|
10 марта 2020 г.
|
Дело N А66-1718/2015
|
Резолютивная часть постановления объявлена 03 марта 2020 года.
В полном объёме постановление изготовлено 10 марта 2020 года.
Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Ралько О.Б., судей Черединой Н.В. и Шадриной А.Н. при ведении протокола секретарем судебного заседания Бахориковой М.А.,
при участии от общества с ограниченной ответственностью "Акцент" конкурсного управляющего Романовой О.С. на основании решения от 05.07.2017 по делу N А66-7451/2016, от муниципального унитарного предприятия города Торжка "Горэнерго" директора Чижова С.А. на основании распоряжений от 18.09.2017 N 69-р, от 18.07.2018 N 51, от общества с ограниченной ответственностью "Опора" Ворниковой Н.С. по доверенности от 09.01.2020, от акционерного общества "Энергосоюз" Абросовой Л.А. по доверенности от 16.12.2019, от правительства Тверской области Суязовой А.В. по доверенности от 09.12.2019,
рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы общества с ограниченной ответственностью "Акцент" и общества с ограниченной ответственностью "Опора" на решение Арбитражного суда Тверской области от 27 декабря 2019 года по делу N А66-1718/2015,
установил:
прокуратура Тверской области (адрес: 170100, город Тверь, улица Симеоновская, дом 27; ИНН 6905000777, ОГРН 1026900569662; далее - прокуратура) в защиту интересов муниципального образования город Торжок в лице администрации муниципального образования город Торжок, в интересах неопределенного круга лиц обратилась в Арбитражный суд Тверской области с исковым заявлением к администрации муниципального образования город Торжок (адрес: 172002, Тверская область, город Торжок, Набережная новгородская, дом 1а; ОГРН 1026901914930, ИНН 6915001018; далее - администрация), муниципальному унитарному предприятию города Торжка "Горэнерго" (адрес: 172009 Тверская область, город Торжок, Ленинградское шоссе, дом 52б; ИНН 6915002283, ОГРН 1026901917668; далее - МУП города Торжка "Горэнерго", предприятие), обществу с ограниченной ответственностью "Акцент" (адрес: 170008, город Тверь, проспект Победы, дом 40а, офис 27; ИНН 6950176268, ОГРН 1136952022118; далее - ООО "Акцент") о признании недействительной сделки и применении последствий недействительной сделки (с учетом уточнения требований, принятого судом), при участии в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, публичного акционерного общества "Межрегиональная распределительная сетевая компания Центра" (далее - ПАО "МРСК - Центра"), общества с ограниченной ответственностью "Объединенная электросетевая компания" (далее - ООО "Объединенная электросетевая компания"), Управления Федеральной антимонопольной службы по Тверской области, Комитета по управлению имуществом муниципального образования город Торжок Тверской области, общества с ограниченной ответственностью "Опора" (далее - ООО "Опора"), общества с ограниченной ответственностью "Боровлево" (далее - ООО "Боровлево"), акционерного общества "Энергосоюз" (далее - АО "Энергосоюз"), Голубева Дмитрия Александровича, Ростовцева Александра Викторовича, правительства Тверской области (далее - правительство).
Решением Арбитражного суда Тверской области от 27 декабря 2019 года по настоящему делу заявленные требования удовлетворены.
ООО "Акцент" с решением суда не согласилось и обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит суд апелляционной инстанции его отменить. Мотивируя апелляционную жалобу, ссылается на несоответствие выводов, изложенных в решении, обстоятельствам дела; нарушение судом норм материального и процессуального права. Представитель ООО "Акцент" поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе.
ООО "Опора" с решением суда не согласилось и обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит суд апелляционной инстанции его отменить. Мотивируя апелляционную жалобу, ссылается на несоответствие выводов, изложенных в решении, обстоятельствам дела; нарушение судом норм материального и процессуального права. Представитель ООО "Опора" поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе.
Прокуратура в отзывах на апелляционные жалобы с доводами, в них изложенными, не согласилась, просит решение суда оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.
