|
24 июня 2021 г.
|
дело N А53-678/2019
|
Резолютивная часть постановления объявлена 21 июня 2021 года.
Полный текст постановления изготовлен 24 июня 2021 года.
Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:
председательствующего судьи Сурмаляна Г.А.,
судей Деминой Я.А., Сулименко Н.В.,
при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Поповой А.И.,
при участии в судебном заседании:
от конкурсного управляющего акционерного общества "АК Банк" Государственной Корпорации "Агентство по страхованию вкладов" посредством веб-конференции: представитель по доверенности от 22.12.2020 Бордачев А.А.;
от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью "СтройНефтеГаз" Захарова Артема Дмитриевича: представитель по доверенности от 11.01.2021 Егоров Я.К.;
от общества с ограниченной ответственностью "Трио-Сибирь": представитель по доверенности от 29.04.2020 Двинденко И.В.,
рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием системы веб-конференции апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью "Трио-Сибирь" на определение Арбитражного суда Ростовской области от 15.04.2021 по делу N А53-678/2019 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью "СтройНефтеГаз" Захарова Артема Дмитриевича в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью "СтройНефтеГаз",
ответчик: общество с ограниченной ответственностью "Трио-Сибирь"
УСТАНОВИЛ:
в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью "СтройНефтеГаз" (далее - должник) в Арбитражный суд Ростовской области обратился конкурсный управляющий должника Захаров А.Д. с заявлением о признании недействительной сделкой договора купли-продажи части выведенного из эксплуатации трубопровода N 10/08/2016, заключенного между должником и обществом с ограниченной ответственностью "ТриоСибирь" (далее - ответчик). В указанном заявлении также просил применить последствия недействительности сделки в виде восстановления права собственности ООО "СтройНефтеГаз" на объект недвижимого имущества - сооружение транспорта: "Часть магистрального газопровода "Холмогорское месторождение - Сургутский ГПЗ", от ПК 125 до ПК 1622, протяженностью 149 700 метров, кадастровый номер: 86:03:0000000:95803.
Определением Арбитражного суда Ростовской области от 15.04.2021 по делу N А53-678/2019 заявление удовлетворено.
Не согласившись с принятым судебным актом, ответчик обжаловал его в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и просил обжалуемое определение отменить, принять новый судебный акт.
Апелляционная жалоба мотивирована тем, что суд первой инстанции не принял во внимание тот факт, что право собственности на предмет сделки не было зарегистрировано ни за должником, ни за ответчиком. Указанный в договоре объект не был принят ответчиком и не отражен в бухгалтерском учете. Податель апелляционной жалобы обращает внимание, что вопреки выводам суда первой инстанции оплата по договору произведена, отсутствие сведений о расходовании средств, полученных от ответчика, должником не свидетельствует о неравноценности сделки. Ответчик указывает на отсутствие признаков неплатежеспособности должника на дату заключения сделки. Аффилированность, по мнению, ответчика, на дату заключения сделки отсутствует.
В отзыве на апелляционную жалобу конкурсный управляющий должника просит оставить обжалуемый судебный акт без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.
В судебном заседании представитель ответчика заявил ходатайство об отложении судебного разбирательства.
Представитель конкурсного управляющего возражал против удовлетворения ходатайства.
Представитель АО "АК Банк" оставил рассмотрение ходатайства на усмотрение суда.
В соответствии со статьей 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если лицо, участвующее в деле и извещенное надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, заявило ходатайство об отложении судебного разбирательства с обоснованием причины неявки в судебное заседание, арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает причины неявки уважительными. Арбитражный суд может отложить судебное разбирательство по ходатайству лица, участвующего в деле, в связи с неявкой в судебное заседание его представителя по уважительной причине.
Из содержания данной нормы следует, что полномочие суда по вопросу удовлетворения ходатайства об отложении судебного разбирательства относится к числу дискреционных и зависит от наличия обстоятельств, препятствующих участию стороны в судебном заседании, которые суд оценит в качестве уважительных причин неявки.
Апелляционный суд исходит из того, что указанные заявителями обстоятельства не являются по смыслу статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отложения судебного разбирательства. Новых доводов сторонами не заявлено, стороны не лишены права ознакомления с делом, в том числе, в электронном виде.
