Апелляционное определение СК по уголовным делам Дальневосточного окружного военного суда Хабаровского края от 04 апреля 2017 г. по делу N 22-45/2017
Судебная коллегия по уголовным делам Дальневосточного окружного военного суда в составе: председательствующего Писцова С.В., судей Кушева В.Е. и Пунтусова Д.В., при секретаре судебного заседания Гончаренко П.В., с участием прокурора отдела военной прокуратуры Восточного военного округа подполковника юстиции Дворецкого С.А., осужденного Созаева В.А., его защитника-адвоката Лысенко К.А. рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционные жалобы осужденного и защитника Лысенко К.А. на приговор Краснореченского гарнизонного военного суда от 17 февраля 2017 года, которым военнослужащий войсковой части N "данные изъяты"
Созаев В.А., "данные изъяты",
осужден за совершение преступления, предусмотренного п."а" ч.3 ст.286 УК РФ, с применением ст.64 и ст.73 УК РФ, к лишению свободы на срок 1 год 6 месяцев условно с испытательным сроком 1 год.
Заслушав доклад судьи Писцова С.В., выступления осужденного Созаева В.А. и его защитника-адвоката Лысенко К.А. в поддержку доводов апелляционных жалоб, а также заключение прокурора Дворецкого С.А., полагавшего необходимым приговор оставить без изменения, судебная коллегия,-
установила:
Созаев признан виновным в превышении должностных полномочий, совершённом с применением насилия в отношении подчинённого ему по воинскому званию ФИО1. Преступление им было совершено при следующих указанных в приговоре обстоятельствах.
Около 23 часов 30 минут 13 октября 2016 года Созаев зашел в кладовую комнату казармы войсковой части N, дислоцированной в "данные изъяты", где обнаружил стоящих в противогазах ФИО2, ФИО3, ФИО4 и ФИО5 перед военнослужащими более раннего срока призыва, среди которых находился и ФИО1.
Около 23 часов 40 минут тех же суток на центральном проходе расположения подразделения Созаев спросил у ФИО1 о причинах нахождения военнослужащих в предусмотренное для отдыха и сна время в кладовой в противогазах, после чего, не удовлетворившись ответом последнего и посчитав, что ФИО1 его обманывает, нанес ему по одному удару: коленом по ноге, кулаком в грудь и по плечу, а также два раза рукой по лицу, причинив физическую боль.
В апелляционных жалобах осужденный Созаев и его защитник-адвокат Лысенко просят приговор гарнизонного военного суда отменить и направить дело на новое рассмотрение со стадии судебного разбирательства.
В обоснование своих просьб авторы жалоб указывают, что в нарушение требований процессуального законодательства в приговоре суда не дано оценки представленным стороной защиты доказательствам: показаниям свидетеля ФИО3, согласно которым свидетели ФИО6 и ФИО7 отсутствовали на центральном проходе расположения и не могли видеть произошедших событий, показаниям свидетеля ФИО8 и копии книги учета больных, которые свидетельствуют об отсутствии жалоб на здоровье у потерпевшего ФИО1, заключению специалиста ФИО9, которое опровергает вывод суда о достоверности показаний свидетелей стороны обвинения ФИО2, ФИО4, ФИО5, ФИО3 и ФИО10. Также в приговоре отсутствует оценка доводов защитника, изложенных им в ходе прений сторон.
Как далее отмечают в своих жалобах осужденный и защитник, проверку по сообщению о совершенном в отношении ФИО1 преступлении проводил помощник военного прокурора 57 военной прокуратуры гарнизона "данные изъяты". Однако положения ст.ст.144-145 УПК РФ не наделяют прокурорских работников правомочиями по проведению процессуальной проверки. Этот же помощник военного прокурора в ходе судебного разбирательства по данному уголовному делу поддерживал государственное обвинение, в связи с чем стороной защиты ему был заявлен отвод, который суд оставил без удовлетворения.
Также авторы жалоб ссылаются на то, что суд положил в основу приговора недопустимые доказательства - протоколы следственных экспериментов с участием потерпевшего ФИО1, свидетелей ФИО5, ФИО3, ФИО2, ФИО7, ФИО4, ФИО6 и ФИО10. Указанные следственные эксперименты проводились в обстановке, не соответствующей той, в которой совершались действия в отношении ФИО1, что должно расцениваться как нарушение требований процессуального закона.
Кроме того, в своей дополнительной жалобе защитник указывает, что 3 февраля 2017 года он обратился в гарнизонный военный суд с заявлением о выдаче копии протокола судебного заседания. 10 марта 2017 года ему была вручена часть протокола судебного заседания от 3 февраля 2017 года, весь протокол судебного заседания ему вручен не был. Защитник полагает, что в данном случае он был лишен возможности ознакомиться с протоколом судебного заседания и подать на него замечания, вследствие чего было нарушено право осужденного Созаева на защиту.
