Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей А.Ю. Бушева, Л.М. Жарковой, С.М. Казанцева, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, М.Б. Лобова, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, В.А. Сивицкого,
рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы граждан М.Ю. Антоненко, О.Ю. Антоненко, В.И. Башировой к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,
установил:
1. Граждане М.Ю. Антоненко, О.Ю. Антоненко, В.И. Баширова оспаривают конституционность пункта 1 статьи 200 ГК Российской Федерации, предусматривающего, что, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.
Данное законоположение оспаривается заявителями во взаимосвязи с частью первой статьи 45 ГПК Российской Федерации, согласно которой прокурор вправе обратиться в суд с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов граждан, неопределенного круга лиц или интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований.
Как следует из представленных материалов, решением суда общей юрисдикции, с которым согласились вышестоящие суды, частично удовлетворены исковые требования действующего в интересах субъекта Российской Федерации и неопределенного круга лиц прокурора, в том числе к В.И. Башировой, М.Ю. Антоненко, О.Ю. Антоненко, об установлении факта отсутствия нуждаемости в предоставлении жилого помещения, установлении факта отсутствия постановки на учет, о взыскании неосновательного обогащения.
В пользу субъекта Российской Федерации с В.И. Башировой, М.Ю. Антоненко, О.Ю. Антоненко взыскано неосновательное обогащение в равных долях с каждого из ответчиков.
В удовлетворении иска к тем же ответчикам об установлении факта отсутствия нуждаемости в предоставлении жилого помещения, установлении факта отсутствия постановки на учет отказано.
Отклоняя доводы заявителей о пропуске истцом срока исковой давности, суд первой инстанции исходил из того, что неправомерные действия ответчиков были выявлены после 19 сентября 2020 года, и, установив, что исковое заявление было подано в суд 23 апреля 2021 года, пришел к выводу о том, что срок исковой давности истцом пропущен не был.
По мнению заявителей, положения пункта 1 статьи 200 ГК Российской Федерации во взаимосвязи с частью первой статьи 45 ГПК Российской Федерации не соответствуют Конституции Российской Федерации в той мере, в какой они позволяют суду:
при анализе доводов о пропуске срока исковой давности игнорировать доказательства, указывающие на то, что при надлежащем исполнении своих обязанностей прокурор должен был узнать об обстоятельствах, положенных в основу заявленного иска, значительно раньше, чем это фактически произошло;
удовлетворить иск, предъявленный по истечении более 10 лет со дня начала исполнения договора социального найма, хотя по общему правилу, согласно пункту 2 статьи 196 ГК Российской Федерации, срок исковой давности не может превышать десяти лет со дня нарушения права, для защиты которого этот срок установлен.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.
Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно отмечал, что установление в законе общего срока исковой давности, т.е. срока для защиты интересов лица, право которого нарушено (статья 196 ГК Российской Федерации), начала его течения (статья 200 ГК Российской Федерации) и последствий его пропуска (статья 199 ГК Российской Федерации) обусловлено необходимостью обеспечить стабильность гражданского оборота (определения от 28 ноября 2019 года N 3021-О, от 30 мая 2023 года N 1304-О и др.).
Пункт 1 статьи 200 ГК Российской Федерации, закрепляющий момент начала течения срока исковой давности, преследует цель достижения баланса интересов всех участников соответствующих правоотношений и сам по себе не может нарушать конституционных прав. При этом, как отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, положения статьи 200 ГК Российской Федерации наделяют суд необходимыми дискреционными полномочиями по определению момента начала течения срока исковой давности исходя из фактических обстоятельств дела (определения от 16 июля 2015 года N 1681-О, от 29 сентября 2016 года N 1982-О, от 26 февраля 2021 года N 291-О и др.) для эффективного осуществления правосудия.
Согласно части 9 статьи 3 Федерального закона от 7 мая 2013 года N 100-ФЗ "О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации" (в редакции Федерального закона от 28 декабря 2016 года N 499-ФЗ) десятилетние сроки, предусмотренные пунктом 1 статьи 181, пунктом 2 статьи 196 и пунктом 2 статьи 200 ГК Российской Федерации (в редакции данного Федерального закона), начинают
