|
14 сентября 2023 г.
|
Дело N А62-10541/2022
|
Резолютивная часть постановления объявлена 07.09.2023.
Постановление изготовлено в полном объеме 14.09.2023.
Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего судьи Тучковой О.Г., судей Волковой Ю.А., Тимашковой Е.Н., при ведении протокола судебного заседания секретарем Шамыриной Е.И., при участии в судебном заседании от общества с ограниченной ответственностью "Мясокомбинат Лада" - представителя Вяльдиной Ю.А. (доверенность от 24.10.2022, диплом), от индивидуального предпринимателя Романишина Дмитрия Александровича - представителя Лукашова В.В. (доверенность от 01.06.2023, диплом), рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью "Мясокомбинат Лада" на решение Арбитражного суда Смоленской области от 08.06.2023 по делу N А62-10541/2022 (судья Савчук Л.А.),
УСТАНОВИЛ:
общество с ограниченной ответственностью "Мясокомбинат Лада" (ОГРН 1166313059967, ИНН 6320014726; далее также - ООО "Мясокомбинат Лада"; истец) обратилось в суд с иском к индивидуальному предпринимателю Романишину Дмитрию Александровичу (ОГРНИП 304673107200272; ИНН 673100063561; далее также -ИП Романишин Д.А.; ответчик) о взыскании компенсации за незаконное использование товарного знака в размере двукратной стоимости введенных в оборот товаров с незаконным использованием товарного знака, принадлежащего истцу в размере 11 000 000 рублей и компенсации судебных расходов.
Решением суда от 08.06.2023 с индивидуального предпринимателя Романишина Дмитрия Александровича (ОГРНИП 304673107200272; ИНН 673100063561) в пользу общества с ограниченной ответственностью "Мясокомбинат Лада" (ОГРН 1166313059967, ИНН 6320014726) взыскана компенсация в размере 1 164 656 руб. 84 коп., а также 17 604 руб. судебных расходов; в удовлетворении остальной части исковых требований отказано; обществу с ограниченной ответственностью "Мясокомбинат Лада" (ОГРН 1166313059967, ИНН 6320014726) из федерального бюджета возвращена госпошлина в размере 10 034 руб., уплаченная на основании платежного поручения N 6650 от 21.10.2022, о чем выдана справка.
Не согласившись с вынесенным судебным актом, ООО "Мясокомбинат Лада" обратилось в суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда отменить или изменить в части снижения размера и периода компенсации и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении требований истца в полном объеме.
Изучив материалы дела, доводы жалобы, отзыва на нее, заслушав пояснения представителей истца и ответчика, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы.
Требования истца мотивированы нарушением принадлежащих истцу прав со стороны ИП Романишин Д.А., выразившихся в производстве, предложении к продаже и реализации колбасных изделий, маркированных обозначением "КАЙЗЕР", сходным до степени смешения с товарным знаком "КАЙЗЕР", зарегистрированным по свидетельству РФ N 704691.
Так, истец указал на следующее.
Колбасные изделия в составе товаров 29 класса Международной классификации товаров и услуг (далее - МКТУ) входят в перечень товаров и услуг, для которых зарегистрирован словесный товарный знак "КАЙЗЕР".
ООО "Мясокомбинат Лада" является правообладателем словесного товарного знака "КАЙЗЕР" на товары 29 класса МКТУ на основании Свидетельства о регистрации исключительного права на товарный знак N 704691 от 20.03.2019, с приоритетом от 02.07.2018.
ООО "Мясокомбинат Лада" производит и реализует на территории регистрации товарного знака однородную колбасную продукцию с названием "КАЙЗЕР".
В силу положений ст. 1484 ГК РФ изготовление и реализация (распространение) колбасных изделий с нанесенным на этикетке обозначением "КАЙЗЕР" без разрешения правообладателя является нарушением исключительного права Истца на товарный знак "КАЙЗЕР". Согласно п.4 ст. 1252 ГК РФ такие товары считаются контрафактными.