МУП города Торжка "Горэнерго" отзыв на апелляционные жалобы не представило, его представитель в судебном заседании с доводами, изложенными в апелляционных жалобах, не согласился, просит решение суда оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.
АО "Энергосоюз" в отзыве на апелляционные жалобы и его представитель в судебном заседании доводы, в них изложенные, поддержал, просил решение суда отменить, апелляционные жалобы - удовлетворить.
Правительство в отзыве на апелляционные жалобы и его представитель в судебном заседании с доводами, в них изложенными, не согласились, просят решение суда оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.
Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте судебного заседания апелляционной инстанции, представителей в суд не направили, в связи с этим дело рассмотрено в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).
Заслушав пояснения представителей ООО "Акцент", МУП города Торжка "Горэнерго", ООО "Опора", АО "Энергосоюз", правительства, исследовав доказательства по делу, проверив законность и обоснованность оспариваемого решения, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы.
Как установлено судом первой инстанции и подтверждается материалами дела, между предприятием и ОАО "МРСК-Центра" в лице филиала "Тверьэнерго" заключены договоры от 09.03.2011 аренды объектов электросетевого имущества, сроком до 08.03.2012 на недвижимые объекты энергоснабжения, сроком до 08.03.2016 на движимые объекты энергоснабжения. По заявлению предприятия и на основании договора от 09.01.2014 N 0901/14-1 общество с ограниченной ответственностью "Актуальность" (далее - ООО "Актуальность") произвело оценку рыночной стоимости объектов: воздушных и кабельных линий 10 кВ в количестве 271 единиц, воздушных и кабельных линий 0,4 кВ в количестве 296 единиц, КТП в количестве 23 единиц и линий уличного освещения в количестве 64 единиц, и подготовило отчёт, согласно которому рыночная стоимость линий уличного освещения составила - 1 418 058 руб. 50 коп., КТП - 2 414 044 руб. 36 коп., кабельных и воздушных линий 10 кВ и 0,4 кВ - 28 177 905 руб. 44 коп., итоговая рыночная стоимость указанных объектов с учётом налога на добавленную стоимость (далее - НДС) составила округленно 32 010 000 руб.
В устав предприятия 21.03.2014 внесены изменения, исключены виды деятельности, связанные с передачей и распределением электрической энергии. Предприятие (продавец) с согласия собственника имущества - муниципального образования в лице председателя Комитета по управлению имуществом заключило с ООО "Акцент" (покупатель) договор от 28.03.2014 купли-продажи находящегося в хозяйственном ведении предприятия муниципального имущества (части объектов электросетевого хозяйства): воздушные и кабельные линии 10 кВ в количестве 271 единиц, воздушные и кабельные линии 0,4 кВ в количестве 296 единиц, КТП в количестве 23 единиц и линии уличного освещения в количестве 64 единиц по цене 32 010 008 руб. 30 коп. с учётом НДС.
Между ООО "Акцент" (арендодатель) и ООО "Объединенная электросетевая компания" (арендатор) заключен договор от 16.09.2014 о передаче объектов, являвшихся предметом договора купли-продажи от 28.03.2014, во временное владение и пользование арендатора для обеспечения их технической эксплуатации и обеспечения электроснабжения потребителей.
Соглашением сторон от 10.09.2015 договор аренды от 16.09.2014 расторгнут с 01.01.2016.
Между ООО "Акцент" (арендодатель) и ООО "Опора" (арендатор) заключен договор от 28.09.2015 N А/О-28/09 аренды упомянутых объектов. Объекты, являющиеся предметом аренды, переданы ООО "Опора" по акту от 01.01.2016.
Ссылаясь на нарушение интересов муниципального образования и нарушение прав и законных интересов неопределенного круга лиц сделкой купли-продажи имущества от 28.03.2014, полагая, что договор не соответствует требованиям законодательства, прокурор обратился в арбитражный суд с настоящим иском.