В связи с изложенным, в удовлетворении ходатайства об отложении судебного разбирательства надлежит отказать.
Представитель ответчика представил на обозрение суда копии фотографий аналогичного трубопровода.
В судебном заседании представитель конкурсного управляющего должника пояснил свою правовую позицию по спору, просил определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.
Представитель ответчика просил определение суда первой инстанции отменить, в удовлетворении заявленных требований отказать.
Представитель АО "АК Банк" просил определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.
Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомленные о времени и месте судебного разбирательства, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.
Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, признал возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом.
Исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, выслушав представителей участвующих в деле лиц, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.
Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Ростовской области от 22.01.2019 по делу N А53-678/2019 заявление Федеральной налоговой службы в лице Управления Федеральной налоговой службы по Ростовской области о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству.
Определением Арбитражного суда Ростовской области от 17.04.2019 (резолютивная часть от 17.04.2019) по делу N А53-678/2019 в отношении должника введена процедура, применяемая в деле о банкротстве - наблюдение. Временным управляющим утвержден Захаров А.Д.
Публикация о введении процедуры наблюдения совершена 27.04.2019 N 12010167932.
Решением суда от 09.06.2020 (резолютивная часть от 04.06.2020) по делу N А53-678/2019 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим утвержден Захаров А.Д.
В ходе исполнения обязанностей конкурсного управляющего, Захаровым А.Д. установлен факт заключения договора купли-продажи с обществом с ограниченной ответственностью "ТриоСибирь", по которому к последнему перешло право на спорный объект - сооружение транспорта: "Часть магистрального газопровода "Холмогорское месторождение - Сургутский ГПЗ", от ПК 125 до ПК 1622, протяженностью 149 700 метров, кадастровый номер: 86:03:0000000:95803.
Полагая что данная сделка подпадает по признаки подозрительности и имеются основания для признания ее недействительной по основаниям, установленным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, управляющий обратился в суд с данным требованием.
При принятии обжалуемого судебного акта суд первой инстанции руководствовался следующим.
Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).
Право конкурсного управляющего на предъявление заявлений о признании недействительными сделок должника предусмотрено статьей 129 Закона о банкротстве.
Статьей 61.9 Закона о банкротстве конкурсный управляющий наделен правом подачи заявлений об оспаривании сделок должника.
В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 31 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - постановление N 63), в силу статьи 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 названного Закона может быть подано арбитражным управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.
В силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.
В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснено, что по правилам главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.); банковские операции, в том числе списание банком денежных средств со счета клиента банка в счет погашения задолженности клиента перед банком или другими лицами (как безакцептное, так и на основании распоряжения клиента).
Таким образом, под сделками по смыслу главы III.1 Закона о банкротстве понимаются как непосредственно договоры, так и действия, направленные на исполнение существующих обязательств.
В соответствии с пунктами 1, 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Федеральном законе.
В силу пункта 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.
Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.
Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 названного постановления).
Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.
Как следует из материалов дела, оспариваемая сделка совершена 10.08.2016 - то есть в пределах трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом (22.01.2019).
По правилам, установленным в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).
Неравноценным встречным исполнением обязательств признается, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.
Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).
Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.
Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий:
- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;
- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;
- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.
Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:
а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;
б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;
в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.
В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по названному основанию.
В пункте 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 разъяснено, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:
а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;
б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)".
Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.
При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать шестом и тридцать седьмом статьи 2 Закона о банкротстве, по смыслу которых признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества носят объективный характер.
Так, в соответствии с указанными нормами под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника. Неплатежеспособность, это прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.
При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.
При решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.
Согласно части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается в обоснование своих доводов или возражений.
В соответствии с пунктом 2 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий обязан принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц с целью погашения требования кредиторов.
Из материалов дела следует, согласно сведениям, предоставленным ОМВД России по г. Ноябрьску, в адрес ООО "Газпром переработка" поступил запрос о предоставлении технических условий и допуске представителей ООО "СтройНефтеГаз" на территорию "Холмогорское месторождение - Сургутский ГПЗ".
