Компетенция следователя по обеспечению законных интересов личности в досудебном производстве*(1)
Анализируются полномочия следователя в сфере обеспечения законных интересов личности в досудебном производстве. Предлагается закрепить в законе статус заявителя, лица, привлекаемого для дачи объяснений, и адвоката, дополнив гл. 8 УПК РФ статьями 56.1, 56.2 и 56.3, а также предусмотреть два новых основания признания лица потерпевшим: подачу заявления о преступлении и возбуждение уголовного дела. Обосновывается, что следователь должен создавать необходимые условия для реального осуществления своих прав всеми участниками досудебного производства с учетом не только их процессуального статуса, но и фактического положения.
Следователь отнесен законодателем к числу участников уголовного судопроизводства со стороны обвинения; на него возложена обязанность осуществлять предварительное следствие по уголовному делу (п. 41 ст. 5 УПК РФ). Властные полномочия, предоставленные следователю, создают ему все необходимые условия и реальную возможность для успешного расследования преступлений в пределах установленной подследственности, обеспечения законных интересов всех участников досудебного производства. Наряду с производством предварительного расследования следователь имеет и иные полномочия: проверять сообщение о любом совершенном или готовящемся преступлении (ст. 144 УПК РФ), принимать решения о возбуждении уголовного дела или отказе в этом (ст. 146-148 УПК РФ), принимать розыскные меры (п. 38 ст. 5 УПК РФ) и др.
Характер деятельности следователя предполагает вторжение в сферу прав и свобод человека и гражданина, их ограничение. При этом права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены, как предписывается ч. 3 ст. 55 Конституции РФ, только федеральным законом и лишь в той мере, в какой это необходимо для защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. Как пишет Ф.М. Кудин, "стеснение прав не может быть беспредельным, не ограниченным определенными рамками, ибо в таком случае возможна трансформация принуждения из правоохранительного средства в орудие произвола"*(2).
Процессуальные гарантии защиты законных интересов личности закладываются уже в досудебном производстве, где следователь совершает и принимает предписываемые законом действия и решения. Система таких действий и решений в совокупности и образует досудебное производство: от принятия следователем сообщения о преступлении до направления уголовного дела прокурору с обвинительным заключением. При этом очевидно, что права лиц, потерпевших от преступлений, могут быть реально защищены в досудебном производстве лишь при установлении и изобличении лиц, их совершивших, т.е. после раскрытия преступления.
В досудебном производстве принимаются различные процессуальные решения, так или иначе способные повлиять на обеспечение законных интересов личности. Опираясь на предписания п. 33 ст. 5 УПК РФ, определяющего процессуальное решение как решение, принимаемое судом, прокурором, следователем, дознавателем в порядке, установленном УПК РФ, и учитывая, что это понятие охватывает различные формы решений в уголовном судопроизводстве (определение (п. 23 ст. 5 УПК РФ), постановление (п. 25 ст. 5 УПК РФ), приговор (п. 28 ст. 5 УПК РФ) и др.), предлагаем в ч. 4 ст. 7 УПК РФ заменить слова "определение, постановление" формулировкой "процессуальные решения суда, судьи", далее - по тексту.
Согласно полученным автором при обобщении материалов уголовных дел результатам нарушения законных интересов личности часто допускаются при вынесении процессуальных решений в стадии возбуждения уголовного дела. Из анализа гл. 19 и 20 УПК РФ следует, что к участникам стадии возбуждения уголовного дела относятся заявитель, дознаватель, начальник органа дознания, следователь, руководитель следственного органа, прокурор, а правила проведения осмотра места происшествия, осмотра трупа и освидетельствования позволяют включить в число участников этой стадии понятых и специалиста. Однако процессуальный статус возможных участников стадии возбуждения уголовного дела законодатель регламентирует лишь фрагментарно, что негативно сказывается на эффективности деятельности органов досудебного производства, приводит к нарушениям прав граждан.
Например, для получения объяснений Л. была доставлена к следователю в 22 ч 40 мин, опрос продолжался 1 ч 30 мин. При опросе следователь отказал в допуске адвоката, хотя последний находился в коридоре, а Л. настаивала на его участии, ссылаясь на необходимость получения квалифицированной юридической помощи*(3).
