Купить систему ГАРАНТ Получить демо-доступ Узнать стоимость Информационный банк Подобрать комплект Семинары

Постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 22 августа 2014 г. N Ф06-13642/13 по делу N А12-24764/2013

 

г. Казань

 

22 августа 2014 г.

Дело N А12-24764/2013

 

Резолютивная часть постановления объявлена 19 августа 2014 года.

Полный текст постановления изготовлен 22 августа 2014 года.

 

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Егоровой М.В.,

судей Хабибуллина Л.Ф., Ольховикова А.Н.,

при участии представителей:

заявителя - Антоцева Д.Н., доверенность от 31.01.2014 N 05/01-14,

ответчика - Ханиной А.В., доверенность от 15.01.2014 N 04-05/00316/6,

Гамидова Р.Э., доверенность от 09.01.2014 N 04-05/00004,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы N 4 по Волгоградской области

на решение Арбитражного суда Волгоградской области от 31.01.2014 (судья Кострова Л.В.) и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.04.2014 (председательствующий судья Цуцкова М.Г., судьи Комнатная Ю.А., Смирников А.В.)

по делу N А12-24764/2013

по заявлению общества с ограниченной ответственностью "Интенсификация и Повышение Нефтеотдачи Пласта" (ИНН 3439007015, ОГРН 1033400954784) к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы N 4 по Волгоградской области (ИНН 3428984153, ОГРН 1043400705138) о признании недействительными ненормативных правовых актов,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью "Интенсификация и Повышение Нефтеотдачи Пласта" (далее - общество) обратилось в Арбитражный суд Волгоградской области с заявлением о признании недействительными решения Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы N 4 по Волгоградской области (далее - инспекция) от 19.07.2013 N 06-12/1/4636 в части отказа в возмещении суммы налога на добавленную стоимость в размере 7 250 215 рублей и необходимости внесения исправлений в бухгалтерский и налоговый учет и решения инспекции от 19.07.2013 N 06-12/1/40 об отказе в возмещении частично суммы налога на добавленную стоимость в размере 7 250 215 рублей и обязании инспекцию устранить нарушения прав и законных интересов общества путем вынесения решения о возмещении вышеуказанной суммы налога (с учетом уточнения заявленных требований, принятых судом первой инстанции).

Решением Арбитражного суда Волгоградской области от 31.01.2014 заявленные требования удовлетворены.

Постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.04.2014 решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

В кассационной жалобе инспекция просит отменить состоявшиеся судебные акты, ссылаясь на неправильное применение судами норм материального права.

Проверив законность обжалуемых актов в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд кассационной инстанции не находит оснований для их отмены.

Инспекцией проведена камеральная проверка представленной обществом первичной налоговой декларации по налогу на добавленную стоимость за IV квартал 2012 года, о чем составлен акт проверки от 13.05.2013 N 06-12/1/26389/1998ДСП.

По результатам проверки инспекцией вынесено решение от 19.07.2013 N 06-12/1/4636 об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения и решение от 19.07.2013 N 06-12/1/40 об отказе в возмещении частично суммы налога на добавленную стоимость, заявленной к возмещению, согласно которому отказано в возмещении 7 250 215 рублей.

Решением Управления Федеральной налоговой службы по Волгоградской области от 06.09.2013 N 552, принятым по результатам рассмотрения апелляционной жалобы общества, решения налогового органа оставлены без изменения.

Основанием для принятия оспариваемых решений послужил вывод инспекции о неправомерном применении обществом налоговых вычетов по налогу на добавленную стоимость по взаимоотношениям с обществами с ограниченной ответственностью "М-Альянс", "ЛУКОЙЛ-Волгоградэнерго", "Государственная транспортная лизинговая компания" (далее - общества "М-Альянс", "ЛУКОЙЛ-Волгоградэнерго", "ГТЛК).

Не согласившись с вынесенными решениями налогового органа, общество обратилось в арбитражный суд.

В пунктах 1 и 2 статьи 171 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - Кодекс) предусмотрено, что налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога, исчисленную в соответствии со статьей 166 Кодекса, на установленные настоящей статьей налоговые вычеты.

Вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику и уплаченные им при приобретении товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации в отношении товаров (работ, услуг), приобретаемых для осуществления операций, признаваемых объектами налогообложения в соответствии с главой 21 Кодекса, за исключением товаров, предусмотренных пунктом 2 статьи 170 Кодекса, а также товаров (работ, услуг), приобретаемых для перепродажи.

Согласно пункту 1 статьи 172 Кодекса налоговые вычеты, предусмотренные статьей 171 Кодекса, производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг), и документов, подтверждающих уплату сумм налога.

Вычетам подлежат, если иное не установлено настоящей статьей, только суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации, после принятия на учет указанных товаров (работ, услуг) и при наличии соответствующих первичных документов.

