Проблемы ответственности за преступления
в сфере банковской деятельности
Понятие "преступления в сфере банковской деятельности" включает группу деяний, как непосредственно посягающих на общественные отношения, возникающие в процессе деятельности банков, так и посягающих на общественные отношения в других сферах, но так или иначе причиняющих ущерб банкам и кредитным учреждениям.
В науке уголовного права остается дискуссионным вопрос о том, какие деяния относятся к преступлениям в сфере банковской деятельности. Несмотря на то, что Уголовный кодекс не оперирует понятием "преступление в сфере банковской деятельности", многие ученые выделяют такие преступления в отдельную группу, хотя критерии такого выделения остаются неоднозначными, а иногда - спорными.
По нашему мнению, к преступлениям в сфере банковской деятельности следует относить общественно опасные деяния, посягающие на общественные отношения в сфере защиты интересов вкладчиков и собственников кредитных организаций, а также на установленный государством порядок функционирования банковских учреждений. Таким образом, нормы УК РФ, предусматривающие ответственность за совершение преступлений в сфере банковской деятельности, можно разделить на две условные подгруппы:
1) направленные на защиту установленного государством порядка функционирования банковских организаций. Сюда можно отнести незаконную банковскую деятельность (ст.172 УК), легализацию (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем (ст.174, 174.1 УК);
2) направленные на защиту интересов вкладчиков и собственников кредитных организаций. Это мошенничество (ст.159 УК), незаконное получение кредита (ст.176 УК), злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности (ст.177 УК), преднамеренное банкротство (ст.196 УК), фиктивное банкротство (ст.197 УК).
Некоторые из этих преступлений непосредственно посягают на общественные отношения, возникающие в процессе деятельности банков, другие - посягают на такие общественные отношения лишь в качестве дополнительного объекта и не являются банковскими в полном смысле, так как их совершение возможно и в других сферах деятельности. Например, мошенничество (ст.159 УК РФ) посягает, прежде всего, на общественные отношения собственности, а не на общественные отношения, связанные с нормальным функционированием банковской системы. Однако следует отметить, что и те и другие общественные отношения в банковской системе взаимосвязаны, так как мошеннические действия наносят материальный ущерб банкам и банковским учреждениям, а следовательно, вкладчикам и собственникам кредитных организаций.
Незаконная банковская деятельность (ст.172 УК) определяется как осуществление банковской деятельности (банковских операций) без регистрации или без специального разрешения (лицензии) в случаях, когда такое разрешение (лицензия) обязательно, или с нарушением условий лицензирования, если это деяние причинило крупный ущерб гражданам, организациям или государству либо сопряжено с извлечением дохода в крупном размере.
Незаконная банковская деятельность состоит в том, что субъект, действуя через какую-либо организацию либо прикрываясь ею, проводит банковские операции, игнорируя существующий порядок разрешения такого рода деятельности и/или контроля за ее осуществлением и действуя вне банковской системы с фактическим использованием ее возможностей.
Первая проблема применения данной статьи УК связана с осуществлением банковской деятельности на основе лицензии, полученной неправомерно. В этой связи возникает вопрос: имеется ли состав преступления, предусмотренного ст.172, когда банк или иная кредитная организация осуществляют банковские операции при наличии лицензии, полученной неправомерно? Формально в этой ситуации сложно привлечь лицо к уголовной ответственности, так как лицензия, хотя и полученная неправомерно, все же имеется. Кроме того, руководитель банка или иной кредитной организации может и не знать, что при получении лицензии было нарушено законодательство, а лицо, совершившее неправомерные действия при получении лицензии, самостоятельно не осуществляет банковскую деятельность.
Некоторые юристы считают, что осуществление банковских операций при наличии лицензии, полученной неправомерно, следует рассматривать как незаконную банковскую деятельность с нарушением условий лицензирования*(1). Однако, по нашему мнению, неправомерное получение лицензии на осуществление банковских операций следует рассматривать более глубоко, выясняя, какие именно неправомерные действия (бездействие) были совершены для получения лицензии, кто и на каком основании выдал такую лицензию, и соответственно квалифицировать прежде всего именно такие неправомерные действия, а затем решать вопрос о наличии или отсутствии состава преступления, предусмотренного статьей 172 УК РФ.
