Гражданская процессуальная право- и дееспособность
Понятие субъекта гражданского процессуального права, участника гражданского судопроизводства, неразрывно связано с такими юридическими категориями, как правоспособность и дееспособность. Ряд законодательных актов последнего времени (часть первая ГК РФ, Семейный кодекс) внесли определенные новшества в регулирование данного вопроса.
Под гражданской процессуальной правоспособностью понимается предусмотренная нормами гражданского процессуального права способность того или иного субъекта приобретать (иметь) гражданские процессуальные права и гражданские процессуальные обязанности. Другими словами, гражданская процессуальная правоспособность представляет собой способность быть участником гражданского процессуального правоотношения, субъектом конкретного процесса по гражданскому делу.
Статья 31 ГПК РСФСР предусматривает условия возникновения гражданской процедурной правоспособности. Из ее текста следует, что способность иметь гражданские процессуальные права и обязанности (гражданская процессуальная правоспособность) признается в равной мере за всеми гражданами, а также коллективами граждан, которые пользуются правами юридического лица. Таким образом, по смыслу ст.31 ГПК условием возникновения гражданской процессуальной правоспособности у граждан является факт их рождения, а у коллективных образований - наличие статуса юридического лица. В связи с этим в качестве возможных участников гражданского процессуального правоотношения, потенциальных носителей гражданских процессуальных прав и обязанностей могут выступать лишь две категории субъектов: физические и юридические лица. Однако анализ других норм ГПК, а также иных законодательных актов свидетельствует о том, что ст.31 ГПК далека от совершенства. При определении гражданской процессуальной правоспособности, т.е. круга лиц, которые могут быть участниками гражданского процессуального правоотношения, она не учитывает таких, как прокурор (процессуальный статус прокурора определен в ст.ст.12, 41, 282 и других статьях ГПК), трудовой коллектив и иные коллективные образования, которые в случаях, предусмотренных нормами ГПК, Семейного кодекса и другими актами РФ, несмотря на отсутствие у них статуса юридического лица, вправе выступать в качестве самостоятельных участников гражданского судопроизводства. Наконец, ст.31 ГПК обходит молчанием таких участников процесса, как судебный представитель, свидетель, эксперт, переводчик.
Что касается прокурора, то как один из важнейших субъектов гражданского судопроизводства, гражданского процессуального правоотношения прокурор не может быть подведен ни под категорию гражданина, ни под категорию юридического лица. Прокурор является своеобразным субъектом, потому что носителем прокурорских правомочий выступает физическое лицо, гражданин. Однако способность быть участником гражданского процесса в качестве прокурора возникает у гражданина не с момента его рождения, а с того момента, когда гражданин утвержден в должности прокурора.
По российскому законодательству субъектами гражданского процесса, гражданского процессуального правоотношения могут быть также коллективные образования, которые вопреки требованиям ст.31 ГПК не являются юридическими лицами. Так, ст.ст.147 и 294.1 ГПК предусматривают случаи участия в гражданском судопроизводстве трудового коллектива, а также общественного объединения граждан, не обладающего статусом юридического лица. Федеральный закон от 23 ноября 1995 г. "О порядке разрешения коллективных трудовых споров" предусматривает возможность участия трудового коллектива в качестве стороны по делам о признании забастовки незаконной. Семейный кодекс (п.1 ст.70) предусматривает участие в процессе по делам о лишении родительских прав таких образований, как комиссии по делам несовершеннолетних. Согласно ст.42 ГПК возможно участие в гражданском процессе органов управления, которые не всегда обладают статусом юридического лица.
Что же касается таких участников гражданского процесса, как судебный представитель, свидетель, эксперт, переводчик, то по вполне понятным причинам физическое лицо, т.е. гражданин, может участвовать в процессе в подобном качестве не с момента своего рождения, а значительно позже.
Итак, признавая способность быть участником гражданского процесса, субъектом гражданских процессуальных прав и обязанностей лишь за физическими и юридическими лицами, ст.31 ГПК тем самым ставит как бы вне закона достаточно большую группу лиц - участников гражданского процесса, лишая их легитимности в силу того, что они не подпадают ни под категорию физического лица, ни под категорию юридического лица. В связи с этим возникает вопрос об условиях возникновения гражданской процессуальной правоспособности вообще и у субъектов гражданского судопроизводства, не охваченных ст.31 ГПК, в частности.