В соответствии со статьей 169 Кодекса счет-фактура является документом, служащим основанием для принятия предъявленных сумм налога к вычету или возмещению в порядке, предусмотренном главой 21 Кодекса. В пунктах 5 и 6 данной статьи установлен порядок оформления счетов-фактур, предъявляемых к вычету или возмещению.

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды" (далее - Постановление N 53) разъяснено, что законодательство о налогах и сборах Российской Федерации исходит из презумпции добросовестности налогоплательщика и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, в частности налоговых вычетов при исчислении налога на добавленную стоимость и расходов по налогу на прибыль, экономически оправданны, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны.

Представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных Кодексом, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

При отсутствии доказательств несовершения хозяйственных операций, в связи с которыми заявлено право на налоговый вычет, вывод о том, что налогоплательщик знал либо должен был знать о недостоверности (противоречивости) сведений может быть сделан судом в результате оценки в совокупности обстоятельств, связанных с заключением и исполнением договора (в том числе с основаниями, по которым налогоплательщиком был выбран соответствующий контрагент), а также иных обстоятельств, указанных в Постановлении N 53.

Как следует из материалов дела, общество получило лицензию на разведку и добычу углеводородного сырья в пределах Южно-Кисловского участка недр, расположенного в Быковском районе Волгоградской области. В 2010 году заявитель приобрел четыре скважины, расположенные на участке, и приступил к возведению производственно-технологического комплекса, для чего привлек к выполнению работ по строительству "Узла подключения к газопроводу-отводу "Быково-Волжский" сторонние организации, в том числе общество "М-Альянс".

Заявителем с обществом "М-Альянс" был заключен договор подряда от 18.10.2012 N 18/10/2012 на выполнение строительно-монтажных работ на объекте, а также дополнительное соглашение N 1 к договору, в соответствии с которым в стоимость выполненных работ подлежала включению оплата заказчиком времени вынужденного простоя за каждые сутки ожидания в размере, определенном сторонами в протоколе соглашения о договорной цене (приложение N 1 к соглашению).

Работы на объекте были выполнены, обществом 23.10.2012 получено разрешение на ввод объекта в эксплуатацию, выдано свидетельство о государственной регистрации права собственности на узел 05.06.2013.

В подтверждение выполнения подрядчиком работ заявителем представлены копии договора и дополнительного соглашения, акты выполненных работ, акты простоя, сметы, счета-фактуры с выделением сумм налога на добавленную стоимость.

В ходе налоговой проверки инспекцией от подрядчика получены первичные документы за исключением дополнительного соглашения.

По результатам проверки налоговый орган пришел к выводу о недобросовестности общества "М-Альянс", а также о создании заявителем формального документооборота с указанным контрагентом.

По мнению инспекции, у общества "М-Альянс" отсутствовали условия для выполнения строительно-монтажных работ: в штате организации числилось четыре человека, в собственности отсутствовали основные и транспортные средства, оборудование, юридическим адресом являлась квартира в жилом доме - г. Пермь, ул. Рабоче-Крестьянская, д. 32, кв. 98, принадлежавшая физическому лицу - Митрошину В.В., в спорный период являвшегося исполнительным директором заявителя. Кроме того, как указала инспекция общество "М-Альянс" на расчетный счет Митрошина В.В в 2012 году перечислило 5 400 000 рублей.

Учредителем и руководителем общества "М-Альянс" являлся Андреев Д.В., в отношении которого справка по форме 2-НДФЛ за 2012 год организацией не подавалась.

Между тем, как правильно отмечено судами, доводы инспекции в отношении неправомерного применения обществом налоговых вычетов в отношении общества "М-Альянс" основаны на результатах неполно проведенной налоговой проверки.

Так, в ходе проверки налоговым органом не были допрошены ни руководитель общества "М-Альянс" Андреев Д.В., ни его штатные работники, ни исполнительный директор общества Митрошин В.В., в том числе по вопросам аренды офиса и перечисления денежных средств.

Сама по себе передача Митрошиным В.В. в аренду обществу "М-Альянс" собственной квартиры о получении истцом необоснованной выгоды, о наличии признаков взаимозависимости не свидетельствует.

Инспекцией не установлено, каким образом Митрошин В.В. мог влиять на деятельность общества "М-Альянс" в IV квартале 2010 года. В материалы дела не представлено доказательств результатов влияния Митрошина В.В. на общество "М-Альянс". При этом налоговым органом не учтено, что согласно уставу общества исполнительный директор не являлся единоличным исполнительным органом. В силу пункта 1 статьи 24 Устава единоличным исполнительным органом общества является генеральный директор.

Кроме того, в рамках проведения проверки налоговым органом в соответствии со статьей 40 Кодекса не проверялась правильность применения цен по сделке.

