Постановление президиума Суда по интеллектуальным правам от 7 апреля 2023 г. N С01-275/2023 по делу N СИП-328/2022
Резолютивная часть постановления объявлена 3 апреля 2023 г.
Полный текст постановления изготовлен 7 апреля 2023 г.
Президиум Суда по интеллектуальным правам в составе:
председательствующего - заместителя председателя Суда по интеллектуальным правам Корнеева В.А.;
членов президиума: Данилова Г.Ю., Рассомагиной Н.Л. -
рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу Федеральной службы по интеллектуальной собственности (Бережковская наб., д. 30, корп. 1, Москва, 123995, ОГРН 1047730015200) на решение Суда по интеллектуальным правам от 13.12.2022 по делу N СИП-328/2022
по заявлению общества с ограниченной ответственностью "Управляющая Компания "РОСТ" (наб. Реки Мойки, д. 7, лит. А, Санкт-Петербург, 191186, ОГРН 1137847127296) о признании недействительным решения Федеральной службы по интеллектуальной собственности от 28.12.2021 об отказе в удовлетворении возражения, поданного на решение об отказе в государственной регистрации товарного знака по заявке N 2020711437.
В судебном заседании принял участие представитель Федеральной службы по интеллектуальной собственности Кулакова К.В. (по доверенности от 10.02.2023 N 01/4-32-279/41и).
Президиум Суда по интеллектуальным правам
УСТАНОВИЛ:
общество с ограниченной ответственностью "Управляющая Компания "РОСТ" (далее - общество) обратилось в Суд по интеллектуальным правам с заявлением о признании недействительным решения Федеральной службы по интеллектуальной собственности (Роспатента) от 28.12.2021 об отказе в удовлетворении возражения, поданного на решение об отказе в государственной регистрации товарного знака по заявке N 2020711437.
Решением Суда по интеллектуальным правам от 13.12.2022 заявление общества удовлетворено: решение Роспатента от 28.12.2021, принятое по результатам рассмотрения возражения на решение об отказе в государственной регистрации товарного знака по заявке N 2020711437, признано недействительным как не соответствующее пунктам 1 и 3 статьи 1483 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ). Суд обязал административный орган повторно рассмотреть возражение общества на решение об отказе в государственной регистрации товарного знака по заявке N 2020711437.
Не согласившись с решением от 13.12.2022, Роспатент обратился в президиум Суда по интеллектуальным правам с кассационной жалобой, в которой просил отменить решение суда первой инстанции и направить дело на новое рассмотрение.
Общество представило отзыв на кассационную жалобу, в котором не согласилось с изложенными в ней доводами, просило отказать в удовлетворении жалобы.
В судебное заседание 03.04.2023 явился представитель Роспатента.
Общество, извещенное надлежащим образом, явку своего представителя в судебное заседание не обеспечило, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы в его отсутствие.
Представитель Роспатента поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе, ответил на вопросы президиума Суда по интеллектуальным правам.
Президиум Суда по интеллектуальным правам проверил законность обжалуемого судебного акта в порядке, предусмотренном статьями 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе, а также на предмет наличия безусловных оснований для отмены обжалуемого судебного акта, предусмотренных частью 4 статьи 288 названного Кодекса.
Как следует из материалов дела и установил суд первой инстанции, общество 06.03.2020 подало заявку N 2020711437 на государственную регистрацию словесного обозначения "
" в качестве товарного знака в отношении товаров 31-го класса Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков (далее - МКТУ), а именно "овощи необработанные; орехи [плоды]; рассада; травы пряно-вкусовые необработанные; томаты красные; ягоды необработанные".
По результатам экспертизы заявленного обозначения 31.05.2021 Роспатент принял решение об отказе в его государственной регистрации в качестве товарного знака в отношении всех заявленных товаров на основании подпункта 3 пункта 1 и подпункта 1 пункта 3 статьи 1483 ГК РФ, признав, что спорное обозначение воспринимается адресной группой потребителей в значении "женьшень", следовательно, для товаров "рассада; травы пряно-вкусовые необработанные" не обладает различительной способностью, а для остальных товаров является ложным.
На решение от 31.05.2021 общество подало возражение, в котором отметило, что спорное обозначение не характеризует товары и не вводит потребителей в заблуждение, представляет собой для адресной группы потребителей фантазийное обозначение, обладающее различительной способностью, таким образом, может быть зарегистрировано в качестве товарного знака в отношении указанных в заявке позиций. Кроме того, общество предоставило лингвистическое заключение, подготовленное федеральным государственным бюджетным образовательным учреждением высшего образования "Санкт-Петербургский государственный университет" от 29.03.2021 (далее - лингвистическое заключение), и отчет, составленный по итогу социологического опроса 2021 года "Восприятие семантики обозначения "Redberry" для индивидуализации товаров (овощи свежие, ягоды, травы пряно-вкусовые), подготовленный автономной некоммерческой организацией "Аналитический Центр Юрия Левады" (далее - социологический отчет).