Управляющему был предоставлен договор купли-продажи участка выведенного из эксплуатации трубопровода от 16.09.2013 N ТК40/10, подтверждающий право собственности должника на спорное имущество.
По состоянию на дату составления заявления УМВД России по Ямало-Ненецкому автономному округу МВД России по г. Ноябрьску проводится проверка правомерности действий руководящих органов ООО "СтройНефтеГаз" по демонтажу участка, выведенного из эксплуатации трубопровода "Холмогорское месторождение - Сургутский ГПЗ" в рамках договора купли-продажи труб, заключенного с ООО "Группа Трио" от 17.09.2013, которое ликвидировано с внесением записи в Единый государственный реестр юридических лиц 24.10.2013.
Согласно ответу на запрос конкурсного управляющего Захарова А.Д. от 10.07.2020 N 49-17-1986-01 ООО "Газпром Переработка" сообщает о том, что 15.07.2020 в Арбитражном суде Ханты-Мансийского автономного округа - Югры состоится судебное заседание по рассмотрению иска ООО "Трио-Сибирь" к обществу с ограниченной ответственностью "СК "БАРК" о признании права собственности на объект недвижимого имущества - сооружение транспорта: "Часть магистрального газопровода "Холмогорское месторождение - Сургутский ГПЗ", от ПК 125 до ПК 1622, протяженностью 149700 метров, кадастровый номер: 86:03:0000000:95803. (ответ получен электронной почтой 14.07.2020 в 08 час. 23 мин.).
Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 15.07.2020 по делу N А75-6133/2020 ООО "СтройНефтеГаз" привлечено к участию в деле в качестве третьего лица.
В рамках ознакомления с материалами дела, конкурсным управляющим выявлены документы, свидетельствующие о том, что должником в пользу ответчика произведено отчуждение имущества, а именно: 10.08.2016 между должником и ответчиком заключен договор купли-продажи части выведенного из эксплуатации трубопровода N 10/08/2016.
По условиям данного договора продавец в лице общества с ограниченной ответственностью "СтройНефтеГаз" обязался передать участок трубопровода, протяженностью 149 700 м. (далее - товар) и произвести регистрацию перехода права собственности в пользу общества с ограниченной ответственностью "Трио-Сибирь".
Согласно спецификации N 1 к договору, стоимость передаваемого товара составила 96 719 600 руб. 00 коп.
Оплата осуществляется путем внесения предоплаты в размере 30% от суммы договора.
Оставшаяся сумма перечислялась по мере выборки товара.
Таким образом, предоплата по оспариваемому договору составляет 29 015 880 рублей.
В соответствии с пунктом 1 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации, по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).
Согласно пункту 1 статьи 486 Гражданского кодекса Российской Федерации, покупатель обязан оплатить товар непосредственно до или после передачи ему продавцом товара, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другим законом, иными правовыми актами или договором купли-продажи и не вытекает из существа обязательства.
В возражениях ответчик ссылается на произведенную обществом оплату авансового платежа, представлены приходно-кассовые ордера (от 13.09.2016 N 72, от 11.10.2016 N 93, от 11.11.2016 N 118), которые, по его мнению, свидетельствует об оплате 8 500 000 рублей.
Если факт передачи кредитором наличных денег должнику подтверждается только распиской последнего или квитанцией к приходному кассовому ордеру судам надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д. Соответствующие разъяснения содержатся в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N35.
Судом первой инстанции принят во внимание ответ налогового органа от 16.02.2021 N 12-16/02238, согласно которому внесение наличных денежных средств ООО "СтройНефтеГаз" на расчетные счета организации за 2016 год не установлено, а кассовые книги бывшим руководителем должника конкурсному управляющему до настоящего времени не переданы.
Проведенным анализом движения денежных средств по счетам должника, открытых в ПАО Сбербанк, АО "АКБ", ПАО "СКБ-Банк" установлено отсутствие операций по внесению указанной суммы на расчетные счета должника.
Квитанции к приходному кассовому является доказательством проведения наличных расчетов, но не доказательством их оприходования получателем средств.
Правила осуществления расчетов в Российской Федерации в соответствии с пунктом 4 статьи 4 Федерального закона от 10.07.2002 N 86-ФЗ "О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)" устанавливаются ЦБ РФ.