Для обеспечения законных интересов участников стадии возбуждения уголовного дела предлагаем закрепить в законе статус заявителя, лица, привлекаемого для дачи объяснений, и адвоката, дополнив гл. 8 УПК РФ статьями 56.1, 56.2 и 56.3 следующего содержания:
"Статья 56.1. Заявитель
1. Заявителем признается лицо, в устной или письменной форме сообщившее о преступлении органу, уполномоченному возбуждать уголовное дело.
2. Заявитель вправе:
1) делать заявление на родном языке или языке, которым он владеет, и пользоваться помощью переводчика бесплатно;
2) давать объяснения по существу сделанного заявления;
3) пользоваться помощью адвоката;
4) представлять предметы, документы, сведения, подтверждающие достоверность сделанного заявления;
5) подавать жалобы на действия (бездействие) и решения следователя, дознавателя, прокурора, руководителя следственного органа, начальника органа дознания и начальника подразделения дознания; 6) участвовать в судебном заседании при рассмотрении поданной им жалобы на действия (бездействие) и решения следователя, дознавателя, прокурора, руководителя следственного органа, начальника органа дознания и начальника подразделения дознания.
3. Следователь, дознаватель вправе привлекать заявителя к участию в следственных действиях для проверки полученного сообщения о преступлении.
Статья 56.2. Лицо, привлекаемое для получения объяснений
1. Для проверки полученного сообщения о преступлении дознаватель, орган дознания, следователь вправе опрашивать должностных лиц и граждан, по их данным располагающих сведениями о проверяемом событии, и получать от них объяснения.
2. Лицо, привлекаемое для дачи объяснений, вправе:
1) отказаться от дачи объяснений;
2) пользоваться помощью адвоката;
3) давать объяснения на родном языке или языке, которым оно владеет, и пользоваться помощью переводчика бесплатно;
4) представлять предметы, документы;
5) подавать жалобы на действия (бездействие) и решения следователя, дознавателя, прокурора, руководителя следственного органа, начальника органа дознания и начальника подразделения дознания;
6) участвовать в судебном заседании при рассмотрении поданной им жалобы на действия (бездействие) и решения следователя, дознавателя, прокурора, руководителя следственного органа, начальника органа дознания и начальника подразделения дознания.
3. Неявка гражданина для участия в опросе не влечет применения к нему мер уголовно-процессуального принуждения.
4. Получение объяснений от несовершеннолетнего проводится с обязательным участием родителей или лиц, их заменяющих, а также адвоката.
Статья 56.3. Адвокат заявителя, лица, привлекаемого для получения объяснений, участника следственного действия
1. Адвокат приглашается заявителем, лицом, привлекаемым для получения объяснений, участником следственного действия для оказания юридической помощи и участия в процессуальных действиях.
2. Адвокат заявителя, лица, привлекаемого для получения объяснений, участника следственного действия наделяется процессуальными полномочиями в соответствии с правилами, предусмотренными пунктами 2, 3, 5, 6, 8, 10, 11 части первой статьи 53 настоящего Кодекса".
Ключевая фигура досудебного производства - потерпевший, но по действующему закону не всякий пострадавший считается потерпевшим, а только тот, кто официально признан таковым постановлением следователя. При этом в УПК РФ не определен срок, в течение которого лицо должно признаваться потерпевшим по уголовному делу, и на практике это порой приводит к тому, что такие решения принимаются несвоевременно, на завершающем этапе предварительного расследования. До этого момента жертва преступления фактически остается бесправной.
О важности своевременного наделения лица статусом потерпевшего и соответственно обеспечения его права на доступ к правосудию говорят многие ученые, предлагая признавать лицо потерпевшим с момента возбуждения уголовного дела при установлении факта причинения ему преступлением вреда. Так, B.Г. Ульянов считает целесообразным внести в процессуальный закон изменения в части признания лица потерпевшим со стадии возбуждения уголовного дела*(4).
C.В. Юношев пишет о том же: "По делам о причинении телесных повреждений,о кражах, мошенничестве, разбоях, грабежах, изнасилованиях в подавляющем большинстве случаев имеются вполне определенные сведения о лице, которому причинен вред. Поэтому, в таких случаях решение о признании потерпевшим необходимо принимать одновременно с решением о возбуждении уголовного дела, в одном процессуальном акте"*(5).
Вместе с тем в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 29 июня 2010 г. указывается, что правовой статус лица как потерпевшего устанавливается исходя из фактического его положения и лишь процессуально оформляется постановлением, но не формируется им*(6).
