|
19 апреля 2023 г.
|
Дело N А53-28748/2020
|
Резолютивная часть постановления объявлена 12 апреля 2023 года.
Постановление в полном объеме изготовлено 19 апреля 2023 года.
Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Калашниковой М.Г., судей Андреевой Е.В. и Сороколетовой Н.А., в отсутствие в судебном заседании конкурсного управляющего должника - общества с ограниченной ответственностью "Ренталь" (ИНН 6161048935, ОГРН 1076161004127) - Спичкиной В.М., публичного акционерного общество "Банк "ФК Открытие "" (ИНН 7706092528, ОГРН 1027739019208), Смирнова А.В., иных участвующих в деле о банкротстве лиц, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации в сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу конкурсного управляющего ООО "Ренталь" Спичкиной В.М. на определение Арбитражного суда Ростовской области от 16.12.2022 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.02.2023 по делу N А53-28748/2020, установил следующее.
В рамках дела о банкротстве ООО "Ренталь" (далее - должник) конкурсный управляющий обратился с заявлением о признании недействительными заключенных должником и ОАО КБ "Петрокоммерц" (правопреемник ПАО "Банк "ФК Открытие"", далее - банк) договора об ипотеке от 27.07.2012 N МБ/61/КД-23/З-01 и договора поручительства от 27.07.2012 N МБ/61/Кд-23/П-02 и применении последствий недействительности сделок.
Определением от 16.12.2022, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 07.02.2023, в удовлетворении заявления отказано.
В кассационной жалобе конкурсный управляющий просит отменить судебные акты, ссылаясь на наличие оснований для признания сделок недействительными, предусмотренных Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ), Федеральным законом от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Закон N 14-ФЗ), и отсутствие оснований для применения исковой давности.
Изучив материалы дела, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.
Как видно из материалов дела, определением от 17.09.2020 принято заявление о признании должника банкротом; решением от 26.11.2021 должник признан банкротом, открыто конкурсное производство.
Индивидуальный предприниматель Цыгуй Р.Е. (далее - предприниматель) и банк заключили кредитный договор от 27.07.2012 N МБ/61/КД-23, согласно которому банк предоставил предпринимателю 18 млн рублей на срок до 27.07.2022.
В обеспечение исполнения обязательств предпринимателя по кредитному договору должник (поручитель) и банк заключили договор поручительства от 27.07.2012 N МБ/61/КД-23/П02 и договор об ипотеке от 27.07.2012 N МБ/61/КД-23/З-01, предметом которого являются: проходная площадью 83,4 кв. м, кадастровый номер 61:55:0021509:148, земельный участок площадью 2 591 кв. м, кадастровый номер 61:55:0021509:48; расположенные по адресу: Ростовская область, г. Новочеркасск, ул. Трамвайная, д. 7/8; здание технического контроля площадью 2 839,4 кв. м, кадастровый номер 61:55:0021509:170; земельный участок площадью 11 800 кв. м, кадастровый номер 61:55:0021509:64, расположенные по адресу: Ростовская область, г. Новочеркасск, ул. Трамвайная, д. 7/9. Стоимость предмета залога определена в сумме 18 211 750 рублей. Договор об ипотеке зарегистрирован 09.08.2012.
Управляющий обратился с заявлением о признании недействительными договора поручительства и договора об ипотеке, ссылаясь на то, что при совершении сделок нарушены положения ГК РФ и Закона N 14-ФЗ, на момент подписания договоров предприниматель являлся единоличным исполнительным органом должника, сделки являются мнимыми, прикрывают вывод активов должника через предпринимателя, который за счет должника получил денежные средства; являются экономически нецелесообразными для должника; заключены без получения одобрения на совершение крупной сделки; в результате совершения сделок ипотекой обременено имущество, являющееся вкладом в уставный капитал должника без принятия решения об уменьшении уставного капитала или его расформировании; согласованная сторонами залоговая стоимость существенно ниже рыночной стоимости имущества; сделки совершена на кабальных условиях для должника в отсутствие встречного предоставления.
В порядке главы III.1 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) (в силу пункта 1 статьи 61.1) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом Законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным ГК РФ или законодательством о юридических лицах) (пункт 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)").
Как установили суды, по данным ЕГРЮЛ доля в уставном капитале должника в размере 99,98% принадлежит Егоркиной Е.Е., предпринимателю с 13.07.2011 принадлежит доля в уставном капитале должника в размере 0,02%. В материалы дела представлен протокол внеочередного общего собрания участников должника от 27.07.2012, из которого следует, что участники должника Егоркина Е.Е. и предприниматель в порядке, предусмотренном статьями 45, 46 Закона N 14-ФЗ для одобрения крупных сделок и сделок с заинтересованностью, единогласно одобрили заключение с банком договора об ипотеке и договора поручительства в обеспечение исполнения обязательств предпринимателя по кредитному договору. Доказательства, свидетельствующие о том, что участники должника дали согласие на заключение договора поручительства и договора об ипотеке под влиянием существенного заблуждения, обмана, насилия, угрозы или неблагоприятных обстоятельств в материалы дела не представлены. Кроме того, Егоркина Е.Е. также 27.07.2012 заключила с банком договор поручительства в обеспечение исполнения обязательств предпринимателя по кредитному договору.
В соответствии с условиями кредитного договора от 27.07.2012 целью получения предпринимателем заемных средств являлось приобретение основных средств, переоборудование недвижимости; такое же условие содержится в договоре об ипотеке и договоре поручительства. Как установили суды, полученные по кредитному договору денежные средства израсходованы предпринимателем на закупку дополнительного оборудования, ремонта и переоборудования помещений по адресу: г. Новочеркасск, ул. Трамвайная, 7/9 (предмет залога), что подтверждается договором от 31.07.2012 поставки оборудования, ремонта, переоборудования помещений и монтажа оборудования, заключенным предпринимателем и ООО "КомплектТехторг"; договором поставки оборудования от 27.08.2012, заключенным предпринимателем и ООО "Вертекс"; договорами подряда от 10.08.2012 и 20.08.2012, заключенным предпринимателем и индивидуальным предпринимателем Коваленко Ю.А., в соответствии с которыми выполнены работы по монтажу и установке оборудования в помещении, асфальтированию территории по адресу: г. Новочеркасск, ул. Трамвайная, 7/9.
Управляющий не опроверг факт расходования кредитных средств на ремонт и переоборудование помещения, принадлежащего должнику, соответствующие доказательства не представил.
С учетом изложенного основания для вывода о мнимости либо притворности оспариваемых сделок у судов отсутствовали.
Как разъяснено в пункте 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 14.11.2018), согласно сложившейся судебной практике наличие корпоративных либо иных связей между поручителем (залогодателем) и должником объясняет мотивы совершения обеспечительных сделок. Получение поручительства (залога) от лица, входящего в одну группу лиц с заемщиком, с точки зрения нормального гражданского оборота, является стандартной практикой и потому указанное обстоятельство само по себе не свидетельствует о наличии признаков неразумности или недобросовестности в поведении кредитора. Предполагается, что при кредитовании одного из участников группы лиц в конечном счете выгоду в том или ином виде должны получить все ее члены, так как в совокупности имущественная база данной группы прирастает. В такой ситуации для констатации сомнительности поручительства должны быть приведены достаточно веские аргументы, свидетельствующие о значительном отклонении поведения займодавца от стандартов разумного и добросовестного осуществления гражданских прав, то есть фактически о злоупотреблении данным займодавцем своими правами во вред иным участникам оборота. Применение упомянутого подхода для разрешения подобного рода споров зависит от
