Постановление Европейского Суда по правам человека от 18 июня 2019 г. Дело "Собко и Гент (Sobco and Ghent) против Республики Молдова и Российской Федерации" (Жалобы NN 3060/07 и 45533/09) (Вторая секция)

Европейский Суд по правам человека
(Вторая секция)

Дело "Собко и Гент (Sobco and Ghent)
против Республики Молдова и Российской Федерации"
(Жалобы NN 3060/07 и 45533/09)

Постановление Суда

Страсбург, 18 июня 2019 г.

По делу "Собко и Гент против Республики Молдова и Российской Федерации" Европейский Суд по правам человека (Вторая Секция), заседая Комитетом в составе:

Юлии Лаффранк, Председателя Комитета Суда,

Иваны Йелич,

Арнфинна Бордсена, судей,

а также при участии Хасана Бакырчи, Заместителя Секретаря Секции Суда,

рассмотрев дело в закрытом заседании 28 мая 2019 г.,

вынес в указанный день следующее Постановление:

Процедура

1. Дело было инициировано двумя жалобами (NN 3060/07 и 45533/09), поданными против Республики Молдова и Российской Федерации в Европейский Суд по правам человека (далее - Европейский Суд) в соответствии со статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее - Конвенция) гражданином Республики Молдова Сергеем Собко и гражданином Российской Федерации Сергеем Гентом (далее - заявители) 15 декабря 2006 г. и 19 августа 2009 г. соответственно.

2. В Европейском Суде заявители были представлены адвокатами П. Постикэ (Р. Postica) и А. Постикэ (A. Postica), практикующими в г. Кишиневе. Власти Республики Молдова были представлены их Уполномоченным при Европейском Суде Л. Апостолом (L. Apostol). Власти Российской Федерации были представлены Уполномоченным Российской Федерации при Европейском Суде Г. Матюшкиным.

3. Заявители жаловались на то, что им было отказано в справедливом судебном разбирательстве органом, который не мог считаться судом по смыслу пункта 1 статьи 6 Конвенции.

4. 6 и 20 июня 2014 г. жалобы, касающиеся справедливого характера гражданского судопроизводства, были коммуницированы властям государств-ответчиков, а в остальной части жалоба N 45533/09 была признана неприемлемой для рассмотрения по существу на основании пункта 3 правила 54 Регламента Европейского Суда.

5. Власти Российской Федерации возражали против рассмотрения жалобы Комитетом Суда. Рассмотрев данные доводы, Европейский Суд отклонил их.

Факты

I. Обстоятельства дела

6. Заявители родились в 1969 и 1955 годах соответственно и проживают в г. Слободзее и г. Тирасполе, расположенных в Приднестровском регионе Республики Молдова.

7. В 2005 году они оба были уволены. Они обратились в суды самопровозглашенной "Приднестровской Молдавской Республики" (далее - ПМР) с заявлениями о восстановлении на работе.

8. Окончательные судебные постановления по их делам были вынесены Верховным судом ПМР 15 июня 2006 г. и 19 февраля 2009 г., данными постановлениями требования заявителей были оставлены без удовлетворения.

II. Соответствующие материалы, не связанные с Конвенцией

9. Доклады межправительственных и неправительственных организаций, соответствующие положения законодательства Республики Молдова и Российской Федерации, а также иные документы изложены в Постановлении Большой Палаты Европейского Суда по делу "Мозер против Республики Молдова и Российской Федерации" (Mozer v. Republic of Moldova and Russia) от 23 февраля 2016 г., жалоба N 11138/10* (* См.: Российская хроника Европейского Суда. 2016. N 3 (примеч. редактора).), §§ 61-77.

Право

I. Рассмотрение жалоб в одном производстве

10. Принимая во внимание сходство предмета жалоб (NN 3060/07 и 45533/09), Европейский Суд считает, что надлежит объединить их рассмотрение в одном производстве, в соответствии с правилом 42 Регламента Европейского Суда.

II. Юрисдикция

11. Европейский Суд должен, прежде всего, определить, находились ли заявители для целей рассмотрения их жалоб под юрисдикцией одного или обоих из государств-ответчиков по смыслу статьи 1 Конвенции.