Решением Арбитражного суда Тверской области от 29 марта 2016 года по настоящему делу исковые требования удовлетворены частично: судом признан недействительным договор купли-продажи имущества, находящегося в собственности муниципального образования город Торжок от 28 марта 2014 г., заключенный между предприятием и ООО "Акцент", в остальной части в удовлетворении иска отказано.
Постановлением суда апелляционной инстанции от 18 июля 2016 года решение оставлено без изменения.
Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 21 ноября 2016 года вышеуказанные решение и постановление отменены, дело передано на новое рассмотрение в Арбитражный суд Тверской области.
В обоснование иска прокурор ссылался на то, что сделка купли-продажи является ничтожной и недействительной в силу статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ). При этом прокурор указал, что договор не соответствует пункту 3 статьи 18 Федерального закона от 14.11.2002 N 161-ФЗ "О государственных и муниципальных унитарных предприятиях" (далее - Закон о предприятиях), пункту 7 статьи 28 и статье 34 Федерального закона от 26.07.2006 N 135-ФЗ "О защите конкуренции" (далее - Закон о защите конкуренции), статье 25 Федерального закона от 26.03.2003 N 35-ФЗ "Об электроэнергетике" (далее - Закон об электроэнергетике).
Полагает, что сделка негативно повлияла на состояние конкуренции на рынке энергоснабжения города Торжка, поскольку ООО "Объединенная электросетевая компания" может препятствовать потребителям города Торжка, присоединенным к сетям, принадлежащим ООО "Акцент", переходить на электроснабжение к иной энергосбытовой компании, тем самым создавая возможность в одностороннем порядке воздействовать на общие условия обращения товара на рынке, считая, что совершение сделки привело к ограничению конкуренции в результате возникновения доминирующего положения ООО "Объединенная электросетевая компания", в связи с чем сделка является недействительной как совершенная с нарушением антимонопольного законодательства.
Кроме того, прокурор сослался на часть первую статьи 130 и статью 133.1 ГК РФ, указав, что электрическая сеть включает в себя всю технологическую цепочку, задействованную в процессе передачи электрической энергии, и представляет собой единый имущественный комплекс, совокупность объектов, объединенных общим целевым назначением, и в нарушение законодательства предприятием отчуждены лишь отдельные составляющие энергетического комплекса.
Прокурор ссылается также на то, что при оценке рыночной стоимости упомянутых объектов произведена оценка лишь части оборудования, входящего в состав КТП, без учёта стоимости шкафа (блока), в котором это оборудование находится, оценка ВЛ произведена без учёта стоимости поддерживающих опор, изоляторов, что, по мнению прокурора, привело к существенному занижению стоимости объектов оценки, считает, что отчёт об оценке рыночной стоимости объектов не соответствует статье 3 Федерального закона от 29.07.1998 N 135-ФЗ "Об оценочной деятельности в Российской Федерации", пунктам 18, 19 федерального стандарта оценки "Общие понятия оценки, подходы к оценке и требования к проведению оценки (ФСО N 1)", утвержденного приказом Министерства экономического развития и торговли Российской Федерации от 20.07.2007 N 256, подпунктам "е" и "ж" пункта 8, пункту 9 ФСО N 3.
В постановлении Арбитражного суда Северо-Западного округа от 21 ноября 2016 года по настоящему делу указано на правомерность отказа в удовлетворении требования прокуратуры об обязании администрации зарегистрировать право собственности на все объекты городского электрохозяйства как на единый недвижимый комплекс, поскольку это требование не связано с применением последствий недействительности оспариваемой сделки, предусмотренных частью 2 статьи 167 ГК РФ, обязанность администрации зарегистрировать право собственности на все объекты городского электрохозяйства как на единый недвижимый комплекс не вытекает ни из закона, ни из добровольно принятого на себя обязательства.
С учетом данного вывода суда кассационной инстанции, прокуратура в судебном заседании 16.09.2019 отказалась от иска в данной части.