Лицензионный договор на использование товарного знака ООО "Мясокомбинат Лада" с ИП Романишиным Д.А. не заключало. На предложение о заключении лицензионного договора при направлении первоначальной претензии в 2021 году ответчик ответил отказом. В связи с этим, изготовление и распространение колбасных изделий с нанесенным на этикетке обозначением "КАЙЗЕР" являются нарушением исключительного права ООО "Мясокомбинат Лада" на товарный знак.
Использование (предложение к продаже) ответчиком товарного знака "КАЙЗЕР" было обнаружено в информационно-телекоммуникационной сети Интернет на официальном сайте ответчика, на официальном сайте интернет-магазина ответчика, а также осуществлены контрольные закупки контрафактного товара. Скриншоты из сети Интернет и доказательства покупки (кассовые чеки) представлены в материалы дела.
В качестве соблюдения досудебного порядка урегулирования спора в адрес ИП Романишин Д.А. направлена претензия исх. N 78 от 08.09.2022 с требованием о прекращении неправомерного использования товарного знака "КАЙЗЕР" и требованием выплаты компенсации в порядке ч.4 ст. 1515 ГК РФ в размере 11 000 000 руб. за нарушение исключительного права истца на товарный знак "КАЙЗЕР".
В ответ на претензию ИП Романишин Д.А. указал, что 16.03.2016 Таможенным союзом ИП Романишину ДА. была выдана декларация о соответствии за регистрационным номером ТС N RU Д-RU. АГ 66В.13955, согласно которой ответчик является производителем и вводит в гражданский оборот колбасное изделие из мяса птицы с маркировкой "ИП Романишин" колбасы сырокопчёные первого сорта "Кайзер", "Милано", Каччиатори", "Флоренция", "Примавера", сервелат "Ришелье". При указанных обстоятельствах ответчик полагал, что ИП Романишин Д.А. имеет право на коммерческое обозначение колбасного изделия по 29 классу МКТУ "Кайзер" с 16.03.2016, что ранее даты предоставления правовой охраны товарному знаку "Кайзер" N 704691 от 20.03.2019 с приоритетом от 02.07.2018.
Также истец указал, что первоначально нарушение исключительных прав истца было обнаружено в 2021 году, в связи с эти 24.11.2021 исх. N 180 ответчику была направлена соответствующая претензия, в которой ответчику предлагалось заключить лицензионный договор на использование товарного знака и оплатить компенсацию за незаконное использование товарного знака.
В результате переговоров в 2021 году стороны заключили соглашение о досудебном урегулировании спора от 21.12.2021, согласно которому ИП Романишин Д.А. обязался прекратить использование товарного знака "Кайзер" и выплатить компенсацию за период с 02.07.2018 по 01.12.2021 в размере 500 000 руб. Оплата произведена платежным поручением от 22.12.2021 N 1369.
Истец, указывая на установление факта повторного нарушения после выплаты заключения соглашения и компенсации, полагает возможным взыскание компенсации за период с 20.03.2019 по 12.10.2022 в размере 8 993 327 руб., рассчитанной исходя из объема реализованной продукции (объем определен из ответа на судебный запрос РСХН)* 685,98 рублей (средняя оптовая цена продукции в спорный период исходя из первичной документации ИП Романишин Д.А, представленной в материалы дела)* 2 (двукратная стоимость) - 500 000 рублей (ранее выплаченная сумма компенсации по соглашению от 21.12.2021) что составило 4746635*2=9493270=8 993 270 рублей.
В указанной сумме истец просил взыскать компенсацию, что отражено в заявлении об уменьшении исковых требований от 25.05.2023, принятом к производству суда.
Ответчик исковые требования не признал в заявленном объеме, указав, что согласно п. 1.2. Соглашения от 21.12.2021 ИП Романишин Д.А. обязуется произвести выплату компенсации за незаконное использования товарного знака "Кайзер" ООО "Мясокомбинат "Лада"" за период с 02.07.2018 по 01.12.2021 в размере 500 000 руб. в срок до 22.12.2021 включительно. Ответчик свои финансовые обязательства по указанному соглашению исполнил в полном объеме и в срок, что подтверждается платежным поручением от 22.12.2021 N 1369.
