Постановление Европейского Суда по правам человека от 20 сентября 2016 г. Дело "Сергей Зайцев (Sergey Zaytsev) против Российской Федерации" (Жалоба N 24849/05) (Третья секция)

Европейский Суд по правам человека
(Третья секция)

 

Дело "Сергей Зайцев (Sergey Zaytsev)
против Российской Федерации"
(Жалоба N 24849/05)

 

Постановление Суда

 

Страсбург, 20 сентября 2016 г.

 

По делу "Сергей Зайцев против Российской Федерации" Европейский Суд по правам человека (Третья Секция), рассматривая дело Комитетом в составе:

Хелены Ядерблом, Председателя Комитета,

Дмитрия Дедова,

Бранко Лубарда, судей,

а также при участии Фатош Арачи, заместителя Секретаря Секции Суда,

заседая за закрытыми дверями 30 августа 2016 г.,

вынес в указанный день следующее Постановление:

 

Процедура

 

1. Дело было инициировано жалобой N 24849/05, поданной против Российской Федерации в Европейский Суд по правам человека (далее - Европейский Суд) в соответствии со статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее - Конвенция) гражданином Российской Федерации Сергеем Сергеевичем Зайцевым (далее - заявитель) 19 мая 2005 г.

2. Интересы заявителя, которому была предоставлена правовая помощь, представляла О. Преображенская, адвокат, практикующая в г. Москве Российской Федерации. Власти Российской Федерации были представлены Уполномоченным Российской Федерации при Европейском Суде по правам человека Г.О. Матюшкиным.

3. 26 февраля 2010 г. жалоба была коммуницирована властям Российской Федерации.

Факты

 

I. Обстоятельства дела

 

4. Заявитель родился в 1984 году и проживает в г. Волгограде.

5. 26 октября 2002 г. заявитель был задержан по подозрению в совершении убийства. 28 октября 2002 г. Тракторозаводский районный суд г. Волгограда санкционировал применение к заявителю меры пресечения в виде заключения под стражу. Заявитель оставался под стражей на протяжении предварительного следствия и судебного разбирательства.

6. 24 ноября 2003 г. Волгоградский областной суд назначил рассмотрение дела заявителя и еще семерых подсудимых на 24 декабря 2003 г. Суд также постановил, что слушание должно было проводиться в закрытом режиме.

7. 26 апреля 2005 г. Волгоградский областной суд признал заявителя виновным в совершении убийства на почве национальной ненависти и приговорил его к девяти годам лишения свободы. Заявитель обжаловал приговор.

8. 22 февраля 2006 г. Верховный Суд Российской Федерации, рассмотрев кассационную жалобу, оставил приговор без изменения. Верховный Суд Российской Федерации решил рассмотреть дело в отсутствие заявителя. Адвокат заявителя присутствовал на судебном заседании и представил доводы стороны защиты.

9. 30 августа 2010 г. заявитель был освобожден условно-досрочно.

10. 8 декабря 2010 г. Президиум Верховного Суда Российской Федерации отменил кассационное определение от 22 февраля 2006 г. в порядке надзора и вернул дело на новое рассмотрение.

11. 1 февраля 2011 г. Верховный Суд Российской Федерации провел новое кассационное слушание. Верховный Суд Российской Федерации установил, что на дело распространялись сроки давности привлечения к уголовной ответственности, и освободил заявителя от отбывания наказания в виде лишения свободы. Адвокат заявителя присутствовал на судебном заседании и представил доводы стороны защиты. Заявитель не присутствовал на судебном заседании.

Право

 

I. Предполагаемое нарушение пункта 3 статьи 5 Конвенции

 

12. Заявитель утверждал, что его содержали под стражей во время следствия и судебного разбирательства, несмотря на отсутствие относящихся к делу и достаточных оснований, как того требует пункт 3 статьи 5 Конвенции, в котором указано следующее:

 

"Каждый задержанный или заключенный под стражу в соответствии с подпунктом "c" пункта 1 настоящей статьи... имеет право на судебное разбирательство в течение разумного срока или на освобождение до суда. Освобождение может быть обусловлено предоставлением гарантий явки в суд".

А. Доводы сторон

 

13. В письме, представленном 22 октября 2015 г., власти Российской Федерации сообщили Европейскому Суду, что они предполагали сделать одностороннее заявление с целью разрешения затронутого заявителем вопроса. Власти Российской Федерации также просили Европейский Суд исключить жалобу из списка рассматриваемых дел в соответствии со статьей 37 Конвенции.