Также судами признана не состоятельной ссылка инспекции об отсутствие информации о наличии аттестованного технического персонала у общества "М-Альянс", отсутствие у подрядчика в штате большого количества работников и в собственности основных средств и техники как на доказательство фиктивности выполнения работ. Как отмечено судами, заключение трудового договора не является единственной возможностью привлечения рабочей силы, а отсутствие основных средств не исключает возможность исполнения данным контрагентом принятых на себя договорных обязательств.

Налоговый орган вопреки требованиям части 1 статьи 65 и части 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не доказал отсутствие у контрагента налогоплательщика основных средств на ином праве, чем право собственности, не указал, какие именно основные средства были необходимы для выполнения контрагентом заказанных работ.

Между тем общество представило пояснения о том, что в период выполнения работ вблизи магистрального газопровода в обязательном порядке присутствуют представители налогоплательщика, организации эксплуатирующей магистральный газопровод - общества с ограниченной ответственностью "Газпром Трансгаз Волгоград" и "Газпром газнадзор", Нижне-Волжского управления Ростехнадзора и представители, осуществляющие авторский надзор. Работа не аттестованных специалистов в данном случае исключена.

Инспекцией утверждения общества в указанной части опровергнуты, однако руководители подрядчика о заключении гражданско-правовых договоров, договоров аренды техники налоговым органом в ходе проверки не допрашивались.

В качестве доказательств привлечения общества "М-Альянс" арендованной техники заявитель представил копии представленных ему подрядчиком договоров.

Документального подтверждения обратного инспекцией не представлено.

Встречных проверок организаций, у которых в соответствии с договорами аренды, подрядчиком арендовалась техника, налоговым органом должным образом не проводилось, сведения из Ростехнадзора в отношении принадлежности техники не истребованы. Налоговым органом не представлено доказательств, подтверждающих его доводы о том, что заявитель знал о якобы фиктивности заключенных обществом "М-Альянс" договорах аренды.

Судами установлено, что представленные обществом в подтверждение правомерности включения в состав расходов первичные документы, выставленные обществом "М-Альянс", содержат все необходимые реквизиты, соответствуют требованиям статьи 169 Кодекса.

Кроме того, в ходе проверки налоговым органом не опровергнут факт осуществления строительно-монтажных работ по договорам с обществом "М-Альянс", оплаты данных работ обществом, в том числе налога на добавленную стоимость.

На момент осуществления хозяйственных операций общество "М-Альянс" являлось самостоятельным налогоплательщиком, состояло на налоговом учете в налоговом органе и в установленном законом порядке ликвидировано не было.

Доводы инспекции о непроявлении обществом должной осмотрительности в выборе контрагента судами также правомерно признаны несостоятельными.

Как указали суды, при заключении договора N 18/10/2012 от общества "М-Альянс" получен пакет учредительных и финансовых документов, подтверждающих надлежащий правовой статус общества М-Альянс" и полномочия руководителя на момент заключения сделки.

При этом обществом "М-Альянс" были дополнительно представлены бухгалтерский баланс за 3 квартал 2012 года и штатное расписание, согласно которому на 01.11.2012 в штате числились семь должностей, из которых вакантной была одна.

Налоговым органом достоверность сведений, содержащихся в указанных документах, в рамках камеральной проверки не была опровергнута. Работники подрядчика Юнев Р.Р. и Аплин С.Р. в ходе проверки не допрошены.

Доводы инспекции о том, что указанные работники получали вознаграждение и в других организациях о невозможности выполнения ими работ на объекте истца не свидетельствуют.

Налоговый орган в ходе проверки руководителей общества об обстоятельствах заключения и исполнения договора подряда не допрашивал, выезд на территорию арендованной подрядчиком базы не осуществлял.

Отказывая в вычете по налогу на добавленную стоимость, налоговый орган принял во внимание, что в стоимость выполненных работ включена стоимость вынужденного простоя. По мнению инспекции, простой не может рассматриваться как реализация работ (услуг), облагаемых налогом на добавленную стоимость, а потому предъявленный к оплате налог не может быть принят к вычету.

Исследовав положения договора, дополнительного соглашения, приложений к названным выше дополнительным соглашениям, суды правомерно указали, что вынужденный простой был вызван технологическими причинами (производственным процессом). Условие об оплате простоев было закреплено договором и суммы оплаты простоев включались в стоимость строительно-монтажных работ наряду с основными работами. Под простоем в рамках заключенных сторонами договора и дополнительного соглашения понималось выполнение для истца работ (услуг), выражающихся в обеспечении исправности и готовности подрядчика (техники, оборудования и работников) к выполнению работ. Таким образом, простой подрядчика не являлся отдельной хозяйственной операцией и оплата простоя правомерно рассматривалась заявителем как операция, связанная с оплатой строительно-монтажных работ в рамках договора N 18/10/2012 в редакции дополнительного соглашения от 23.10.2012 N 1.

