|
25 июля 2023 г.
|
Дело N А43-54203/2019
|
Резолютивная часть постановления объявлена 18.07.2023.
Постановление изготовлено в полном объеме 25.07.2023.
Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:
председательствующего Белозеровой Ю.Б.,
судей Елисеевой Е.В., Ионычевой С.В.,
при участии представителя
Колодяжного А.Л. - Шведова И.А. по доверенности от 17.06.2023,
рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу
Колодяжного Александра Львовича
на определение Арбитражного суда Нижегородской области от 23.03.2022 и
на постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 02.02.2023
по делу N А43-54203/2019
по заявлению общества с ограниченной ответственностью "Лем"
(ИНН 5257154605, ОГРН 1165257050001)
о включении требований в реестр требований кредиторов Колодяжного Александра Львовича (ИНН 526101428375, ОГРНИП 318527500104071)
и установил:
в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) Колодяжного Александра Львовича (далее - должник) общество с ограниченной ответственностью "Лем" (далее - общество "Лем") обратилось в Арбитражный суд Нижегородской области с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в сумме 465 153 рубля 98 копеек.
Определением Арбитражного суда Нижегородской области от 09.03.2021, оставленным без изменения постановлением Первого Арбитражного апелляционного суда от 01.06.2021, в удовлетворении заявления отказано.
Арбитражный суд Волго-Вятского округа постановлением от 28.10.2021 отменил определение от 09.03.2021 и постановление от 01.06.2021 и направил дело на новое рассмотрение в Арбитражный суд Нижегородской области.
Суд первой инстанции определением от 23.03.2022, оставленным без изменения постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 02.02.2023, удовлетворил заявление.
Не согласившись с состоявшимися судебными актами, должник обратился в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просит их отменить и направить дело на новое рассмотрение в Арбитражный суд Нижегородской области.
В обоснование кассационной жалобы заявитель указывает, что общество с ограниченной ответственностью инжиниринго-консалтинговый центр "Рубин" и общество с ограниченной ответственностью "Арион" (далее - общества "Рубин" и "Арион") ликвидированы в соответствии со статьями 64.2 Гражданского кодекса Российской Федерации и 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей". В отношении общества с ограниченной ответственностью "Фармару" (далее - общество "Фармару") прекращено дело о несостоятельности (банкротстве) в связи с отсутствием средств для финансирования процедуры банкротства. Кассатор полагает, что неисполнение указанными юридическими лицами своих обязательств не является основанием для привлечения их руководителя в лице Колодяжного А.Л. к субсидиарной ответственности.
По мнению должника, общество "Лем" не заявляло о нарушении своих прав в связи с исключением обществ "Рубин" и "Арион" из Единого государственного реестра юридических лиц. Именно бездействие общества "Лем" повлекло невозможность удовлетворения своих требований.
Колодяжный А.Л. считает, что в материалах дела отсутствуют доказательства недобросовестности и неразумности его действий или бездействия, которые привели к неисполнению решений по взысканию задолженности в пользу общества "Лем".
Подробно доводы заявителя изложены в кассационной жалобе и поддержаны представителем в судебном заседании.
Определением от 19.06.2023 суд округа на основании пункта 2 части 3 и части 4 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации произвел замену председательствующего судьи Кузнецовой Л.В., находящегося в очередном отпуске, на председательствующего судью Белозерову Ю.Б. Кассационная жалоба рассмотрена с начала.
Судебное заседание, назначенное на 20.06.2023, по правилам статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отложено до 18.07.2023.
Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте слушания жалобы, явку представителей в заседание суда округа не обеспечили, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.
Законность обжалованных судебных актов проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
Как следует из материалов дела и установили суды, решением Арбитражного суда Нижегородской области от 31.08.2020 Колодяжный А.Л. признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина. Финансовым управляющим утверждена Сусорова Ирина Анатольевна.
Колодяжный А.Л. являлся (является) руководителем и учредителем обществ "Арион", "Рубин" и "Фармару".
Вступившими в законную силу решениями Арбитражного суда Нижегородской области от 12.11.2019 по делам N А43-25853/2019, N А43-25855/2019 и N А43-25851/2019 в пользу общества "Лем" взыскано: с общества "Арион" 208 433 рублей, с общества "Рубин" 147 643 рублей 90 копеек, с общества "Фармару" 109 077 рублей 08 копеек.
Указанными судебными актами установлено, что во исполнение договоров поставок от 01.12.2016 N 226, N227 и N 229 общество "Лем" осуществило указанным выше покупателям поставку товара на общую сумму 409 304 рубля 70 копеек.
Общества "Рубин" и "Арион" исключены из Единого государственного реестра юридических лиц как недействующие.
