Судебная коллегия по административным делам Санкт-Петербургского городского суда в составе
председательствующего
Белоногого А.В.
судей
Чуфистова И.В., Ивановой Ю.В.
при секретаре
Чернышове А.А.
рассмотрела в открытом судебном заседании 20 сентября 2016 года апелляционную жалобу Нумонова А. С. на решение Дзержинского районного суда Санкт-Петербурга от 20 июня 2016 года по административному делу N2а-2704/2016 по административному иску Нумонова А. С. к Управлению Федеральной миграционной службы России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, Главному Управлению Министерства внутренних дел России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области о признании незаконным решения о неразрешении въезда в Российскую Федерацию,
заслушав доклад судьи Белоногого А.В., объяснения представителя административного истца Нумонова А.С., Карапетяна В.Р., действующего на основании доверенности от "дата", настаивавшего на доводах жалобы, представителя административных ответчиков, УФМС России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области и ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области Одноконной О.В., действующей на основании доверенностей от "дата" и от "дата" соответственно, возражавшей против доводов жалобы, судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
Нумонов А.С. обратился в Дзержинский районный суд Санкт-Петербурга с вышеуказанным административным иском, в котором просил признать незаконным решение УФМС России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, которым административному истцу не разрешён въезд в Российскую Федерацию.
В обоснование административного иска указал, что находился на территории Российской Федерации, оспариваемое решение органа миграционного контроля носит чрезмерный характер, не отвечает принципу соразмерности.
Также ссылался на то, что реализация оспариваемого решения является грубым вмешательством в личную, семейную жизнь заявителя, при условии, что им не допускалось нарушений миграционного законодательства.
Кроме этого полагал, что орган миграционного контроля допустил нарушение порядка принятия решения в части срока его принятия, исчисленного с момента выявления нарушения.
Решением Дзержинского районного суда Санкт-Петербурга от 20 июня 2016 года Нумонову А.С. в удовлетворении требований административного иска отказано.
Не согласившись с постановленным решением суда, Нумонов А.С. подал апелляционную жалобу, в которой ставит вопрос об отмене решения с вынесением нового об удовлетворении заявленных требований.
В заседание суда апелляционной инстанции административный истец Нумонов А.С. не явился, извещён судом заблаговременно и надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства (л.д.57, 58, 62, 63), об отложении судебного разбирательства не просил, доказательств уважительности причин неявки не представил, всвязи с чем судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в его отсутствие.
Судебная коллегия, выслушав объяснения участников процесса, проверив материалы дела, обсудив доводы жалобы, не находит правовых оснований для отмены обжалуемого решения суда.
Отказывая в удовлетворении требований административного иска, суд первой инстанции сделал вывод, что вменённое Нумонову А.С. нарушение миграционного законодательства нашло своё подтверждение в материалах дела. Приняв во внимание отсутствие со стороны Нумонова А.С. доказательств чрезмерности принятого решения, оснований для его пересмотра, суд первой инстанции отклонил требования.
Судебная коллегия соглашается с указанными выводами суда.
Из материалов дела следует, что Нумонов А.С. является гражданином Республики " ... "; 4 июня 2015 года Нумонов А.С. въехал в Российскую Федерацию, выехал 29 октября 2015 года; 3 января 2016 года принято решение о неразрешении въезда в Российскую Федерацию сроком до 29 октября 2018 года, то есть на три года, по основаниям, предусмотренным пунктом 12 статьи 27 Федерального закона от 15 августа 1996 года N 114-ФЗ "О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию" (далее - Закон о порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию).
Приведённым положением пункта 12 статьи 27 Закона о порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию установлено, что въезд в Российскую Федерацию иностранному гражданину или лицу без гражданства не разрешается в случае, если иностранный гражданин или лицо без гражданства в период своего предыдущего пребывания в Российской Федерации превысили срок пребывания в девяносто суток суммарно в течение каждого периода в сто восемьдесят суток, - в течение трёх лет со дня выезда из Российской Федерации.
Согласно подпункту 2 пункта 1 статьи 5 Федерального закона от 25 июля 2002 года N115-ФЗ "О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации" (далее - Закон о правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации) срок временного пребывания в Российской Федерации иностранного гражданина, прибывшего в Российскую Федерацию в порядке, не требующем получения визы, не может превышать девяносто суток суммарно в течение каждого периода в сто восемьдесят суток, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Федеральным законом, а также в случае, если такой срок не продлён в соответствии с настоящим Федеральным законом.
