Постановление Суда по интеллектуальным правам от 15 февраля 2023 г. N С01-26/2023 по делу N А56-121113/2021
Резолютивная часть постановления объявлена 14 февраля 2023 года.
Полный текст постановления изготовлен 15 февраля 2023 года.
Суд по интеллектуальным правам в составе:
председательствующего судьи Сидорской Ю.М.,
судей Погадаева Н.Н., Силаева Р.В.
рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью "Люми" (наб. Реки Фонтанки, д. 59, литер А, пом. 7-Н, офис N 402, Санкт-Петербург, 191023, ОГРН 1037843052092) на постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.12.2022 по делу N А56-121113/2021
по иску закрытого акционерного общества "Фармацевтическое предприятие "Мелиген" (пос. Щеглово, д. 53 А, Всеволожский район, Ленинградская область, 188676, ОГРН 1024700554086) к обществу с ограниченной ответственностью "Люми" о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки и промышленный образец.
В судебном заседании приняли участие представители:
от закрытого акционерного общества "Фармацевтическое предприятие "Мелиген" - Алтухова Н.В. (по доверенности от 20.11.2020), Стрелков А.Л. (по доверенности от 06.04.2021);
от общества с ограниченной ответственностью "Люми" - Лемзаков А.Р. (по доверенности от 09.01.2023)
Суд по интеллектуальным правам
УСТАНОВИЛ:
закрытое акционерное общество "Фармацевтическое предприятие "Мелиген" (далее - общество "Мелиген") обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью "Люми" (далее - общество "Люми") о взыскании компенсации в размере 20 772 000 рублей за нарушение исключительных прав на товарные знаки и промышленный образец (с учетом принятого судом уточнения исковых требований в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).
Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 23.08.2022 исковые требования удовлетворены частично: с ответчика в пользу истца взыскана компенсация в размере 2 603 567 рублей. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано.
Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.12.2022 решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 23.08.2022 изменено, исковые требования удовлетворены в полном объеме. В удовлетворении апелляционной жалобы общества "Люми" отказано.
Не согласившись с постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.12.2022, ответчик обратился в Суд по интеллектуальным правам с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на нарушение судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права, просит обжалуемый судебный акт отменить, оставить в силе решение суда первой инстанции.
В обоснование поданной кассационной жалобы ответчик указывает, что требование истца о взыскании компенсации в размере 20 772 000 рублей является чрезмерным, значительно превышает сумму, полученную ответчиком в результате реализации товара, в связи с чем направлено не на восстановление прав общества "Мелиген", а на причинение вреда обществу "Люми". Злоупотребление правом со стороны истца, с точки зрения ответчика, состоит также в том, что факт нарушения выявлен в октябре 2020 года, а требование предъявлено в ноябре 2021 года, что повлекло увеличение размера компенсации.
По мнению заявителя кассационной жалобы, суд апелляционной инстанции допустил ошибки в расчете стоимости контрафактного товара, неверно определил количество единиц товара.
Как полагает общество "Люми", суд апелляционной инстанции неправомерно не учел при расчете суммы компенсации положения пункта 68 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление N 10), в соответствии с которым в отношении товарных знаков следует учитывать, что если защищаемые права на товарные знаки фактически устанавливают охрану одного и того же обозначения в разных вариантах, имеют графические отличия, не изменяющие существо товарного знака, и вне зависимости от варианта воспроизведения обозначения в глазах потребителей воспринимаются как одно обозначение, которое сохраняет свою узнаваемость, то одновременное нарушение прав на несколько таких товарных знаков представляет собой одно нарушение, если оно охватывается единством намерений правонарушителя.
Заявитель считает, что выводы суда апелляционной инстанции о том, что в материалы дела ответчиком не представлены доказательства, подтверждающие наличие оснований для снижения размера компенсации, не основаны на материалах дела, мотивированные суждения, по каким основаниям суд апелляционной инстанции пришел к таким выводам, в обжалуемом судебном акте отсутствуют.
Истец представил отзыв на кассационную жалобу и дополнение к отзыву, в которых просил отказать в ее удовлетворении.