Между тем, направляя дело на новое рассмотрение, суд кассационной инстанции указал, что суды не исследовали обстоятельства, связанные с тем, соответствует ли оспариваемый договор требованиям пункта 3 статьи 18 Закона о предприятиях, не проверили, имеется ли у предприятия иное имущество, предназначенное для осуществления уставной деятельности, не привело ли отчуждение имущества в результате совершения оспариваемой сделки к лишению предприятия возможности осуществлять предусмотренную уставом деятельность; суды не установили, является ли имущество предприятия, оставшееся после отчуждения объектов по спорной сделке, достаточным для осуществления им предусмотренной уставом деятельности, суд первой инстанции не указал, какие нормы ГК РФ нарушены при заключении сделки; суд не установил, в чем выразилось негативное влияние на состояние конкуренции на рынке энергоснабжения города, не указал, какими доказательствами подтверждается нарушение указанной сделкой антимонопольного законодательства, приведшее к ограничению конкуренции. Суд не учёл, что, ссылаясь на возможное "препятствование потребителям переходить к иной энергосбытовой компании, _ создавая возможность воздействовать на условия обращения товара на рынке", прокурор не обосновал свой довод конкретными обстоятельствами и доказательствами; суды не установили, зарегистрирован ли в реестре прав на недвижимое имущество энергетический комплекс, включающий спорные объекты, как единый недвижимый комплекс; суд не указал, на оснований каких условий договора он пришёл к выводу о том, что объекты, являющиеся предметом договора купли-продажи, не могут быть отнесены к самостоятельным объектам гражданского оборота, а также не привел иных доказательств, на основании которых он сделал такие выводы; суды не исследовали обстоятельства, связанные с использованием объектов, являющихся предметом оспариваемого договора, не установили обстоятельства их фактического использования; суды не проверили при этом, выбыло ли спорное имущество в результате заключения договора аренды из владения ООО "Акцент", являющегося покупателем по спорному договору.
В соответствии с постановлением суда кассационной инстанции при новом рассмотрении дела суду необходимо исследовать все обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения спора, дать оценку доводам участвующих в деле лиц, указав мотивы, по которым суды приняли или отклонили тот или иной доводы, сославшись на доказательства, на основании которых суды сделали свои выводы. Суду следует дать оценку доводам прокурора, в частности о нарушении при заключении договора купли-продажи пункта 3 статьи 18 Закона о предприятиях, пункта 7 статьи 28 и статьи 34 Закона о защите конкуренции, статьи 25 Закона об электроэнергетике, и доводам ООО "Акцент" в этой части, в частности о государственном регулировании цен (тарифов) на оказание услуг, связанных с поставкой электроэнергии, установить, привело ли совершение указанной сделки к ограничению конкуренции с учётом понятия признаков ограничения конкуренции, данного в пункте 17 статьи 4 Закона о защите конкуренции. Суду при новом рассмотрении дела следует проверить довод прокурора о том, что проданные по договору объекты не являются самостоятельными объектами гражданских прав, а входят в единый имущественный комплекс, а также довод ответчика о том, что указанные объекты являются самостоятельными объектами права, фактически используются самостоятельно по прямому назначению для поставки электроэнергии, запрет на отчуждение этих объектов отдельно от иных объектов, предназначенных для передачи электрической энергии, законом не установлен. При новом рассмотрении дела суду следует проверить довод прокурора о существенном занижении стоимости спорных объектов при совершении сделки купли-продажи, и установить, повлекло ли это недействительность сделки. При новом рассмотрении дела суду следует также решить вопрос о распределении между участвующими в деле лицами судебных расходов по кассационной жалобе.
При новом рассмотрении дела суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.
В соответствии со статьей 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.
Способы судебной защиты лицом своих нарушенных или оспариваемых прав определены в статье 12 ГК РФ, согласно которой в тех случаях, когда для защиты того или иного права закон предусматривает определенные способы защиты, лицо, считающее свое право нарушенным, может воспользоваться только предусмотренным законом способом.