Согласно пункту 6 указания Банка России от 07.10.2013 N 3073-У "Об осуществлении наличных расчетов" наличные расчеты в валюте Российской Федерации и иностранной валюте между участниками наличных расчетов в рамках одного договора, заключенного между указанными лицами, могут производиться в размере, не превышающем 100 тысяч рублей либо сумму в иностранной валюте, эквивалентную 100 тысячам рублей по официальному курсу Банка России на дату проведения наличных расчетов.
Квитанции к приходным кассовым ордерам от 13.09.2016 N 72, от 11.10.2016 N 93, от 11.11.2016 N 118 выданы на суммы 2 500 000 руб., 2 500 000 руб. и 3 500 000 руб., что значительно превышает установленный предельный размер наличных расчетов в Российской Федерации.
Представленные квитанции к приходным кассовым ордерам не содержат обязательных для указанного вида документа реквизитов, поступление денежных средств не подтверждается бухгалтерской документацией и сведениями о движении денежных средств по счетам и не могут служить допустимым доказательством, объективно подтверждающим наличие расчета между двумя юридическими лицами.
С учетом существа спора и повышенного стандарта доказывания в деле о банкротстве, квитанции к приходным кассовым ордерам, при отсутствии иных допустимых доказательств, не могут являться достоверными доказательствами, подтверждающими внесение денежных средств.
Настаивая на признании сделок недействительными, конкурсный управляющий ссылался на те обстоятельства, что спариваемая им сделка повлекла нарушение прав и законных интересов кредиторов должника, кроме того, на дату оспариваемой сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности.
В соответствии с позицией, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 N 305-ЭС17-11710(3) по делу N А40-177466/2013, не имеют решающего значения показатели бухгалтерской, налоговой или иной финансовой отчетности для определения соответствующего признака неплатежеспособности, так как данный признак носит объективный характер и не должен зависеть от усмотрения хозяйствующего субъекта, самостоятельно составляющего отчетность (должника) и представляющего ее в компетентные органы. В противном случае, помимо прочего, для должника создавалась бы возможность манипулирования содержащимися в отчетах сведениями для влияния на действительность конкретных сделок или хозяйственных операций с определенными контрагентами, что очевидно противоречит требованиям справедливости и целям законодательного регулирования института несостоятельности.
Должник зачастую не отдает себе прямого отчета в том, что он неплатежеспособен. Он либо не хочет рисковать своим бизнесом и подавать заявление о банкротстве, либо зачастую это недобросовестное поведение, чтобы произвести вывод активов и избежать расчета с контрагентами и кредиторами
Таким образом, в условиях, когда должник и аффилированные с ним лица изначально преследовали цель вывода активов должника из конкурсной массы с целью причинения вреда независимым кредиторам, финансовая отчетность должника не может являться единственным и неоспоримым доказательством отсутствия признаков неплатежеспособности.
Применительно к рассматриваемому случаю, судом установлено, что между ООО "СтройНефтеГаз" и ПАО "АктивКапитал Банк" заключен кредитный договор N 718/КЛ от 30.12.2015, по условиям которого кредитор, в лице ПАО "АктивКапитал Банк" обязуется предоставить заемщику денежные средства в размере 15 000 000 руб. 00 коп. под 22% годовых и сроком погашения до 20.12.2016.
Также между ООО "СтройНефтеГаз" и ПАО "АктивКапитал Банк" заключен кредитный договор N 726/К, по условиям которого, кредитор, в лице ПАО "АктивКапитал Банк" обязуется предоставить заемщику денежные средства в размере 20 000 000 руб. 00 коп. под 22% годовых и сроком погашения до 14.03.2017.
Таким образом, оспариваемый договор купли-продажи был заключен непосредственно перед окончанием срока погашения кредита.
В свою очередь, впоследствии ООО "СтройНефтеГаз" не исполнил обязательства по погашению указанной задолженности.
Указанная задолженность перед ПАО "АктивКапитал Банк" включена в реестр кредиторов ООО "СтройНефтеГаз".
