

Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 N 13 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции", при проверке соответствия выводов арбитражных судов первой и апелляционной инстанций о применении нормы права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам (часть 3 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) необходимо исходить из того, что суд кассационной инстанции не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в решении или постановлении либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции (часть 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

С учетом того, что наличие или отсутствие обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, устанавливается судом на основании доказательств по делу, переоценка судом кассационной инстанции доказательств по делу, то есть иные по сравнению со сделанными судами первой и апелляционной инстанций выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, в частности, относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности, не допускается.

Таким образом, Суд по интеллектуальным правам полагает невозможным согласиться с изложенными в кассационной жалобе доводами, которые направлены на иную оценку фактических обстоятельств и представленных в материалы дела доказательств, и отклоняет их как основанные на неправильном понимании норм процессуального права, а также как заявленные без учета компетенции суда кассационной инстанции.

При этом указанные доводы не опровергают законность и обоснованность принятых судами первой и апелляционной инстанций судебных актов, в связи с чем они отклоняются Судом по интеллектуальным правам.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной, в том числе в определении от 17.02.2015 N 274-О, статьи 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела. Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципов состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.

Суд по интеллектуальным правам отмечает, что в кассационной жалобе общества "Магнат" отсутствуют ссылки на доказательства, имеющиеся в материалах дела, которые не были бы оценены судами первой и апелляционной инстанций или которыми опровергаются вышеприведенные выводы судов, в связи с чем признает выводы судов первой и апелляционной инстанций основанными на представленных в материалы дела доказательствах и соответствующими нормам материального и процессуального права.

Исходя из изложенного, рассмотрев кассационную жалобу в пределах приведенных в ней доводов, Суд по интеллектуальным правам полагает, что фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судами первой и апелляционной инстанций на основании объективного исследования имеющихся в деле доказательств с учетом доводов и возражений участвующих в деле лиц, выводы судов (за исключением вывода суда первой инстанции об отсутствии вероятности смешения спорного товарного знака и используемого ответчиком обозначения) соответствуют фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам, основаны на правильном применении норм материального и процессуального права.

Нарушений норм процессуального права, которые в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации могут являться основанием для отмены судебных актов судов первой и апелляционной инстанций в любом случае, судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты являются законными и обоснованными. Кассационная жалоба общества "Магнат" удовлетворению не подлежит.

Расходы по уплате государственной пошлины, понесенные при подаче кассационной жалобы, по правилам статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся на заявителя этой жалобы.

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Белгородской области от 14.07.2020 по делу N А08-11065/2019 и постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.12.2020 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью "Магнат" - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в двухмесячный срок.

 

Председательствующий судья

А.А. Снегур

 

Судья

С.П. Рогожин

 

Судья

Ю.М. Сидорская

 

Откройте актуальную версию документа прямо сейчас или получите полный доступ к системе ГАРАНТ на 3 дня бесплатно!

Получить доступ к системе ГАРАНТ

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.

Компания купила права на товарные знаки, а через несколько месяцев продала их. В период принадлежности ей этих знаков сублицензиат предыдущего правообладателя продолжал использовать один из них для своих товаров. Компания потребовала компенсации за этот период. Суды сочли это злоупотреблением правом, что считается самостоятельным основанием для отказа в иске.

Истец намеренно приобрел товарные знаки для взыскания компенсации. Его требование было заявлено за прошедший период, поэтому ответчик не мог добровольно прекратить использование спорного знака либо заключить с истцом лицензионный договор. В этот период истец не требовал от ответчика прекратить нарушение. Довод о том, что он не знал ранее о нарушении, отклонен, поскольку информация о сублицензионных договорах имелась в открытом источнике - госреестре товарных знаков.

Кроме того, критерием недобросовестности приобретателя права на товарный знак может быть широкое использование его другими лицами. Ответчик производил маркированную спорным знаком продукцию несколько лет. Истец же был правообладателем достаточно короткий промежуток времени. За этот период он не производил и не вводил в гражданский оборот продукцию со спорным знаком, не заключал лицензионных соглашений и не направлял предложений об этом. Неиспользование товарного знака само по себе не свидетельствует о злоупотреблении правом. Но суды не исходили только из этого факта, а исследовали и иные обстоятельства.