Частью 1 статьи 52 АПК РФ предусмотрено, что прокурор вправе обратиться в арбитражный суд с иском о признании недействительными сделок, совершенных органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, государственными и муниципальными унитарными предприятиями, государственными учреждениями, а также юридическими лицами, в уставном капитале (фонде) которых есть доля участия Российской Федерации, доля участия субъектов Российской Федерации, доля участия муниципальных образований, а также с иском о применении последствий недействительности ничтожной сделки, совершенной указанными органами и юридическими лицами.
Прокурор, обратившийся в суд, пользуется процессуальными правами и несет процессуальные обязанности истца (пункт 3 статьи 52 АПК РФ).
Согласно пункту 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.03.2012 N 15 "О некоторых вопросах участия прокурора в арбитражном процессе" предъявляя иск о признании недействительной сделки или применении последствий недействительности ничтожной сделки, совершенной лицами, названными в абзацах втором и третьем части 1 статьи 52 АПК РФ, прокурор обращается в арбитражный суд в интересах публично-правового образования.
Согласно части 1 статьи 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.
В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают: из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему; из решений собраний в случаях, предусмотренных законом; из актов государственных органов и органов местного самоуправления, которые предусмотрены законом в качестве основания возникновения гражданских прав и обязанностей; из судебного решения, установившего гражданские права и обязанности; вследствие неосновательного обогащения.
В соответствии с пунктами 1, 3 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной, а также о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.
При новом рассмотрении дела в материалы дела представлены дополнительные документы, в том числе: в подтверждение права хозяйственного ведения предприятия на спорное имущество на момент заключения сделки (т. 17, л. 3-23), заключение по результатам проверки финансово-хозяйственной деятельности МУП города Торжка "Горэнерго", анализ финансового положения и эффективности деятельности МУП города Торжка "Горэнерго" (т. 17, л. 24-69), заключение ООО "Научно-консультационный экспертный центр" (т. 19, л. 1-20), постановление N 3700091 о возбуждении уголовного дела и принятии его к производству от 20 февраля 2018 года (т. 19, л. 76), однолинейные схемы электроснабжения г.Торжок (т. 20, л. 51-194), заслушаны пояснения специалиста Корнеева К.Б. (т. 21, л. 112-129), представлено соглашение от 25 мая 2015 года о расторжении договора купли-продажи от 28 марта 2014 года (т. 27, л. 5, т. 25, л. 16), отсутствие возражений Комитета по управлению имуществом муниципального образования город Торжок (далее - комитет) от 19.05.2015 N 567 (т. 27, л. 4), письмо ООО "Акцент" об отказе от исполнения сделки должника - соглашения от 25 мая 2015 года (т. 26), отчет ООО "Титан -оценка" за 2017 год.
Согласно части первой статьи 113 ГК РФ унитарным предприятием признается коммерческая организация, не наделенная правом собственности на закрепленное за ней собственником имущество.
Имущество государственного или муниципального унитарного предприятия находится в государственной или муниципальной собственности и принадлежит такому предприятию на праве хозяйственного ведения или оперативного управления.
Права унитарного предприятия на закрепленное за ним имущество определяются в соответствии с настоящим Кодексом и законом о государственных и муниципальных унитарных предприятиях (пункт 2 статьи 113 ГК РФ).
Правовое положение унитарных предприятий определяется настоящим Кодексом и законом о государственных и муниципальных унитарных предприятиях (пункт 7 статьи 113 ГК РФ).
Согласно статье 294 ГК РФ государственное или муниципальное унитарное предприятие, которому имущество принадлежит на праве хозяйственного ведения, владеет, пользуется и распоряжается этим имуществом в пределах, определяемых в соответствии с настоящим Кодексом.
В статье 295 этого же кодекса закреплены права собственника в отношении имущества, находящегося в хозяйственном ведении. Собственник имущества, находящегося в хозяйственном ведении, в соответствии с законом решает вопросы создания предприятия, определения предмета и целей его деятельности, его реорганизации и ликвидации, назначает директора (руководителя) предприятия, осуществляет контроль за использованием по назначению и сохранностью принадлежащего предприятию имущества.