Для наступления уголовной ответственности за незаконную банковскую деятельность необходимо наступление одного из следующих последствий: причинение крупного ущерба гражданам, организациям или государству либо извлечение дохода в крупном размере.
Уголовный кодекс не дает ответа на вопрос, ущерб какого размера признается крупным. Такой вопрос, по-видимому, должен решаться в каждом конкретном случае, в том числе с учетом материального положения потерпевшего (потерпевших).
Применительно к ст.172 УК РФ четко не определено, что является доходом: прибыль или общая полученная сумма в денежной или натуральной форме. Налоговый кодекс определяет доход как экономическую выгоду, полученную в денежной или натуральной форме. Судебная практика также определяет доход как разницу между полученной от предпринимательской деятельности прибылью и расходами, понесенными в результате этой деятельности*(2). Однако, если сама деятельность носит незаконный характер, вряд ли правомерно определять сумму полученных доходов на основании норм налогового законодательства. На наш взгляд, указанная позиция Верховного Суда РФ должна учитываться лишь при рассмотрении дел, связанных с уклонением от уплаты налогов, но не при применении ст.171-172 УК РФ.
Немало проблемных вопросов до недавнего времени возникало при применении ст.174 УК, которой предусматривалась ответственность за легализацию (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных незаконным путем. Федеральным законом от 7 августа 2001 г. в эту статью были внесены изменения, в том числе в название самой статьи. Кроме того, УК РФ был дополнен ст.174.1, также предусматривающей ответственность за легализацию (отмывание) криминальных денег и имущества.
Легализация (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных другими лицами преступным путем (ст.174), заключается в совершении в крупном размере финансовых операций и других сделок с денежными средствами или иным имуществом, заведомо приобретенными другими лицами преступным путем (за исключением преступлений, предусмотренных ст.193, 194, 198 и 199 УК), в целях придания правомерного вида владению, пользованию или распоряжению указанными денежными средствами или иным имуществом.
Легализация (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных лицом в результате совершения им преступления (ст.174.1), заключается в совершении в крупном размере финансовых операций и других сделок с денежными средствами или иным имуществом, приобретенными лицом в результате совершения им преступления (за исключением преступлений, предусмотренных ст.193, 194, 198 и 199 УК), либо использовании указанных средств или иного имущества для осуществления предпринимательской или иной экономической деятельности.
По сути, различие между ст.174 и ст.174.1 состоит в том, что в первом случае преступник легализует криминальные деньги или имущество, приобретенные другими лицами в результате совершения ими преступления, а во втором - преступник сам совершает преступление, а потом легализует полученные в результате совершения этого преступления деньги или иное имущество.
Основная цель ст.174 и ст.174.1 УК РФ состоит в охране экономической системы страны и, прежде всего, денежного обращения от поступления больших объемов неконтролируемых денежных средств либо иного имущества, а также в предупреждении преступной деятельности, направленной на извлечение прибыли как отдельными преступниками, так и организованными преступными группами.
Преступления, предусмотренные ст.174 и 174.1, всегда следуют за какими-либо первичными преступлениями, в числе которых торговля людьми либо их похищение с целью вымогательства, кража, разбой, мошенничество, подделка денег или еврочеков, торговля оружием, наркотиками. Целью первичного преступления является получение крупных денежных сумм, целью вторичного - их легализация. При этом большую роль в легализации криминальных доходов играют банки, ведь не секрет, что преступные сообщества отмывают "грязные" деньги именно через них.
В большинстве случаев хищение денежных средств в банковской системе осуществляется через механизм банковского кредитования.
Среди таких преступлений одним из наиболее распространенных является мошенничество. Статья 159 УК РФ определяет мошенничество как хищение чужого имущества или приобретение права на чужое имущество путем обмана или злоупотребления доверием.