Названному постановлению Пленума предшествовал ряд решений Конституционного Суда РФ, в которых изложена правовая позиция последнего относительно приобретения лицом статуса участника уголовного судопроизводства. Конституционный Суд РФ считает, что обеспечение гарантируемых Конституцией РФ прав и свобод человека и гражданина обусловлено не формальным признанием лица в качестве того или иного участника производства по уголовному делу, в частности потерпевшего, а наличием определенных сущностных признаков, характеризующих фактическое положение этого лица как нуждающегося в обеспечении соответствующих прав.
Позиция Конституционного Суда РФ основывается на толковании ст. 18 (наряду с другими) Конституции РФ, которая гласит: "Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими". Принцип непосредственного действия конституционных прав и свобод предполагает, что многие из них для беспрепятственной реализации нуждаются в конкретизации отраслевым, в том числе уголовно-процессуальным, законодательством, в разработке правил и процедур, упорядочивающих их осуществление, соблюдение и защиту.
Таким образом, фактически правовой статус потерпевшего лицо приобретает при наличии вреда, причиненного ему преступлением, а формально-юридическим основанием (согласно предписаниям ч. 1 ст. 42 УПК РФ) признания его потерпевшим служит упомянутое постановление.
В то же время в постановлении Конституционного Суда РФ от 27 июня 2005 г. подчеркивается, что защита прав потерпевших предполагает не только предотвращение и пресечение преступлений, но и обеспечение пострадавшему от преступления возможности отстаивать свои права и законные интересы любыми не запрещенными законом способами*(7). Поэтому следует согласиться с В.А. Семенцовым в том, что закрепленное в ст. 42 УПК РФ понятие потерпевшего, когда юридическим основанием оформления его статуса служит постановление дознавателя, следователя или суда, не позволяет этому лицу в полной мере и своевременно реализовать конституционное право отстаивать свои права и законные интересы любыми не запрещенными законом способами на этапе уголовного судопроизводства, максимально приближенном к моменту совершения преступления*(8).
Считаем, что наряду с уже имеющимся основанием признания лица потерпевшим необходимо предусмотреть еще два: 1) подачу заявления о преступлении; 2) возбуждение уголовного дела. Дополнительным же условием их применения нужно считать установление факта причинения вреда преступлением. С этой целью предлагается заменить в ч. 1 ст. 42 УПК РФ второе предложение следующей формулировкой: "Лицо, подавшее заявление о преступлении, признается потерпевшим или в случае возбуждения уголовного дела, когда установлен факт причинения вреда преступлением, или с момента оформления постановления об этом дознавателя, следователя или суда".
К числу актуальных в сфере обеспечения законных интересов личности в досудебном производстве относится проблема возмещения потерпевшему ущерба, причиненного преступным посягательством. По данным статистики, каждый десятый житель России ежегодно становится жертвой того или иного преступления, однако из присуждаемых судами сумм возмещения ущерба реально взыскивается не более одной трети. Кроме того, потерпевший не может рассчитывать на возмещение вреда, причиненного преступлением, если преступник не установлен или установлен, но скрывается от следствия и не может быть привлечен к уголовной ответственности*(9).
Наряду с этим, как справедливо отмечает В.А. Азаров, законодатель традиционно сознательно и существенно ограничивает перечень видов возмещения, замыкаясь исключительно на вреде, причиненном непосредственно преступлением, оставляя "за бортом" уголовно-процессуальной регламентации регрессные и другие сопутствующие и опосредованно вытекающие из факта совершения преступления иски*(10). В то же время в ст. 4 Европейской конвенции по возмещению ущерба жертвам насильственных преступлений (Страсбург, 24 ноября 1983 г.) предусматривается государственная компенсация (если преступник не установлен или не может быть наказан), которая должна покрывать в зависимости от ситуации, по крайней мере, следующие виды ущерба: потерю заработка, затраты на лекарства и госпитализацию, затраты на похороны и в случаях, касающихся иждивенцев, - их содержание*(11).
Здесь только личной ответственности следователя за возмещение потерпевшему ущерба, причиненного преступлением, недостаточно, тем более что законодатель не ставит перед ним такую задачу. Анализ ст. 21 и 73 УПК РФ позволяет сделать вывод, что следователь обязан установить лишь характер и размер вреда, причиненного преступлением, что не способствует защите права на его возмещение. Решение проблемы видится в возложении на следователя обязанности принимать соответствующие меры, для чего ч. 2 ст. 21 УПК РФ нужно дополнить словами "а также по возмещению вреда, причиненного преступлением".