Согласно п. 1.5 Соглашения от 21.12.2021 Сторона-1, в случае своевременного исполнения ответчиком обязательств по настоящему соглашению, не будет иметь претензий к Стороне-2, относительно незаконного использования обозначения "Кайзер", тождественного /сходного до степени смешения с товарным знаком "Кайзер", в период с 02.07.2018 по 01.12.2021. При указанных обстоятельствах, ИП Романишин Д.А. своевременно исполнивший свои обязательства по оплате, согласно заключенному с истцом Соглашению от 21.12.2021 и выплатил установленную истцом компенсацию, что согласно условиям соглашения, полностью исключает возможность для предъявления ООО "Мясокомбинат "Лада" требований к ИП Романишин Д.А. о взыскании компенсации за период с 02.07.2018 но 01.12.2021.
При таких обстоятельствах, ИП Романишиным Д.А. уже уплачена истцу компенсация в размере 500 000 руб. и соответственно не подлежат удовлетворению требования истца, связанные с компенсацией за период с 02.07.2018 по 01.12.2021, который уже оплачен согласно Соглашению от 21.12.2021.
В свою очередь, истец, не соглашаясь с такой позицией, в дополнительных пояснениях, представленных в письменном виде, настаивает на определении периода правонарушения с 20.03.2019 по 12.10.2022, ссылаясь на п. 2. Соглашения, в котором указано, что в случае неисполнения ИП Романишиным Д.А. обязательств закрепленных в п. 1. Соглашения, истец вправе обратиться в суд за защитой своих прав и законных интересов.
Согласно п. 1.1. Соглашения от 21.12.2021 Сторона-1 обязуется прекратить неправомерное использование товарного знака "Кайзер", а именно прекратить производство мясной и колбасной продукции с использованием товарного знака "Кайзер" с введением её в гражданский оборот на территории РФ с 01.12.2021.
Согласно представленным в материалы настоящего дела сведениям из системы ГИС "Меркурий" ИП Романишин Д.А. прекратил выпуск и реализацию колбасы полусухой "Кайзер" 12.10.2022.
Соответственно, в случае, если суд признает состоятельными доводы истца о незаконном использовании ИП Романишиным Д.А. спорного товарного знака, то сроком, для взыскания компенсации за незаконное использование товарного знака, с учетом заключенного соглашения от 21.12.2021 необходимо считать срок с 01.12.2021 по 12.10.2022.
Согласно справке из Областного государственного бюджетного учреждения ветеринарии "Государственная ветеринарная служба Смоленской области от 01.02.2023 N 0224-исх усматривается, что за период с 01.12.2021 по 31.12.2022 реализация продукции "Колбаса полусухая "Кайзер" составляет 1697,8 кг.
При указанных обстоятельствах, при расчете компенсации за незаконное использование товарного знака "Кайзер" по пп.2. п.4. ст. 1515 ГК РФ за основу количества выпущенной продукции необходимо принимать не 6 916, 496 кг, как указывает истец, а 1697,8 кг.
Также учитывая, что ИП Романишин Д.А. является производителем продукции и реализует её исключительно оптом, соответственно, в разрезе Пленума ВС РФ N 10, за основу следует принимать именно оптовую цену продажи спорной продукции за вычетом налога на добавленную стоимость. Согласно Справке об анализе продаж ИП Романишин Д.А. от 20.03.2023 средняя оптовая цена продажи колбасы сырокопченой Кайзер" без учета НДС составляет 685,98 рублей за 1 кг (документы, подтверждающие оптовую цену продажи колбасы "Кайзер" в спорный период представлены в материалы дела).
Таким образом, ответчик полагает, что размер компенсации, определенный по алгоритму, указанному истцом должен составлять: 1 697,8 кг (объем продукции "Кайзер", выпущенной в период 01.12.21 по 12.10.2022 х 685,98 рублей за 1 кг (средняя оптовая цена реализации за 1 кг с 01.12.2021 г. по 12.10.2022) х 2 = 2 329 313 руб. 68 коп.