В соответствии со статьёй 25.10 Закона о порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию иностранный гражданин, уклоняющийся от выезда из Российской Федерации по истечении срока пребывания (проживания) в Российской Федерации, является незаконно находящимся на территории Российской Федерации и несёт ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.
Судебная коллегия принимает во внимание, что по учётным данным административный истец действительно впервые въехал в Российскую Федерацию 4 июня 2015 года.
С названного периода времени следует исчислять срок 180 суток для определения предельного лимита пребывания административного истца на территории Российской Федерации.
Первый выезд с территории Российской Федерации имел место 29 октября 2015 года, на момент которого срок непрерывного пребывания составил 148 суток, после указанного периода административный истец возвратился в Российскую Федерацию, где пробыл с 6 ноября 2015 года по 1 декабря 2015 года, то есть ещё 26 дней.
Принимая во внимание, что в период пребывания с 4 июня 2015 года по 29 октября 2015 года административный истец допустил превышение предельного срока пребывания (90 суток), с момента выезда из Российской Федерации на стороне органа миграционного контроля возникло право принятие оспариваемого решения.
В таких обстоятельствах судебная коллегия полагает, что судом первой инстанции сделан обоснованный вывод о законности оспариваемого решения, как принятого при должных фактических обстоятельствах, правильном применении закона компетентным органом.
Отклоняются доводы апелляционной жалобы о нарушении срока принятия решения органом миграционного контроля.
Соответствующие доводы жалобы основаны на пункте 4 Приказа ФМС России от 20 марта 2015 года N159 "Об утверждении Порядка принятия решения о запрете работодателю или заказчику работ (услуг) в течение двух лет привлекать иностранных граждан и лиц без гражданства к трудовой деятельности в Российской Федерации в качестве высококвалифицированных специалистов и формы указанного решения".
Вместе с тем указанный приказ раскрывает положение пункта 26.1 статьи 13.2 Закона о правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации, который не применялся в отношении административного истца.
Оснований для расширительного толкования положений Приказа ФМС России от 20 марта 2015 года N159 и применении его к любым решениям органа миграционного контроля не имеется.
Несостоятельны доводы о нарушении права на семейную жизнь.
Согласно части 4 статьи 15 Конституции Российской Федерации общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью её правовой системы, а правовое положение иностранных граждан в Российской Федерации, наряду с законами Российской Федерации, определяется и международными договорами Российской Федерации.
Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 2 марта 2006 года N 55-О, сославшись на судебные акты Европейского Суда по правам человека, указал, что исходя из общих принципов права, установление ответственности за нарушение порядка пребывания (проживания) иностранных граждан в Российской Федерации и, соответственно, конкретной санкции, ограничивающей конституционные права граждан, должно отвечать требованиям справедливости, соразмерности конституционно закреплённым целям (статья 55 часть 3 Конституции Российской Федерации), а также отвечать характеру совершённого деяния.
Данный вывод корреспондирует международно-правовым предписаниям, согласно которым каждый человек при осуществлении своих прав и свобод должен подвергаться только таким ограничениям, какие установлены законом, необходимы для обеспечения должного признания и уважения прав и свобод других лиц, для охраны государственной (национальной) безопасности, территориальной целостности, публичного (общественного) порядка, предотвращения преступления, защиты здоровья или нравственности населения (добрых нравов), удовлетворения справедливых требований морали и общего благосостояния в демократическом обществе и совместимы с другими правами, признанными нормами международного права (статья 29 Всеобщей декларации прав человека, пункт 3 статьи 12 Международного пакта о гражданских и политических правах, пункт 2 статьи 10 и пункт 2 статьи 11 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а также пункт 3 статьи 2 Протокола N 4 к ней).
Приведённые нормы права и незыблемые гарантии реализации гражданских прав были правильно учтены судом первой инстанции при разрешении административного иска Нумонова А.С.
Наличие у иностранного гражданина каких-либо родственников, имеющих гражданство Российской Федерации, либо право на постоянное проживание на территории Российской Федерации, из материалов дела не следует.
Отклоняя доводы о нарушении статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, судебная коллегия также принимает во внимание, что не представлено со стороны административного истца доказательств наличия стойких социальных связей в Российской Федерации, таких как наличие круга близких дру