Предприятие не вправе продавать принадлежащее ему на праве хозяйственного ведения недвижимое имущество, сдавать его в аренду, отдавать в залог, вносить в качестве вклада в уставный (складочный) капитал хозяйственных обществ и товариществ или иным способом распоряжаться этим имуществом без согласия собственника.
Остальным имуществом, принадлежащим предприятию, оно распоряжается самостоятельно, за исключением случаев, установленных законом или иными правовыми актами. Указанные нормы корреспондируются с положениями Закона о предприятиях.
В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 18 названного закона государственное или муниципальное предприятие распоряжается движимым имуществом, принадлежащим ему на праве хозяйственного ведения, самостоятельно, за исключением случаев, установленных настоящим Федеральным законом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами.
Государственное или муниципальное предприятие не вправе продавать принадлежащее ему недвижимое имущество, сдавать его в аренду, отдавать в залог, вносить в качестве вклада в уставный (складочный) капитал хозяйственного общества или товарищества или иным способом распоряжаться таким имуществом без согласия собственника имущества государственного или муниципального предприятия.
Судом первой инстанции установлено и подтверждается материалами дела, что спорный договор купли-продажи имущества, находящегося в собственности муниципального образования город Торжок, от 28 марта 2014 года (т. 2, л. 1-2, 3-19) заключен предприятием с согласия собственника имущества - муниципального образования. Из текста договора следует, что предварительное согласие собственника в лице комитета на совершение настоящей сделки получено, что подтверждается письмом комитета от 28.03.2014 N 255 (т. 2, л. 1).
В обоснование иска прокурор ссылается на несоответствие сделки пункту 3 статьи 18 Закона о предприятиях. Как установлено приведенной нормой права, движимым и недвижимым имуществом государственное или муниципальное предприятие распоряжается только в пределах, не лишающих его возможности осуществлять деятельность, цели, предмет, виды которой определены уставом такого предприятия. Сделки, совершенные государственным или муниципальным предприятием с нарушением этого требования, являются ничтожными.
Материалами дела, в том числе заключением по результатам проверки финансово-хозяйственной деятельности МУП города Торжка "Горэнерго", анализом финансового положения и эффективности деятельности МУП города Торжка "Горэнерго" (т. 17, л. 24-69) установлено, что имущество предприятия, оставшееся после отчуждения объектов по спорной сделке, не является достаточным для осуществления им предусмотренной уставом деятельности.
Имущество, в отношении которого заключена оспариваемая сделка, на момент его отчуждения являлось основным производственным фондом МУП города Торжка "Горэнерго", при этом указанное предприятие создавалось для осуществления такого вида деятельности как передача электроэнергии. Электросетевой комплекс г. Торжка являлся муниципальной собственностью и находился в хозяйственном ведении предприятия с момента его учреждения в 1992 году.
Как верно указано судом первой инстанции, заключение оспариваемой сделки фактически лишило предприятие имущества, которое использовалось длительное время для осуществления вида деятельности, определенного уставом, с целью которого последнее создавалось.
В связи с заключением указанной сделки предприятие в дальнейшем не смогло осуществлять деятельность по передаче электроэнергии, так как оставшееся в пользовании имущество не предназначено для указанной цели, поскольку эксплуатация данного имущества по назначению без иных объектов электросетевого хозяйства невозможна (письмо предприятия от 26.01.2017 N 98, т. 16, л. 129-131).
Данные обстоятельства подтверждены представителем предприятия в судебных заседаниях суда первой и апелляционной инстанций, не опровергнуты остальными лицами, участвующими в деле. При этом представитель предприятия указал, что в настоящее время устав предприятия предусматривает виды деятельности, связанные с передачей и распределением электрической энергии, в материалы дела указанный устав предприятия представлен (утвержден распоряжением комитета от 14.04.2009 N 40).
В соответствии с пунктом 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от 29.04.2010 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" судам необходимо учитывать, что в соответствии с пунктом 3 статьи 18 Закона N 161-ФЗ совершенные унитарным предприятием сделки, в результате которых предприятие лишено возможности осуществлять деятельность, цели, предмет, виды которой определены его уставом, являются ничтожными независимо от их совершения с согласия собственника.