А. Доводы сторон

12. Заявители и власти Республики Молдова утверждали, что оба государства-ответчика были наделены юрисдикцией.

13. Со своей стороны власти Российской Федерации утверждали, что заявители не находились под их юрисдикцией и что поэтому жалобы должны были быть признаны неприемлемыми для рассмотрения по существу ratione personae и ratione loci в отношении Российской Федерации. Так же, как и в упомянутом выше деле "Мозер против Республики Молдова и Российской Федерации" (Mozer v. Republic of Moldova and Russia) (§§ 92-94), власти Российской Федерации выразили мнение, что подход к вопросу о юрисдикции, избранный Европейским Судом в Постановлении Большой Палаты Европейского Суда по делу "Илашку и другие против Республики Молдова и Российской Федерации" (Ilascu and Others v. Moldova and Russia) от 8 июля 2004 г., жалоба N 48787/99, в Постановлении Большой Палаты Европейского Суда по делу "Катан и другие против Республики Молдова и Российской Федерации" (Catan and Others v. Moldova and Russia) от 19 октября 2012 г., жалобы NN 43370/04, 8252/05 и 18454/06* (* См.: Бюллетень Европейского Суда по правам человека. 2012. N 12 (примеч. редактора).); и в Постановлении Европейского Суда по делу "Иванцок и другие против Республики Молдова и Российской Федерации" (Ivantoc and Others v. Moldova and Russia) от 15 ноября 2011 г., жалоба N 23687/05* (* См.: там же. N 10 (примеч. редактора).), был неверен и противоречил международному публичному праву.

В. Мнение Европейского Суда

14. Европейский Суд напоминает, что общие принципы, касающиеся вопроса о юрисдикции в соответствии со статьей 1 Конвенции в отношении фактов или действий, имевших место в Приднестровском регионе Республики Молдова, изложены в упомянутых выше Постановлении Большой Палаты Европейского Суда по делу "Илашку и другие против Республики Молдова и Российской Федерации" (Ilascu and Others v. Moldova and Russia) (§§ 311-319), Постановлении Большой Палаты Европейского Суда по делу "Катан и другие против Республики Молдова и Российской Федерации" (Catan and Others v. Moldova and Russia) (§§ 103-107) и Постановлении Большой Палаты Европейского Суда по делу "Мозер против Республики Молдова и Российской Федерации" (Mozer v. Republic of Moldova and Russia) (§§ 97-98).

15. Что касается Республики Молдова, Европейский Суд отмечает, что в упомянутых выше Постановлении Большой Палаты Европейского Суда по делу "Илашку и другие против Республики Молдова и Российской Федерации" (Ilascu and Others v. Moldova and Russia), Постановлении Большой Палаты Европейского Суда по делу "Катан и другие против Республики Молдова и Российской Федерации" (Catan and Others v. Moldova and Russia) и Постановлении Большой Палаты Европейского Суда по делу "Мозер против Республики Молдова и Российской Федерации" (Mozer v. Republic of Moldova and Russia) он постановил, что, хотя у Республики Молдовы не было эффективного контроля за Приднестровским регионом, из того факта, что Республика Молдова являлась государством, располагавшим территорией, следовало, что лица, находившиеся на ее территории, попадали под ее юрисдикцию. Однако закрепленное в статье 1 Конвенции обязательство Республики Молдова обеспечивать каждому, находящемуся под ее юрисдикцией, права и свободы, определенные в Конвенции, было ограничено принятием мер дипломатического, экономического, судебного и иного характера, которые были в их власти и не противоречили бы международному праву (см. упомянутые выше Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу "Илашку и другие против Республики Молдова и Российской Федерации" (Ilascu and Others v. Moldova and Russia), § 333; Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу "Катан и другие против Республики Молдова и Российской Федерации" (Catan and Others v. Moldova and Russia), § 109, и Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу "Мозер против Республики Молдова и Российской Федерации" (Mozer v. Republic of Moldova and Russia), § 100). Обязательства Республики Молдова, вытекающие из статьи 1 Конвенции, были признаны позитивными обязательствами (см. упомянутые выше Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу "Илашку и другие против Республики Молдова и Российской Федерации" (Ilascu and Others v. Moldova and Russia), §§ 322 и 330-331; Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу "Катан и другие против Республики Молдова и Российской Федерации" (Catan and Others v. Moldova and Russia), §§ 109-110, и Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу "Мозер против Республики Молдова и Российской Федерации" (Mozer v. Republic of Moldova and Russia), § 99).