Рассмотрев материалы дела и доводы апелляционных жалоб, выслушав выступления сторон, судебная коллегия не находит оснований для отмены либо изменения обжалуемого приговора.
Выводы гарнизонного военного суда о виновности Созаева основаны на фактических обстоятельствах дела, установленных в судебном заседании. Судом тщательно исследовались представленные сторонами доказательства, содержание которых полно и правильно приведено в приговоре. Всем подлежащим установлению обстоятельствам в своём судебном решении гарнизонный военный суд дал надлежащую оценку исходя из сведений о них, полученных в ходе судебного следствия. В частности, были выяснены отношения по службе между ФИО1 и Созаевым и установлено, что последний являлся для ФИО1 начальником в силу своего воинского звания. Установлено, что действия Созаева около 23 часов 40 минут 13 октября 2016 года выразились в нанесении ФИО1 удара коленом по ноге, удара рукой в грудь и по плечу, двух ударов рукой по лицу, и причиной применения указанного объема насилия послужило то, что потерпевший не сообщил причину нахождения военнослужащих более позднего срока призыва в предусмотренное для отдыха и сна время в кладовой в противогазах.
Указанные обстоятельства судом были установлены, прежде всего, из показаний потерпевшего, а также свидетелей ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО11, ФИО10 и ФИО12, являвшихся очевидцами нанесения Созаевым вышеуказанных ударов ФИО1.
Приведенные доказательства объективно согласуются не только между собой, но и подтверждаются протоколами следственных экспериментов, проведенных с участием названных лиц.
При таких данных гарнизонный военный суд правильно положил в основу вывода о виновности Созаева в совершении указанного в приговоре деяния показания потерпевшего и вышеперечисленных свидетелей, а показания осужденного об обратном отверг, приведя в приговоре мотивы принятия такого решения.
Какие-либо объективные данные, свидетельствующие об оговоре подсудимого потерпевшим и свидетелями в материалах дела отсутствуют.
Оснований полагать, что потерпевший и свидетели оговорили Созаева, не имеется, поскольку личных неприязненных отношений между ними не установлено, а объективных доказательств тому, что все указанные лица дали ложные показания стороной защиты представлено не было.
При этом суд обоснованно учел и показания допрошенного в судебном заседании следователя "данные изъяты" о свободности изложения своих показаний потерпевшим ФИО1 и вышеуказанными свидетелями, а также о проведении следственных действий с их участием в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства.
Вопреки утверждению авторов жалоб протоколы следственных экспериментов с участием потерпевшего ФИО1, свидетелей ФИО5, ФИО3, ФИО2, ФИО7, ФИО4, ФИО6 и ФИО10 требованиям допустимости доказательств отвечают.
В соответствии со ст.181 УПК РФ в целях проверки и уточнения данных, имеющих значение для уголовного дела, следователь вправе произвести следственный эксперимент путем воспроизведения действий, а также обстановки или иных обстоятельств определенного события. При этом проверяется возможность восприятия каких-либо фактов, совершения определенных действий, наступления какого-либо события, а также выявляются последовательность произошедшего события и механизм образования следов.
Как это следует из содержания протоколов следственных экспериментов с участием потерпевшего ФИО1, свидетелей ФИО5, ФИО3, ФИО2, ФИО7, ФИО4, ФИО6 и ФИО10 все указанные следственные действия проводились с целью уточнения показаний названных лиц об обстоятельствах применения насилия Созаевым к потерпевшему и в ходе их проведения следователем устанавливались как последовательность насильственных действий обвиняемого, так и объем примененного им к потерпевшему насилия.
Таким образом, цель и способ фактически проведенных следственных экспериментов отвечают указанным в процессуальном законе требованиям. Ссылка же авторов жалоб на то, что следственные эксперименты проводились в обстановке, не соответствующей той, в которой совершались действия в отношении ФИО1, в данном случае беспредметна, поскольку в ходе следственных действий не проверялась возможность восприятия каких-либо фактов, совершения определенных действий, наступления какого-либо события.
Довод авторов жалоб об отсутствии в приговоре оценки показаниям свидетеля ФИО3 противоречит тексту обжалуемого судебного акта.
Как это следует из содержания ходатайства стороны защиты о признании доказательств недопустимыми (т. N л.д. N), заключение специалиста ФИО9 было представлено в обоснование довода о невозможности использования протоколов допросов свидетелей ФИО5, ФИО3, ФИО2, ФИО10 и ФИО4 для доказывания обстоятельств, указанных в ст.73 УПК РФ.
Поскольк
Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.