При этом ответчиком заявлено о снижении размера компенсации до однократной стоимости контрафактных товаров в спорный период.
Принимая обжалуемый судебный акт, суд первой инстанции правомерно руководствовался следующим.
В соответствии с пунктом 1 статьи 1477 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) на товарный знак, то есть обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак (статья 1481 ГК РФ).
Согласно пункту 2 статьи 1477 ГК РФ правила настоящего Кодекса о товарных знаках соответственно применяются к знакам обслуживания, то есть к обозначениям, служащим для индивидуализации выполняемых юридическими лицами либо индивидуальными предпринимателями работ или оказываемых ими услуг.
В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 ГК РФ любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе, способами, указанными в пункте 2 статьи 1484 ГК РФ.
Так, исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности, путем размещения товарного знака: 1) на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; 2) при выполнении работ, оказании услуг; 3) на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; 4) в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; 5) в сети "Интернет", в том числе в доменном имени и при других способах адресации (пункт 2 статьи 1484 ГК РФ).
В соответствии с пунктом 3 статьи 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.
В силу статьи 1480 ГК РФ регистрация товарных знаков в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации (далее - Государственный реестр товарных знаков) осуществляется Роспатентом в порядке, установленном пунктом 1 статьи 1503 ГК РФ.
В соответствии с п. 157 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление Пленума ВС РФ N 10), с учетом пункта 1 статьи 1477 и статьи 1484 ГК РФ использованием товарного знака признается его использование для целей индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей.
В связи с этим, употребление слов (в том числе, имен нарицательных), зарегистрированных в качестве словесных товарных знаков, не является использованием товарного знака, если оно осуществляется в общеупотребительном значении, не для целей индивидуализации конкретного товара, работы или услуги (в том числе, способами, перечисленными в пункте 2 статьи 1484 ГК РФ), например, в письменных публикациях или устной речи.
Согласно пункту 1 статьи 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если настоящим Кодексом не предусмотрено иное.
Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).
Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе, их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом.
В силу пункта 55 постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10 при рассмотрении дел о защите нарушенных интеллектуальных прав судам следует учитывать, что законом не установлен перечень допустимых доказательств, на основании которых устанавливается факт нарушения (статья 55 ГПК РФ, статья 64 АПК РФ). Поэтому при разрешении вопроса о том, имел ли место такой факт, суд в силу статей 55 и 60 ГПК РФ, статей 64 и 68 АПК РФ вправе принять любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством, в том числе, полученные с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в частности, сети "Интернет"
Допустимыми доказательствами являются, в том числе, сделанные и заверенные лицами, участвующими в деле, распечатки материалов, размещенных в информационно-телекоммуникационной сети (скриншот), с указанием адреса интернет-страницы, с которой сделана распечатка, а также точного времени ее получения. Такие распечатки подлежат оценке судом при рассмотрении дела наравне с прочими доказательствами (статья 67 ГПК РФ, статья 71 АПК РФ).
Колбасные изделия в составе товаров 29 класса Международной классификации товаров и услуг (далее - МКТУ) входят в перечень товаров и услуг, для которых зарегистрирован словесный товарный знак "КАЙЗЕР".
ООО "Мясокомбинат Лада" является правообладателем словесного товарного знака "КАЙЗЕР" на товары 29 класса МКТУ на основании Свидетельства о регистрации исключительного права на товарный знак N 704691 от 20.03.2019, с приоритетом от 02.07.2018.
Использование ответчиком обозначения "КАЙЗЕР" при производстве колбасных изделий подтверждается представленными в материалы дела доказательствами- скриншотами, кассовыми чеками и ответчиком не оспаривается.
В соответствии с разъяснениями, приведенными в п. 162 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10, для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.
Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.
Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.