В ч. 1 ст. 11 УПК РФ закреплена обязанность следователя разъяснить подозреваемому, обвиняемому, потерпевшему, гражданскому истцу, гражданскому ответчику, другим участникам уголовного судопроизводства их права (а также обязанности и ответственность) и обеспечивать возможность осуществления этих прав. Непринятие мер по реализации прав участников признается нарушением уголовно-процессуального закона и влечет негативные последствия для производства по уголовному делу (например, в соответствии со ст. 221 и 226 УПК РФ это расценивается как основание возвращения прокурором уголовного дела для производства дополнительного расследования).
Следователь должен не просто сказать участнику уголовного судопроизводства о наличии у него определенного права, но именно разъяснить его смысл и содержание в понятных для участника выражениях. Разъяснение прав, обязанностей и ответственности за их невыполнение производится сразу после того, как конкретное лицо признается участником уголовного судопроизводства (в частности, обвиняемому - в момент объявления постановления о привлечении его в качестве такового). Факт разъяснения фиксируется в процессуальном документе (постановлении, протоколе следственного действия).
В ходе производства по уголовному делу следователь должен создавать каждому участнику досудебного производства необходимые условия для осуществления его прав, а именно:
1) разъяснять лицу его роль и значение как участника, объем его прав и обязанностей, механизм их реализации;
2) своевременно предоставлять лицу достаточную информацию о сроках, объеме и ходе расследования преступления, его результатах;
3) обеспечивать возможность беспрепятственной подачи и своевременное рассмотрение на всех этапах расследования дела ходатайств, заявлений и предложений, касающихся прав и свобод участников уголовного судопроизводства;
4) предотвращать неоправданные задержки при определении размера причиненного вреда, выполнении постановлений и иных решений о возвращении имущества, денег или других ценностей, о возмещении расходов, связанных с вызовом, и др.;
5) предоставлять необходимое время для ознакомления с материалами уголовного дела и т.п.
По смыслу ст. 48 Конституции РФ, гарантирующей каждому право на получение квалифицированной юридической помощи, а также с учетом позиции Конституционного Суда РФ, выраженной в постановлении от 27 июня 2000 г.*(12), органы предварительного расследования должны предоставлять право пользоваться услугами адвоката любому лицу независимо от процессуального статуса, если это лицо испытывает потребность в оказании ему правовой помощи и делает соответствующее заявление. По сути, законодатель уже пошел по такому пути, предоставив вызываемому на допрос свидетелю право явиться к следователю вместе с адвокатом (ч. 5 ст. 189 УПК РФ).
В ч. 2 ст. 11 УПК РФ устанавливается обязанность следователя предупреждать лиц, обладающих свидетельским иммунитетом, в случае их согласия дать показания о том, что эти показания могут быть использованы в качестве доказательств в ходе дальнейшего производства по уголовному делу. Аналогичное положение закреплено и в ряде других норм УПК РФ (п. 3 ч. 2 ст. 42, п. 4 ч. 2 ст. 54, п. 1 ч. 4 ст. 56 и пр.).
Применительно к институту следственных действий закон запрещает применение насилия, угроз и иных незаконных мер, а равно создание опасности для жизни и здоровья участвующих в следственных действиях лиц. Некоторые процессуальные нормы содержат специальные указания на недопустимость совершения конкретных действий, ущемляющих права граждан. Так, при освидетельствовании (ч. 4 ст. 179 УПК РФ) и личном обыске (ч. 3 ст. 184 УПК РФ) следователю запрещено присутствовать при обнажении освидетельствуемого или обыскиваемого лица другого пола. Производство следственного эксперимента допускается, если не создается опасности для здоровья участвующих в нем лиц (ст. 181 УПК РФ). Запрещено производство обыска или выемки, наносящих не вызываемые необходимостью повреждения имущества (ч. 6 ст. 182 УПК РФ).
Вместе с тем не считается нарушением закона и не может рассматриваться как средство запугивания или неправомерного психического воздействия разъяснение следователем свидетелю и потерпевшему, что они могут понести уголовную ответственность за отказ или уклонение от дачи показаний. Знание положений закона способствует более ответственному отношению лица к происходящему, осознанию им правомерности следственного действия и принятию верного решения о линии своего поведения. Не может расцениваться в качестве угрозы или принуждения к даче показаний разъяснение подозреваемому или обвиняемому необходимости правдиво отвечать на задаваемые вопросы, не вводить в заблуждение следователя и не препятствовать производству следственных действий.
