Обзор судебной практики "Косвенные иски
как средство защиты корпоративных прав"
Сущность косвенного иска*(1) проявляется в опосредованном характере защиты прав и интересов акционера, т.е. участника акционерного общества (далее - АО), или участника общества с ограниченной ответственностью (далее - ООО). Несмотря на то, что участники данных юридических лиц фактически защищают свои интересы, с процессуальной точки зрения они действуют в чужих интересах (АО, ООО), поскольку присуждение по такому иску происходит в пользу общества, а не отдельно взятого акционера (участника) или их группы.
Механизм косвенного иска действует только в отношении АО и ООО. Применительно к другим организационно-правовым формам юридического лица он не используется, что подтверждается отсутствием в соответствующем законодательстве каких-либо указаний на возможность предъявления подобных исков*(2).
Косвенный иск также можно рассматривать как правовое средство воздействия акционера (участника) на должностных лиц - менеджеров, ненадлежащим образом осуществляющих возложенные на них полномочия.
Возмещение убытков по требованиям акционеров дочерних обществ
По одному из дел, рассмотренному Арбитражным судом Московской области, о взыскании стоимости акций общества, истец (акционер дочернего общества) в обоснование своих доводов сослался на ст. 105 ГК РФ и п. 3 ст. 6 Федерального закона от 26 декабря 1995 г. N 208-ФЗ "Об акционерных обществах" (далее - Закон об акционерных обществах). Согласно этим документам акционеры дочернего общества вправе требовать от основного общества (товарищества) возмещения убытков, причиненных по его вине дочернему обществу. По мнению истца, акционеры понесли убытки, и на основании указанных статей вправе требовать от основного общества возмещения убытков, причиненных им по вине ответчика. Представитель ответчика не признал иск на основании того, что требовать возмещения таких убытков можно только в пользу АО, а не в пользу самих акционеров общества.
Арбитражный суд признал доводы истца несостоятельными ввиду следующего. На основании положенией п. 3 ст. 6 Закона об акционерных обществах указанные требования могут быть заявлены только акционерами дочернего общества. Как следует из материалов дела, к моменту предъявления в арбитражный суд иска дочернее общество было ликвидировано с соблюдением всех законодательно установленных правил. Ликвидация акционерного общества как юридического лица влечет за собой утрату владельцами акций общества статуса акционеров. Кроме того, требование о возмещении убытков, причиненных дочернему обществу виновными действиями основного общества, может быть заявлено только в пользу общества, а не в пользу акционеров. Следовательно, у истцов отсутствуют материально-правовые основания для предъявления иска к ответчику (решение Арбитражного суда Московской области от 5 ноября 2004 г. N А41-К1-14342/2004).
Вместе с тем, полагаю, что в данном случае у истцов отсутствуют не только материально-правовые, но и процессуально-правовые основания для предъявления иска, поскольку косвенный иск изначально связан с требованием в пользу третьего лица (АО, ООО). В приведенном деле акционеры заявили требования о возмещении убытков именно в свою пользу. С одной стороны, при наличии установленных законом оснований это не лишает их процессуального права использовать для защиты своих нарушенных или оспоренных материальных прав механизм так называемого прямого иска, а с другой стороны - лишает права на косвенный иск в процессуальном смысле, т. е. права на возбуждение арбитражного процесса.
Следует также отметить, что вывод арбитражного суда в целом вытекает из самой природы косвенного иска, в котором прямым выгодоприобретателем является не истец, а иное лицо, в защиту интересов которого истец и обращается в суд с соответствующим требованием. Данную позицию подтвердил и ВАС РФ (абз. 2 п. 37 постановления Пленума ВАС РФ от 18 ноября 2003 г. N 19 "О некоторых вопросах применения Федерального закона "Об акционерных обществах""*(3)).
Ответственность органов акционерного общества, лиц, входящих в
органы управления общества, управляющей организации (управляющего)
Одним из оснований для привлечения к ответственности менеджеров является возникновение убытков у хозяйственного общества. В этой связи интересна позиция Девятого арбитражного апелляционного суда по одному из дел, составивших предмет его рассмотрения. Поводом к первоначальному иску стало совершение ответчиком (генеральным директором АО) сделки по продаже единственного помещения юридического лица, к тому же по цене, которая, по мнению истца (акционера), является явно ниже рыночной. Основываясь на данном факте, истец требовал взыскать с ответчика убытки, причиненные обществу в результате недобросовестного осуществления полномочий генерального директора. Ответчик иск не признал. В удовлетворении заявленных требований было отказано. В апелляционной жалобе истец просил отменить принятое по делу решение, ссылаясь на неправильное применение судом норм материального права.