16. Европейский Суд не усматривает причин отличать настоящее дело от упомянутых выше. Кроме того, он отмечает, что власти Республики Молдова не возражали против того, чтобы Суд придерживался аналогичного подхода в настоящем деле. Таким образом, Суд приходит к выводу о том, что Республика Молдова была наделена юрисдикцией по смыслу статьи 1 Конвенции, но ее ответственность за обжалуемые действия должна оцениваться в свете упомянутых выше позитивных обязательств (см. упомянутое выше Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу "Илашку и другие против Республики Молдова и Российской Федерации" (Ilascu and Others v. Moldova and Russia), § 335).

17. Что касается Российской Федерации, Европейский Суд отмечает, что в упомянутом выше Постановлении Большой Палаты Европейского Суда по делу "Илашку и другие против Республики Молдова и Российской Федерации" (Ilascu and Others v. Moldova and Russia) (§ 382) он пришел к выводу о том, что Российская Федерация способствовала как в военной, так и в политической сфере созданию сепаратистского режима в Приднестровье в 1991-1992 годах. В последующих делах, касавшихся Приднестровского региона, Суд также постановил, что вплоть до июля 2010 года ПМР могла продолжать существовать и оказывать сопротивление молдавским и международным усилиям по урегулированию конфликта и установлению в регионе демократии и верховенства права только благодаря военной, экономической и политической поддержке со стороны Российской Федерации (см. упомянутые выше Постановление Европейского Суда по делу "Иванцок и другие против Республики Молдова и Российской Федерации" (Ivantoc and Others v. Moldova and Russia), §§ 116-120; Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу "Катан и другие против Республики Молдова и Российской Федерации" (Catan and Others v. Moldova and Russia), §§ 121-122; и Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу "Мозер против Республики Молдова и Российской Федерации" (Mozer v. Republic of Moldova and Russia) (§§ 108-110). В упомянутом выше Постановлении Большой Палаты Европейского Суда по делу "Мозер против Республики Молдова и Российской Федерации" (Mozer v. Republic of Moldova and Russia) (§§ 110-111) Суд пришел к выводу о том, что высокий уровень зависимости ПМР от поддержки Российской Федерации являлся убедительным признаком того, что Российская Федерация продолжала осуществлять эффективный контроль и решающее влияние в отношении властей ПМР и что заявители по делу, таким образом, находились под юрисдикцией данного государства по смыслу статьи 1 Конвенции.

18. Европейский Суд не усматривает оснований отличать настоящее дело от упомянутых выше Постановления Большой Палаты Европейского Суда по делу "Илашку и другие против Республики Молдова и Российской Федерации" (Ilascu and Others v. Moldova and Russia), Постановления Европейского Суда по делу "Иванцок и другие против Республики Молдова и Российской Федерации" (Ivantoc and Others v. Moldova and Russia), Постановления Большой Палаты Европейского Суда по делу "Катан и другие против Республики Молдова и Российской Федерации" (Catan and Others v. Moldova and Russia) и Постановления Большой Палаты Европейского Суда по делу "Мозер против Республики Молдова и Российской Федерации" (Mozer v. Republic of Moldova and Russia).

19. В связи с этим Европейский Суд отклоняет предварительные возражения властей Российской Федерации о неприемлемости жалоб для рассмотрения по существу ratione personae и ratione loci и полагает, что заявители по настоящему делу находились под юрисдикцией Российской Федерации по смыслу статьи 1 Конвенции.

20. Таким образом, Европейский Суд должен определить, были ли допущены нарушения закрепленных в Конвенции прав заявителей, за которые какое-либо из государств-ответчиков должно быть привлечено к ответственности (см. упомянутое выше Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу "Мозер против Республики Молдова и Российской Федерации" (Mozer v. Republic of Moldova and Russia), § 112).