Кроме того, согласно пункта 17 статьи 4 Закона о защите конкуренции признаки ограничения конкуренции - сокращение числа хозяйствующих субъектов, не входящих в одну группу лиц, на товарном рынке, рост или снижение цены товара, не связанные с соответствующими изменениями иных общих условий обращения товара на товарном рынке, отказ хозяйствующих субъектов, не входящих в одну группу лиц, от самостоятельных действий на товарном рынке, определение общих условий обращения товара на товарном рынке соглашением между хозяйствующими субъектами или в соответствии с обязательными для исполнения ими указаниями иного лица либо в результате согласования хозяйствующими субъектами, не входящими в одну группу лиц, своих действий на товарном рынке, иные обстоятельства, создающие возможность для хозяйствующего субъекта или нескольких хозяйствующих субъектов в одностороннем порядке воздействовать на общие условия обращения товара на товарном рынке, а также установление органами государственной власти, органами местного самоуправления, организациями, участвующими в предоставлении государственных или муниципальных услуг, при участии в предоставлении таких услуг требований к товарам или к хозяйствующим субъектам, не предусмотренных законодательством Российской Федерации.
В связи с проверкой нарушения условий добросовестной конкуренции установлено, что указанная сделка в нарушение пункт 7 части 1 статьи 28 Закона о защите конкуренции осуществлена без получения согласия антимонопольного органа, в связи с чем в Управление Федеральной антимонопольной службы по Тверской области (далее - УФАС по Тверской области) прокуратурой направлен запрос с предложением предоставить заключение по вопросу, привела ли данная сделка или может привести к ограничению конкуренции, в том числе в результате возникновения или усиления доминирующего положения.
Согласно информации УФАС по Тверской области совершенная сделка обеспечила получателю имущества доминирующее положение на рынке услуг по передаче электрической энергии, доступ на вышеуказанный рынок иных хозяйствующих субъектов, не владеющих таким имуществом, при таких обстоятельствах, невозможен.
При этом письмом ФАС России от 01.10.2014 N ИА/40312/13 "О направлении рекомендаций в части квалификации действий органов власти и органов местного самоуправления, давших согласие на отчуждение государственного или муниципального имущества, находящегося в хозяйственном ведении государственных и муниципальных унитарных предприятий" разъяснено, что действия унитарных предприятий, выраженные в заключении договоров купли-продажи государственного или муниципального имущества с хозяйствующими субъектами при получении согласия собственника такого имущества формально осуществляются в рамках правового поля, поскольку соблюдаются пункт 2 статьи 295 ГК РФ, пункт 1 статьи 18 Закона о предприятиях, но фактически направлены на обход Федерального закона от 21.12.2001 N 178-ФЗ "О приватизации государственного и муниципального имущества" (далее - Закон о приватизации) с противоправной целью - продажи государственного или муниципального имущества без проведения торгов конкретному лицу, что может содержать признаки нарушения статьи 15 Закон о защите конкуренции.
Таким образом, имущество, закрепленное за унитарными предприятиями на праве оперативного управления или хозяйственного ведения (далее - имущество), вследствие неурегулированности порядка его отчуждения конкурентными способами, может передаваться заинтересованными должностными лицами конкретным хозяйствующим субъектам в обход установленных законом способов.
Схема передачи имущества, как правило, выглядит следующим образом: публичное образование закрепляет имущество за унитарным предприятием на праве хозяйственного ведения или оперативного управления, затем унитарное предприятие направляет запрос о возможности продажи этого имущества, собственник имущества дает согласие, в результате чего следует заключение унитарным предприятием договора купли-продажи. В действительности передача имущества унитарному предприятию может не осуществляться, а происходить исключительно на бумаге.
Таким образом, совершенные законным способом действия по закреплению имущества за унитарным предприятием с последующей продажей этого имущества скрывают в себе сделку купли-продажи государственного или муниципального имущества без проведения торгов.