Кроме того, между ООО "АктивКапитал Банк" (ОАО "АК Банк") и ООО "СтройНефтеГаз" был заключен договор залога транспортных средств N 111/203 от 28.02.2013, в соответствии с условиями которого ООО "СтройНефтеГаз" в обеспечение надлежащего исполнения обязательств ООО "Фирма "Алгоритм", предусмотренных кредитным договором N203/1-2011 от 07.09.2011 передает в залог транспортные средства. Сумма переданного в залог имущества составила 15 297 674 руб. 00 коп. Срок исполнения обязательств - 30.09.2015. Однако, на текущий момент обязательства по указанному договору не исполнены.
Таким образом, на момент заключения оспариваемого договора продажи у ООО "СтройНефтеГаз" имелись признаки неплатежеспособности и недостаточности имущества.
Исходя из вышеизложенного суд приходит к выводу о том, что заключение договора купли-продажи было направлено на вывод активов должника с целью нанесения ущерба кредиторам путем неисполнения обязательств по возврату денежных средств ПАО "АктивКапитал Банк".
Кроме того, в соответствии с выпиской из ЕГРН о правах отдельного лица на имеющиеся у него объекты недвижимости ООО "СтройНефтеГаз" 06.10.2016 утрачено право собственности на нежилое здание (вид объекта недвижимости: Здание, кад. номер: 61:09:0030301:496, адрес: Ростовская область, Дубовский район, ст-ца Подгоренская, ул. Дружбы народов, 18
Также, в 2016 году из собственности ООО "СтройНефтеГаз" выбыло 3 земельных участка (кад. N N 61:09:0600002:269; 61:09:0600002:1618; 61:09:0600002:1619).
Таким образом, на дату заключения указанного договора купли-продажи и в небольшой промежуток времени после его заключения ООО "СтройНефтеГаз" было утрачено право собственности на все имеющиеся объекты недвижимого имущества, что привело к выбытию из конкурсной массы основных активов.
Таким образом, как обоснованно отмечено конкурсным управляющим, заключение сделки, направленной на выбытие единственного существенного актива общества, не являлось экономически целесообразным.
При этом, стоимость передаваемого по договору купли-продажи имущества составила более 20% балансовой стоимости активов ООО "СтройНефтеГаз".
Так, в соответствии с условиями договора купли-продажи, стоимость передаваемого ООО "Трио-Сибирь" имущества составила 96 719 600 руб. 00 коп. Между тем, по состоянию 31.12.2016 сумма активов ООО "СтройНефтеГаз" по балансу (включая материальные внеоборотные активы и запасы) составила 188643 тыс. руб. В свою очередь, по состоянию на 01.01.2016 сумма баланса составила 170501 тыс. руб.
Таким образом, стоимость переданного в результате совершения сделки по оспариваемому договору купли-продажи составила 56,8% от балансовой стоимости активов должника.
Более того, в соответствии с выпиской из ЕГРН, содержащей сведения о характеристиках объекта недвижимости, кадастровая стоимость объекта недвижимого имущества - сооружение транспорта: "Часть магистрального газопровода "Холмогорское месторождение - Сургутский ГПЗ", от ПК 125 до ПК 1622, протяженностью 149 700 метров, кадастровый номер: 86:03:0000000:95803 составляет 1 345 499 167 руб. 84 коп.
На основании вышеизложенного можно сделать вывод, что сделка по отчуждению участка трубопровода изначально была направлена на вывод основных активов должника в преддверии процедуры банкротства, с целью создания ситуации невозможности погашения возникшей задолженности в рамках кредитных и залоговых обязательств, которые неизбежно должны были наступить в IV квартале 2016 г.
Довод ООО "Трио-Сибирь" о том, что признаки неплатежеспособности возникли с момента назначения новых руководящих органов должника также являются не соответствующими действительности.
Во время исполнения Прокшиным П.Д. обязанностей генерального директора деятельность ООО "СтройНефтеГаз" была фактически прекращена. Большая часть недвижимого имущества (в том числе участок трубопровода, который является предметом настоящего обособленного спора) выбыла из собственности должника в период деятельности предшествующего генерального директора - Цугирко Ольги Александровны, которая являлась руководящим единоличным исполнительным органом должника с 08.07.2011 по 06.12.2018.