Ссылки инспекции на порядок оплаты простоя работникам по трудовому законодательству и на предусмотренные гражданским законодательством права подрядчика на возмещение убытков при вынужденном простое, не могут являться основанием для отказа в применении налоговых вычетов, так как в качестве возмещения убытков подрядчиком счет-фактура не предъявлялся; налоговым органом квалификация выполненных подрядчиком работ (услуг) произведена без учета фактических обстоятельств дела и условий заключенного договора, а также без учета норм права (пункта 2 статьи 709 Гражданского кодекса Российской Федерации и главы 21 Кодекса).

Доводы инспекции о том, что оплата простоя рассматривалась сторонами договора как мера ответственности за просрочку исполнения обязательств, соответственно являлась неустойкой, основаны на ошибочном толковании заключенного заявителем с обществом "М-Альянс" договора.

Доказательств недостоверности данных, содержащихся в актах простоя, в калькуляции стоимости простоя, инспекцией судам не представлено.

При этом, как отмечено судами, разночтения в счетах-фактурах, полученных от общества "М-Альянс" истцом и налоговым органом в части указания на акты выполненных работ взамен указания на локальные сметы о недостоверности содержащейся в них информации не свидетельствуют, основаниям для отказа в возмещении налога на добавленную стоимость по указанным счетам-фактурам признаны быть не могут.

В ходе проверки налоговым органом установлено неправомерное применение обществом вычетов по счету-фактуре, выставленной обществом "ЛУКОЙЛ-Волгоградэнерго" в связи с исполнением договора от 03.11.2012 N 03/11/2012/995.

Как установлено судами, между заявителем и обществом "ЛУКОЙЛ-Волгоградэнерго" заключен договор от 03.11.2012 N 03/11/2012/995, согласно которому в связи с временным прекращением подачи газа и вынужденным потреблением обществом "ЛУКОЙЛ-Волгоградэнерго" (ТЭЦ-1 и ТЭЦ-2) резервного топлива (топочного мазута), обусловленного необходимостью проведения работ по реконструкции магистрального газопровода-отвода "Быково-Волжский", заявитель возмещает обществу "ЛУКОЙЛ-Волгоградэнерго" затраты по переводу Волжской ТЭЦ-1 и Волжской ТЭЦ-2 на сжигание резервного топлива (топочного мазута) на время выполнения работ по реконструкции магистрального газопровода-отвода. При этом затраты, в соответствии с пунктом 1.3, возмещаются за период фактического использования (сжигания) резервного топлива (топочного мазута). Согласно пункту 3.1 договора затраты на использование 1 тонны резервного топлива (топочного мазута) вместо планового использования топлива (газа) определены в приложении N1 к договору (калькуляции).

Договор сторонами исполнен, услуга по переходу с одного вида топлива на другой и обратно, оказана, оплата произведена с учётом стоимости израсходованного количества топлива, претензии по договору у сторон отсутствовали.

По условиям договора от 03.11.2012 N 03/11/2012/995 и приложений к нему все цены указаны с учётом налога на добавленную стоимость. Выставленный обществом "ЛУКОЙЛ-Волгоградэнерго" в адрес заявителя счет-фактура также содержала сведения о выделении налога на добавленную стоимость. Обществом произведена оплата счет-фактуры с выделением налога на добавленную стоимость.

Инспекция, отказывая обществу в применении вычетов по указанному счету-фактуре, сослалась на не составление обществом "ЛУКОЙЛ-Волгоградэнерго" товарно-транспортной накладной, а также на не заполнение в счет-фактуре реквизитов "единица измерения", "количество", "объем, "цена за единицу измерения".

Вместе с тем, в подтверждение выполнения условий договора между сторонами подписан акт о возмещении расходов от 09.11.2012. Согласно акту, количество сожжённого мазута по результатам инвентаризации остатков жидкого топлива, составленных на момент начала и окончания работ по врезке в магистральный газопровод-отвод "Быково-Волжский", составило 1 415, 287 тонн. Размер затрат при замещении газа на топочный мазут составил 13 201 939 рублей 51 копеек, в том числе налог на добавленную стоимость в сумме 2 013 855 рублей 18 копеек.

Заявитель пояснил, что цена компенсации одной тоны топочного мазута определена сторонами в калькуляции и в расшифровке к калькуляции дополнительных затрат при переходе на сжигание резервного топлива (мазута) к приложению N 1 к договору от 03.11.2012 N 03/11/2012.

В данной расшифровке расчетным путем определено увеличение затрат на топливо при переходе на сжигание мазута. Калькуляция дополнительных затрат при переходе на сжигание резервного топлива (мазут на ТЭС общества "ЛУКОЙЛ-Волгоградэнерго"), являющаяся приложением N 1 к договору от 03.11.2012N03/11/2012, подписана сторонами и скреплена печатями.

