Постановление Европейского Суда по правам человека от 24 марта 2005 г. Дело "Фризен (Frizen) против Российской Федерации" (жалоба N 58254/00) (Первая секция)

Европейский Суд по правам человека
(Первая секция)


Дело "Фризен (Frizen) против Российской Федерации"
(жалоба N 58254/00)


Постановление Суда


Страсбург, 24 марта 2005 г.


По делу "Фризен против Российской Федерации" Европейский Суд по правам человека (Первая Секция), заседая Палатой в составе:

Х.Л. Розакиса, Председателя Палаты,

П. Лоренсена,

Н. Ваич,

С. Ботучаровой,

А. Ковлера,

Э. Штейнер,

Х. Гаджиева, судей,

а также при участии С. Нильсена, Секретаря Секции Суда,

заседая за закрытыми дверями 3 марта 2005 г.,

вынес следующее Постановление:


Процедура


1. Дело было инициировано жалобой (N 58254/00), поданной 24 марта 2000 г. в Европейский Суд против Российской Федерации гражданкой России Ниной Ивановной Фризен (далее - заявитель) в соответствии со статьей 34 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее - Конвенция).

2. В Европейском Суде власти Российской Федерации были представлены Уполномоченным Российской Федерации при Европейском Суде по правам человека П.А. Лаптевым.

3. Заявитель жаловалась на вмешательство в ее право собственности в связи с тем, что автомобиль, законной собственницей которого она являлась, был изъят у нее без каких-либо законных на то оснований.

4. Жалоба была направлена в Первую секцию Европейского Суда (пункт 1 Правила 52 Регламента Суда). В рамках указанной Секции в соответствии с пунктом 1 правила 26 Регламента Европейского Суда была образована Палата, которая должна была рассматривать дело (пункт 1 статьи 27 Конвенции).

5. 4 декабря 2003 г. Европейский Суд объявил жалобу приемлемой.

6. 1 ноября 2004 г. в состав секций Европейского Суда были внесены изменения (пункт 1 правила 25 Регламента Суда). Данная жалоба подлежала рассмотрению новым составом Первой Секции (пункт 1 правила 52 Регламента Суда).

7. Ни заявитель, ни власти Российской Федерации не представили письменных замечаний по существу данного дела. Палата приняла решение не проводить устных слушаний по делу (пункт 3 правила 59 Регламента Суда).


Факты


I. Обстоятельства дела


8. Заявитель - 1951 года рождения, в настоящее время проживает в г. Красноярске.

9. В январе 1995 года общество с ограниченной ответственностью "Телемедиасервис" (далее - компания "ТМС") приняло заявителя на работу на должность бухгалтера.


A. Договор кредитования


10. В 1996 году компания "ТМС" предоставила заявителю беспроцентный кредит на покупку автомобиля марки "Тойота". Условия кредита были установлены в договоре кредитования от 10 июня 1996 г., подписанном заявителем и генеральным директором компании "ТМС" Евсеевым. Кредит, размер которого составлял 266 847 000 рублей**, был предоставлен на срок 84 месяца. 13 июня 1996 г. вся сумма была переведена непосредственно на банковский счет продавца автомобиля.

11. 30 сентября 1996 г. Государственная автоинспекция Красноярского края зарегистрировала приобретенный автомобиль на имя заявителя.

12. Согласно документу, выданному в неустановленный день новым генеральным директором компании "ТМС" Яковлевой, в счет погашения кредита заявителем было произведено семь выплат по 3200 рублей (деноминированных) в период с июня 1996 года по январь 1997 года и одна дополнительная выплата в размере 490 рублей в мае 1999 года, что в сумме составило 22 890 рублей.