Арбитражный апелляционный суд отметил, что требования заявлены на основании положений ст. 71 Закона об акционерных обществах. Согласно этой статье члены совета директоров (наблюдательного совета) общества; единоличный исполнительный орган общества (директор, генеральный директор); временный единоличный исполнительный орган; члены коллегиального исполнительного органа общества (правления, дирекции); а равно и управляющая организация или управляющий несут ответственность за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами. При этом суд должен установить, в чем именно выразились убытки общества. Доводы заявителя о возникновении у общества убытков в связи с утратой имущества были признаны несостоятельными, так как по смыслу п. 2 ст. 15 ГК РФ под утратой имущества следует понимать лишение имущества в результате неправомерных, противозаконных действий. Судебная инстанция указала, что отчуждение имущества на основании гражданско-правовой сделки, не оспоренной в установленном законом порядке, нельзя расценивать как утрату его продавцом. Кроме того, в материалы дела не были представлены доказательства недобросовестности действий генерального директора при реализации указанного помещения. Исходя из этого апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению (постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 5 декабря 2005 г. N 09АП12427/05-ГК). Аналогичная позиция ранее была высказана ФАС Московского округа в постановлении от 31 мая 2005 г. N КГ-А40/4395.
Правильность решения по существу не оспаривается, однако приведенная арбитражным судом аргументация вызывает сомнения. По сути, речь идет о наличии или отсутствии в действиях руководителя признаков злоупотребления принадлежащими ему правами на посту генерального директора (правом на заключение сделок от имени юридического лица). Злоупотребление правом традиционно признается гражданским правонарушением, а возникшие при этом отрицательные материальные последствия подпадают под понятие убытков по смыслу ст. 15 ГК РФ. Между тем в рассмотренном деле суд не дал правовую оценку конкретным обстоятельствам, при которых была совершена указанная сделка и которые могли бы повлиять на установление наличия или отсутствия признаков злоупотребления правами.
В этой связи уместно привести другое арбитражное дело, в котором суд дал оценку достаточно широкому кругу сопутствующих обстоятельств. Так, истец (акционер) обратился в суд к генеральному директору и председателю совета директоров АО о взыскании с них в солидарном порядке в пользу общества убытков, причиненных их действиями. Требования основывались на положениях ст. 71 Закона об акционерных обществах. Ответчики не признали иск. Решением суда первой инстанции, оставленным постановлением апелляционной инстанции без изменения, в удовлетворении иска было отказано. В кассационной жалобе заявитель просил отменить принятые судебные акты и направить дело на новое рассмотрение. По его мнению, ответчики недобросовестно исполняли свои обязанности в отношении АО, что привело к причинению обществу убытков, а именно: ответчики заключили договоры аренды принадлежащих АО помещений на невыгодных условиях - по цене, меньшей как среднерыночной, так и той, по которой эти помещения сдавались ранее.
Отказывая в удовлетворении кассационной жалобы, ФАС Московского округа отметил, что лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать нарушение своего права, наличие причинной связи между нарушением права и убытками, а также размер убытков. Кроме того, действия ответчиков должны квалифицироваться как недобросовестные. Однако суд установил, что сдаваемые в аренду здания не являются офисными, на территории их размещения отсутствует возможность организовать парковку для автотранспорта арендатора, количество телефонных линий ограничено. В последнее время по независящим от арендодателя причинам был усилен пропускной режим к данным зданиям, в результате чего проход к ним стал строго ограничен. Наряду с этим, руководствуясь собственными интересами, общество не заключает долгосрочные договоры аренды, что также влияет на размер арендной платы. Арендатор произвел ремонт помещений. Согласно договору аренды стоимость неотделимых улучшений, произведенных арендатором, не подлежит возмещению, что увеличивает стоимость активов общества. Таким образом, судом не установлена недобросовестность ответчиков (постановление ФАС Московского округа от 15 декабря 2005 г. N КГ-А40/12187-05).
В данном случае, арбитражный суд обратился к исследованию конкретных аспектов ценообразования по заключенному договору, что представляется более обоснованным и логичным, так как позволяет выявить добросовестность и разумность в действиях менеджмента акционерного общества.
