Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 4 февраля 2021 г. N 09АП-73183/20
|
04 февраля 2021 г.
|
Дело N А40-53265/16
|
Резолютивная часть постановления объявлена 28 января 2021 года.
Постановление изготовлено в полном объеме 04 февраля 2021 года.
Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:
председательствующего судьи В.В. Лапшиной,
судей А.Н. Григорьева, Р.Г. Нагаева,
при ведении протокола секретарем судебного заседания Д.А. Малышевым,
рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Кулинского Александра Александровича на определение Арбитражного суда г. Москвы от 06 ноября 2020, вынесенное судьей Пешехоновой А.А., о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника Кулинского Александра Александровича по делу N А40-53265/16 о признании несостоятельным (банкротом) Общества с ограниченной ответственностью "Управление Механизации и автотранспорта-50"
при участии в судебном заседании:
от ООО "Трансстроймеханизация" - Михневич Т.Н. по дов. от 19.10.2020
УСТАНОВИЛ:
Решением Арбитражного суда города Москвы от 15.02.2019 года должник ООО "Управление Механизации и автотранспорта-50" признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев, исполнение обязанностей конкурсного управляющего было возложено на Илларионова Михаила Алексеевича, являющегося членом НП МСОПАУ (125362, г. Москва, ул. Вишневая, д.5). Сообщение об открытии конкурсного производства в отношении должника опубликовано в газете "Коммерсантъ" N 38 от 02.03.2019 г.
Определением Арбитражного суда города Москвы от 27.03.2019 г. конкурсным управляющим Общества с ограниченной ответственностью "Управление Механизации и автотранспорта-50" утвержден Погорелко Анатолий Михайлович, являющийся членом Ассоциации "МСОПАУ" (125362, г. Москва, ул. Вишневая, д.5).
В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление ООО "ТРАНССТРОЙМЕХАНИЗАЦИЯ" о привлечении к субсидиарной ответственности Кулинского Александра Александровича.
Определением Арбитражного суда города Москвы от 04 февраля 2020 заявление ООО "ТРАНССТРОЙМЕХАНИЗАЦИЯ" удовлетворено. Кулинский Александр Александрович привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. Приостановлено производство по заявлению ООО "ТРАНССТРОЙМЕХАНИЗАЦИЯ" о привлечении к субсидиарной ответственности в части определения размера субсидиарной ответственности Кулинского Александра Александровича до окончания расчетов с кредиторами.
Не согласившись с указанным определением, ответчик обратился с апелляционной жалобой.
От ООО "Трансстроймеханизация", ООО "Туран Резиденс" поступили отзывы на апелляционные жалобы.
Представитель ООО "Трансстроймеханизация" возражал по доводам апелляционной жалобы.
Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в судебное заседание не явились, в соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru, в связи с чем, апелляционные жалобы рассматриваются в их отсутствие, исходя из норм ст. 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
Законность и обоснованность принятого определения проверены в соответствии со статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
Суд апелляционной инстанции, изучив материалы дела, исследовав и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, считает, что оснований для отмены или изменения судебного акта в обжалуемой части не имеется в силу следующего.
В силу части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации пункта 1 статьи 32 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.
Как верно установлено судом первой инстанции, учредителем ООО "УМиАТ-50" с размером доли 79880/80831 является Кулинский Александр Александрович, в связи с чем, Кулинский Александр Александрович является контролирующим лицом должника.
Заявление ООО "ТРАНССТРОЙМЕХАНИЗАЦИЯ" мотивировано тем, что за период с 2014 г. по 2015 г. Должником был совершен ряд сделок по продаже имущества, а именно, дорожной техники; отсутствие у должника имущества производственного назначения повлекло за собой невозможность осуществления последним основной хозяйственной деятельности.
Согласно заявлению, по результатам инвентаризации, описи но которой опубликованы на ЕФРСБ сообщением от 01.07.2019 N 3911154, конкурсным управляющим была обнаружена небольшая часть основных средств должника, из них 23 единицы транспорта и 14 объектов недвижимости.
При этом, как указал заявитель, количество фактически обнаруженного имущества не соответствует имеющимся данным бухгалтерского учета, то есть Кулинским А.А. был утвержден искаженный бухгалтерский баланс.
По мнению заявителя, в результате искажения Кулинским Александром Александровичем бухгалтерской отчетности, существенно затруднено формирование и реализация конкурсной массы.
В соответствии с Федеральным законом от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" (далее - Закон N 266-ФЗ) Федеральный закон от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) дополнен главой III.2, регулирующей ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве.
Пунктом 3 статьи 4 Закона N 266-ФЗ установлено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона N 266-ФЗ, которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ.
По смыслу пункта 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 N 137 "О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", а также исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации) положения Закона о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона N 266-ФЗ.
Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона N 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона N 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.
Однако предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 01.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.
Учитывая изложенное, при рассмотрении заявления по основанию доведение до банкротства следует руководствоваться нормами Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 N 134-Ф, а в части искажения бухгалтерской документации - в редакции Закона N 266-ФЗ.