При доказывании неправомерности такого отчуждения имущества рекомендуется учитывать следующее.
Передача унитарному предприятию имущества осуществляется в целях использования его в экономическом обороте. Если в результате отчуждения имущества унитарное предприятие лишается возможности заниматься деятельностью, целью которой является извлечение прибыли, то утрачивается смысл существования унитарного предприятия как коммерческой организации (статья 50 ГК РФ).
В пункте 2 статьи 18 Закона о предприятиях установлено, что государственное или муниципальное предприятие не вправе продавать принадлежащее ему недвижимое имущество, сдавать его в аренду, отдавать в залог, вносить в качестве вклада в уставный (складочный) капитал хозяйственного общества или товарищества или иным способом распоряжаться таким имуществом без согласия собственника имущества государственного или муниципального предприятия.
Согласно пункту 3 указанной статьи движимым и недвижимым имуществом государственное или муниципальное предприятие распоряжается только в пределах, не лишающих его возможности осуществлять деятельность, цели, предмет, виды которой определены уставом такого предприятия. Сделки, совершенные государственным или муниципальным предприятием с нарушением этого требования, являются ничтожными.
В соответствии с пунктом 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от 29.04.2010 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" судам необходимо учитывать, что в соответствии с пунктом 3 статьи 18 Закона N 161-ФЗ совершенные унитарным предприятием сделки, в результате которых предприятие лишено возможности осуществлять деятельность, цели, предмет, виды которой определены его уставом, являются ничтожными независимо от их совершения с согласия собственника.
Кроме того, необходимо доказать, что имущество имеет потенциальный спрос участников соответствующего рынка, следовательно, отчуждение такого имущества конкретному хозяйствующему субъекту повлечет или может повлечь негативные последствия для конкуренции в виде ее недопущения, ограничения, устранения, что является достаточным основанием для вывода о нарушении части 1 статьи 15 Закона о защите конкуренции.
Выявить потенциальных желающих получить доступ к соответствующему государственному или муниципальному ресурсу и обеспечить равный доступ к нему для всех заинтересованных в его приобретении лиц можно посредством продажи данного имущества унитарными предприятиями на торгах.
В интересах недопущения нарушения норм антимонопольного законодательства при реализации имущества, закрепленного на праве хозяйственного ведения или оперативного управления за унитарными предприятиями, ФАС России рекомендовало проводить торги по аналогии с практикой отчуждения государственного имущества, закрепленного на праве хозяйственного ведения или оперативного управления за федеральными унитарными предприятиями в соответствии с постановлением Правительства Российской Федерации от 06.06.2003 N 333 "О реализации федеральными органами исполнительной власти полномочий по осуществлению прав собственника имущества федерального государственного унитарного предприятия" в порядке, установленном антимонопольным органом, утвержденным Приказом ФАС России от 10.02.2010 N 67.
Передача соответствующих прав на конкурентной основе, то есть путем проведения конкурса или аукциона, позволяет обеспечить равный доступ к государственному или муниципальному имуществу всех заинтересованных лиц и препятствует ограничению, недопущению, устранению конкуренции.
Перечень действий, приводящих к ограничению конкуренции, в отношении которых установлен запрет частью 1 статьи 15 Закона о защите конкуренции не является исчерпывающим. Указанной нормой запрещаются любые действия органа местного самоуправления, которые приводят либо могут привести к ограничению конкуренции, за исключением предусмотренных федеральными законами случаев принятия актов и (или) осуществления таких действий (бездействия).
С учетом вышеизложенного и конкретных обстоятельств дела суд первой инстанции пришел к правомерному вводу о том, что в данном случае доказан истцом факт нарушения антимонопольного законодательства, поскольку передача спорного имущества конкретному хозяйствующему субъекту без проведения торгов (конкурса, аукциона) создает для данного субъекта преимущественные условия в получении указанного имущества и препятствует доступу к муниципальному ресурсу неопределенного круга лиц, которые также могут иметь намерение приобрести указанные права.
Также прокуратура указала на существенное за