Указанный порядок и способ определения возмещения дополнительных затрат, установленный сторонами по договору, не противоречит требованиям действующего законодательства.

Налоговым органом в ходе проверки достоверность сведений, содержащихся в акте о возмещении расходов, в калькуляциях, документально не опровергнута, должных мер к проверке этих сведений не принималось.

Ссылку инспекции на несоставление обществом "ЛУКОЙЛ-Волгоградэнерго" товарно-транспортной накладной, как на доказательство не включения указанных в счете-фактуре сумм налога на добавленную стоимость в книгу продаж, суды признали несостоятельной, поскольку по итогам оказания услуг стороны условились составить акт о возмещении расходов, а не товарно-транспортную накладную.

Как отмечено судами, налоговый орган не привел ни в акте проверки, ни в решении ссылки на законы, регламентирующие установление цен за услуги, связанные с оплатой услуг по переходу общества "ЛУКОЙЛ-Волгоградэнерго" на сжигание резервных видов топлива и обратно, в ином порядке.

Договор от 03.11.2012 N 03/11/2012/995 обладает признаками договора возмездного оказания услуг. Согласно пункту 1 статьи 779 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

Незаполнение в счете-фактуре реквизитов "единица измерения", "количество", "объем, "цена за единицу измерения" в рассматриваемом случае, не является основанием для отказа в применении вычетов по налогу на добавленную стоимость по такому счету-фактуре.

Согласно пункту 5 статьи 169 Кодекса в счете-фактуре, выставляемом при реализации товаров (работ, услуг), передаче имущественных прав, в том числе должны быть указаны: единица измерения оказанных услуг (при возможности ее указания); количество (объем) поставляемых по счету-фактуре товаров (работ, услуг), исходя из принятых по нему единиц измерения (при возможности их указания); цена (тариф) за единицу измерения (при возможности ее указания) по договору (контракту) без учета налога.

Таким образом, если единицу измерения, количество и цену за единицу измерения в отношении оказанных услуг указать невозможно, соответствующие строки в счете-фактуре не заполняются.

При этом суды отклонили довод инспекции о том, что общество не вправе применять вычеты по указанному счету-фактуре, поскольку оплата им услуг не являлась налогооблагаемой операцией, денежные средства, полученные обществом "ЛУКОЙЛ-Волгоградэнерго" в качестве компенсации затрат, нельзя признать выручкой, так как они не несли экономической выгоды и носили компенсационный характер.

Как указали суды, экономическая обоснованность расходов, понесенных налогоплательщиком, определяется не фактическим получением им прибыли в конкретном налоговом периоде, а направленностью произведенных расходов на получение прибыли.

Конституционный Суд Российской Федерации в Определениях от 04.06.2007 N 366-О-П и N 320-О-П разъяснил, что в силу принципа свободы экономической деятельности (статья 8 часть 1 Конституции Российской Федерации) налогоплательщик осуществляет ее самостоятельно на свой риск и вправе самостоятельно и единолично оценивать ее эффективность и целесообразность.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в Постановлении N 53 указал, что обоснованность расходов, учитываемых при расчете налоговой базы, должна оцениваться с учетом обстоятельств, свидетельствующих о намерениях налогоплательщика получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности. При этом речь идет именно о намерениях и целях (направленности) этой деятельности, а не о ее результате.

Таким образом, в налоговом законодательстве отсутствуют положения, связывающие возникновение права налогоплательщика на возмещение налога на добавленную стоимость с экономической выгодой заключенной им сделки.

Доказательств того, что произведенные расходы не направлены на получение дохода, не связаны с деятельностью, результаты которой при реализации облагаются налогом на добавленную стоимость, инспекцией не представлены.

В договоре от 03.11.2012 N 03/11/2012/995 исполнителем являлось общество "ЛУКОЙЛ-Волгоградэнерго", заказчиком выступал заявитель. Общество приняло у исполнителя работы по акту о размере затрат и оплатило их стоимость, приняло от поставщика работ (услуг) счета-фактуры с выделенным налогом на добавленную стоимость, отразило все хозяйственные операции в своём бухгалтерском и налоговом учете. Факт выполнения работ в виде затрат по переводу Волжских ТЭЦ-1 и ТЭЦ-2 с газа на резервный вид топлива, их стоимость, отражение в учёте, выставление счетов-фактур в установленном порядке и оплату работ инспекция не оспаривает.

Таким образом, для предъявления налога на добавленную стоимость к вычету в данных условиях, с учетом требований статей 169, 171-172 у общества имеются все основания.