В отношении общества "Фармару" определением Арбитражного суда Нижегородской области от 21.10.2019 по делу N А43-37429/2019 прекращено производство по делу о его банкротстве в связи с отсутствием средств для финансирования данной процедуры.
Общество "Лем" обратилось в Арбитражный суд Нижегородской области с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 465 153 рубля 98 копеек, составляющей сумму взысканных указанными выше решениями арбитражного суда в пользу общества "Лем" денежных средств.
Исследовав материалы дела, изучив доводы, изложенные в кассационной жалобе, заслушав представителя должника, суд кассационной инстанции не нашел оснований для отмены принятых судебных актов в силу следующего.
Согласно подпункту 3 пункта 2 статьи 213.11 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ ("О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) с даты вынесения арбитражным судом определения о признании обоснованным заявления о признании гражданина банкротом и введении реструктуризации его долгов требования кредиторов по денежным обязательствам, об уплате обязательных платежей, за исключением текущих платежей, требования о признании права собственности, об истребовании имущества из чужого незаконного владения, о признании недействительными сделок и о применении последствий недействительности ничтожных сделок могут быть предъявлены только в порядке, установленном настоящим Федеральным законом. Исковые заявления, которые предъявлены не в рамках дела о банкротстве гражданина и не рассмотрены судом до даты введения реструктуризации долгов гражданина, подлежат после этой даты оставлению судом без рассмотрения.
Принимая во внимание нахождение ответчика - физического лица в процедуре банкротства, предъявление к нему требования о привлечении к субсидиарной ответственности (взыскании убытков) по обязательствам подконтрольного юридического лица в общеисковом порядке исключено, следовательно, такое требование подлежит рассмотрению судом в рамках дела о банкротстве гражданина.
В соответствии с пунктом 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.
В пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.
Аналогичные нормы содержатся в статье 44 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Закон N 14-ФЗ).
В пункте 1 и подпункте 1 пункта 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" (далее - Постановление N 62) разъяснено, что лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д.), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно. В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.
Таким образом, в силу приведенных норм и разъяснений руководитель несет ответственность за деятельность организации в тот период, когда он фактически осуществлял руководство ею.
По правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).
Предусмотренная названными нормами права ответственность носит гражданско-правовой характер, и ее применение возможно только при доказанности совокупности следующих условий: противоправности поведения ответчика как причинителя вреда, наличия и размера понесенных убытков, а также причинно-следственной связи между незаконными действиями ответчика и возникшими убытками.
Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.
При рассмотрении споров о возмещении причиненных юридическому лицу единоличным исполнительным органом убытков подлежат оценке, в том числе действия (бездействие) последнего с точки зрения добросовестного и разумного осуществления им прав и исполнения возложенных на него обязанностей.
Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 2 Постановления N 62, недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки (пункт 1); после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица (пункт 4); знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица (пункт 5).
Институт субсидиарной ответственности в банкротстве имеет целью привлечение к ответственности лиц, контролирующих действия должника - юридического лица, поскольку само по себе юридическое лицо является ничем иным, как фикцией. Приобретение прав и принятие на себя обязанностей юридическое лицо может осуществить исключительно посредством своих органов. Привлечение к субсидиарной ответственности позволяет возложить на указанных лиц неблагоприятные последствия за фактически собственные действия, опосредованные решениями и действиями юридического лица. В то же время, гражданин, являясь полностью право- и дееспособным, самостоятельно несет всю ответственность за участие в гражданском обороте, осуществление предпринимательской и иной деятельности.
В соответствии с пунктом 3 статьи 64.2 Гражданского кодекса Российской Федерации исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц не препятствует привлечению к ответственности лиц, указанных в статье 53.1 настоящего Кодекса.
Вместе с тем, само по себе исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени, предоставление недостоверных сведений), равно как и неисполнение обязательств перед кредиторами не является достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в соответствии с названной нормой. Требуется, чтобы неразумные и (или) недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в подпунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами. Данное правовое положение закреплено в пункте 3.1 статьи 3 Закона N 14-ФЗ.
Ответственность руководителя перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемым им обществом обязательства, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, а, в частности, искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц. При этом суду необходимо установить наличие причинно-следственной связи между действиями такого руководителя и невозможностью исполнения обязательства перед контрагентом. Одного лишь сомнения в добросовестности действий руководителя недостаточно для применения субсидиарной ответственности, такие сомнения должны быть достаточно серьезными, то есть помощью согласующихся между собой косвенных доказательств подтверждать отсутствие намерений погасить конкретную дебиторскую задолженность.
Данная правовая позиция высказана Судебной коллегией по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в определениях от 30.01.2020 N 306-ЭС19-18285 и от 25.08.2020 N 30