14. В заявлении власти Российской Федерации признали, что содержание заявителя под стражей в рамках избранной меры пресечения с 26 октября 2002 г. по 26 апреля 2005 г. являлось нарушением пункта 3 статьи 5 Конвенции, и выразили готовность выплатить заявителю 3 000 евро в качестве справедливой компенсации. В заявлении также указывалось следующее:

 

"Упомянутая сумма, которая должна компенсировать любой материальный ущерб, моральный вред и судебные расходы и издержки, будет освобождения от любых возможных налогов. Она будет выплачена в течение трех месяцев с даты уведомления о вынесении Европейским Судом Постановления в соответствии с пунктом 1 статьи 37 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод. В случае невыплаты указанной суммы в упомянутый трехмесячный срок власти Российской Федерации обязуются выплачивать процент за просрочку платежа в размере предельной годовой кредитной ставки Европейского центрального банка, существующей на период невыплаты, плюс три процента.

Выплата рассматриваемой суммы будет означать окончательное разрешение дела по существу".

15. Заявителю предложили прокомментировать одностороннее заявление властей Российской Федерации, если он захочет это сделать. Заявитель не предоставил комментариев.

В. Мнение Европейского Суда

 

16. Европейский Суд повторяет, что статья 37 Конвенции устанавливает, что Европейский Суд может на любом этапе производства по делу принять решение об исключении жалобы из списка рассматриваемых дел, если обстоятельства обусловливают один из выводов, перечисленных в подпунктах "a"-"c" пункта 1 статьи 37 Конвенции. В частности, подпункт "с" пункта 1 статьи 37 Конвенции позволяет Европейскому Суду исключить жалобу из списка дел:

 

"...по любой другой причине, установленной Судом, дальнейшее рассмотрение жалобы является неоправданным".

17. Европейский Суд также отмечает, что при определенных обстоятельствах он может исключить жалобу из списка дел в соответствии с подпунктом "с" пункта 1 статьи 37 Конвенции на основании одностороннего заявления властей государства-ответчика.

18. В этом отношении Европейский Суд тщательно рассмотрит заявление с учетом принципов, установленных его прецедентной практике, в частности, в Постановлении Большой Палаты Европейского Суда по делу "Аджар против Турции" (Acar v. Turkey) (жалоба N 26307/95, ECHR 2003-VI, §§ 75 77), а также в Решении Европейского Суда по делу "Общество с ограниченной ответственностью "ВАЗА Сполка з.о.о." против Польши" (WAZA Spуika z o.o. v. Poland) (от 26 июня 2007 г., жалоба N 11602/02) и Решении Европейского Суда по делу "Сульвиньская против Польши" (Sulwinska v. Poland) (от 18 сентября 2007 г., жалоба N 28953/03).

19. Прежде всего Европейский Суд отмечает, что с момента вынесения его первого постановления относительно длительности содержания под стражей в рамках избранной меры пресечения (см. Постановление Европейского Суда по делу "Калашников против Российской Федерации" (Kalashnikov v. Russia), жалоба N 47095/99* (* См.: Путеводитель по прецедентной практике Европейского Суда по правам человека за 2002 год (примеч. редактора).), ECHR 2002-VI, §§ 104 121) он устанавливал нарушение пункта 3 статьи 5 Конвенции в связи с чрезмерно длительным содержанием под стражей в рамках избранной меры пресечения без надлежащего обоснования более чем по 100 делам против Российской Федерации (см. Постановление Европейского Суда по делу "Ананьев и другие против Российской Федерации" (Ananyev and Others v. Russia) от 10 января 2012 г., жалобы NN 42525/07 и 60800/08* (* См.: Бюллетень Европейского Суда по правам человека. 2012. N 8 (примеч. редактора).), § 200). Следовательно, затронутая заявителем жалоба основана на ясной и обширной прецедентной практике Европейского Суда.

20. Что касается характера признаний, высказанных в заявлении властей Российской Федерации, Европейский Суд убежден, что они не оспаривали утверждения заявителя и явно признали, что его содержание под стражей в рамках избранной меры пресечения противоречило пункту 3 статьи 5 Конвенции.

