|
22 ноября 2017 г.
|
N А10-2064/2016
|
Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в составе
председательствующего Тютриной Н.Н.,
судей: Белоножко Т.В., Качукова С.Б.,
при участии представителей от истца Липуновой Алены Валерьевны (доверенность от 11.06.2015), от ответчика Тыхренова Евгения Юрьевича (доверенность от 21.06.2017),
рассмотрев в открытом судебном заседании кассационные жалобы общества с ограниченной ответственностью "Восточно-Сибирская торговая компания", индивидуального предпринимателя Бредний Раисы Иннокентьевны на решение Арбитражного суда Республики Бурятия от 19 января 2017 года по делу N А10-2064/2016 и постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 9 августа 2017 года по тому же делу (суд первой инстанции: Молокшонов Д.В.; апелляционный суд: Бушуева Е.М., Макарцев А.В., Юдин С.И.),
установил:
общество с ограниченной ответственностью "Восточно-Сибирская торговая компания" (ОГРН 1048500605229, ИНН 8506008802, г. Иркутск, далее - компания) обратилось в арбитражный суд с иском к индивидуальному предпринимателю Бредний Раисе Иннокентьевне (ОГРН 304032618700114, ИНН 032400232792, г. Улан-Удэ, далее - предприниматель) о взыскании 15 386 949 рублей 50 копеек убытков.
К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью "Акрос" (далее - общество "Акрос").
Решением Арбитражного суда Республики Бурятия от 19 января 2017 года иск удовлетворен на сумму 2 000 000 рублей.
Постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 9 августа 2017 года решение суда первой инстанции отменено. Иск удовлетворен частично. С ответчика в пользу истца взыскано 1 562 180 рублей 25 копеек, в удовлетворении остальной части иска отказано.
В кассационной жалобе заявители просят проверить законность принятых судебных актов в связи с неправильным применением судами норм материального права, несоответствием выводов судов имеющимся в деле доказательствам.
Истец полагает, что требование подлежало удовлетворению в полном объеме, поскольку факт реального несения расходов в заявленном объеме и размер упущенной выгоды доказаны.
По мнению ответчика само по себе уклонение от заключения договора не могло привести к приостановлению хозяйственной деятельности, поскольку истец вправе был изменить способ поставки нефтепродуктов с железнодорожного на автомобильный. Договор от 14.01.2013 сторонами фактически не исполнялся, здание автозаправочной станции в спорный период эксплуатировалось иными лицами. Из расчета иска подлежит исключению период с 30.04.2015 по 10.08.2015, поскольку в этот период ответчику был вынесен запрет на эксплуатацию пути необщего пользования.
Истец отклонил доводы, изложенные в кассационной жалобе ответчика.
Ответчик указал на несостоятельность доводов истца.
Третье лицо отзыв не представило, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы уведомлено надлежащим образом, однако своих представителей для участия в судебном заседании не направило, что в соответствии с частью 3 статьи 284 названного Кодекса не является препятствием для рассмотрения жалобы.
На основании статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в судебном заседании, назначенном на 15.11.2017, объявлялся перерыв до 22.11.2017, о чем сделано публичное извещение в сети "Интернет". После перерыва третье лицо участие в судебном заседании не принимало.
Поскольку постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 9 августа 2017 года решение суда от 19 января 2017 года отменено, предметом проверки судом кассационной инстанции является судебный акт апелляционного суда.
Проверив в порядке, установленном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, правильность применения апелляционным судом норм материального и процессуального права, соответствие выводов суда о применении норм права установленным им по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа пришел к следующим выводам.
Из материалов дела следует, что истец является организацией, осуществляющей предпринимательскую деятельность по приему, хранению и отпуску нефтепродуктов.
При осуществлении своей хозяйственной деятельности истцом на основании договоров аренды от 30.11.2014 и от 01.01.2014, заключенных с обществом "Карос" (в дальнейшем переименованным в общество "Акрос"), эксплуатировался опасный производственный объект (нефтесклад), расположенный по адресу: г. Улан-Удэ, ул. Моховая, 3 "а" (железнодорожный подъездной путь N 22, установки с насосами для отпуска нефтепродуктов в автоцистерны, сливные устройства из железнодорожных цистерн в подземные резервуары, резервуары объемом 60 куб.м - 24 шт.).