В соответствии с правовой позицией, изложенной в п. 75 постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, вопрос об оценке товарного знака, исключительное право на который принадлежит правообладателю, и обозначения, выраженного на материальном носителе, на предмет их сходства до степени смешения не может быть поставлен перед экспертом, так как такая оценка дается судом с точки зрения обычного потребителя соответствующего товара, не обладающего специальными знаниями адресата товаров, для индивидуализации которых зарегистрирован товарный знак (далее - обычный потребитель), с учетом пункта 162 настоящего постановления.
В соответствии с п. 37 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015 при выявлении сходства до степени смешения используемого ответчиком обозначения с товарным знаком истца учитывается общее впечатление, которое производят эти обозначение и товарный знак (включая неохраняемые элементы) в целом на среднего потребителя соответствующих товаров или услуг. Вместе с тем, использование исключительно неохраняемых элементов товарного знака не может быть признано нарушением
В силу п. 162 постановления Пленума N 10, для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом, смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.
Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом, смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.
Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе, по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом, суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.
Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.
Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд области пришел к верному выводу о том, что со стороны ответчика имеет место нарушение исключительных прав истца на товарный знак (знак обслуживания) N 704691.
Сведения о зарегистрированных товарных знаках являются общедоступными и размещены на официальном сайте Роспатента в сети интернет.
ИП Романишин Д.А. без получения согласия правообладателя незаконно производил и предлагал к продаже колбасные изделия, маркированные обозначением "КАЙЗЕР", сходным до степени смешения с товарным знаком N 704691 правообладателя.
Таким образом, сравнив товарный знак истца и обозначение ответчика (в том числе, по графическому и смысловому критериям), с учетом представленных сторонами доказательств, по своему внутреннему убеждению, суд области пришел к обоснованному выводу о наличии сходства до степени смешения используемого ответчиком обозначения с товарным знаком истца для потребителя соответствующих товаров или услуг.
В соответствии со ст. 1491 ГК РФ исключительное право на товарный знак действует со дня подачи заявки на государственную регистрацию товарного знака; дата подачи заявки, как правило, совпадает с датой приоритета товарного знака (ст. 1494 ГК РФ).
Таким образом, исключительное право на средство индивидуализации возникает ранее государственной регистрации такого средства, но признается и охраняется при условии такой регистрации (ст. ст. 1232, 1479 ГК РФ).
Следовательно, при наличии государственной регистрации товарного знака защита исключительных прав распространяется и на предшествующий период, но не ранее даты приоритета товарного знака.
Из имеющего в деле свидетельства о регистрации товарного знака следует, что датой приоритета принадлежащего истцу товарного знака является 02.07.2018, следовательно, правовая охрана принадлежащих истцу прав осуществляется с указанной даты.
Поскольку изготовление и предложение товара к продаже (колбасных изделий с обозначением "КАЙЗЕР") осуществлено ИП Романишиным Д.А. после установленной даты приоритета товарного знака N 704691 (02.07.2018), следовательно, принадлежащее истцу исключительное право подлежит судебной защите (п. 1 ст. 1229, ст. 1252 ГК РФ).
Согласно ст. 1250 ГК РФ интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными ГК РФ, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права.
В силу ст. 1252 ГК РФ защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации может осуществляться, в том числе, путем предъявления требования о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения - к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним, а также к иным лицам, которые могут пресечь такие действия.
Статьей 1301 ГК РФ предусмотрено, что в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных ГК РФ (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда; в двукратном размере стоимости экземпляров произведения или в двукратном размере стоимости права использования, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения.
Как следует из разъяснений, содержащихся в абзаце 2 пункта 59 постановления Пленума ВС РФ N 10, компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом, правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.
Суд по своей инициативе не вправе изменять способ расчета суммы компенсации.
В настоящем споре в предмет доказывания со стороны истца входит факт принадлежности ему исключительных прав на словесное обозначение "КАЙЗЕР", а также факт нарушения его исключительных прав ответчиком.
В ходе судебного разбирательства судом первой инстанции установлен факт нарушения ответчиком исключительных прав истца.
Требование к ответчику определяется истцом на основании пп. 2 п. 4 ст. 1515 ГК РФ (в двукратном размере стоимости товаров) и оцениваются в 8 993 270 руб. (с учетом уточненного размера требований исходя из последнего заявления от 25.05.20223).
