Определение СК по гражданским делам Верховного Суда РФ от 24 июля 2018 г. N 53-КГ18-16 Суд оставил в силе решение о признании незаконным отказа временно исполняющей обязанности нотариуса в совершении нотариального действия по мотивам неуплаты заявителем услуг правового и технического характера, поскольку указанное основание для отказа в совершении нотариального действия действующим законодательством не предусмотрено

Определение СК по гражданским делам Верховного Суда РФ от 24 июля 2018 г. N 53-КГ18-16

 

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе

председательствующего Кликушина А.А.,

судей Назаренко Т.Н. и Юрьева И.М.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по заявлению Сарварова Максима Вячеславовича об оспаривании отказа в совершении нотариального действия, о возложении обязанности совершить нотариальное действие

по кассационной жалобе Сарварова Максима Вячеславовича на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Красноярского краевого суда от 18 сентября 2017 г.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Назаренко Т.Н., выслушав объяснения представителей нотариуса Красноярского нотариального округа Зылевич С.Ю. - Дуб К.В. и Калиновой К.В., полагавших кассационную жалобу не подлежащей удовлетворению, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации установила:

Сарваров М.В. обратился в суд с заявлением об оспаривании отказа в совершении нотариального действия, о возложении обязанности совершить нотариальное действие, ссылаясь на то, что 9 декабря 2016 г. обратился к нотариусу Красноярского нотариального округа Зылевич С.Ю., обязанности которой временно исполняла Никишина Н.А. (далее - врио нотариуса Никишина Н.А.), за совершением нотариального действия - удостоверения доверенности на право представления его интересов в суде, службе судебных приставов и других органах. Заявитель представил паспорт, самостоятельно изготовленную техническим способом доверенность. Врио нотариуса Никишина Н.А. разъяснила заявителю, что плата за удостоверение доверенности установлена нотариальной палатой Красноярского края и составляет 1 500 руб., включая нотариальный тариф в размере 200 руб. и оплату услуг технического и правового характера. При отказе от оплаты указанной суммы в совершении нотариального действия ему будет отказано. Аналогичная позиция была изложена в ответе врио нотариуса Никишиной Н.А. от 9 января 2017 г. После повторного обращения Сарварова М.В. врио нотариуса Никишиной Н.А. было вынесено постановление от 26 января 2017 г. об отказе в совершении нотариального действия по удостоверению доверенности без взимания платы за оказание услуг технического и правового характера. Заявитель полагает, что требование нотариуса оплатить 1 300 руб. за услуги правового и технического характера является незаконным и ссылается на то, что к нотариусу за оказанием данных услуг он не обращался, поскольку услуги правового и технического характера ему не требовались, им была представлена самостоятельно изготовленная техническим способом доверенность, отвечающая всем требованиям закона.

Решением Железнодорожного районного суда г. Красноярска от 16 мая 2017 г. заявление Сарварова М.В. удовлетворено частично. Отказ врио нотариуса Никишиной Н.А. в совершении нотариального действия по удостоверению доверенности Сарварова М.В. от 9 декабря 2016 г. по мотивам неуплаты заявителем услуг технического и правового характера признан незаконным. В остальной части заявление Сарварова М.В. оставлено без удовлетворения.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Красноярского краевого суда от 18 сентября 2017 г. решение суда отменено в части удовлетворения требований Сарварова М.В. о признании незаконным отказа в совершении нотариального действия, в этой части вынесено новое решение, которым данные требования отклонены. В остальной части решение суда оставлено без изменения.

В кассационной жалобе Сарваров М.В. ставит вопрос о её передаче с делом для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации для отмены в части апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Красноярского краевого суда от 18 сентября 2017 г. и оставления в данной части в силе решения Железнодорожного районного суда г. Красноярска от 16 мая 2017 г.

По запросу судьи Верховного Суда Российской Федерации Назаренко Т.Н. от 25 апреля 2018 г. дело истребовано в Верховный Суд Российской Федерации для проверки в кассационном порядке, и определением судьи Верховного Суда Российской Федерации Назаренко Т.Н. от 29 июня 2018 г. кассационная жалоба с делом передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит её подлежащей удовлетворению, а апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Красноярского краевого суда от 18 сентября 2017 г. подлежащим отмене в части по следующим основаниям.