Ответчик представил возражения на отзыв истца, в которых выразил несогласие с доводами общества "Мелиген", поддержал доводы кассационной жалобы.
К дополнению к отзыву на кассационную жалобу в подтверждение изложенных в нем доводов приложены распечатка сведений с сайта Федеральной налоговой службы и судебная экспертиза по делу N СИП-1113/2021. К возражениям ответчика на отзыв истца приложено решение Федеральной антимонопольной службы от 19.01.2023 N ИГ/2225/23, выписка из Единого государственного реестра юридических лиц, устав, протокол о создании Ассоциации по защите прав фармацевтических производителей.
Суд по интеллектуальным правам отмечает, что пределы рассмотрения дела в арбитражном суде кассационной инстанции установлены положениями статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. В соответствии с частью 3 указанной статьи при рассмотрении дела арбитражный суд кассационной инстанции проверяет, соответствуют ли выводы арбитражного суда первой и апелляционной инстанций о применении нормы права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.
Арбитражный суд кассационной инстанции не наделен полномочиями по оценке и исследованию фактических обстоятельств дела, выявленных в ходе его рассмотрения по существу, а также по исследованию ранее не представлявшихся доказательств. В связи с этим представленные истцом и ответчиком дополнительные доказательства не могут быть приобщены Судом по интеллектуальным правам к материалам дела.
Как разъяснено в абзацах втором и третьем пункта 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 N 13 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде кассационной инстанции" (далее - Постановление N 13), новые и (или) дополнительные доказательства, имеющие отношение к установлению обстоятельств по делу, судом кассационной инстанции не принимаются. Если лицо, участвующее в деле, представило в суд кассационной инстанции дополнительные доказательства, не представленные им в суд первой, апелляционной инстанции, в том числе вместе с отзывом на кассационную жалобу, то такие доказательства судом кассационной инстанции к материалам дела не приобщаются и при необходимости возвращаются.
На основании изложенного, Суд по интеллектуальным правам возвращает документы, приложенные к дополнению к отзыву на кассационную жалобу истца и к возражениям ответчика на отзыв.
В судебном заседании представитель ответчика поддержал доводы кассационной жалобы, настаивал на ее удовлетворении. Кроме того заявитель кассационной жалобы устно озвучил дополнительный довод о том, что сведения, содержащиеся в письме Росздравнадзора от 03.11.2021 N 03-63229/21, касаются предполагаемого к выпуску, а не фактически реализованного объема продукции.
Представители истца возражали против удовлетворения кассационной жалобы по доводам, изложенным в отзыве на кассационную жалобу и в дополнении к отзыву.
Законность обжалуемого судебного акта проверена арбитражным судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и в отзыве на нее.
Как установлено судами и следует из материалов дела, истец является правообладателем следующих объектов интеллектуальной собственности:
товарного знака "
" по свидетельству Российской Федерации N 517718, зарегистрированного 14.07.2014 с приоритетом от 09.09.2011 в отношении товаров 5-го класса "настойки для медицинских целей; эликсиры [фармацевтические препараты]" Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков (далее - МКТУ);
товарного знака "
" по свидетельству Российской Федерации N 528030, зарегистрированного 02.12.2014 с приоритетом от 22.05.2013 в отношении широкого перечня товаров 5-го класса МКТУ, в том числе "бальзамы для медицинских целей";
товарного знака "
" по свидетельству Российской Федерации N 537067, зарегистрированного 16.03.2015 с приоритетом от 31.05.2013 в отношении товаров 5-го класса "эликсиры [фармацевтические препараты]" МКТУ;
товарного знака "
" по свидетельству Российской Федерации N 573282, зарегистрированного 05.05.2016 с приоритетом от 19.01.2015 в отношении товаров 5-го класса "настойки для медицинских целей; эликсиры [фармацевтические препараты]; бальзамы для медицинских целей; препараты бальзамические для медицинских целей; препараты фармацевтические; средства тонизирующие [лекарственные препараты]; настои лекарственные; сбор чайный противоастматический; травы лекарственные; чаи травяные для медицинских целей" МКТУ;
товарного знака "
" по свидетельству Российской Федерации N 593615, зарегистрированного 03.11.2016 с приоритетом от 06.10.2015 в отношении товаров 5-го класса "настойки для медицинских целей; эликсиры [фармацевтические препараты]; бальзамы для медицинских целей; препараты бальзамические для медицинских целей; препараты фармацевтические; средства тонизирующие [лекарственные препараты]; настои лекарственные; сбор чайный противоастматический; травы лекарственные; чаи травяные для медицинских целей" МКТУ;
промышленного образца "Упаковка" по патенту Российской Федерации N 84348, зарегистрированного 16.02.2013 с приоритетом от 06.02.2012 с совокупностью признаков, нашедших отражение в изображениях, содержащихся в патенте на названный промышленный образец.
