|
06 апреля 2022 г.
|
Дело N А40-223246/18
|
Резолютивная часть постановления объявлена 30 марта 2022 года.
Постановление изготовлено в полном объеме 06 апреля 2022 года.
Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:
председательствующего судьи Ж.Ц.Бальжинимаевой,
судей А.А.Комарова, Ю.Л.Головачевой,
при ведении протокола секретарем судебного заседания А.Д.Шутенковой,
рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего должника на определение Арбитражного суда г. Москвы от 31.01.2022 об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о признании недействительной сделки должника с ООО "АВТОИЛАР",
в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ЗАО "Внуково-Техникс",
с участием: согласно протоколу судебного заседания,
УСТАНОВИЛ:
Решением Арбитражного суда города Москвы от 18.07.2019 г. закрытое акционерное общество "Внуково Техникс" (далее - ЗАО "Внуково Техникс", должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден Катков Сергей Михайлович.
В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего ЗАО "Внуково Техникс", уточненное в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о признании недействительными сделками договоров купли-продажи ОС N 18-т/15 от 15.10.2015 г., N 21-т/15 от 15.11.2015 г., N 23-т/15 от 15.12.2015 г., N 73-т/15 от 15.10.2015 г., заключенных между ООО "АВТОИЛАР" и ЗАО "Внуково Техникс", а также договора новации N 1/2016 от 11.01.2016 г., применении последствий недействительности сделок.
Определением Арбитражного суда города Москвы от 31.01.2022 г. в удовлетворении указанного заявления конкурсного управляющего должника отказано.
Не согласившись с вынесенным судом первой инстанции определением конкурсный управляющий ЗАО "Внуково-Техникс" обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить, принять по делу новый судебный акт.
В апелляционной жалобе конкурсный управляющий указывает на ошибочность вывода суда первой инстанции об отсутствии у ЗАО "Внуково-Техникс" признаков неплатежеспособности. Кроме того, заявитель апелляционной жалобы ссылается на то, что не соответствует фактическим обстоятельствам довод суда первой инстанции об отсутствии в материалах дела безусловных доказательств, каким именно имуществом владел должник, о его фактической принадлежности.
В судебном заседании, представители АО "Центр технического обслуживания и ремонту воздушных судов РосАэро" и ООО "МОНРЭЙ" на доводы апелляционной жалобы возражали по мотивам, изложенным в приобщенных к материалам дела отзывах, просили оставить обжалуемое определение суда первой инстанции без изменения.
Иные лица, участвующие в деле, в частности, заявитель апелляционной жалобы, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, в судебное заседание не явились, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
Рассмотрев дело в порядке статей 156, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, выслушав объяснения явившихся в судебное заседание лиц, изучив материалы дела, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены или изменения определения арбитражного суда, принятого в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации.
Как следует из материалов дела, между ООО "АВТОИЛАР" и ЗАО "Внуково Техникс" были заключены следующие договоры купли-продажи имущества:
- N 18-т/15 от 15.10.2015 г. по которому передано 55 единиц имущества на сумму 32 065 940,41 руб.,
- N 21-т/15 от 15.11.2015 г. по которому передано 145 единиц имущества на сумму 33 836 470,56 руб.,
- N 23-т/15 от 15.12.2015 г. по которому передано 146 единиц имущества на сумму 35 381 192,81 руб.,
- N 73-т/15 от 15.10.2015 г. по которому передано 4 единицы имущества на сумму 54 250 293,10 руб.
Всего должником было отчуждено по названным договорам 350 позиций имущества на сумму 155 533 896,88 руб.
11.01.2016 г. стороны заключили соглашение о новации, в котором часть обязательств по оплате в размере 101 283 603,78 руб. трансформировали в вексельное обязательство (перечисляя в соглашении о новации номера и даты ОС, на которые оно распространяется), при этом, про обязательство об оплате оставшихся 50 000 000,00 руб. стороны не упоминают, задолженность в документах не отражают.