В соответствии со статьёй 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

При рассмотрении настоящего дела судебной коллегией по гражданским делам Красноярского краевого суда были допущены такого характера существенные нарушения норм материального права, повлиявшие на исход дела, без устранения которых невозможно восстановление нарушенных прав Сарварова М.В.

Судом установлено и следует из материалов дела, что 9 декабря 2016 г. Сарваров М.В. обратился к врио нотариуса Никишиной Н.А. для нотариального удостоверения выданной им доверенности на имя Степанова М.А. и Расовой Э.Е., доверенность, самостоятельно изготовленную техническим способом, приложил к заявлению. Нотариальное действие по удостоверению доверенности просил осуществить с уплатой установленного нотариального тарифа в размере 200 руб. без оплаты услуг технического и правового характера (л.д. 42, 58).

В ответе от 9 января 2017 г. врио нотариуса Никишина Н.А. разъяснила Сарварову М.В., что удостоверить представленный проект доверенности без оплаты услуг технического и правового характера не представляется возможным, поскольку в ходе процедуры удостоверения доверенности нотариус совершает целый комплекс действий технического и правового характера (проводит правовую экспертизу представленных документов и проекта сделки, устанавливает личность и дееспособность гражданина, проверяет его паспорт на предмет действительности, выявляет волю на совершение односторонней сделки и разъясняет последствия её совершения, проверяет данные о банкротстве гражданина, вносит сведения об удостоверении сделки в Единую информационную систему нотариата, а также в Реестр нотариальных действий, делает электронный образ документа и т.д.). Кроме того, при изготовлении доверенности необходимо использовать только представленный заявителем проект доверенности не может быть удостоверен на условиях, указанных Сарваровым М.В. в заявлении (то есть с уплатой только нотариального тарифа 200 руб.), и без использования бланка единого образца (л.д. 43-46).

29 января 2017 г. врио нотариуса Никишиной Н.А. вынесено постановление N 70 об отказе Сарварову М.В. в совершении нотариального действия - удостоверения доверенности без взимания оплаты за оказание услуг технического и правового характера (л.д. 48-49).

Частично удовлетворяя заявление Сарварова М.В., суд первой инстанции исходил из того, что предоставляемые нотариусами услуги технического и правового характера по своей сути являются дополнительными (факультативными) по отношению к нотариальным действиям, содержание которых определяется законодательством. При этом лицо, обратившее к нотариусу, не связано необходимостью получения от нотариуса, помимо нотариальных действий, дополнительных услуг технического и правового характера. Получение этих услуг для лица, обратившегося к нотариусу, носит исключительно добровольный характер и при его несогласии с формой, структурой, размерами оплаты этих услуг и прочими условиями такие услуги не оказываются, а их навязывание нотариусом недопустимо. Лицо, обратившееся к нотариусу, вправе самостоятельно осуществлять соответствующие действия.

Не соглашаясь с данным выводом суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции указал на то, что действующее законодательство не содержит запрета на предоставление нотариусами услуг технического и правового характера и получение платы за оказание данных услуг. Выполнение услуг технического и правового характера, являющихся неотъемлемым элементом нотариального действия, не может расцениваться как навязывание услуги, поскольку без данных услуг не может возникнуть юридическое последствие в виде оформленного нотариального акта. Поскольку доверенность на представление интересов заявителя подлежала оформлению на специальном бланке установленной формы с внесением сведений в реестр, Сарваров М.В. не имел права на удостоверение представленной им доверенности без оформления документа на этом бланке, что следует расценивать как оказание ему нотариусом услуг правового и технического характера.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации полагает выводы суда апелляционной инстанции сделанными с существенным нарушением норм материального права, регулирующих возникшие правоотношения.

В соответствии с положениями статьи 1 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате (утв. ВС РФ 11.02.1993 N 4462-1) нотариат в Российской Федерации призван обеспечивать в соответствии с Конституцией Российской Федерации, конституциями (уставами) субъектов Российской Федерации, настоящими Основами защиту прав и законных интересов граждан и юридических лиц путём совершения нотариусами предусмотренных законодательными актами нотариальных действий от имени Российской Федерации.

Нотариальные действия в Российской Федерации совершают в соответствии с настоящими Основами нотариусы, работающие в государственной нотариальной конторе или занимающиеся частной практикой.