B. Уголовное дело в отношении мужа заявителя


13. 27 ноября 1998 г. Центральный районный суд г. Красноярска признал Евсеева и мужа заявителя виновными в мошенничестве в крупных размерах. Заявитель участвовала в качестве свидетеля в указанном деле. Суд установил, что подсудимые, занимая руководящие должности в государственной телекоммуникационной компании "МТТС", основали компанию "ТМС", которая выступала в качестве посредника в поставке телекоммуникационного оборудования для компании "МТТС". Подсудимые использовали денежные средства компании "МТТС" для осуществления авансовых платежей по договорам, подписанным компанией "ТМС", на приобретение телефонов, которые затем продавали компании "МТТС" по завышенной цене. Районный суд установил:


"Фризен и Евсеев, работая на руководящих должностях в МТТС, ... похитили путем злоупотребления доверием денежные средства [МТТС], которыми распорядились по своему усмотрению. Более того, их родственники одновременно работали и в ТМС и в МТТС и получали зарплату в обеих компаниях. Суд установил, что ... зарплата сотрудникам ТМС, кредиты и дивиденды выплачивались из средств, полученных от МТТС".


14. Центральный районный суд г. Красноярска отметил, что заявитель не представила следователю договор кредитования, и указал:


"Как было установлено, кредиты на приобретение автомобилей предоставлялись Евсееву и [заявителю] незаконно, за счет денежных средств МТТС без оформления соответствующей документации. Суд считает необходимым обратить автомобили в возмещение ущерба".


15. Центральный районный суд г. Красноярска приговорил Фризена и Евсеева к четырем годам лишения свободы с конфискацией принадлежащего им имущества. В возмещение причиненного ущерба суд обязал их выплатить 4 076 387 рублей, а также принял решение о конфискации наличных средств компании "ТМС" и автомобилей заявителя и Евсеева.


C. Разбирательство по иску заявителя


16. В декабре 1997 года автомобиль заявителя был конфискован. 12 апреля 1999 г. из квартиры заявителя были изъяты некоторые предметы домашнего обихода.

17. Заявитель обратилась в суд с заявлением об исключении из описи конфискованного имущества ее предметов домашнего обихода и автомобиля.

18. 23 августа 1999 г. Октябрьский районный суд г. Красноярска удовлетворил требования заявителя в части, касающейся домашнего имущества, но оставил без удовлетворения в части, касающейся конфискации автомобиля, указав:


"Судом установлено, что 10 июня 1996 г. между ТОО "Телемедиасервис" и Фризен Н.И. был заключен договор займа, по которому Фризен Н.И. был предоставлен займ в размере 266 млн. 847 тыс. руб. ... Действительно согласно справке-счету от 9 июля 1996 г. и копии паспорта транспортного средства вышеуказанный спорный автомобиль был записан на имя Фризен Н.И. ...

Однако суд не может признать состоятельными доводы истицы и представленные ею документы о том, что спорный автомобиль принадлежит ей, а поэтому подлежит освобождению от ареста, поскольку согласно приговору Центрального районного суда г. Красноярска от 27 ноября 1998 г. ... ссуда на приобретение данного автомобиля была взята незаконно, вследствие чего автомобиль был обращен в возмещение ущерба".


19. 6 октября 1999 г. судебная коллегия по гражданским делам Красноярского краевого суда, рассмотрев кассационную жалобу заявителя, оставила без изменения судебное решение от 23 августа 1999 г. Краевой суд обосновал необходимость конфискации автомобиля следующим образом:


"Суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении требований Фризен Н.И. ... поскольку обстоятельства, подтверждающие приобретение автомобиля на личные (заемные) средства Фризен Н.И. не нашли своего подтверждения ... доказательства использования заемных средств на приобретение автомобиля отсутствуют ... займ погашался только за счет начисленной Фризен Н.И. заработной платы, последнее удержание имело место 1 января 1997 г."


II. Применимое национальное законодательство


20. Гражданский кодекс Российской Федерации устанавливает:


"Статья 243. Конфискация


1. В случаях, предусмотренных законом, имущество может быть безвозмездно изъято у собственника по решению суда в виде санкции за совершение преступления или иного правонарушения (конфискация).

2. В случаях, предусмотренных законом, конфискация может быть произведена в административном порядке, может быть обжаловано в суд".


21. Уголовный кодекс Российской Федерации устанавливает, что "наказание применяется к лицу, признанному виновным в совершении преступления". Пункт "ж" статьи 44 Уголовного кодекса Российской Федерации предусматривает конфискацию в качестве одного из видов наказания. Статья 52 Уголовного кодекса Российской Федерации определяет конфискацию имущества как "принудительное безвозмездное изъятие в собственность государства всего или части имущества, являющегося собственностью осужденного".