Мошеннические хищения кредитных средств могут быть осуществлены путем совершения ряда неправомерных действий: создания подставных фирм с целью получения и присвоения кредитов; использования подложных документов, дающих видимость финансовой состоятельности; предоставления подложных или полученных неправомерным путем гарантийных писем и поручительств; предоставления в качестве залога неполноценного либо уже заложенного, а иногда и не принадлежащего заемщику имущества. Одним из самых распространенных и опасных видов мошенничества в сфере банковской деятельности является обман посредством использования подложных авизо.
В отличие от мошенничества, незаконное получение кредита (ст.176 УК РФ) и злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности (ст.177 УК РФ), по нашему мнению, возможно лишь в узкой сфере предпринимательской деятельности - финансово-кредитной.
УК РФ определяет незаконное получение кредита как получение индивидуальным предпринимателем или руководителем организации кредита либо льготных условий кредитования путем предоставления банку или иному кредитору заведомо ложных сведений о хозяйственном либо финансовом положении индивидуального предпринимателя или организации, если это деяние причинило крупный ущерб. Часть 2 ст.176 УК РФ устанавливает ответственность за незаконное получение государственного целевого кредита, а равно его использование не по прямому назначению, если эти деяния причинили крупный ущерб гражданам, организациям или государству. Закон при этом не определяет крупный ущерб, оставляя этот вопрос на усмотрение суда.
Предоставление заведомо ложных сведений о хозяйственном либо финансовом состоянии может быть выражено в передаче банку или иной кредитной организации сфальсифицированных документов, в частности анкетных данных клиента, учредительных и регистрационных документов, бухгалтерской отчетности, прогнозов поступления денежных средств на счета заемщика и т.д.
Профессор А.М. Яковлев считает, что предоставление заведомо ложных сведений о хозяйственном положении или финансовом состоянии возможно как до подписания кредитного договора, так и после его подписания, если такие сведения предоставляются с целью сокрытия обстоятельств, очевидно свидетельствующих о том, что предоставленная заемщику сумма не будет возвращена в срок*(3). Позволим себе усомниться в справедливости данного утверждения. Безусловно, заведомо ложные сведения о хозяйственном положении или финансовом состоянии могут быть предоставлены кредитору и после подписания кредитного договора, однако это не будет иметь уголовно-правового значения. Статья 176 УК РФ предусматривает уголовную ответственность за незаконное получение кредита, но не за предоставление ложных сведений, поэтому когда денежные средства (кредит) уже получены и находятся у заемщика, имеет значение лишь то, каким образом были получены эти денежные средства - законным или нет.
Одной из проблем, возникших при применении ч.2 ст.176 УК, является отсутствие законодательного определения понятия "крупный ущерб". А.М. Яковлев считает, что ущерб, причиненный незаконным получением кредита, должен рассматриваться как крупный, когда незаконное получение кредита существенно ухудшило экономическое положение банка или иного кредитора*(4). Однако возможны ситуации, когда при незаконном получении в кредит больших сумм экономическое положение банка не только не ухудшится, а наоборот, улучшится за счет прибыли от других банковских операций. Поэтому вопрос об отнесении ущерба к разряду крупного является весьма сложным. Еще сложнее он становится, когда речь идет о причинении крупного ущерба государству при незаконном получении государственного целевого кредита. Если использовать критерий А.М. Яковлева, то, судя по всему, в этом случае незаконное получение кредита должно существенно ухудшить финансовое положение государства. Оценить такую ситуацию правовыми средствами крайне затруднительно, а доказать причинно-следственную связь между неправомерным получением кредита и наступлением общественно опасных последствий в виде существенного ухудшения финансового положения вообще невозможно.
Нет ясности по поводу того, незаконное получение каких видов кредитов подпадает под действие ч.1 ст.176 УК - только банковских либо еще и товарных. И. Козаченко и Я. Васильева вообще считают, что под действие ч.1 ст.176 УК подпадают не только банковские и товарные кредиты, но и коммерческий кредит, а также договоры займа и хранения в ломбарде*(5). На наш взгляд, подобное расширительное толкование данной статьи Уголовного кодекса недопустимо, хотя, безусловно, проблема существует и ее необходимо решить на законодательном уровне либо путем принятия соответствующего разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации.