Отказ налоговым органом в возмещении налога на добавленную стоимость в размере 4 849 158 рублей 09 копеек, исчисленного заявителем по договорам лизинга с обществом "ГТЛК", суды также правомерно признали несостоятельным, основанным на неполно проведенной проверке, ошибочном толковании норм действующего законодательства.

Судами установлено, что налогоплательщик 20.08.2010 по договорам купли-продажи сооружения приобрело у общества "ЛУКОЙЛ-Волгограднефтегаз" скважины газовые N 4, 5, 6 и 10 на общую сумму 47 000 000 рублей.

В I-II квартале 2012 года заявитель заключил с обществом "ГТЛК" четыре договора купли-продажи сооружений-скважин газовых Южно-Кисловского газоконденсатного месторождения в Волгоградской области на сумму 480 000 000 рублей, в том числе налог на добавленную стоимость в сумме 73 220 339 рублей, уплатил налог на добавленную стоимость в бюджет. Инспекция не опровергает обоснованность этой сделки и уплаты налогов.

Переход права собственности на объекты недвижимости, сооружений-скважин газовых N 4, 5, 6 и 10 по договорам купли-продажи зарегистрировано в установленном порядке в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Волгоградской области.

Между обществом "ГТЛК" (лизингодатель) и заявителем (лизингополучатель) заключены договора финансовой аренды (лизинга): от 01.02.2012 N 0374-001 о предоставлении в лизинг скважины N 6; от 18.05.2012 N 0374-002 о предоставлении в лизинг скважины N 4; от 18.05.2012 N 0374-003 о предоставлении в лизинг скважины N 5 и от 05.07.2012 N 0374-004 о предоставление в лизинг скважины N 10.

Договоры финансовой аренды (лизинга) зарегистрированы в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Волгоградской области.

Во исполнение договоров заявитель должен произвести лизингове платежи до 2017 года на сумму 707 131 980 рублей, включая налог на добавленную стоимость.

Суды указали, что поскольку особенностей для обложения налогом на добавленную стоимость для лизингодателей и лизингополучателей главой 21 Кодекса не предусмотрено, налогообложение и применение налоговых вычетов производится в общем порядке.

Нормами налогового законодательства право налогоплательщика на предъявление к вычету сумм налога на добавленную стоимость, уплаченных лизингодателю в составе лизинговых платежей на основании договора лизинга по выставленным последним счетам-фактурам, в том числе и возвратному лизингу не поставлено в зависимость от экономических результатов лизинговой сделки.

Судами установлено и инспекцией не опровергнут факт совершения участниками сделок лизинга сооружений, с отражением в бухгалтерских документах и оплатой сумм сделок, в том числе налога на добавленную стоимость, покупателем поставщику, лизингополучателем лизингодателю; факт соблюдения налогоплательщиком требований статей 171, 172 Кодекса при применении налоговых вычетов по налогу на добавленную стоимость в размере 4 849 158 рублей 09 копеек.

При этом судами первой и апелляционной инстанций не приняты доводы налогового органа об отсутствии разумной деловой цели и реальных хозяйственных операций, необоснованном получении обществом налоговой выгоды путем получения права на возмещение налога на добавленную стоимость, поскольку не основаны на нормах главы 21 Кодекса, опровергаются имеющимися в материалах дела доказательствами.

Как усматривается из материалов дела, оспариваемым решением инспекции отказано в заявленных налоговых вычетах на сумму лизинговых платежей ввиду их экономической неоправданности, так как, по мнению налогового органа, лизинговая сделка направлена на минимизацию налогов, поскольку общество выступает одновременно продавцом оборудования и его лизингополучателем.

В соответствии с вводной частью Федерального закона от 29.10.1998 N 164-ФЗ "О финансовой аренде (лизинге)" целями настоящего Федерального закона являются развитие форм инвестиций в средства производства на основе финансовой аренды (лизинга), защита прав собственности, прав участников инвестиционного процесса, обеспечение эффективности инвестирования. В настоящем Федеральном законе определены правовые и организационно-экономические особенности лизинга.

В Постановлении от 16.01.2007 N 9010/06 Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации указал, что законодательной основой лизинга, представляющего собой совокупность экономических и правовых отношений, возникающих в связи с реализацией договора лизинга, в том числе приобретением предмета лизинга, являются Гражданский кодекс Российской Федерации и Федеральный закон от 29.10.1998 N 164-ФЗ "О финансовой аренде (лизинге)".

Возможность применения возвратного лизинга, по условиям которого приобретаемое лизингодателем имущество передается лизингополучателю, одновременно выступающему в качестве продавца, предусмотрена статьей 4 указанного закона и имеет разумные хозяйственные мотивы и цели для обеих сторон данной сделки, не влекущие необоснованной налоговой экономии.