22. Кодекс об административных правонарушениях РСФСР (действовавший в то время) предусматривал конфискацию предметов, которые были использованы при совершении административного правонарушения или были непосредственным предметом правонарушения.

23. Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР (действовавший в то время) предусматривал, что орудие, с помощью которого было совершено преступление, принадлежавшее обвиняемому (часть первая статьи 86), а также деньги и иные ценности, добытые преступным путем, подлежали конфискации, тогда как иные предметы должны быть возвращены их законным владельцам (часть четвертая статьи 86).


Право


I. Предполагаемое нарушение Статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции


24. Заявитель утверждала, что ее автомобиль был изъят за преступление, в совершении которого она не обвинялась, и без каких-либо на то законных оснований. Она ссылается на статью 1 Протокола N 1 к Конвенции, которая гласит:


"Каждое физическое или юридическое лицо имеет право на уважение своей собственности. Никто не может быть лишен своего имущества иначе как в интересах общества и на условиях, предусмотренных законом и общими принципами международного права.

Предыдущие положения ни в коей мере не ущемляют права государства обеспечивать выполнение таких законов, какие ему представляются необходимыми для осуществления контроля за использованием собственности в соответствии с общими интересами или для обеспечения уплаты налогов или других сборов или штрафов".


A. Доводы сторон


25. Заявитель утверждала, что она не выступала в качестве стороны защиты в рамках уголовного дела, возбужденного в отношении ее мужа, и что она не причиняла тот вред, за который была привлечена к ответственности. В соответствии с приговором суда автомобиль был конфискован у ее мужа, который не являлся его собственником. Более того, автомобиль не находился в совместной собственности супругов, поскольку был приобретен за счет средств заявителя. Действие договора кредитования, стороной которого она выступала, не было прекращено ни судом, ни самими сторонами, и заявитель до сих пор осуществляет платежи в счет погашения кредита.

26. Власти Российской Федерации утверждали, что заявитель была лишена своего имущества "в интересах общества и на условиях, предусмотренных законом". При этом они не представили подробного объяснения, связанного с указанным доводом. Кроме того, власти Российской Федерации указали, что подобное лишение являлось "необходимым" для возмещения ущерба, причиненного мужем заявительницы, отметив, что подача данной жалобы в Европейский Суд "является злоупотреблением правом подачи жалоб, поскольку является попыткой вернуть имущество, конфискованное на основании приговора суда по уголовному делу против мужа заявителя".


B. Правило, подлежащее применению


27. Статья 1 Протокола N 1 к Конвенции содержит три различных правила: первое правило, выраженное в первом предложении пункта 1 и являющееся общим правилом, устанавливает принцип уважения собственности; второе правило, содержащееся во втором предложении пункта 1, относится к лишению имущества и условиям такого лишения; третье правило, содержащееся в пункте 2, устанавливает, что Договаривающиеся Стороны обязаны, inter alia, контролировать использование собственности в соответствии с общими интересами. При этом все три правила не являются обособленными и связаны между собой. Второе и третье правила в некоторой степени связаны с определенным вторжением в право на уважение собственности и должны толковаться в свете общего принципа, изложенного в первом правиле (см. Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу "Брониовский против Польши" (Broniowski v. Poland), жалоба N 31443/96, §134, ECHR 2004).

28. Европейский Суд отмечает, что "имуществом" в данном деле является автомобиль заявителя, которая выступает его единственным законным и зарегистрированным в установленном порядке собственником. Именно в отношении указанного автомобиля власти Российской Федерации приняли решение о конфискации. Сторонами не оспаривается то, что данное решение представляет собой вмешательство в право заявителя на беспрепятственное пользование имуществом и, следовательно, что в данном деле применимы положения статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции. Необходимо установить, соответствует ли оспариваемая заявителем мера пунктам 1 и 2 указанной статьи.