Следователь должен также принимать меры к тому, чтобы не были разглашены обстоятельства частной жизни лица, его личные и (или) семейные тайны, обстоятельства частной жизни других лиц, выявленные в ходе следственного действия (ч. 3 ст. 161, ч. 7 ст. 182 УПК РФ). При допросе запрещается задавать наводящие вопросы (ч. 2 ст. 189 УПК РФ).
Обеспечению законных интересов личности в досудебном производстве способствует обоснованность принимаемых решений о проведении следственных действий. Законность и обоснованность процессуальных решений о производстве следственных действий - залог справедливости.
В теории "обоснованность" раскрывается как необходимость выявления оснований принятия того или иного решения. "Обоснованность означает, - пишет Г.И. Загорский, - что выводы суда соответствуют действительности и убедительно подтверждаются исследованными в судебном разбирательстве доказательствами, которые установлены в предусмотренном уголовно-процессуальным законом порядке и достаточны для принятия правильного решения по уголовному делу"*(13).
Однако судебное решение о производстве следственного действия по ходатайству следователя (дознавателя) в случаях, предусмотренных ч. 2 ст. 29 УПК РФ, принимается в условиях судебного заседания, отличающегося по своей процедуре от судебного разбирательства по существу предъявленного обвинения. В основе этого решения могут лежать не только (и не столько) процессуальные доказательства, особенно на начальном этапе предварительного расследования, но и просто имеющиеся у следователя сведения.
Так, основанием производства обыска признается наличие достаточных данных, позволяющих полагать, что в каком-либо месте или у какого-либо лица могут находиться орудия преступления, предметы, документы и ценности, которые могут иметь значение для уголовного дела (ч. 1 ст. 182 УПК РФ). Поэтому в основу принимаемого решения о проведении следственного действия могут быть положены как собранные следователем доказательства, так и его аргументированные предположения, сформировавшиеся, в частности, благодаря материалам оперативно-розыскной деятельности*(14).
Очевидно, что производство следственных действий может быть связано с ограничением или стеснением конституционных прав их участников, а потому представляется важным определить объективные критерии обоснованности решений судьи о производстве следственных действий и закрепить их в тексте УПК РФ. Предлагаем дополнить ст. 165 УПК РФ частью 2: "2. Следователь в ходатайстве о производстве следственного действия обязан указать сведения, обосновывающие необходимость его производства. К постановлению о возбуждении ходатайства прилагаются материалы, подтверждающие обоснованность ходатайства". Части 2, 3, 4 и 5 статьи считать частями 3, 4, 5 и 6 соответственно.
Кроме того, целесообразно изменить формулировку ч. 4 ст. 165 УПК РФ: "4. В закрытом судебном заседании судья обязан заслушать мнение присутствующих участников, исследовать представленные ими документы. Следователь вправе по собственной инициативе или по требованию судьи до начала судебного заседания представить дополнительные материалы, подтверждающие обоснованность заявленного им ходатайства о производстве следственного действия. При рассмотрении ходатайства о производстве следственного действия судье надлежит проверить наличие признаков уголовно наказуемого деяния, достаточность иных данных, необходимых для производства требуемого следственного действия".
Следственные действия производятся с участием указанных в законе лиц (их число может быть значительным), все они наделены определенным статусом. В ст. 168-170 УПК РФ раскрывается процессуальный статус таких участников следственных действий, как специалист, переводчик и понятые. Вместе с тем в УПК РФ нет отдельной нормы, посвященной участникам следственных действий. Рассматривая это как пробел закона, предлагаем дополнить гл. 22 УПК РФ статьей 166.1:
"Статья 166.1. Участник следственного действия
1. Участником следственного действия выступает лицо, привлекаемое следователем, дознавателем к производству следственного действия.
2. Участник следственного действия вправе:
1) отказаться от дачи объяснений;
2) пользоваться помощью адвоката;
3) давать объяснения на родном языке или языке, которым он владеет, и пользоваться помощью переводчика бесплатно;
4) представлять предметы, документы;
5) знакомиться с процессуальными документами, на основании которых производится следственное действие;
6) знакомиться с процессуальными документами и иными результатами производства следственного действия (протоколом, видео-, киносъемкой, аудиозаписью, изъятыми вещественными доказательствами, документами и т.д.), а в случае проведения обыска, выемки получать копию протокола следственного действия;
7) подавать жалобы на действия (бездействие) и решения сл