В связи с тем, что эксплуатация указанного подъездного пути невозможна без железнодорожного пути необщего пользования, принадлежащего на праве собственности предпринимателю (пути примыкают друг к другу), и последний с марта 2014 года уклоняется от заключения договора на использование железнодорожного пути, компания обратилась в Арбитражный суд Республики Бурятия с иском о понуждении предпринимателя заключить договор на осуществление транзитного проезда по железнодорожному пути предпринимателя. Решением суда от 3 июня 2015 года по делу N А10-3745/2014 иск удовлетворен.
Истец, полагая, что в период с 01.05.2014 по 10.08.2015 незаконными действиями ответчика (отказ от заключения договора) ему причинены убытки в виде реального ущерба и упущенной выгоды на сумму 15 386 949 рублей 50 копеек в связи с невозможностью осуществления хозяйственной деятельности по приему, хранению и отпуску нефтепродуктов (невозможность исполнения обязательств по договору на оказание услуг по хранению и отпуску нефтепродуктов от 14.01.2013, заключенному с обществом с ограниченной ответственностью "Байкальская нефтяная компания"), обратился в арбитражный суд.
Расчет реального ущерба в размере 1 775 529 рублей 88 копеек произведен истцом исходя из расходов на аренду нефтесклада, охрану и электроэнергию (750 000 + 685 500 + 340 029,88). Расчет упущенной выгоды в размере 13 611 419 рублей 62 копеек - как разницы между суммой дохода, который он мог бы получить за 467 дней, исполняя договор от 14.01.2013, и суммой реального ущерба (50,69 тн./сутки*467 дн.*650 руб./тн. - 1 775 529,88).
В подтверждение заявленного иска истцом в материалы дела были представлены следующие документы: договор на оказание услуг по хранению и отпуску нефтепродуктов от 14.01.2013, договоры аренды нефтесклада от 30.11.2014 и от 01.01.2014, договор об оказании охранных услуг от 10.01.2014, транспортные железнодорожные накладные, акты об оказании услуг к договору от 14.01.2013 за период с 28.02.2013 по 31.05.2014, акты о приеме-передаче товарно-материальных ценностей на хранение за период с 30.03.2013 по 04.01.2014, акты за период с 31.05.2014 по 31.12.2014, счета-фактуры, квитанции к приходно-кассовым ордерам.
В ходе рассмотрения настоящего дела суды первой и апелляционной инстанций на основе представленных в дело доказательств и преюдициальных фактов установили, что противоправные действия ответчика, выразившиеся в уклонении с марта 2014 года от заключения договора на использование железнодорожного пути, привели к невозможности исполнения истцом принятых на себя по договору от 14.01.2013 обязательств по хранению и отпуску нефтепродуктов и использования эксплуатируемого им объекта для получения дохода (извлечения прибыли), который он получил бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его права и законные экономические интересы не были нарушены (т.е. невозможности осуществления истцом своей хозяйственной деятельности путем доставки нефтепродуктов на эксплуатируемый им нефтесклад).
Ответчик как сторона, необоснованно уклонившаяся от заключения договора, в силу пункта 4 статьи 445 Гражданского кодекса Российской Федерации обязана возместить другой стороне причиненные этим убытки.
В соответствии с пунктом 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков (реального ущерба и упущенной выгоды).
Согласно разъяснениям, изложенным в пунктах 2, 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" под реальным ущербом понимаются расходы, которые кредитор произвел или должен будет произвести для восстановления нарушенного права, а также утрата или повреждение его имущества. Упущенной выгодой являются не полученные кредитором доходы, которые он получил бы с учетом разумных расходов на их получение при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено. В обоснование размера упущенной выгоды кредитор вправе представлять не только доказательства принятия мер и приготовлений для ее получения, но и любые другие доказательства возможности ее извлечения.
Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению (пункт 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").
Исследовав и оценив по правилам главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации имеющиеся в деле доказательства в подтверждение понесенных расходов и неполученных доходов, суд первой инстанции признал неподтвержденным реальный ущерб и посчитал разумными и справедли