29. Стороны не выработали четкой позиции относительно правила, закрепленного статьей 1 Протокола N 1 к Конвенции, в соответствии с которым надлежит рассматривать данное дело. Заявитель утверждала, что транспортное средство предназначалось для личного пользования ею, а не для совершения преступления. Властями Российской Федерации не оспаривалось данное утверждение. Европейский Суд не видит оснований считать иначе чем то, что данное дело не отличается от иных, где власти государства-ответчика принимали решение о конфискации материальной вещи, являвшейся предметом преступления (obiectum sceleris) (см., например, Постановление Европейского Суда по делу "АГОСИ против Соединенного Королевства" (AGOSI v.  United Kingdom) от 24 октября 1986 г., Series A, N 108, §51), или посредством которой было совершено преступление (instrumentum sceleris), даже когда такие вещи принадлежали третьим лицам (см., например, Решение Европейского Суда по делу "С.М. против Франции" (C.M. v. France) от 26 июня 2001 г., жалоба N 28078/95; и Постановление Европейского Суда по делу ""Эйр Кэнада" против Соединенного Королевства" (Air Canada v. United Kingdom) от 5 мая 1995 г., Series A, N 316-A, §34).

30. Далее власти Российской Федерации указали, что причиной принятия решения о конфискации послужило то, что машина была приобретена на незаконно полученные деньги. Заявитель указала, что она не должна была привлекаться к ответственности за вред, причиненный ее мужем.

31. Что касается дохода, полученного в результате совершенного преступления (productum sceleris), Европейский Суд напоминает, что им рассматривалось дело, где решение о конфискации имущества было принято в результате уголовного преследования заявителя, судебного разбирательства по его делу и вступившего в силу обвинительного приговора в отношении него (см. Постановление Европейского Суда по делу "Филлипс против Соединенного Королевства" (Phillips v. United Kingdom), жалоба N 41087/98, §§9-18, ECHR 2001-VII), а также иные дела, где независимо от исхода уголовного дела применялась конфискация имущества заявителей, предположительно приобретенного незаконным способом (см. Решение Европейского Суда по делу "Риела и другие против Италии" (Riela and Others v. Italy) от 4 сентября 2001 г., жалоба N 52439/99; Решение Европейского Суда по делу "Аркури и другие против Италии" (Arcuri and Others v. Italy) от 5 июля 2001 г., жалоба N 52024/99; и Постановление Европейского Суда по делу "Раймондо против Италии" (Raimondo v. Italy) от 22 февраля 1994 г., Series A, N 281-A, §29), или предназначенного для использования в незаконной деятельности (см. Решение Европейского Суда по делу "Батлер против Соединенного Королевства" (Butler v. United Kingdom) от 27 июня 2002 г., жалоба N 41661/98). В первой ситуации Европейский Суд признал, что конфискация представляет собой "штраф" по смыслу пункта 2 статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции (см. указанное выше Постановление Европейского Суда по делу "Филлипс против Соединенного Королевства", §51 и, mutatis mutandis, Постановление Европейского Суда по делу "Уэлч против Соединенного Королевства" (Welch v. United Kingdom) от 9 февраля 1995 г., Series A, N 307-A, §35), тогда как в других делах он устанавливал, что вмешательство необходимо рассматривать с точки зрения права властей государства-ответчика "контролировать использование имущества в общих интересах" (см. указанные выше решения Европейского Суда). Что касается данного дела, Европейский Суд полагает, что нет необходимости выяснять, попадает ли оно в первую или вторую категории, поскольку в любом случае к нему применимы положения второго пункта статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции.


C. Соответствие данного дела требованиям пункта 2


32. Необходимо установить, соответствовало ли вмешательство законодательству Российской Федерации и было ли достигнуто "справедливое равновесие" между требованиями интересов общества и требованиями защиты основных прав личности (см. среди прочих Постановление Европейского Суда по делу "Бывший король Греции и другие против Греции" (Former King of Greece and Others v. Greece), жалоба N 25701/94, §89, ECHR 2000-XII, с последующими ссылками).

33. В связи с этим Европейский Суд напоминает, что первым и наиважнейшим требованием статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции является то, что любое вмешательство со стороны властей в беспрепятственное пользование лицом своим имуществом должно быть "законным": второй пункт указанной статьи устанавливает, что власти государства-ответчика в праве контролировать использование имущества посредством выполнения "законов". Более того, верховенство права как один из фундаментальных принципов присуще всем статьям Конвенции. Следовательно, вопрос о соблюдении справедливого равновесия между требованиями интересов общества и требованиями защиты основных прав отдельного человека может подниматься только тогда, когда будет установлено, что вмешательство законно и не является произвольным (см. Постановление Европейского Суда по делу "Иатридис против Греции" (Iatridis v. Greece) от 25 марта 1999 г., Reports 1999-II, § 58).