По результатам рассмотрения возражения, поступившего 30.09.2021, Роспатент поддержал выводы, изложенные в решении от 31.05.2021, признав спорное обозначение не соответствующим требованиям подпункта 3 пункта 1 статьи 1483 ГК РФ в отношении товаров "рассада; травы пряно-вкусовые необработанные" и подпункта 1 пункта 3 статьи 1483 ГК РФ в отношении остальных рубрик.
Проанализировав представленные доказательства, административный орган указал, что лингвистическое заключение лишь подтверждает вывод Роспатента о семантическом значении спорного обозначения, а социологический отчет не содержит сведений о том, какое количество опрошенных респондентов обладает знаниями иностранного языка, и таким образом не опровергает выводы о наличии у заявленного обозначения конкретного семантического значения в словарно-справочных и общедоступных источниках информации.
Административный орган согласился с тем, что спорное обозначение "REDBERRY" воспринимается в значении "женьшень", значит, является описательным для товаров 31-го класса МКТУ "рассада; травы пряно-вкусовые необработанные", для остальных перечисленных в заявке товаров - ложным.
Ввиду изложенного решением от 28.12.2021 Роспатент отказал в удовлетворении возражения, поступившего 30.09.2021, и оставил в силе решение от 31.05.2021 об отказе в государственной регистрации спорного обозначения.
Не согласившись с решением Роспатента от 28.12.2021, общество обратилось в Суд по интеллектуальным правам с заявлением о признании его недействительным в связи с несоответствием нормам подпункта 3 пункта 1 и подпункта 1 пункта 3 статьи 1483 ГК РФ.
Суд первой инстанции рассмотрел дело по правилам главы 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, предусматривающей проверку полномочий органа, принявшего оспариваемый ненормативный правовой акт, установление соответствия оспариваемого акта требованиям закона и иных нормативных актов, а также нарушения этим актом прав и законных интересов заявителя (часть 1 статьи 198, часть 4 статьи 200 названного Кодекса).
При проверке законности оспариваемого ненормативного правового акта суд первой инстанции руководствовался подпунктом 3 пункта 1, подпунктом 1 пункта 3 статьи 1483 ГК РФ, положениями Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденных приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 20.07.2015 N 482, принял во внимание разъяснения, изложенные в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации", а также учел Рекомендации по отдельным вопросам экспертизы заявленных обозначений, утвержденные приказом Российского агентства по патентам и товарным знакам от 23.03.2001 N 39.
Проанализировав решение Роспатента на соответствие требованиям подпункта 3 пункта 1 и подпункта 1 пункта 3 статьи 1483 ГК РФ, суд первой инстанции отметил, что вывод административного органа, о несоответствии заявленного на регистрацию обозначения названным требованиям закона основан на анализе словарно-справочных и общедоступных источников, согласно которому заявленное обозначение в переводе с английского языка означает "женьшень" - дикорастущее в Маньчжурии и Корее травянистое растение, корень которого применяется китайской медициной как универсальное лечебное средство.
Так, в отношении подпункта 3 пункта 1 статьи 1483 ГК РФ суд первой инстанции констатировал: принимая во внимание данное семантическое значение, административный орган счел, что заявленное на регистрацию обозначение носит описательный характер для рубрик "рассада; травы пряно-вкусовые необработанные", так как указывает на свойство и вид перечисленных товаров и таким образом не обладает различительной способностью.
В свою очередь в отношении подпункта 1 пункта 3 статьи 1483 ГК РФ, суд первой инстанции определил: вывод Роспатента о ложном характере заявленного обозначения в отношении таких товаров, как "овощи необработанные; орехи [плоды]; томаты красные, свежие; ягоды необработанные" обусловлен тем, что в переводе с английского языка заявленное обозначение означает "женьшень" и представляет собой иной товар (вид растения).
Суд первой инстанции признал необоснованным вывод административного органа об однозначном семантическом значении спорного обозначения.
Проанализировав представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции установил, что спорное обозначение "REDBERRY" является полисемантичным словом английского языка; в некоторых источниках информации (на сайтах) отсутствует перевод слова "redberry" или, например, предлагается в качестве перевода словосочетание "redberry bryony" ("бриония двудомная"). Кроме того, суд первой инстанции обратил внимание на существование и иных вариантов перевода спорного обозначения: "воронец красный", "женьшень", "красная ягода", "корень жизни". Таким образом, суд первой инстанции констатировал, что значение "женьшень" в различных источниках информации приводится лишь как один из вариантов перевода обозначения "REDBERRY".