Статьёй 22 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате установлено, что за совершение нотариальных действий, для которых законодательством Российской Федерации предусмотрена обязательная нотариальная форма, нотариус, занимающийся частной практикой, взимает нотариальный тариф в размере, соответствующем размеру государственной пошлины, предусмотренной за совершение аналогичных действий в государственной нотариальной конторе и с учётом особенностей, установленных законодательством Российской Федерации о налогах и сборах.

За совершение действий, для которых законодательством Российской Федерации не предусмотрена обязательная нотариальная форма, нотариус, работающий в государственной нотариальной конторе, а также нотариус, занимающийся частной практикой, должностные лица, указанные в части четвертой статьи 1 настоящих Основ, взимают нотариальные тарифы в размере, установленном в соответствии с требованиями статьи 22.1 настоящих Основ.

Согласно статье 23 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате источником финансирования деятельности нотариуса, занимающегося частной практикой, являются денежные средства, полученные им за совершение нотариальных действий и оказание услуг правового и технического характера, другие финансовые поступления, не противоречащие законодательству Российской Федерации.

Таким образом, из положений указанных выше правовых норм следует, что финансовое обеспечение деятельности нотариусов предусматривает оплату нотариальных действий, услуг, оказываемых при осуществлении нотариальной деятельности, включая услуги правового и технического характера, другие финансовые поступления, не противоречащие законодательству Российской Федерации.

Действующее законодательство не содержит запретов для нотариусов оказывать услуги правового и технического характера и взимать за них плату независимо от нотариального тарифа.

Главой VIII Основ законодательства Российской Федерации о нотариате предусмотрены виды совершаемых нотариальных действий. При этом услуги правового и технического характера, оказываемые нотариусами гражданам и юридическим лицам, в качестве нотариального действия не названы.

Как указано в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 1 марта 2011 г. N 272-О-О, предоставляемые нотариусами услуги правового и технического характера по своей сути являются дополнительными (факультативными) по отношению к нотариальным действиям, содержание которых определяется законодательством.

Так, в соответствии со статьями 9, 16, 48 и 50 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате нотариус при совершении нотариальных действий обязан обеспечить их законность, соблюдать правила ведения делопроизводства (включая требования к ведению реестра и наследственного дела), оказывать физическим и юридическим лицам содействие в осуществлении их прав и защите законных интересов, разъяснять права и обязанности, предупреждать о последствиях совершаемых нотариальных действий. Реализация нотариусами этих публичных обязанностей в ходе совершения нотариальных действий не может одновременно рассматриваться в качестве оказания ими услуг правового и технического характера.

Лицо, обратившееся к нотариусу, не связано необходимостью получения от нотариуса, помимо нотариальных действий, дополнительно услуг правового или технического характера. Получение этих услуг для лица, обратившегося к нотариусу, носит исключительно добровольный характер: при его несогласии с формой, структурой, размерами оплаты этих услуг и прочими условиями такие услуги не оказываются, а их навязывание нотариусом недопустимо. Лицо, обратившееся к нотариусу, вправе при необходимости самостоятельно осуществлять соответствующие действия.

Правовая позиция о том, что услуги правового и технического характера, оказываемые гражданам нотариусами, не являются тождественными нотариальным действиям, не входят в содержание нотариальных действий, их получение зависит от согласия лица, обратившегося к нотариусу, высказана Верховным Судом Российской Федерации в решении от 22 мая 2017 г., оставленным без изменения апелляционным определением Апелляционной коллегии Верховного Суда Российской Федерации от 14 сентября 2017 г., по делу N АКПИ17-193 о проверке в порядке нормоконтроля законности норм приказа Министерства юстиции Российской Федерации от 29 декабря 2016 года N 313 "Об утверждении форм реестров регистрации нотариальных действий, нотариальных свидетельств, удостоверительных надписей на сделках и свидетельствуемых документах и порядка их оформления".

ГАРАНТ:

По-видимому, в тексте предыдущего абзаца допущена опечатка. Дату названного приказа следует читать как "от 27 декабря 2016 года"

При рассмотрении настоящего спора существенные для данного дела обстоятельства, на которые обращено внимание Конституционным Судом Российской Федерации в определении от 1 марта 2011 г. N 272-О-О, оставлены судебной коллегией без внимания и правовой оценки.