34. Европейский Суд полагает, что рассуждения о наличии общественного интереса при конфискации автомобиля заявителя, даже имеющие отношение к данному делу, не освобождают властей Российской Федерации от обязанности привести юридическое обоснование такой мере. Европейский Суд отмечает, что власти Российской Федерации ни в рамках уголовного дела в отношении мужа заявителя, ни в ходе гражданского судебного разбирательства по ее иску не указали ни одного положения законодательства Российской Федерации, оправдывающего подобную конфискацию.

35. Более того, в своих замечаниях по вопросу приемлемости и по существу жалобы от 2 июля 2003 г. власти Российской Федерации не указали, на основании каких норм законодательства Российской Федерации было основано решение о конфискации автомобиля заявителя. Ими также не были представлены в последующем письменные замечания по существу дела.

36. Европейский Суд напоминает, что его полномочия по контролю за соблюдением положений законодательства ограничено, поскольку именно первоочередной задачей властей государства-ответчика является толкование и применение закона. Следовательно, принимая во внимание постоянный отказ властей Российской Федерации назвать норму закона, которая легла в основу решения о конфискации собственности заявителя, Европейский Суд приходит к выводу, что указанное вмешательство в право собственности заявителя не может рассматриваться как "законное" по смыслу статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции. Данный вывод свидетельствует об отсутствии необходимости рассматривать вопрос о соблюдении справедливого равновесия между требованиями интересов общества и требованиями защиты основных прав личности.

37. Следовательно, в данном деле имело место нарушение статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции.


II. Применение Статьи 41 Конвенции


38. Статья 41 Конвенции гласит:


"Если Европейский Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Европейский Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне".


39. Европейский Суд отмечает, что в соответствии с Правилом 60 Регламента Суда любое требование о выплате "справедливой компенсации" представляется в письменной форме в виде подробного перечня с приложением соответствующих подтверждающих документов или квитанций, "в противном случае Палата вправе отказать в удовлетворении требования полностью или частично".

40. 4 декабря 2003 г. после признания данной жалобы приемлемой, Европейский Суд предложил заявителю представить свои требования о выплате "справедливой компенсации" к 2 февраля 2004 г., однако к указанному сроку она не направила в Европейский Суд свои требования.

41. При данных обстоятельствах Европейский Суд решил не присуждать заявителю "справедливую компенсацию" в соответствии со статьей 41 Конвенции.


На этих основаниях Суд единогласно:


1) постановил, что в данном деле имело место нарушение статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции

2) решил не присуждать "справедливую компенсацию" в соответствии со статьей 41 Конвенции.


Совершено на английском языке, уведомление в письменной форме поступило 24 марта 2005 г. в соответствии с пунктами 2 и 3 Правила 77 Регламента Европейского Суда.


Секретарь Секции Суда

Серен Нильсен


Председатель Палаты

Христос Розакис


_____________________________

** Сумма указана без учета денежной деноминации 1998 года. В соответствии с Указом Президента Российской Федерации от 4 августа 1997 г. "Об изменении нарицательной стоимости российских денежных знаков и масштаба цен" с 1 января 1998 г. одна тысяча "старых" рублей эквивалентна одному "новому" рублю.


Постановление Европейского Суда по правам человека от 24 марта 2005 г. Дело "Фризен (Frizen) против Российской Федерации" (жалоба N 58254/00) (Первая секция)


Текст Постановления опубликован в Бюллетене Европейского Суда по правам человека. Российское издание. N 10/2006.


Перевод для издания предоставлен Уполномоченным Российской Федерации при Европейском Суде по правам человека П. Лаптевым


Откройте нужный вам документ прямо сейчас или получите полный доступ к системе ГАРАНТ на 3 дня бесплатно!

Получить доступ к системе ГАРАНТ

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.