При этом суд первой инстанции счел обоснованной позицию общества о том, что рядовой российский потребитель не обладает столь глубокими познаниями в английском языке, чтобы перевести слово "redberry" именно как "женьшень".
Проанализировав довод Роспатента о том, что лингвистическое заключение подтверждает упомянутое значение спорного обозначения - "женьшень", суд первой инстанции отметил: такой довод заявлен без учета всех обстоятельств, установленных в названном экспертном заключении.
Суд первой инстанции определил: лингвистическое заключение подтверждает, что исследуемая языковая единица "redberry" зафиксирована в некоторых толковых словарях английского языка, но отсутствует в британском и американском национальных корпусах современного английского языка и имеет следующие словарные значения: "воронец красный", "женьшень американский", "женьшень пятилистный", "крушина шафрановидная", "жостер шафрановидный". Все перечисленные значения являются сокращенной формой местных названий разных растений. Исследуемая языковая единица в переводе на русский язык имеет несколько значений: "брусника", "женьшень", "толокнянка обыкновенная", "мучница", "толокница", "медвежья ягода", "медвежье ушко", "медвежьи ушки", "воронец красный".
Таким образом, суд первой инстанции установил, что "женьшень" является лишь одним из возможных семантических значений спорного обозначения.
Кроме того, суд первой инстанции подчеркнул, что при анализе спорного обозначения административный орган руководствовался конкретным семантическим значением - "женьшень", при этом не учитывая информированность средних российских потребителей о данном обозначении. Также суд первой инстанции указал на то, что Роспатент не привел доказательств, которые бы подтверждали такую информированность потребителей.
Суд первой инстанции обратил внимание: в рассматриваемом случае Роспатент должен был подтвердить, что заявленное обществом для регистрации обозначение "REDBERRY" воспринимается потребителями именно как травяное растение "женьшень".
Анализируя спорное обозначение с точки зрения рядового потребителя, суд первой инстанции счел, что при наличии минимальных знаний иностранного языка заявленное словесное обозначение может восприниматься как составное слово из двух значимых элементов английского языка "red-" - красный, "-berry" - ягода.
Суд первой инстанции констатировал: такой вывод подтверждается лингвистическим заключением, согласно которому языковая единица "redberry" - сложное слово, образованное из двух основ "red-" и "-berry"; происхождение указанной языковой единицы соотносится с этимологией двух английских слов "red" и "berry", из которых имя прилагательное "red" имеет исходное значение - "красный", а имя существительное "berry" происходит от древнеанглийского слова "berie" - "ягода".
При этом суд первой инстанции отметил, что в обжалуемом решении административный орган не принял во внимание соответствующее значение заявленного обозначения.
Суд первой инстанции также учел, что согласно лингвистическому заключению словесный элемент "redberry" не является общеупотребительным даже в рамках одного национального варианта английского языка.
Суд первой инстанции отметил, что исходя из социологического отчета у значительной части потребителей в целом отсутствует какое-либо определенное восприятие семантики спорного обозначения в отношении товаров "овощи свежие, ягоды, травы пряно-вкусовые", поскольку около 49% потребителей затруднились ответить, что означает обозначение "redberry"; около 12% потребителей ответили, что обозначение "redberry" означает "малина"; 10% потребителей выбрали вариант "клюква"; 5% потребителей выбрали вариант "смородина". Связывают данное обозначение с такими вариантами, как "рябина", "редис" или "шиповник" 4% опрошенных; 2% потребителей указали на варианты "облепиха", "женьшень" или "розмарин". Примерно 1% потребителей выбрал варианты "имбирь", "черника" или "сельдерей". Свой вариант (позиция "другое") предложили 3% опрошенных; среди предложенных вариантов потребители назвали такие варианты, как "клубника" или "красная ягода".
Принимая во внимание результаты упомянутого исследования и исходя из того, что при оценке обозначения как описательного, с точки зрения среднего потребителя, главную роль играет восприятие потребителем обозначения в отношении конкретных товаров, суд первой инстанции признал вывод Роспатента о несоответствии заявленного обозначения положениям пункта 1 статьи 1483 ГК РФ преждевременным и сделанным без учета наличия у словесного элемента "redberry" иного (иных) семантического значения, а также без учета восприятия потребителем подобного обозначения в отношении конкретных товаров.