21. Что касается присужденной заявителю компенсации, Европейский Суд убежден, что предложенная сумма соответствует суммам, присуждаемым в аналогичных случаях (см. Постановление Европейского Суда по делу "Юрий Яковлев против Российской Федерации" (Yuriy Yakovlev v. Russia) от 29 апреля 2010 г., жалоба N 5453/08* (* См.: там же. 2010. N 11 (примеч. редактора).), § 95, Постановление Европейского Суда по делу "Валерий Коваленко против Российской Федерации" (Valeriy Kovalenko v. Russia) от 29 мая 2012 г., жалоба N 41716/08* (* См.: там же. 2013. N 11 (примеч. редактора).), § 67, и Постановление Европейского Суда по делу "Кислица против Российской Федерации" (Kislitsa v. Russia) от 19 июня 2012 г., жалоба N 29985/05, § 49).

22. Исходя из изложенного Европейский Суд полагает, что дальнейшее рассмотрение жалобы необоснованно. Европейский Суд убежден, что соблюдение прав человека, определенных Конвенцией (пункт 1 статьи 37, in fine* (* In fine (лат.) - в итоге, в конце (примеч. переводчика).)), не требует дальнейшего рассмотрения этой части жалобы. В любом случае решение Европейского Суда не ограничивает его в принятии любого решения о восстановлении жалобы в списке дел, подлежащих рассмотрению, в соответствии с пунктом 2 статьи 37 Конвенции, в случае несоблюдения властями Российской Федерации своего одностороннего заявления (см. Решение Европейского Суда по делу "Алексенцева и 28 других жалоб против Российской Федерации" (Aleksentseva and 28 Others v. Russia) от 23 марта 2006 г., жалоба N 75025/01 и другие, и Решение Европейского Суда по делу "Йосипович против Сербии" (Josipovic v. Serbia) от 4 марта 2008 г., жалоба N 18369/07).

23. Ввиду изложенного уместно исключить жалобу из списка подлежащих рассмотрению дел в соответствии с подпунктом "с" пункта 1 статьи 37 Конвенции.

II. Предполагаемое нарушение статьи 6 Конвенции в связи с проведением закрытого судебного заседания

 

24. Заявитель утверждал, что ему не было обеспечено публичное судебное разбирательство по его делу в нарушение требований пункта 1 статьи 6 Конвенции, который в части, применимой к настоящему делу, звучит следующим образом:

 

"Каждый... при предъявлении ему любого уголовного обвинения имеет право на справедливое и публичное разбирательство дела в разумный срок независимым и беспристрастным судом... Судебное решение объявляется публично, однако пресса и публика могут не допускаться на судебные заседания в течение всего процесса или его части по соображениям морали, общественного порядка или национальной безопасности в демократическом обществе, а также когда того требуют интересы несовершеннолетних или для защиты частной жизни сторон, или - в той мере, в какой это, по мнению суда, строго необходимо - при особых обстоятельствах, когда гласность нарушала бы интересы правосудия".

А. Приемлемость жалобы

 

25. Европейский Суд отмечает, что данная жалоба не является явно необоснованной в значении подпункта "а" пункта 3 статьи 35 Конвенции. Европейский Суд также отмечает, что жалоба не является неприемлемой по каким-либо другим основаниям. Следовательно, она должна быть объявлена приемлемой для рассмотрения по существу.

В. Существо жалобы

 

1. Доводы сторон

 

26. Власти Российской Федерации признали, что вопреки российским нормам уголовного судопроизводства суд первой инстанции не указал каких-либо оснований для проведения судебного слушания в закрытом режиме. Тем не менее власти посчитали, что отсутствие публичного слушания в настоящем деле не являлось нарушением пункта 1 статьи 6 Конвенции. По мнению властей, отсутствовало нарушение процессуальных прав заявителя, включая право на защиту. Власти Российской Федерации также утверждали, что решение суда первой инстанции о проведении закрытого судебного заседания было обусловлено моральными соображениями и требованиями безопасности. Заявитель и некоторые другие подсудимые по делу являлись членами банды "скинхедов". Они обвинялись в убийстве К. из национальной и расовой ненависти. Брат К. присутствовал на судебном заседании. При таких обстоятельствах было необходимо помешать другим членам банды, которые еще находились на свободе, попасть в зал суда.

27. Заявитель настаивал на своей жалобе. Он утверждал, что решение суда первой инстанции об устранении публики из зала суда не было обоснованным. Суд мог применить другие меры для обеспечения безопасности участников процесса, включая брата жертвы.