Конкурсный управляющий должника, полагая, что названные договоры купли-продажи имущества, а также договор новации отвечают признакам недействительных сделок по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), статьями 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, обратился в арбитражный суд с рассматриваемым в рамках настоящего обособленного спора заявлением.
Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении указанного заявления конкурсного управляющего должника, исходил из не представления им достаточных доказательств наличия оснований для признания оспариваемого списания денежных средств договора недействительной сделкой.
Суд апелляционной инстанции соглашается с такими выводами Арбитражного суда города Москвы.
Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трёх лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате её совершения был причинён вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).
Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.
Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатёжеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника.
В пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.2010 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Постановление N 63) разъяснено, что для признания сделки недействительной по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:
а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;
б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;
в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего постановления).
В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.
Заявление о признании ЗАО "Внуково Техникс" банкротом принято к производству определением Арбитражного суда города Москвы от 25.08.2018 г. Оспариваемые сделки совершены в период с 15.10.2015 г по 11.01.2016 г., то есть в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.
В обоснование своих требований конкурсный управляющий ссылался на постановление Мещанского районного суда г. Москвы N 3/6-0208/2020 от 25.06.2020 г. о наложении ареста на имущество ЗАО "Внуково Техникс" в рамках уголовного дела N 11802009608000033, возбужденном МСО СК РФ в отношении бывшего генерального директора ЗАО "Внуково Техникс" Рульновой Л.А. по признакам преступления, предусмотренного частью 4 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации.
Так, в постановлении указано, что Рульнова Д.В., действую в интересах Чертока Д.В., реализовала спецтехнику, принадлежащую на основании подложных документов ЗАО "Внуково-Техникс" путем купли-продажи через фиктивные компании, подконтрольные Чертоку Д.В., среди которых был и ответчик.
Названным постановлением установлено, что вышеуказанная специальная техника была приобретена ЗАО "Внуково Технике" в результате преступных действий его генерального директора Рульновой Д.В., а действия по переоформлению техники в фактически подконтрольные Чертоку Д.В. и Рульновой Л.А. компании квалифицированы как действия по сокрытия следов совершенного преступления, а сами компании, среди которых было и ООО "АВТОИЛАР", являлись средствами совершения преступления.
Тем самым, в постановлении от 25.06.2020 г. со ссылкой на материалы уголовного дела N 11802009608000033 указывается, что ЗАО "Внуково Технике" владело спецтехникой по оспариваемым сделкам без каких-либо законных оснований.
Следовательно, в результате совершения оспариваемых сделок должнику не мог быть причинен вред, учитывая отсутствие у ЗАО "Внуково Технике" законных оснований для владения спецтехникой.
Кроме того, как правильно указал суд первой инстанции, в случае признания сделок недействительными, возвращение спецтехники в конкурсную массу до окончания расследования уголовного дела N 11802009608000033 и последующее удовлетворение за ее счет требований кредиторов может явиться препятствием в расследовании указанного уголовного дела, а также нарушит права потерпевшей стороны (ЗАО "Внуковская инвестиционная компания").
Также, как установил суд первой инстанции, конкурсным управляющим должника не доказан факт неплатёжеспособности ЗАО "Внуково Технике" в спорный период.
Учитывая указанные выше разъяснения, согласно которым недоказанность хотя бы одного из обстоятельств, подлежащих установлению (совершение сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, причинение вреда в результате совершения сделки и осведомленности другой стороны сделки об указанной цели должника), приводит к невозможности удовлетворения заявления о признании сделки недействительной, а также принимая во внимание недоказанность причинения вреда имущественным правам кредиторов, а также неплатёжеспособности должника, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, для признания оспариваемых сделок недействительными.
Согласно статье 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, не соответствующая требованиям закона или иным правовым актам, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.
В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).
В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что, совершая сделку, стороны намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.
В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна.
Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.
В рассматриваемом случае в материалах дела отсутствуют безусловные доказательства, каким именно имуществом владел должник; исходя из имеющихся материалов и судебных актов все имущество переданное по спорным договорам фактически должнику не принадлежало, а последствия, которые просит применить управляющий не кон