Суд первой инстанции отклонил довод административного органа о том, что социологическое исследование не содержит сведений о количестве опрошенных респондентов, обладающих знаниями английского языка, поскольку названное исследование производилось с позиции оценки заявленного на регистрацию обозначения средним, а не информированным потребителем.
Суд первой инстанции также определил: довод Роспатента о том, что социологическое исследование не опровергает наличие у обозначения конкретного семантического значения "женьшень", заявлен без учета вывода о полисемантичности спорного обозначения и о необходимости ввиду этого выявлять вероятность восприятия такого обозначения в том или ином значении с позиции потребителей конкретных товаров.
В связи с этим суд первой инстанции указал, что установленная полисемантичность слова английского языка "redberry" обуславливает обязанность административного органа при оценке охраноспособности спорного обозначения применительно к нормам пунктов 1 и 3 статьи 1483 ГК РФ установить существующие или вероятные ассоциации, вызываемые спорным обозначением у российских потребителей в отношении конкретных товаров.
По мнению суда первой инстанции, то обстоятельство, что слово "redberry" может быть переведено в том числе как "женьшень", не исключает необходимости устанавливать существующие либо вероятные ассоциации, вызываемые спорным обозначением для индивидуализации конкретных товаров. При этом суд первой инстанции обратил внимание на то, что Роспатент не оспаривал полисемантичность названного обозначения, а также не оспаривал иные варианты перевода данного обозначения, фигурирующие в лингвистическом заключении.
Таким образом, суд первой инстанции констатировал, что в нарушение применяемой методологии в оспариваемом решении административный орган не установил вероятные ассоциативные связи российского потребителя в отношении заявленных товаров при восприятии заявленного на регистрацию обозначения.
На основании вышеизложенного суд первой инстанции пришел к выводу о необоснованности и преждевременности как вывода Роспатента об однозначном семантическом значении спорного обозначения, вследствие чего оно было признано административным органом описательным для индивидуализации перечисленных товаров, которые могут иметь отношение к растению "женьшень", так и вывода о ложности данного обозначения для индивидуализации иных товаров, не имеющих отношения к упомянутому растению.
При указанных обстоятельствах суд первой инстанции установил, что решение Роспатента от 28.12.2021 не соответствует положениям подпункта 3 пункта 1 и подпункта 1 пункта 3 статьи 1483 ГК РФ, обязал административный орган повторно рассмотреть возражение общества на решение об отказе в государственной регистрации товарного знака по заявке N 2020711437.
При рассмотрении дела в порядке кассационного производства президиум Суда по интеллектуальным правам согласно части 2 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации проверил соблюдение судом первой инстанции норм процессуального права, нарушение которых является в соответствии с частью 4 статьи 288 названного Кодекса основанием для отмены судебного акта в любом случае, и таких нарушений не выявил.
Исследовав доводы, изложенные в кассационной жалобе, президиум Суда по интеллектуальным правам установил, что заявитель кассационной жалобы не оспаривает выводы суда первой инстанции о полномочиях Роспатента на вынесение оспариваемого решения, о применимом законодательстве, кроме того, административный орган не заявлял возражений в отношении установленных судом первой инстанции иных значений спорного обозначения, отличных от значения, определенного Роспатентом при рассмотрении спорной заявки.
Поскольку в силу части 1 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд кассационной инстанции проверяет законность обжалуемых судебных актов в пределах доводов, содержащихся в кассационной жалобе, решение суда первой инстанции в указанной части президиум Суда по интеллектуальным правам не проверяет.
В кассационной жалобе Роспатент настаивает на прежней позиции, согласно которой спорное обозначение "REDBERRY" воспринимается рядовым потребителем именно как "женьшень". Таким образом, доводы кассационной жалобы сводятся к несогласию административного органа с установленной судом первой инстанции полисемантичностью названного обозначения и следующим из этого выводом необоснованности и преждевременности вывода Роспатента об однозначном семантическом восприятии спорного обозначения потребителем.
Остальные доводы кассационной жалобы сводятся к несогласию ее подателя с оценкой судом первой инстанции доказательств, подтверждающих то, что спорное обозначение имеет значение "женьшень".
Президиум Суда по интеллектуальным правам, изучив материалы дела, обсудив доводы, содержащиеся в кассационной жалобе, выслушав объяснения представителя Роспатента, проверив в порядке, предусмотренном статьями 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, изложенных в обжалуемом судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, пришел к следующим выводам.
Исходя из положений подпункта 3 пункта 1 статьи 1483 ГК РФ не допускается государственная регистрация в качестве товарных знаков обозначений, не обладающих различительной