Из приведенных нормативных правовых актов, с учетом позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 16.01.2007 N 9010/06, следует, что сам по себе факт заключения налогоплательщиком договора лизинга, в рамках которого он выступает как лизингополучатель, так и продавец предмета лизинга, не свидетельствует о направленности действий указанного налогоплательщика на получение необоснованной налоговой выгоды, поскольку самим законодателем разрешено налогоплательщику заявлять в налоговые вычеты суммы лизинговых платежей, в том числе по сооружениям, переданным ему по договору лизинга, собственником которого он являлся до заключения лизингового договора (статья 4 Федерального закона от 29.10.1998 N 164-ФЗ "О финансовой аренде (лизинге)").

Аналогичная правовая позиция изложена в постановлениях Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.10.2007 N 6399/07, от 16.01.2007 N 9010/06.

Судами установлено, что сооружения, являющиеся предметом договора лизинга, используются обществом в производственной деятельности, направленной на получение прибыли (дохода). Принятие лизингового оборудования лизингодателем к учету, исчисление с данной сделки налога на добавленную стоимость свидетельствует о реальном осуществлении сторонами заключенной сделки с отражением хозяйственных операции в финансовых документах.

Согласно статьи 28 Федерального закона от 29.10.1998 N 164-ФЗ "О финансовой аренде (лизинге)" под лизинговыми платежами понимается общая сумма платежей по договору лизинга за весь срок действия договора лизинга, в которую входит возмещение затрат лизингодателя, связанных с приобретением и передачей предмета лизинга лизингополучателю, возмещение затрат, связанных с оказанием других предусмотренных договором лизинга услуг, а также доход лизингодателя. В общую сумму договора лизинга может включаться выкупная цена предмета лизинга, если договором лизинга предусмотрен переход права собственности на предмет лизинга к лизингополучателю.

Из текста Закона следует, что лизинговый платеж вне зависимости от учета предмета лизинга и формирования его отдельных составляющих является единым платежом, производимых в рамках одного договора лизинга. Поэтому при осуществлении лизинговых операций лизинговые платежи увеличиваются на соответствующую налоговой ставке сумму налога на добавленную стоимость. Условие о возможности предъявления уплаченного налога на добавленную стоимость к вычету только после полного исполнения условий договора в налоговом законодательстве отсутствует.

Не оспаривая факт реальности операций по передаче истцом скважин и их последующего получения в лизинг, соответствия примененных сторонами цен положениям статьи 40 Кодекса, налоговый орган ссылается на отсутствие экономического смысла и деловой цели сделки применения схемы "возвратного лизинга".

Однако заключение договора возвратного лизинга не свидетельствует о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды, поскольку налоговое законодательство разрешает учитывать в расходах лизинговые платежи (подпункт 10 пункт 1 статьи 264 Кодекса), в том числе и по такому договору.

По мнению общества, действия по приобретению сооружений-скважин газовых последующей их продаже и получению на условиях возвратного лизинга обусловлены разумными экономическими причинами. У предыдущего собственника скважин - общества "ЛУКОЙЛ-Волгограднефтегаз" отсутствовала соответствующая лицензия на право пользования недрами, тогда как общество было обязано нести затраты по содержанию скважин, на ликвидацию скважин по причине перевода их в ликвидационный фонд. При этом, приобретая скважины у общества "ЛУКОЙЛ-Волгограднефтегаз" и располагая соответствующей лицензией на право пользования недрами Южно-Кисловского участка недр, заявитель преследовал цели: подсчёт запасов добычи газа; проведение расконсервации скважин; подготовка проекта на разработку, переработку и транспортировку газа; реализация проекта "Обустройство Южно-Кисловского газоконденсатного месторождения с установкой комплексной подготовки газа"; реализация проекта по строительству объекта: "Газопровод от Южно-Кисловского газоконденсатного месторождения к газопроводу-отводу "Быково-Волжский" (газопровод от УКПГ до газопровода открытого акционерного общества "Газпром", предназначенный для подачи подготовленного газа с УКПГ в систему открытого акционерного общества "Газпром", а далее на потребителей газа).

Из этого следует, что приобретение скважин являлось одним из этапов для реализации поставленных перед обществом задач.

Инспекцией не оспаривается, что в настоящее время налогоплательщик ведёт строительство на Южно-Кисловском газоконденсатном месторождении.

Для реализации поставленных целей истец нуждался в привлечении подрядных организаций, для чего ему требовались денежные средства.

Поэтому суды признали, что возможность применения "возвратного" лизинга, предусмотрена статьей 4 Федерального закона от 29.10.1998 N 164-ФЗ "О финансовой аренде (лизинге)" и имеет разумные хозяйственные мотивы и цели для обеих сторон данной сделки, не влекущие необоснованной налоговой экономии.

Данная правовая позиция согласуется с постановлением Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.01.2007 N 9010/06.