Гораздо проще, по нашему мнению, решается вопрос, связанный с конкуренцией ст.159 ("Мошенничество") и ст.176 УК РФ. Следует отметить, что при совершении того и другого преступлений объективная сторона может быть выражена в виде действий схожей направленности (например, обман сотрудников кредитной организации относительно финансового состояния лица, стремящегося получить кредит). В данном случае, как отмечают многие ученые, правильно квалифицировать преступление можно по направленности умысла виновного. При незаконном получении кредита присвоение средств не охватывается умыслом виновного, наоборот - виновное лицо считает, что сможет вернуть их, а при мошенничестве наличие умысла на присвоение кредитных средств присутствует уже в момент обращения за их получением.
Еще одной нормой Уголовного кодекса, предусматривающей защиту банковских кредитов, а следовательно, обеспечивающей стабильность кредитно-денежных отношений, является ст.177, которая устанавливает уголовную ответственность за злостное уклонение руководителя организации или гражданина от погашения кредиторской задолженности в крупном размере или от оплаты ценных бумаг после вступления в силу соответствующего судебного акта. При этом кредиторской задолженностью в крупном размере признается задолженность гражданина в сумме, превышающей 500, а организации - в сумме, превышающей 2500 минимальных размеров оплаты труда.
Анализ диспозиции ст.177 УК РФ показывает, что уголовная ответственность за злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности наступает при трех условиях:
1) наличие вступившего в законную силу судебного акта, вынесенного по иску кредитора в его пользу;
2) злостный характер уклонения, то есть неисполнение соответствующего судебного решения, вступившего в законную силу, когда такая возможность у заемщика имеется;
3) крупный размер кредиторской задолженности, от погашения которой уклоняется виновный.
Объективная сторона рассматриваемого преступления характеризуется бездействием: лицо уклоняется от перевода средств, то есть не совершает действий, необходимых для погашения кредита или оплаты ценных бумаг. Данное преступление является длящимся. Момент его начала - истечение срока, предоставленного вступившим в законную силу судебным актом (решением) для погашения кредиторской задолженности*(6).
Первой наиболее значимой проблемой для применения ст.177 УК является неясность по поводу того, что представляет из себя кредиторская задолженность, о которой идет речь в этой статье. Относится ли это только к кредитным договорам, либо это можно отнести и к другим обязательствам?
Профессор Б.В. Волженкин указывает на то, что согласно нормам обязательственного права всегда одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенные действия, как-то: передать имущество, выполнить работу, уплатить деньги и т.п. - либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности (ст.307 ГК РФ). "Поэтому в широком смысле кредиторская задолженность образуется по любому договору при неисполнении обязанностей должником. Отсюда делается вывод, что ст.177 УК РФ охватывает широкий круг договорных отношений, когда должник игнорирует законные требования кредитора"*(7).
Позиция Б.В. Яцеленко противоречива. Сначала автор отмечает, что под кредиторской задолженностью "понимаются денежные средства, временно привлеченные организацией или гражданином и подлежащие возврату соответствующим кредиторам (юридическим или физическим лицам)"*(8). В связи с тем, что физическое лицо не может быть кредитором по кредитному договору, так как кредиты могут выдаваться лишь банками, имеющими соответствующую лицензию, логично предположить, что Б.В. Яцеленко под кредиторской задолженностью понимает, в том числе, задолженность по договорам займа. Однако далее он утверждает, что "уклонением от погашения кредиторской задолженности признается невозвращение кредита в строго определенный в договоре срок".
Решить эту проблему можно двумя способами: либо путем изменения диспозиции ст.177 УК РФ, либо путем дачи разъяснения Пленумом Верховного Суда Российской Федерации, где было бы четко определено, что под кредиторской задолженностью в ст.177 УК РФ понимается задолженность организации или гражданина по кредитному договору.
При анализе диспозиции ст.177 УК следует также обратить внимание на два термина, также не имеющие четкого законодательного определения: "злостность" и "уклонение".
По мнению В.Ю. Абрамова, злостным следует считать нежелание погасить задолженность после вступления в законную силу решения суда по соответствующему гражданскому делу независимо от того, имеется ли у заемщика возможность выполнить эт