Вместе с тем, при определении периода нарушения прав истца и как следствия, расчета компенсации суд области указал на правомерность доводов ответчика в части обоснованности расчета компенсации за период с 01.12.21 по 12.10.2022.
Как указано выше, ИП Романишин Д.А. оплатил истцу компенсацию за незаконное использование товарного знака "Кайзер" за период с 02.07.2018 по 01.12.2021, определенной по соглашению сторон, в размере 500 000 руб.
В п. 1.1.соглашения ИП Романишин Д.А. также принял обязательство по прекращению неправомерного использования товарного знака "КАЙЗЕР" (прекращения производства мясной и колбасной продукции с использованием товарного знака "КАЙЗЕР" с введением е в гражданский оборот на территории РФ с 01.12.2021.
И применительно к п. 2 Соглашения в случае нарушения такой обязанности со стороны ИП Романишин Д.А. ООО "Мясокомбинат Лада" вправе обратиться в суд за защитой своих нарушенных прав и законных интересов, то есть использовать механизмы защиты, установленные законом, как то, требовать прекращения нарушения прав, выплаты компенсации за незаконное использование. Однако с учетом п. 1.5 соглашения выплата компенсации в размере 500 000 руб. (что было исполнено ответчиком) прекращает претензии ООО "Мясокомбинат Лада" относительно незаконного использования обозначения "КАЙЗЕР" в период с 02.07.2018 по 01.12.2021.
В рассматриваемом случае истцом заявлена ко взысканию компенсация, определенная в соответствии с подп. 2 п. 4 ст. 1515 Гражданского кодекса РФ в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак.
В соответствии с п. 61 постановления Пленума N 10, если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), то при определении размера компенсации за основу следует принимать ту стоимость этих экземпляров (товаров), по которой они фактически продаются или предлагаются к продаже третьим лицам.
Таким образом, предложенный ответчиком вариант расчета компенсации за период с 01.12.2021 по 12.10.2022 с применением средней оптовой цены реализации продукции и в двукратном размере стоимости партии товара является обоснованным.
Кроме того, ответчиком заявлено о снижении размера компенсации до однократного размера стоимости продукции с неправомерным обозначением "КАЙЗЕР".
В соответствии с правовой позицией, выраженной в пункте 21 Обзора судебной практики N 3 (2017), утвержденного 12.07.2017 президиумом Верховного Суда Российской Федерации, где указано, что снижение размера компенсации, исчисленного на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, возможно при наличии мотивированного заявления ответчика, подтвержденного соответствующими доказательствами.
При этом постановлением Конституционного Суда РФ от 24.07.2020 N 40-П "По делу о проверке конституционности подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросом Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда" подпункт 2 пункта 4 статьи 1515 ГК Российской Федерации признан не соответствующим Конституции Российской Федерации, ее статьям 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2), 34 и 55 (часть 3), в той мере, в какой эта норма в системной связи с общими положениями Гражданского кодекса Российской Федерации о защите исключительных прав, в том числе с пунктом 3 его статьи 1252, не позволяет суду при определении размера компенсации, подлежащей выплате правообладателю в случае нарушения индивидуальным предпринимателем при осуществлении им предпринимательской деятельности исключительного права на один товарный знак, снизить с учетом фактических обстоятельств конкретного дела общий размер компенсации, если такой размер многократно превышает величину причиненных правообладателю убытков (притом что убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком) и если при этом обстоятельства конкретного дела свидетельствуют, в частности, о том, что правонарушение совершено индивидуальным предпринимателем впервые и что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности и не носило грубый характер.