2. Мнение Европейского Суда

 

28. Принципы проведения публичных судебных заседаний хорошо разработаны в прецедентной практике Европейского Суда (см., например, Постановление Европейского Суда по делу "Крестовский против Российской Федерации" (Krestovskiy v. Russia) от 28 октября 2010 г., жалоба N 14040/03* (* См.: Бюллетень Европейского Суда по правам человека. 2011. N 9 (примеч. редактора).), §§ 24-25).

29. Обращаясь к обстоятельствам настоящего дела и принимая во внимание принципы, выработанные в его прецедентной практике, Европейский Суд полагает, что решение суда первой инстанции о проведении закрытого судебного заседания не соответствовало требованию достижения справедливого баланса между, с одной стороны, правом заявителя на публичное рассмотрение предъявленного ему уголовного обвинения и, с другой стороны, другими важными затронутыми интересами.

30. Прежде всего Европейский Суд отмечает, и это не оспаривается властями государства-ответчика, что суд первой инстанции не привел никаких оснований для своего решения о проведении закрытого судебного заседания.

31. Единственным объяснением, приведенным властями Российской Федерации в оправдание проведения закрытого судебного заседания, были соображения безопасности. В связи с этим Европейский Суд повторяет, что проблемы безопасности являются обычной чертой для многих уголовных процессов, но, тем не менее, случаи, когда одни только соображения безопасности оправдывают удаление публики из зала суда, достаточно редки (см. Постановление Европейского Суда по делу "Рипан против Австрии" (Riepan v. Austria), жалоба N 35115/97, ECHR 2000-XII, § 34). Действительно, внутригосударственные суды были обязаны обеспечить защиту и безопасность людей в зале суда. Однако, по мнению Европейского Суда, меры безопасности должны тщательно планироваться и соответствовать принципу необходимости. Органы судебной власти обязаны внимательно рассмотреть все возможные альтернативы обеспечения защиты и безопасности в зале суда и отдать предпочтение наименее строгой мере, если она может достичь той же цели. Более того, если бы суд первой инстанции действительно принял во внимание определенную информацию, она должна была быть сообщена сторонам, в частности, заявителю, чтобы позволить открыто обсудить этот вопрос. Вместе с тем в настоящем деле суд первой инстанции не осуществил таких действий.

32. Принимая во внимание вышеизложенное, Европейский Суд приходит к выводу, что имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции в связи с отсутствием публичного разбирательства в деле заявителя.

III. Предполагаемое нарушение статьи 6 Конвенции в связи с отсутствием заявителя на заседании кассационного суда

 

33. Заявитель утверждал, что не мог участвовать в кассационном судебном заседании 22 февраля 2006 г. и что власти не предоставили ему возможности участвовать во втором кассационном заседании, проведенном 1 февраля 2011 г. Заявитель ссылался на подпункт "с" пункта 3 статьи 6 Конвенции, который в частях, применимых к настоящему делу, гласит следующее:

 

"1. Каждый... при предъявлении ему любого уголовного обвинения имеет право на справедливое и публичное разбирательство дела... судом...

3. Каждый обвиняемый в совершении уголовного преступления имеет как минимум следующие права:

...c) защищать себя лично или через посредство выбранного им самим защитника...".

34. Европейский Суд отмечает, что данная жалоба не является явно необоснованной по смыслу подпункта "а" пункта 3 статьи 35 Конвенции. Европейский Суд также отмечает, что она не является неприемлемой и по другим основания. Следовательно, она должна быть объявлена приемлемой для рассмотрения по существу. Однако в обстоятельствах настоящего дела Европейский Суд не считает необходимым рассматривать жалобы заявителя.

IV. Иные предполагаемые нарушения Конвенции

 

35. В заключение заявитель обжаловал длительность производства по его уголовному делу, нарушение принципа презумпции невиновности и ряд иных нарушений в ходе уголовного процесса. Европейский Суд исследовал эти жалобы и полагает, что с учетом предоставленных ему материалов и в той степени, в которой представленные жалобы относятся к сфере его компетенции, они не свидетельствуют о каких-либо проявлениях нарушения прав и свобод, закрепленных Конвенцией или Протоколами к ней. Следовательно, Европейский Суд отклоняет их как явно необоснованные в соответствии с подпунктом "а" пункта 3 и пунктом 4 статьи 35 Конвенции.