Общество "Мелиген" является производителем лекарственного препарата для медицинского применения с торговым наименованием "Алтайский эликсир", номер регистрационного удостоверения Р N 000065/01, дата регистрации 21.03.2007, на этикетке и упаковке товара используются принадлежащие истцу товарные знаки и дизайнерское решение, запатентованное в качестве промышленного образца.
Обществу "Мелиген" стало известно, что общество "Люми" производит, вводит в хозяйственный оборот, предлагает к продаже товар "Алтайский эликсир", упаковка которого сходна до степени смешения со спорным промышленным образцом, а также на ней использованы спорные товарные знаки.
В целях подтверждения факта распространения продукции истцом 20.10.2020 произведены закупки продукции ответчика в двух различных бутылках объемом 100 мл и 250 мл в аптеках Москвы.
В подтверждение указанных обстоятельств в материалы дела представлены кассовые чеки, а также акты о проведении контрольной закупки.
Ссылаясь на отсутствие у общества "Люми" разрешения на использование вышеназванных объектов интеллектуальной собственности, общество "Мелиген" направило в адрес ответчика претензию о прекращении нарушения интеллектуальных прав и выплате компенсации.
Поскольку требования претензии в добровольном порядке не исполнены, общество "Мелиген" обратилось в арбитражный суд с рассматриваемым исковым заявлением.
Частично удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции исходил из доказанности принадлежности истцу исключительных прав на спорные товарные знаки и промышленный образец, а также из доказанности факта нарушение исключительных прав на указанные объекты интеллектуальной собственности действиями ответчика путем производства, предложения к продаже, продажи продукции, содержащей обозначения, сходные до степени смешения с товарными знаками и промышленным образцом истца.
Определяя подлежащий взысканию размер компенсации, суд первой инстанции с учетом представленных ответчиком доказательств фактической реализации товаров по оптовой цене, учитывая намеренно затянутый истцом срок обращения за пресечением нарушенного права, счел доказанным и соизмеримым с нарушенным интересом факт неправомерного использования спорных обозначений на протяжении одного года из трех, заявленных истцом, и определил общий размер компенсации в сумме 5 207 134 рубля. Вместе с тем, учитывая, что ответчик впервые привлекается к ответственности за нарушение прав истца на товарные знаки, суд первой инстанции пришел к выводу о возможности снижения размера компенсации до суммы 2 603 567 рублей на основании правовой позиции, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 24.07.2020 N 40-П "По делу о проверке конституционности подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросом Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда" (далее - Постановление N 40-П).
Суд апелляционной инстанции, повторно рассматривающий дело по правилам статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не согласился с выводами суда первой инстанции в части подлежащего взысканию размера компенсации. Проверив расчет истца, суд апелляционной инстанции признал его обоснованным по праву и размеру, и, учитывая, что ответчиком не представлены доказательства, подтверждающие наличие оснований для снижения размера компенсации на основании Постановления N 40-П, удовлетворил исковые требования в полном объеме.
Изучив материалы дела, рассмотрев доводы, изложенные в кассационной жалобе и отзыве и дополнениях к отзыву на нее, выслушав мнение присутствующих в судебном заседании представителей сторон, проверив в соответствии со статьями 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов суда имеющимся в деле доказательствам и установленным фактическим обстоятельствам, Суд по интеллектуальным правам приходит к следующим выводам.
Пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) предусмотрено, что гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.
Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233 ГК РФ), если названным Кодексом не предусмотрено иное. Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).
Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных названным Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными тем же Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную этим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается указанным Кодексом.
В соответствии с пунктом 1 статьи 1358 ГК РФ патентообладателю принадлежит исключительное право использования изобретения, полезной модели или промышленного образца в соответствии со статьей 1229 этого Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на изобретение, полезную модель или промышленный образец), в том числе способами, предусмотренными пунктом 2 настоящей статьи. Патентообладатель может распоряжаться исключительным правом на изобретение, полезную модель или промышленный образец.
Использованием изобретения, полезной модели или промышленного образца считается, в частности ввоз на территорию Российской Федерации, изготовление, применение, предложение о продаже, продажа, иное введение в гражданский оборот или хранение для этих целей продукта, в котором использованы изобретение или полезная модель, либо изделия, в котором использован промышленный образец (подпункт 1 пункта 2 статьи 1358 ГК РФ).
При этом промышленный образец признается использованным в изделии, если это изделие содержит все существенные признаки промышленного образца или совокупность признаков, производящую на информированного потребителя такое же общее впечатление, какое производит запатентованный промышленный образец, при условии, что изделия имеют сходное назначение (абзац четвертый пункта 3 статьи 1358 ГК РФ).
Пунктом 1 статьи 1484 ГК РФ установлено, что лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак). Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 ГК РФ).
В силу пункта 1 статьи 1515 ГК РФ товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными.
По смыслу нормы указанной статьи нарушением исключительного права владельца товарного знака признается использование не только тождественного товарного знака, но и сходного с ним до степени смешения обозначения.
Из содержания приведенных норм следует, что под незаконным использованием товарного знака признается любое действие, нарушающее исключительные права владельцев товарного знака: несанкционированное изготовление, применение, ввоз, предложение о продаже, продажа, иное введение в хозяйственный оборот или хранение с этой целью товарного знака или товара, обозначенного этим знаком, или обозначения, сходного с ним до степени смешения, при этом незаконность воспроизведения чужого товарного знака является признаком контрафактности.
В соответствии с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных ГК РФ для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. Правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.
В силу части 1 статьи 64, статей 71 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств.
Исходя из приведенных норм права, а также положений части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при предъявлении требования о взыскании компенсации за нарушение исключительного права доказыванию подлежат: факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем незаконного использования.
Установление указанных обстоятельств является существенным для дела и от их установления зависит правильное разрешение спора, при этом вопрос оценки представленных на разрешение спора доказательств на допустимость, относимость и достаточность является компетенцией суда, разрешающего спор.
Согласно части 1 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд кассационной инстанции проверяет законность решений, постановлений, принятых арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта и исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы, если иное не предусмотрено данным Кодексом.
Факт принадлежности истцу исключительных прав на товарные знаки и промышленный образец, а также нарушения исключительных прав на указанные объекты интеллектуальной собственности действиями ответчика установлен судами первой и апелляционной инстанций на основании оценки представленных в материалы дела доказательств. Данный факт ответчиком не оспаривается.
Суд по интеллектуальным правам отмечает, что изложенные в кассационной жалобе доводы сводятся к несогласию заявителя этой кассационной жалобы с выводами суда апелляционной инстанции о подлежащем взысканию размере компенсации.
Ответственность за незаконное использование товарного знака предусмотрена статьей 1515 ГК РФ, при этом истец вправе выбрать способ защиты своего нарушенного права по своему усмотрению.
В силу пункта 4 указанной статьи правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя выплаты компенсации:
1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;
2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.
Общество "Мелиген" при обращении с настоящим иском избрало вид компенсации, взыскиваемой на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак.
Как разъяснено в пункте 61 Постановление N 10, заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных товаров, истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы, а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену.
Согласно абзацу шестому пункта 61 Постановления N 10, если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости контрафактных товаров, то при определении размера компенсации за основу следует принимать ту стоимость этих товаров, по которой они фактически продаются или предлагаются к продаже третьим лицам. Так, если контрафактные экземпляры (товары) проданы или предлагаются к продаже нарушителем на ос
