Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, Г.А. Гаджиева, Л.М. Жарковой, С.М. Казанцева, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, В.Г. Ярославцева,
рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы ПАО "Сбербанк России" к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,
установил:
1. ПАО "Сбербанк России" оспаривает конституционность следующих законоположений:
абзацев третьего и четвертого (ошибочно поименованных в жалобе вторым и третьим) части 1 статьи 52 АПК Российской Федерации, в силу которых прокурор вправе обратиться в арбитражный суд: с иском о признании недействительными сделок, совершенных органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, государственными и муниципальными унитарными предприятиями, государственными учреждениями, а также юридическими лицами, в уставном капитале (фонде) которых есть доля участия Российской Федерации, доля участия субъектов Российской Федерации, доля участия муниципальных образований; с иском о применении последствий недействительности ничтожной сделки, совершенной органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, государственными и муниципальными унитарными предприятиями, государственными учреждениями, а также юридическими лицами, в уставном капитале (фонде) которых есть доля участия Российской Федерации, доля участия субъектов Российской Федерации, доля участия муниципальных образований;
пункта 1 статьи 10 ГК Российской Федерации, предусматривающего, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом); не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке;
пункта 2 статьи 168 ГК Российской Федерации, согласно которому сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.
Решением Арбитражного суда города Москвы, оставленным без изменения вышестоящими судами, удовлетворены исковые требования прокуратуры города Москвы, действовавшей в интересах публично-правового образования - Российской Федерации, к ПАО "Авиационная холдинговая компания "Сухой" и ПАО "Сбербанк России" о признании недействительными ряда заключенных между ними финансовых сделок. Суды пришли к выводу о том, что спорные сделки были заключены на заведомо невыгодных условиях со злоупотреблением заявителем, являющимся профессиональным участником валютного рынка, своими правами, в связи с чем были нарушены публичные интересы и охраняемые законом интересы третьих лиц.
ПАО "Сбербанк России" полагает, что абзацы третий и четвертый части 1 статьи 52 АПК Российской Федерации противоречат статьям 1 (часть 1), 4 (часть 2), 8, 15, 17 (часть 3), 19, 34 (часть 1), 35 (части 1 и 2) и 55 (части 1 и 3) Конституции Российской Федерации, поскольку позволяют прокурору обратиться в арбитражный суд с иском о признании недействительной и применении последствий недействительности ничтожной сделки, совершенной юридическим лицом, в уставном капитале которого есть доля участия Российской Федерации, доля участия субъектов Российской Федерации, доля участия муниципальных образований, независимо от того, приобрело ли нарушение требований закона особое общественное значение и требуется ли оспаривание сделки в целях защиты прав граждан и охраняемых законом интересов общества или государства.
ПАО "Сбербанк России" также указывает на несоответствие взаимосвязанных положений пункта 1 статьи 10 и пункта 2 статьи 168 ГК Российской Федерации статьям 1 (часть 1), 4 (часть 2), 15, 19, 45 и 46 Конституции Российской Федерации в той мере, в какой сфера их применения охватывает специальные основания для признания сделок недействительными.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.
2.1. Полномочия прокуратуры Российской Федерации, связанные с участием прокуроров в рассмотрении дел судами, реализуемые в целях защиты прав и свобод граждан, а также охраняемых законом интересов общества и государства (пункт 3 статьи 1, статья 35 Федерального закона от 17 января 1992 года N 2202-I "О прокуратуре Российской Федерации"), вытекают из ее конституционно-правового статуса, находящего закрепление в статье 129 Конституции Российской Федерации.
При этом часть 1 статьи 52 АПК Российской Федерации во взаимосвязи со статьей 125 названного Кодекса предполагает необходимость указания на то, в чем заключается нарушение или угроза нарушения публичных интересов, за защитой которых прокурор обращается в арбитражный суд с исковым заявлением, поданным в интересах публично-правового образования. Сказанное находит подтверждение и в сохраняющем силу постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 марта 2012 года N 15 "О некоторых вопросах участия прокурора в арбитражном процессе" (абзац второй пункта 9 и пункт 10).
Применительно к искам о признании недействительной ничтожной сделки по мотиву нарушения требований закона, а также посягательства на публичные интересы данное требование вытекает также из взаимосвязанных положений пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 ГК Российской Федерации. Из этого исходит и Верховный Суд Российской Федерации в постановлении Пленума от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (пункт 78).
В то же время, устанавливая право прокурора обратиться в арбитражный суд с иском о признании недействительной сделки при наличии обоснованного предположения о нарушении данной сделкой публичных интересов, арбитражное процессуальное законодательство не предполагает разрешения вопроса о действительности и степени существенности такого нарушения на стадии принятия заявления к производству. Составляя предмет судебного разбирательства, данный вопрос должен рассматриваться непосредственно в судебном заседании при разрешении гражданского дела по существу. Установление же обстоятельств материально-правового характера на стадии принятия заявления являлось бы отступлением от принципов равенства всех перед законом и судом, осуществления судопроизводства на основе состязательности, равноправия сторон и ограничением права на судебную защиту (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 24 января 2006 года N 3-О, от 13 октября 2009 года N 1071-О-О и др.).
Как следует из представленных судебных актов, прокурор в своем исковом заявлении обосновал нарушение публичных интересов в связи с заключением оспариваемых сделок, действительность и существенность данного нарушения была впоследствии установлена судом при разрешении дела.
Таким образом, абзацы третий и четвертый части 1 статьи 52 АПК Российской Федерации, конкретизирующие положения статьи 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации о п