Так, Конституционным Судом РФ в постановлении N 40-П (п. 4.1) отмечено следующее. Сформировавшаяся судебная практика исходит из того, что размер компенсации, исчисленный на основе подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК Российской Федерации, по смыслу пункта 3 статьи 1252 данного Кодекса является единственным (одновременно и минимальным, и максимальным) размером компенсации, предусмотренным законом, а потому суд не вправе снижать его по своей инициативе. В судебной практике сложилось такое понимание подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 данного Кодекса, когда снижение размера компенсации ниже установленных законом пределов возможно лишь в исключительных случаях, с учетом абзаца третьего пункта 3 его статьи 1252 и постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 13 декабря 2016 года N 28-П. Однако подобное толкование правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации означает, что в деле, которое предстоит разрешить Пятнадцатому арбитражному апелляционному суду, отсутствует один из критериев для снижения размера компенсации ниже установленных законом пределов - одновременное нарушение исключительных прав на несколько объектов интеллектуальной собственности. При таком подходе, если правообладатель выбирает компенсацию в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, возможность снижения ниже этого размера отсутствует. Развивая выраженные в постановлении от 13 декабря 2016 года N 28-П позиции о правовой природе компенсации за нарушение исключительного права и о необходимости находить баланс интересов участников соответствующих правоотношений, Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 13 февраля 2018 года N 8-П отметил следующее: если при рассмотрении конкретного дела будет выявлено, что применимые нормы ставят одну сторону (правообладателя) в более выгодное положение, а в отношении другой предусматривают возможность неблагоприятных последствий, то суд обязан руководствоваться критериями обеспечения равновесия конкурирующих интересов сторон и соразмерности назначаемой меры ответственности.
Сформулированные в названном постановлении правовые позиции имеют общий (универсальный) характер в том смысле, что должны учитываться не только при применении тех же самых норм Гражданского кодекса Российской Федерации, которые стали непосредственным предметом проверки Конституционного Суда Российской Федерации, и лишь в контексте идентичных обстоятельств дела, но и в аналогичных ситуациях. Соответственно, и в случае взыскания за нарушение исключительного права на один товарный знак компенсации, определенной по правилам подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 данного Кодекса, должна быть обеспечена возможность ее снижения, если размер подлежащей выплате компенсации многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков (притом что убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком) и если при этом обстоятельства конкретного дела свидетельствуют, в частности, о том, что правонарушение совершено индивидуальным предпринимателем впервые и что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности и не носило грубый характер (п. 4.2 Постановления Конституционного Суда РФ от 24.07.2020 N 40-П).
Поскольку компенсация, по смыслу взаимосвязанных положений статей 1250, 1252 и 1515 ГК Российской Федерации, имеет штрафной характер, принципиальное значение приобретает норма абзаца второго пункта 3 статьи 1252 данного Кодекса о критериях, которыми должны руководствоваться суды при определении размера компенсации: он определяется в пределах, установленных данным Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости. Термин "характер нарушения" обычно понимается как относящийся к тяжести содеянного, причем, как правило, принимаются во внимание обстоятельства, характеризующие последствия нарушения, поведение причинителя вреда и наличие его вины (п. 4.3 Постановления Конституционного Суда РФ от 24.07.2020 N 40-П).
Как указал Конституционный суд в п. 5 постановления N 40, впредь до внесения в гражданское законодательство изменений, вытекающих из настоящего постановления, суды не могут быть лишены возможности учесть все значимые для дела обстоятельства, включая характер допущенного нарушения и тяжелое материальное положение ответчика, и при наличии соответствующего заявления от него снизить размер компенсации ниже установленной подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 ГК Российской Федерации величины. При этом - с целью не допустить избыточного вторжения в имущественную сферу ответчика, с одной стороны, и, с другой, лишить его стимулов к бездоговорному использованию объектов интеллектуальной собственности - размер такой компенсации может быть снижен судом не более чем вдвое (т.е. не может составлять менее стоимости права использования товарного знака).
Как указывает ответчик, 16.03.2016 Таможенным союзом ИП Романишину Д.А. была выдана декларация о соответствии за регистрационным номером ТС N RU Д-RU. АГ 66В.13955, согласно которой ответчик является производителем и вводит в гражданский оборот колбасное изделие из мяса птицы с маркировкой "ИП Романишин" колбасы сырокопчёные первого сорта "Кайзер", "Милано", Каччиатори", "Флоренция", "Примавера", сервелат "Риш