Ответственность органов управления ООО, членов руководящих органов
ООО, управляющего за причиненные виновные действия (бездействие)
По делу, ставшему предметом рассмотрения ФАС Московского округа, поводом для предъявления иска о возмещении убытков, причиненных ООО послужило отчуждение генеральным директором по договору купли-продажи объекта недвижимости, принадлежавшего на праве собственности обществу. Требования основаны на положениях ст. 44 Федерального закона от 8 февраля 1998 г. N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Закон об ООО). Согласно этой статье члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами. Ответчик не признал иск. В удовлетворении исковых требований было отказано, что подтверждено апелляционной инстанцией.
Оставляя в силе ранее принятые по делу судебные акты, ФАС сформулировал правовую позицию, согласно которой в случае заключения обществом сделок его руководители могут быть привлечены к ответственности только в том случае, если истцом будет доказано, что заключенные сделки невыгодны для общества. Между тем имущество предварительно было оценено независимым оценщиком. В результате определено, что цена реализации недвижимого имущества превышает его балансовую стоимость. При таких обстоятельствах, указывая цену убытков как разницу между рыночной стоимостью объектов и фактической стоимостью их реализации, истец должен представить данные о безусловной возможности реализации объектов недвижимости по рыночной цене (постановление ФАС Московского округа от 22 декабря 2005 г. N КГ-А41/12484-05).
По всей видимости, к данным такого рода можно отнести отклоненную ответчиком оферту, предварительный договор о продаже имущества и прочее, в которых содержались более выгодные для общества условия, чем в заключенной сделке. Что касается проведенной независимой оценки недвижимого имущества, то здесь также следует обратить внимание на положения ст. 12 Федерального закона от 29 июля 1998 г. N 135-ФЗ "Об оценочной деятельности в Российской Федерации". Согласно этой статье итоговая величина рыночной или иной стоимости объекта оценки, указанная в отчете, составленном по основаниям и в порядке, которые предусмотрены указанным законом, признается достоверной и рекомендуемой для целей совершения сделки с объектом оценки, если в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, или в судебном порядке не установлено иное. Данную позицию подтвердил ВАС РФ в информационном письме от 30 мая 2005 г. N 92 "О рассмотрении арбитражными судами дел об оспаривании оценки имущества, произведенной независимым оценщиком".
По вопросу ответственности органов управления ООО интересна позиция ФАС Центрального округа. Так, по одному из дел истец (участник ООО) обратился в суд с требованием о признании сделки недействительной из-за несоответствия ст. 45 Закона об ООО (заинтересованность в совершении обществом сделки) и применении последствий недействительности сделки. Основанием для этого послужил факт заключения генеральным директором общества договора аренды недвижимого имущества с правом его выкупа. При этом стоимость имущества, по мнению истца, была существенно ниже его средней рыночной стоимости. Решением арбитражного суда первой инстанции в иске отказано. Апелляционный суд решение оставил без изменения. В кассационной жалобе заявитель просил отменить принятые по делу судебные акты, считая указанную сделку совершенной при наличии признаков заинтересованности генерального директора, а сами действия последнего - недобросовестными и неразумными.
ФАС не нашел оснований к отмене обжалуемых судебных актов в силу следующих обстоятельств. Заинтересованность генерального директора доказана. Что касается иных оснований для предъявления иска, то можно констатировать следующее. В соответствии с п. 3 ст. 53 ГК РФ и ст. 44 Закона об ООО, если лицо, выступающее от имени юридического лица, действовало недобросовестно и неразумно, то учредители (участники) данного юридического лица могут предъявить ему иск о возмещении причиненных им такими действиями убытков. Таким образом, арбитражный суд обозначил принципиальный подход, согласно которому действующее законодательство прямо указывает способ защиты и последствия недобросовестности и неразумности действий, в частности, единоличного исполнительного органа общества. При этом нарушение принципа добросовестности и разумности не названо среди прочих оснований для признания сделки недействительной (постановление ФАС Центрального округа от 1 августа 2005 г. N А09-10890/04-19).
Арбитражные суды используют приведенный подход и в случае оспаривания по тем же основаниям сделок, совершенных в акционерных обществах. Примером может служить постановление ФАС Северо-Кавказского округа. В нем четко указано, что в отношении АО нарушение требований п. 3 ст. 53 ГК РФ не может служить самостоятельным основанием для признания сделки недействительной, так как в данной правовой норме прямо предусмотрено последствие ее нарушения - возмещение убытков в случае их причинения лицом, выступающим от имени юридического лица (постановление ФАС Северо-Кавказского округа от 15 июня 2005 г. N Ф08-2492/05).