V. Применение статьи 41 Конвенции

 

36. Статья 41 Конвенции гласит:

 

"Если Европейский Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Европейский Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне".

А. Ущерб

 

37. Заявитель требовал выплаты 60 000 российских рублей и 38 000 евро в качестве компенсации материального ущерба и морального вреда.

38. Власти Российской Федерации утверждали, что отсутствовала причинно-следственная связь между установленным нарушением и заявленным материальным ущербом. Власти Российской Федерации считали требование компенсации морального вреда чрезмерным.

39. Европейский Суд не усматривает наличия какой-либо причинно-следственной связи между установленным нарушением и заявленным материальным ущербом, поэтому отклоняет это требование. Вместе с тем Европейский Суд присуждает заявителю 2 200 евро в качестве компенсации морального вреда.

В. Судебные расходы и издержки

 

40. Заявитель также потребовал выплаты 1 370 евро в качестве компенсации судебных расходов и издержек, понесенных при рассмотрении его жалобы Европейским Судом.

41. Власти Российской Федерации не прокомментировали данное требование.

42. Согласно прецедентной практике Европейского Суда заявитель имеет право на возмещение судебных расходов и издержек, только если были доказано, что они были понесены в действительности, по необходимости и являлись разумными по количеству. В настоящем деле Европейский Суд отмечает, что заявителю уже было выплачено 850 евро в качестве правовой помощи. Принимая во внимание документы, предоставленные заявителем в подтверждение своих требований, Европейский Суд не считает необходимым присуждать какую-либо дополнительную сумму по данному основанию.

С. Процентная ставка при просрочке платежа

 

43. Европейский Суд полагает, что процентная ставка при просрочке платежей должна определяться исходя из предельной кредитной ставки Европейского центрального банка плюс три процента.

 

На основании изложенного Суд единогласно:

1) решил, принимая во внимание условия заявления властей Российской Федерации и действия, предназначенные для обеспечения озвученных в заявлении гарантий, исключить в соответствии с подпунктом "с" пункта 1 статьи 37 Конвенции из списка рассматриваемых дел жалобу заявителя в той части, в которой она касалась жалобы на нарушение пункта 3 статьи 5 Конвенции;

2) объявил, что жалобы, касающиеся нарушения статьи 6 Конвенции в связи с непроведением публичного судебного разбирательства и отсутствия заявителя на заседаниях кассационного суда, являются приемлемыми для рассмотрения по существу, а в остальной части - неприемлемыми;

3) постановил, что имело место нарушение статьи 6 Конвенции в связи с проведением судебного разбирательства по делу заявителя в закрытой форме;

4) постановил, что отсутствует необходимость рассматривать жалобу на нарушение статьи 6 Конвенции в связи с отсутствием заявителя на заседаниях кассационного суда;

5) постановил, что:

(a) государство-ответчик обязано в течение трех месяцев выплатить заявителю 2 200 евро (две тысячи двести евро) в качестве компенсации морального вреда плюс любой налог, который может быть взыскан с этой суммы, подлежащие переводу в валюту государства-ответчика по курсу, действующему на день оплаты;

(b) с даты истечения указанного трехмесячного срока и до момента выплаты на эту сумму должны начисляться простые проценты, размер которых определяется предельной кредитной ставкой Европейского центрального банка, действующей в период неуплаты, плюс три процента;

6) отклонил оставшуюся часть требований заявителя о справедливой компенсации.

 

Совершено на английском языке, уведомление о Постановлении направлено в письменном виде 20 сентября 2016 г. в соответствии с пунктами 2 и 3 правила 77 Регламента Суда.

 

Фатош Арачи
Заместитель Секретаря
Секции Суда

Хелена Ядерблом
Председатель
Комитета Суда

 

Откройте актуальную версию документа прямо сейчас или получите полный доступ к системе ГАРАНТ на 3 дня бесплатно!

Получить доступ к системе ГАРАНТ

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.


Постановление Европейского Суда по правам человека от 20 сентября 2016 г. Дело "Сергей Зайцев (Sergey Zaytsev) против Российской Федерации" (Жалоба N 24849/05) (Третья секция)


Текст Постановления опубликован в Бюллетене Европейского Суда по правам человека "Российская хроника ЕС. Специальный выпуск" N 2/2017


Перевод с английского Ю.Ю. Берестнева


Постановление вступило в силу 20 сентября 2016 г. в соответствии с положениями пункта 1 статьи 28 Конвенции