Для реализации скважин заявитель провел оценку рыночной стоимости скважин. Выводы экспертов о рыночной стоимости скважин на момент их реализацией истцом лизинговой компании налоговым органом не опровергнуты.

Заявитель представил судам соответствующие документы, из которых усматривается, что на полученные от общества "ГТЛК" денежные средства он приобретал оборудование, материалы и оплачивал работы, выполняемые по договорам генерального подряда.

Доказательств того, что заявитель направил денежные средства, полученные по сделкам с обществом "ГТЛК", на цели, не связанные с приобретением оборудования, материалов или оплатой работ подрядным организациям, налоговым органом не представлено.

Общество указало, что реализация скважин с последующим взятием их в лизинг являлась для него экономически выгодной, так как он получил возможность распоряжаться денежными средствами с рассрочкой возврата на пять лет, с применением фактически годового процента по сделке, не превышающего 10% годовых.

Кроме того, на время действия договоров лизинга он не является плательщиком налога на имущество в отношении указанных скважин, так как они учитываются на балансе лизингодателя, следовательно, не несет дополнительных расходов по уплате налога.

Доказательств согласованности действий заявителя и его контрагентов, направленных на применение схемы и получение необоснованной налоговой выгоды инспекцией не представлено. Результаты встречных налоговых проверок, которые опровергали бы доводы общества об экономической нецелесообразности спорных операций, налоговый орган суду не представил.

Доводы инспекции о том, что на момент проверки скважины находились с законсервированном состоянии, о неправомерном применении обществом вычетов не свидетельствуют.

Как пояснило общество, консервация скважин произведена на время строительства производственно-технологического комплекса, отдельное функционирование скважин в качестве самостоятельных объектов не предусмотрено.

Ссылку инспекции в обоснование выводов о неправомерном применении вычетов в отношении общества "ГТЛК" на отсутствие в договорах указания на структуру лизингового платежа суды также признали необоснованной. Кодекс не содержит особенностей применения вычетов по договору лизинга.

С учетом изложенного суды указали, что налоговым органом в ходе проверки в нарушение статей 100, 101, 176 Кодекса не добыто и суду не представлено доказательств, опровергающих доводы общества о правомерном применении им налоговых вычетов по налогу на добавленную стоимость, соблюдении должной степени заботливости и осмотрительности в выборе контрагентов, о направленности его деятельности в спорном периоде на получение прибыли

Следовательно, суды первой и апелляционной инстанций пришли к правильному выводу о том, что инспекцией в ходе проверки не собрано достаточно достоверных доказательств в подтверждение заявленных доводов о недобросовестности истца и направленности его умысла на получение необоснованной налоговой выгоды в части взаимоотношений со спорными контрагентами.

Напротив, в обоснование своей позиции инспекция положила противоречивые доказательства, ссылалась на неполно исследованные обстоятельства. Выявленная судом неполнота проведенной налоговой проверки не может быть восполнена в рамках судебного разбирательства.

При изложенных обстоятельствах суды правомерно удовлетворили заявление общества.

Доводы инспекции, изложенные в кассационной жалобе, судебной коллегией рассмотрены и отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении судами норм права, а сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. Переоценка фактических обстоятельств дела, в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не входит в компетенцию суда кассационной инстанции. Поэтому основания для удовлетворения жалобы и отмены принятых по делу судебных актов не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Волгоградской области от 31.01.2014 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.04.2014 по делу N А12-24764/2013 оставить без изменения, кассационную жалобу Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы N 4 по Волгоградской области - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

 

Председательствующий судья

М.В. Егорова

 

Судьи

Л.Ф. Хабибуллин
А.Н. Ольховиков

 

Откройте актуальную версию документа прямо сейчас или получите полный доступ к системе ГАРАНТ на 3 дня бесплатно!

Получить доступ к системе ГАРАНТ

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.

Относительно применения вычетов по НДС при заключении договора лизинга суд округа указал следующее.

В налоговом законодательстве нет положений, которые связывали бы возникновение права налогоплательщика на возмещение НДС с экономической выгодой заключенной им сделки.

Нормами право налогоплательщика на предъявление к вычету сумм НДС, уплаченных лизингодателю в составе лизинговых платежей на основании договора по выставленным последним счетам-фактурам (в т. ч. и по возвратному лизингу), не поставлено в зависимость от экономических результатов лизинговой сделки.

Из текста Закона о лизинге следует, что лизинговый платеж вне зависимости от учета предмета лизинга и формирования его отдельных составляющих является единым платежом, производимым в рамках одного договора.

Поэтому при осуществлении лизинговых операций лизинговые платежи увеличиваются на соответствующую налоговой ставке сумму НДС.

При этом в законодательстве нет правила о том, что уплаченный НДС можно предъявить к вычету только после полного исполнения условий договора лизинга.