Апелляционная коллегия учитывает, что положения пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Закона N 134-ФЗ) содержали нормы права, аналогичные положениям пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве (в редакции Закона N 266-ФЗ), в этой связи, ошибочное применение судом первой инстанции положений Закона о банкротстве в редакции до принятия Закона N 266-ФЗ не повлекло за собой принятие незаконного и необоснованного судебного акта.
В силу абзаца третьего пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц в том числе в случае причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.
Ответственность, предусмотренная статьей 10 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой и при ее применении должно быть доказано наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда. При установлении вины контролирующих должника лиц (органа управления и акционеров должника) необходимо подтверждение фактов их недобросовестности и неразумности при совершении спорных сделок, и наличия причинно-следственной связи между указанными действиями и негативными последствиями (ухудшение финансового состояния общества и последующее банкротство должника).
Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", при разрешении вопросов, связанных с ответственностью учредителя (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.
В пункте 7 Постановления N 53 разъяснено, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника, является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).
Контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.
Опровергая названную презумпцию, привлекаемое к ответственности лицо вправе доказать свою добросовестность, подтвердив, в частности, возмездное приобретение актива должника на условиях, на которых в сравнимых обстоятельствах обычно совершаются аналогичные сделки.
Предполагается, что является контролирующим выгодоприобретатель, извлекший существенные преимущества из такой системы организации предпринимательской деятельности, которая направлена на перераспределение (в том числе посредством недостоверного документооборота), совокупного дохода, получаемого от осуществления данной деятельности лицами, объединенными общим интересом (например, единым производственным и (или) сбытовым циклом), в пользу ряда этих лиц с одновременным аккумулированием на стороне должника основной долговой нагрузки.
В этом случае для опровержения презумпции выгодоприобретатель должен доказать, что его операции, приносящие доход, отражены в соответствии с их действительным экономическим смыслом, а полученная им выгода обусловлена разумными экономическими причинами.
Судом первой инстанции установлено, что в соответствии с ответом Гостехнадзора N 17-16/5-4162/6 от 09.11.2016 г. на запрос конкурсного управляющего, за период с 2014 г. по 2015 г. Должником был совершен ряд сделок по продаже имущества, а именно, дорожной техники по приведенному перечню в обжалуемом судебном акте, состоящим из 38 позиций.
В соответствии с Выпиской из ЕГРЮЛ в отношении Должника, видами деятельности Должника в том числе являлись следующие: 08.12 Разработка гравийных и песчаных карьеров, добыча глины и каолина; 42.11 Строительство автомобильных дорог и автомагистралей; 42.91.4 Производство дноочистительных, дноуглубительных и берегоукрепительных работ; 43.12.1 Расчистка территории строительной площадки; 43.12.3 Производство земляных работ; 43.12.4 Подготовка участка к разработке и добыче полезных ископаемых, за исключением нефтяных и газовых участков.
Как обоснованно отмечено судом первой инстанции, для производства данных работ, требовалась вышеуказанная техника, однако, она была продана в течение периода подозрительности, установленного Законом о банкротстве.
Отсутствие у должника имущества производственного назначения повлекло за собой невозможность осуществления последним основной хозяйственной деятельности.
Как указал суд первой инстанции, каких-либо пояснений о причинах отчуждения производственных объектов, об экономической целесообразности такого отчуждения, о возможном продолжении хозяйственной деятельности в результате данного отчуждения, об одобрении либо неодобрении указанных сделок учредителем Кулинским Александром Александровичем не представлено.
В опровержение выводов суда Кулинским А.А. в апелляционной жалобе указано, что данная строительно-дорожная техника была изъята лизинговыми компаниями в результате расторжения договоров лизинга. При этом сальдо встречных обязательств сложилось в пользу лизингополучателя ООО "УМиАТ-50" и сейчас взыскивается в конкурсную массу конкурсным управляющим.
В подтверждение указанных обстоятельств Кулинский А.А. ссылается на вступившие в законную силу судебные акты по делам N N А40-174757/2015, А40-82471/18.
Однако, данные выводы не находят подтверждения в указанных судебных актах, подателем жалобы не представлены доказательства того, что именно эта техника являлась предметом по договорам лизинга в судебных делах А40-174757/2015, А40-82471/18.
Так, как установлено Постановлением суда апелляционной инстанции от 14 июня 2017 года по делу N А40-174757/2015, Решением Арбитражного суда города Москвы от 04 июля 2018 года по делу N А40-82471/18 и Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда 03.02.2020 между ООО "Вектор-Лизинг" (Лизингодатель) и ООО "УМиАТ-50" (Лизингополучатель) заключены договоры лизинга от 29.12.2011 г. N 1893/2011, от 18.10.2012 г. N 1112/2012, от 19.09.2011 г. N1327/2011, от 19.09.2011 г. N 1328/2011 и от 19.09.2011 г. N 1329/2011, в соответствии с условиями которых Лизингодатель приобрел в собственность указанное Лизингополучателем имущество и предоставил имущество в лизинг (финансовую аренду) Лизингополучателю на условиях, предусмотренных договорами, а Лизингополучатель обязался принять имущество в лизинг и уплачивать Лизингодателю за пользование имуществом лизинговые платежи в порядке и в сроки, предусмотренные договором.
Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда 03.02.2020 по делу N А40-53265/2015 ООО "Вектор-Лизинг" было отказано во включении в реестр требований кредиторов на основании того, что вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Москвы от 04.07.2018 г. по делу NА40-82471/2018 установлено, что в дальнейшем, после изъятия предметов лизинга они были похищены у ООО "Вектор-лизинг" с арендованной им площадки хранения.
Таким образом, вступившим в законную силу судебным актом установлено, что предметы лизинга по договорам N 1327/2011, 1328/2011, 1329/2011, на основании которых заявлено требование о включении в реестр требований кредиторов, возвращены лизингодателю по актам от 31.07.2014 г. и 01.08.2014 г., в связи с чем, начисление заявителем лизинговых платежей за период с 15.05.2015 г. по 15.05.2018 г. не имеет законных оснований, поскольку использование должником предметов лизинга завершилось с даты их возвращения лизингодателю.
При этом в материалах дела отсутствуют доказательства взыскания с ООО "Вектор-Лизинг" сальдо встречных обязательств.
Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 25.11.2019 по делу N А40-53265/2016 ООО "Катерпиллар Файнэншл" было отказано во включении в реестр требований кредиторов на основании того, что итоговый расчет сальдо встречных обязательств в пользу лизингополучателя - 172 071,91 долларов США, т.е. задолженности должника перед заявителем отсутствует.
С учетом изложенного, согласно судебным актам, на которые ссылается Кулинский А.А., в лизинге находилась техника, которая в последующем была изъята в пользу лизингодателей в связи с расторжением договором лизинга, в количестве 16 единиц, в то время как судом первой инстанции было установлено, что за период с 2014 г. по 2015 г.
Должником был совершен ряд сделок по продаже имущества, в именно, дорожной техники в количестве 38 единиц.
При этом Ответчиком не представлено в материалы дела доказательств нахождения оставшейся техники в лизинге, ее изъятия лизингодателями в связи с расторжением соответствующих обязательств, равно как не представлено доказательств реализации техники на рыночных условиях, а также не раскрыты экономические мотивы совершения сделок по реализации имущества Должника в преддверии его банкротства.
Кроме того, как установлено в рамках настоящего дела, генеральным директором ООО "УМиАТ-50" с 15.09.2006 г. по 23.04.2019 г. являлся Кулинский Александр Альфредович. Кулинскому Александру Александровичу со 02.08.2013 г. принадлежит доля в размере 98,82% в уставном капитале ООО "УМиАТ-50". Доля в размере 1,18% принадлежит ООО "НИК-Е".
Руководителем ООО "НИК-Е" являлся до открытия в отношении данного лица процедуры конкурсного производства Кулинский Александр Альфредович.
Учитывая размер доли участия Кулинского Александра Александровича, корпоративную структуру владения ООО "УМИАТ-50" и ООО "НИК-Е", апелляционный суд полагает, что довод Кулинского А.А. о том, что в материалах дела отсутствуют какие-либо доказательства одобрения Кулинским Александром Александровичем сделок, исполнение которых обществом могло причинить убытки кредиторам, подлежит отклонению.
При указанных обстоятельствах, суд первой инстанции верно пришел к выводу, что отчуждение дорожной техники привело к невозможности осуществления должником ООО "УМиАТ-50" основной хозяйственной деятельности и, как следствие, извлечение прибыли для продолжения осуществления хозяйственной деятельности и расчетов с кредиторами.
В силу пункта 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации если несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана учредителями (участниками), собственником имущества юридического лица или другими лицами, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, на таких лиц в случае недостаточности имущества юридического лица может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.
Согласно пункту 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая п. 3 ст. 56), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.
Из содержания указанных правовых норм следует, что необходимым условием для возложения субсидиарной ответственности по обязательствам должника на учредителя, участника или иных лиц, которые имеют право давать обязательные для должника указания либо имеют возможность иным образом определять его действия, является доказанность факта, что именно действия названных лиц послужили причиной банкротства должника.
При таких обстоятельствах, применение всех изложенных норм допустимо при доказанности следующих обстоятельств: надлежащего субъекта ответственности, которым является собственник, учредитель, руководитель должника, иные лица, которые имеют право давать обязательные для должника указания либо иным образом имеют возможность определять его действия; факта несостоятельности (банкротства) должника, то есть признания арбитражным судом или объявлении должником о своей неспособности в полном объеме удовлетворять требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей; наличием причинной связи между обязательными указаниями или действиями указанных лиц и фактом банкротства должника, поскольку они могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями. Возложение на них ответственности за бездействие исключается.
С учетом изложенного, указанные в качестве оснований действия (бездействие) учредителя ООО "Управление Механизации и автотранспорта-50" Кулинского А.А. правомерно учтены судом в качестве оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, предусмотренных абзацем 3 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве.
Кроме того, согласно пп. 2 и пп. 4 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:
- документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной мас
