Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, Г.А. Гаджиева, Л.М. Жарковой, С.М. Казанцева, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, В.Г. Ярославцева,
рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина В.Н. Оськина к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,
установил:
1. Гражданин В.Н. Оськин оспаривает конституционность части первой статьи 401.15 "Основания отмены или изменения судебного решения при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке" УПК Российской Федерации и части первой статьи 128.1 "Клевета" УК Российской Федерации.
Как следует из представленных материалов, В.Н. Оськин обратился в суд в порядке частного обвинения с заявлением о совершении в его отношении гражданином М. клеветы. Приговором мирового судьи от 9 декабря 2019 года М. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью первой статьи 128.1 УК Российской Федерации, ему назначен штраф в размере 20 000 руб. Апелляционным постановлением районного суда от 6 февраля 2020 года приговор оставлен без изменения. Четвертый кассационный суд общей юрисдикции, установив нарушения требований уголовного и уголовно-процессуального законов, допущенные судом при рассмотрении дела в апелляционном порядке, оценил их как повлиявшие на исход дела и кассационным определением от 27 июля 2020 года отменил указанное апелляционное постановление и передал уголовное дело на новое апелляционное рассмотрение. Не согласившись с данным решением, В.Н. Оськин обратился с кассационной жалобой, в передаче которой для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции отказано постановлением судьи Верховного Суда Российской Федерации от 11 февраля 2021 года, с которым согласился заместитель Председателя этого суда (письмо от 9 апреля 2021 года).
В этой связи заявитель утверждает, что оспариваемые нормы не соответствуют статьям 17 (часть 3) и 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации в той мере, в какой они позволяют судье произвольно определять сведения как порочащие, устанавливать признаки их распространения и критерии выражения субъективного мнения, а также наделяют суд кассационной инстанции неограниченным правом признавать существенными нарушения уголовного и уголовно-процессуального законов и препятствуют передаче кассационной жалобы для рассмотрения в суд кассационной инстанции.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.
Устанавливая систему норм, определяющих пределы прав суда кассационной инстанции, виды и основания принимаемых им решений, Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации ограничивает предмет судебного разбирательства в кассационном порядке проверкой законности по кассационным жалобе, представлению конкретных оспоренных и вступивших в законную силу приговора, определения или постановления суда (статья 401.1). При этом часть первая статьи 401.15 данного Кодекса предусматривает, что основаниями отмены или изменения приговора, определения или постановления суда при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке являются, наряду с прочим, существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела, т.е., в частности, на вывод о виновности, на юридическую оценку содеянного, на назначение судом наказания или применение иных мер уголовно-правового характера и на решение по гражданскому иску (пункт 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 июня 2019 года N 19 "О применении норм главы 47.1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регулирующих производство в суде кассационной инстанции"). Как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, данная норма какой-либо неопределенности не содержит и отвечает назначению и месту кассационного производства как дополнительного способа защиты прав участников уголовного процесса (определения от 17 февраля 2015 года N 301-О, от