Решение вопроса об условиях возникновения у физических лиц и коллективных образований гражданской процессуальной правоспособности зависит от той цели, которую преследует гражданин или коллективное образование при вступлении в процессуальные отношения с судом. Для участия в процессе с целью защиты своих субъективных прав и законных интересов гражданин должен обладать материальной правоспособностью, то есть способностью иметь соответствующие материальные права и нести соответствующие юридические обязанности. Если возникновение соответствующих материальных прав и обязанностей закон связывает с фактором рождения их потенциального обладателя, то для участия в гражданском судопроизводстве в качестве истца, ответчика, заявителя либо третьего лица гражданину достаточно родиться. Это означает, что гражданская процессуальная правоспособность как способность быть стороной или третьим лицом в таких случаях возникает у граждан с момента их рождения. К числу субъективных прав и юридических обязанностей, возникновение которых приурочивается к моменту появления физического лица на свет, относятся значительная часть гражданских прав (например, право иметь имущество на праве собственности), часть семейных, жилищных прав. Так, согласно ст.47 Семейного кодекса права и обязанности родителей и детей основываются на происхождении детей, удостоверенном в установленном законом порядке. А согласно ст.53 Жилищного кодекса несовершеннолетний член семьи нанимателя, совместно проживающий с ним, пользуется равными с нанимателем правами и несет равные обязанности, вытекающие из договора найма жилого помещения. Однако возникновение у граждан целого ряда субъективных прав и обязанностей, например трудовых, семейных (право вступать в брак), гражданских (право заниматься предпринимательской деятельностью, отвечать за причиненный ущерб) приурочивается не к дате появления физического лица на свет, а к дате достижения этим лицом определенного возраста. Это, в свою очередь, означает, что способность гражданина защищать в судебном процессе свои субъективные права и законные интересы, способность выступать в процессе стороной или третьим лицом (гражданская процессуальная правоспособность) возникает в таких случаях не с момента рождения, а с момента достижения гражданином соответствующего возраста. Например, чтобы стать истцом по трудовому спору, надо достичь возраста трудовой правосубъектности, а чтобы стать ответчиком по делу о возмещении вреда, надо достичь возраста 14 лет. Таким образом, гражданская процессуальная правоспособность физического лица быть стороной в материально-правовом смысле или третьим лицом в процессе определяется его материальной правоспособностью.
Для участия в гражданском судопроизводстве физического лица с целью защиты чужого субъективного права или интереса, т.е. в процессуальном качестве заявителя или судебного представителя, гражданин должен быть совершеннолетним, а в некоторых случаях обладать еще специальной компетенцией (например, компетенцией прокурора). Таким образом, совершеннолетие и отсутствие предусмотренных законом ограничений в дееспособности, а также наличие специальной компетенции выступают в качестве условий возникновения у физического лица способности участвовать в процессе в качестве судебного представителя, прокурора или процессуального истца (заявителя). В связи с этим обращает на себя внимание ошибка, допущенная авторами Семейного кодекса при формулировании правила п.3 ст.62, где закреплено право несовершеннолетнего родителя по достижении им 14-летнего возраста выступать судебным представителем своих детей по делам об установлении отцовства. Данная норма противоречит ч.1 ст.47 ГПК, согласно которой представителями в суде не могут быть лица, не достигшие совершеннолетия или состоящие под опекой либо попечительством.
Физические лица, т.е. граждане, могут участвовать в гражданском судопроизводстве не только с целью защиты своих или чужих субъективных прав и законных интересов, но и с иной процессуальной целью. Граждане могут участвовать в гражданском судопроизводстве с целью сообщения суду сведений о юридических фактах (свидетели) либо с целью оказания помощи суду в установлении юридических фактов с помощью специальных познаний (эксперты). Наконец, граждане могут участвовать в процессе с целью оказания помощи суду в общении с лицами, не владеющими языком судопроизводства (переводчик). Совершенно очевидно, что способность физического лица к участию в процессе по гражданскому делу в качестве свидетеля, эксперта, переводчика возникает не с момента его рождения, а значительно позже, поскольку обусловливается иными юридическими факторами: соответствующим психофизическим состоянием гражданина, позволяющим ему выполнять функции свидетеля, эксперта, переводчика, а также наличием фактических или специальных познаний.
Итак, гражданская процессуальная правоспособность граждан в зависимости от цели их участия в гражданском судопроизводстве может определяться материальной правоспособностью, определенным уровнем психофизического развития, включая полную дееспособность, наличием специальной компетенции или соответствующих познаний. В связи с этим необходимо различать два вида гражданской процессуальной правоспособности: общую, возникновение которой связывается с фактом рождения гражданина, и специальную, возникновение которой обусловливается иными юридическими фактами.
Коллективные образования, как и граждане, могут участвовать в гражданском судопроизводстве с целью защиты своих или чужих прав и законных интересов либо с иной процессуальной целью, не связанной с защитой конкретных субъективных прав и интересов. Например, ст.147 ГПК предусматривает возможность участия в гражданском судопроизводстве общественности в лице трудового коллектива с целью изложения суду своего мнения о рассматриваемом деле. Для участия в гражданском судопроизводстве с целью защиты своих субъективных прав и интересов коллективный субъект должен обладать соответствующей материальной правосубъектностью. Под ней понимается способность коллективного образования обладать соответствующими правами и нести юридические обязанности. При этом понятие материальной правосубъектности шире понятия юридического лица, поскольку конструкция последнего используется для обозначения коллективных образований как носителей прав и обязанностей гражданско-правового характера. Что же касается участия в гражданском судопроизводстве коллективных образований с целью защиты чужих прав и интересов либо с иной процессуальной целью, то обладание правами юридического лица либо иной материальной правосубъектностью необязательно. В таких случаях возникновение у коллективного образования гражданской процессуальной правоспособности определяется одним-единственным условием - наличием прямого указания (разрешения) закона на такое участие.
Понятие гражданской процессуальной правоспособности имеет важное практическое значение, потому что неправоспособный субъект вообще не может быть участником гражданского процессуального правоотношения. Попытка такого субъекта принять участие в производстве по гражданскому делу в том или ином процессуальном качестве должна быть пресечена отказом в допуске его в процесс либо прекращением процессуальных отношений с ним.
Если гражданская процессуальная правоспособность представляет собой абстрактную возможность