Суд апелляционной инстанции не учёл, что в соответствии с законом предоставляемые нотариусами услуги правового и технического характера не являются обязательными, они не входят в содержание нотариальных действий, определяемых в соответствии со статьями 9, 16, 48, 50 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате, что их получение в конкретной правовой ситуации зависит от согласия лица, обратившегося к нотариусу.

Из дела видно, что доверенность, с которой Сарваров М.В. обратился к нотариусу, была подготовлена им заранее, в ней имелись все необходимые данные и определён объём полномочий, а также была напечатана удостоверительная надпись, форма и текст которой соответствуют приказу Министерства юстиции России от 27 декабря 2016 г. N 313 "Об утверждении форм реестров регистрации нотариальных действий, нотариальных свидетельств, удостоверительных надписей на сделках и свидетельствуемых документах и порядка их оформления". Врио нотариуса Никишина Н.А. была поставлена в известность об отказе от получения вышеупомянутых услуг.

В соответствии со статьёй 48 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате нотариус отказывает в совершении нотариального действия, если: совершение такого действия противоречит закону; действие подлежит совершению другим нотариусом; с просьбой о совершении нотариального действия обратился недееспособный гражданин либо представитель, не имеющий необходимых полномочий; сделка совершаемая от имени юридического, противоречит целям, указанным в его уставе или положении; сделка не соответствует требованиям закона; документы, представленные для совершения нотариального действия, не соответствуют требованиям законодательства.

Указанный в данной статье перечень оснований для отказа в совершении нотариального действия является исчерпывающим, не подлежит расширительному толкованию. Из изложенного следует, что такое основание для отказа в совершении нотариального действия, как отказ от оплаты услуг правового и технического характера, законом не предусмотрено.

Между тем суд апелляционной инстанции приведённые выше обстоятельства оставил без исследования и правовой оценки, а правильные выводы суда первой инстанции не опроверг.

С учётом изложенного оснований для отмены в оспариваемой части решения суда и признания действий врио нотариуса Никишиной Н.А. правомерными и соответствующими требованиям закона у судебной коллегии по гражданским делам Красноярского краевого суда не имелось.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит, что допущенные судом апелляционной инстанции в оспариваемой части нарушения норм материального права являются существенными, они повлияли на исход дела и без их устранения невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов заявителя, в связи с чем апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Красноярского краевого суда от 18 сентября 2017 г. подлежит в данной части отмене. Поскольку суд первой инстанции правильно определил обстоятельства, имеющие значение для дела, и истолковал нормы материального права, подлежащие применению к отношениям сторон, решение Железнодорожного районного суда г. Красноярска от 16 мая 2017 г. подлежит оставлению в силе.

Руководствуясь статьями 387, 388, 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации определила:

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Красноярского краевого суда от 18 сентября 2017 г. отменить в части отмены решения Железнодорожного районного суда г. Красноярска от 16 мая 2017 г. о признании незаконным отказа временно исполняющей обязанности нотариуса Красноярского нотариального округа Зылевич С.Ю. - Никишиной Н.А. в совершении нотариального действия по удостоверению доверенности Сарварова Максима Вячеславовича от 9 декабря 2016 г. по мотивам неуплаты заявителем услуг правового и технического характера и вынесения в данной части нового решения об отказе Сарварову М.В. в удовлетворении заявленных требований.

Решение Железнодорожного районного суда г. Красноярска от 16 мая 2017 г. в данной части оставить в силе.

 

Председательствующий

Кликушин А.А.

 

Судьи

Назаренко Т.Н.

 

 

Юрьев И.М.

 

Судебная коллегия по гражданским делам ВС РФ указала, что закон не предусматривает такое основание для отказа в нотариальном действии, как отказ от оплаты услуг правового и технического характера.

Подобные услуги не входят в содержание нотариальных действий и не являются обязательными. Их получение носит добровольный характер. Если клиент нотариуса не согласен с формой, структурой, размером оплаты и прочими условиями оказания этих услуг, то они не оказываются, а их навязывание недопустимо. Клиент вправе при необходимости самостоятельно выполнить соответствующие действия.


Определение СК по гражданским делам Верховного Суда РФ от 24 июля 2018 г. N 53-КГ18-16


Текст определения официально опубликован не был