10.01.2019 УФНС России по Ростовской области сообщило о направлении заявления о признании ООО "СНГ" несостоятельным (банкротом). Таким образом, в преддверии процедуры банкротства ООО "СтройНефтеГаз" произошла смена генерального директора и смена местоположения организации.
В настоящий момент Цугирко О.А. привлечена в качестве соответчика в рамках дела об истребовании документации, печатей, штампов, товарно-материальных и иных ценностей Должника.
Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о несостоятельности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате ее совершения стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества, то есть усматривается, что поведение должника направлено на создание условий, необходимых для инициирования процедуры банкротства (либо создание задолженности, либо ее аккумулирование). И в этом заключается основная цель его поведения. Иные последствия будут сопутствующими, но не самоцелью.
Оценив представленные в дело доказательства, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что заключение оспариваемого договора повлекло для должника негативные последствия в виде наступления неплатежеспособности и недостаточности имущества.
Как отмечено выше, в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2. Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.
Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.
При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств (пункт 7 постановления N 63).
В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 N 135-ФЗ "О защите конкуренции" входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника; заинтересованными признаются также руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве; лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 указанной статьи (супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга).
В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 N 306-ЭС16-20056 (6) по делу N А12-45751/2015, наличие внутригрупповых отношений и, как следствие, общности хозяйственных интересов (кредиторов, должника, арбитражного управляющего и иных участвующих в банкротстве лиц) имеет существенное значение для правильного разрешения спора, поскольку установление подобного факта позволяет дать надлежащую оценку добросовестности действий названных лиц.
Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.
Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 N 948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках" не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.
При представлении доказательств аффиллированности должника с участником процесса (в частности, с арбитражным управляющим, кредиторами) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства.
В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы поведения в процессе своей деятельности.
Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц единственным учредителем (участником) общества с ограниченной ответственность "Трио-Сибирь" является Муртазалиев Идрис Джанхуатович.
Судом было установлено и не было оспорено ответчиком, что Муртазалиев Идрис Джанхуатович также являлся работником должника.
Выпиской по счету общества-должника подтверждается перечисление заработной платы на регулярной основе Муртазалиеву Идрису Джанхуатовичу начиная с декабря 2015 года.
Последнее перечисление заработной платы имело место 31.07.2017.
Общая сумма перечисленных денежных средств составила 5 900 000 рублей.
В соответствии со статьей 53.2 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случаях, если названный Кодекс или другой закон ставит наступление правовых последствий в зависимость от наличия между лицами отношений связанности (аффилированности), наличие или отсутствие таких отношений определяется в соответствии с законом.
В соответствии с Законом РСФСР от 22.03.1991 N 948-1 (ред. от 26.07.2006) "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках", аффилированные лица - физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность.
Как указывалось выше, 28.02.2013 при подписании договора залога транспортных средств, представителем должника в ООО "АКБ" являлся также Муртазалиев Руслан Джанхуатович, действующий на основании доверенности б/н от 27.05.2013.
Установлены также обстоятельства перечисления должником по обязательствам ответчика денежных средств контрагентам последнего: обществу с ограниченной ответственностью "Вояж" - 657000 рублей, обществу с ограниченной ответственностью "Вернисаж" - 895785 рублей, оплата судебной экспертизы в сумме 2500 000 рублей по делу N А75-7330/2011.
Общая сумма перечисленных за ответчика денежных средств составила 4 052 785 рублей при отсутствии доказательств их возврата на счет должника.
Данные обстоятельства были установлены судом и отражены в определении Арбитражного суда Ростовской области от 21.02.2020 по делу N А53-678/2019, а также подтверждены постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.08.2020 по делу N А53-678/2019.
В соответствии с частью 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.
Преюдициальная связь судебных актов арбитражных судов обусловлена указанным свойством обязательности как элемента законной силы судебного акта, в силу которой в процессе судебного доказывания суд не должен дважды устанавливать один и тот факт в отношениях между теми же сторонами.
Иной подход означает возможность опровержения опосредованного вступившим в законную силу судебным актом вывода суда о фактических обстоятельствах другим судебным актом, что противоречит общеправовому принципу определенности, а также упоминаемым в актах Конституционного Суда Российской Федерации принципам процессуальной экономии и стабильности судебных решений (постановление Кон