Следует отметить, что сделка все же может быть признана недействительной, если наряду с недобросовестностью и неразумностью менеджеров общества при ее совершении судом будет установлено нарушение правил о крупных сделках или сделках, совершенных с заинтересованностью (ст. 45, 46 Закона об ООО; ст. 78, 79, 81-84 Закона об акционерных обществах).
Интересно и другое судебное решение, касающееся признания действий (бездействия) органов управления АО недействительными.
Истец (член совета директоров) обратился в суд с иском о признании недействительным решения совета директоров ОАО. Доводами истца явилось нарушение порядка проведения заседания совета директоров, поскольку не было принято во внимание письменное возражение по повестке дня истца как члена совета директоров; совет директоров фактически принял решение о заключении крупной сделки путем передачи вновь созданным обществам имущества, составляющего более 31,8% балансовой стоимости имущества АО, без согласия на то всех членов совета директоров.
Пересматривая данное дело в кассационном порядке, ФАС обратил внимание нижестоящих арбитражных судов на следующее обстоятельство. Признав незаконным заседание совета директоров, принявшего в нарушение корпоративных норм решение о заключении крупной сделки, суды тем самым фактически установили одно из условий ответственности членов совета директоров в соответствии со ст. 71 Закона об акционерных обществах - противоправность их действий.
В данном постановлении было сформулировано и еще одно весьма важное положение, касающееся круга лиц, которым закон предоставляет право на обжалование решений, вынесенных по косвенным искам. Так, прекращая производство по апелляционной жалобе, апелляционная инстанция сослалась на то, что физическим лицам, не являющимся членами совета директоров, не предоставлено право обжалования решения совета директоров. ФАС не согласился с данным выводом, указав, что лицо, утратившее к моменту подачи апелляционной жалобы статус члена совета директоров, не может быть лишено права на обжалование судебного акта, если на момент принятия решения советом директоров входило в состав совета директоров. Подача же апелляционной жалобы не означает обжалования решения совета директоров, она направлена на обжалование судебного акта (постановление ФАС Северо-Кавказского округа от 20 декабря 2005 г. N Ф08-5553/2005).
Кроме того, в соответствии с п. 5 ст. 68 Закона об акционерных обществах правом на обжалование решения совета директоров (наблюдательного совета), безусловно, наделены и действующие члены совета директоров (наблюдательного совета), а также акционеры общества. Стоит обратить внимание на то, что право последних на обжалование решений совета директоров (наблюдательного совета) проистекает не из нормы закона, а из п. 27 постановления Пленума ВАС РФ N 19.
Что касается решений общего собрания, то законодатель в п. 7 ст. 49 Закона об акционерных обществах отнес к субъектам, имеющим право на обжалование указанных решений, лишь тех акционеров, которые не принимали участия в общем собрании или голосовали против принятия решения, если этим решением нарушены их права и законные интересы.
Закон не содержит прямого указания на возможность обжалования решений исполнительных органов акционерного общества (единоличного и коллегиального). В складывающейся ситуации следует руководствоваться разъяснениями ВАС РФ, указывающего на возможность оспаривания решений, принятых, в частности, исполнительными органами АО, в судебном порядке даже в отсутствие соответствующего указания в законе, если принятое решение не отвечает требованиям Закона об акционерных обществах и иных нормативных правовых актов и нарушает права и интересы акционера (п. 27 постановления Пленума ВАС РФ N 19).
В отличие от АО право участника ООО обжаловать решения единоличного и коллегиального исполнительных органов общества прямо предусмотрено в ст. 43 Закона об ООО. Эта же статья предусматривает возможность обжалования участником общества решений общего собрания и совета директоров (наблюдательного совета) общества.
Может ли общее собрание акционеров привлекать к ответственности
органы управления АО?
Вызывает интерес обращение еще к одному арбитражному делу. Истец (акционер) обратился в суд с иском о признании недействительным решения совета директоров акционерного общества об отказе во включении в повестку дня годового общего собрания акционеров вопроса об ответственности членов совета директоров, единоличного исполнительного органа общества, управляющей организации перед обществом. Решением арбитражного суда первой инстанции, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции, в иске было отказано. В кассационной жа