III. Предполагаемое нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции

21. Заявители жаловались на предполагаемое нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции в связи с тем, что их дела были рассмотрены судами, которые не могли считаться "независимыми" и "созданными на основании закона", и что к тому же разбирательство в данных судах не было справедливым. Пункт 1 статьи 6 Конвенции в соответствующей части гласит:

"1. Каждый в случае спора о его гражданских правах и обязанностях... имеет право на справедливое... разбирательство дела... независимым и беспристрастным судом, созданным на основании закона...".

А. Приемлемость жалоб для рассмотрения по существу

22. Европейский Суд отмечает, что жалобы не являются явно необоснованными по смыслу подпункта "а" пункта 3 статьи 35 Конвенции. Они также не являются неприемлемыми для рассмотрения по существу по иным основаниям. Поэтому Европейский Суд признает их приемлемыми для рассмотрения по существу.

В. Существо жалоб

23. Заявители полагали, что суды ПМР, которые рассмотрели их дела, не могли считаться "независимыми судами, созданными на основании закона" по смыслу пункта 1 статьи 6 Конвенции. Второй заявитель также утверждал, что один из судей Верховного суда рассмотрел жалобу по вопросам права три раза в результате того, что постановления по делу неоднократно отменялись, а дело пересматривалось нижестоящими судами. Он также утверждал, что у него не было доступа к материалам дела.

24. Власти Республики Молдова полагали, что суды ПМР не могли считаться "судами, созданными на основании закона" для целей статьи 6 Конвенции и что, следовательно, по делу было допущено нарушение прав заявителей, закрепленных в данной статье. Однако Республика Молдова не несла ответственности за данное нарушение.

25. Власти Российской Федерации не представили замечаний по существу жалоб.

26. Европейский Суд напоминает, что при определенных обстоятельствах суд, принадлежащий к судебной системе образования, не признанного в соответствии с международным правом, может рассматриваться как "суд, созданный на основании закона" при условии, что он является частью судебной системы, функционирующей на "конституционной и законной основе" и отражающей традиции судебных систем, совместимых с Конвенцией, чтобы обеспечить соответствующим лицам возможность пользоваться закрепленными в Конвенции гарантиями (см. упомянутое выше Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу "Илашку и другие против Республики Молдова и Российской Федерации" (Ilascu and Others v. Moldova and Russia), § 460). Он также напоминает, что в упомянутом выше Постановлении Большой Палаты Европейского Суда по делу "Мозер против Республики Молдова и Российской Федерации" (Mozer v. Republic of Moldova and Russia), §§ 148-149, он постановил, что судебная система ПМР не отражала традиции судебных систем, совместимых с Конвенцией.

27. Ввиду отсутствия какой-либо новой и уместной информации, доказывающей обратное, Европейский Суд полагает, что вывод, который был сделан в упомянутом выше Постановлении Большой Палаты Европейского Суда по делу "Мозер против Республики Молдова и Российской Федерации" (Mozer v. Republic of Moldova and Russia), верен и в настоящем деле и что суды ПМР не могли считаться "судами, созданными на основании закона" по смыслу пункта 1 статьи 6 Конвенции (см. Постановление Европейского Суда по делу "Варданян против Республики Молдова и Российской Федерации" (Vardanean v. Republic of Moldova and Russia) от 30 мая 2017 г., жалоба N 22200/10* (* См.: Бюллетень Европейского Суда по правам человека. 2018. N 9 (примеч. редактора).), § 39; и Постановление Европейского Суда по делу "Апков против Республики Молдова и Российской Федерации" (Apcov v. Republic of Moldova and Russia) от 30 мая 2017 г., жалоба N 13463/07, § 57). Таким образом, Европейский Суд полагает, что в настоящем деле было допущено нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции.

28. Далее Европейскому Суду необходимо установить, выполнила ли Республика Молдова свои позитивные обязательства по принятию надлежащих и достаточных мер для обеспечения прав заявителей (см. выше § 15). В упомянутом выше Постановлении Большой Палаты Европейского Суда по делу "Мозер против Республики Молдова и Российской Федерации" (Mozer v. Republic of Moldova and Russia), § 151, Суд постановил, что позитивные обязательства Республики Молдова касались как мер, необходимых для восстановления контроля над территорией Приднестровья в качестве выражения ее юрисдикции, так и мер, направленных на обеспечение прав отдельных заявителей.

29. Что касается первого аспекта позитивных обязательст