|
30 июля 2019 г.
|
дело N А32-2085/2016
|
Резолютивная часть постановления объявлена 26 июля 2019 года.
Полный текст постановления изготовлен 30 июля 2019 года.
Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:
председательствующего судьи Шапкина П.В.,
судей Ю.И. Барановой, М.Г. Величко,
при ведении протокола судебного заседания секретарем с/з Кладиновой Е.В.,
при участии:
от Кубанского бассейнового водного управления Федерального агентства водных ресурсов - представитель Гаджикурбанов А.В. по доверенности от 27.06.2019, паспорт;
рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Кубанского бассейнового водного управления Федерального агентства водных ресурсов на решение Арбитражного суда Краснодарского края от 06.06.2019 по делу N А32-2085/2016
по иску ИП Тебердиевой Елены Азизовны
к ответчикам: Кубанскому бассейновому водному управлению Федерального агентства водных ресурсов и ИП Тимошенко Владимиру Юрьевичу
при участии третьих лиц: администрация муниципального образования Ейский район и Азово-Черноморское территориальное управление Федерального агентства по рыболовству
о признании незаконным отказа в предоставлении водного объекта, о признании недействительным договора и применении последствия недействительности сделки, о признании недействительной записи регистрации договора водопользования,
принятое в составе судьи Журавского О. А.,
УСТАНОВИЛ:
индивидуальный предприниматель Тебердиева Елена Азизовна (далее - истец) обратилась в Арбитражный суд Краснодарского края с исковым заявлением к Кубанскому бассейновому водному управлению Федерального агентства водных ресурсов (далее - управление), к индивидуальному предпринимателю Тимошенко В.Ю. (далее - предприниматель) о признании незаконным отказа N 04-17/55 от 12.01.2016 в предоставлении водного объекта, о признании недействительным договора водопользования N 00-06.01.00.002-М-ДРВБ-Т-2014-02300/00 от 10.12.2014 и применении последствия недействительности сделки, о признании недействительной записи регистрации договора водопользования в Государственном водном реестре (с учетом уточнения).
Решением суда от 26.09.2016, оставленным без изменения постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.01.2017, в удовлетворении исковых требований отказано.
Постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 24.04.2017 решение Арбитражного суда Краснодарского края от 26.09.2016 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.01.2017 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Краснодарского края.
К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены администрация муниципального образования Ейский район и Азово-Черноморское территориальное управление Федерального агентства по рыболовству.
Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 06.06.2019 исковые требования удовлетворены в полном объеме, распределены судебные расходы.
Не согласившись с принятым судебным актом, управление обратилось с апелляционной жалобой и просило решение суда отменить и принять новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме.
В обоснование жалобы заявитель указал следующее. Договор водопользования N ГО-00.00.00.000-М-ДРБВ-Т-2011-01085/00, заключенный между Кубанским БВУ и ИП Тебердиевой Е.А. не содержит определенных и однозначных сведений о месте положения данного водного объекта, следовательно, не может считаться заключенным, а значит он не порождает никаких прав и обязанностей у ИП Тебердиевой Е.А. на акваторию (или часть акватории) Азовского моря, следовательно, нарушение законных прав и интересов ИП Тебердиевой Е.А. отсутствует. Также управление ссылается, что в постановлении Администрации муниципального образования Ейский район от 13.09.2010 N 828 допущена техническая ошибка - неправильно определены координаты участка N 7 и длина участка N7, в связи с этим договор водопользования N ГО-00.00.00.00-М-ДРБВ-Т-2011-01085/00 от 17.06.2011 заключен с не точным определением координат водопользования. Кроме того, указанное постановление утратило силу, а срок действия договора водопользования истек, преимущественным правом заключения договора на новый срок истец не обладает. 24.09.2014 Кубанским БВУ было принято решение допустить к участию в открытом аукционе N 135 восемнадцать участников подавших заявки, включая ИП Тимошенко В.Ю., который впоследствии стал победителем указанного аукциона, с ним заключен договор водопользования и зарегистрирован в установленном порядке. Учитывая, что ИП Тебердиева Е.А. не подавала заявку на участие в открытом аукционе N 135, и не участвовала в открытом аукционе N 135 она могла оспорить только решение Кубанского БВУ о проведении открытого аукциона, оформленное извещением 200614/2644174/04, если бы посчитала, что данным решением Кубанское БВУ нарушает ее законные права и интересы, в установленные законом сроки. Вместе с тем, срок исковой давности для обжалования решения Кубанского БВУ по аукциону N135 истцом пропущен.
Законность и обоснованность принятого судом первой инстанции решения проверяется Пятнадцатым арбитражным апелляционным судом в соответствии с главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее -АПК РФ).
Через канцелярию арбитражного апелляционного суда от истца поступил отзыв на апелляционную жалобу, в которых он возражал против доводов управления и просил решение суда оставить без изменения, а также рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие его представителя. Поступившие документы приобщены судом к материалам настоящего дела, ходатайство рассмотрено судом и удовлетворено.
Представитель ответчика в судебном заседании поддержал доводы апелляционной жалобы, просил решение суда отменить и принять по делу новый судебный акт.
Иные лица, участвующие в деле, явку представителя в судебное заседание не обеспечили, уведомлены о времени и месте рассмотрения дела в установленном законом порядке. Апелляционная жалоба рассматривается в отсутствие указанных лиц в порядке, предусмотренном статьей 156 АПК РФ.
Исследовав материалы дела повторно, проанализировав доводы, содержащиеся в апелляционной жалобе, проверив в порядке статей 266 - 271 АПК РФ правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права, судебная коллегия считает, что решение суда первой инстанции не подлежит отмене по следующим основаниям.
Как следует из материалов дела, ИП Тебердиева Е.А. и управление 17.06.2011 по результатам аукциона заключили договор водопользования N ГО-00.00.00.000-М-ДРБВ-Т-2011-01085/00 в целях использования акватории водного объекта в рекреационных целях.
В соответствии с подпунктом "б" пункта 6 договора предпринимателю предоставлена в пользование часть водного объекта (Азовское море) с указанием следующего места осуществления водопользования и границ предоставленной в пользование части водного объекта: Краснодарский край, ст. Должанская муниципального образования Ейский район, участок N 7, географические координаты:
т. 1-46°38'08,0" с. ш., 37°45'00,2" в. д.;
т. 2-46°38'12,7" с. ш., 37°45'57,2" в. д.
В договоре указано на использование акватории в соответствии с постановлением администрации муниципального образования Ейский район от 13.09.2010 N 828 (приложение N 3 к договору).
В пункте 7 договора приведена площадь предоставленной в пользование акватории - 0,54 кв. км.
Пунктом 19.5 договора закреплена обязанность водопользователя использовать акваторию моря согласно предоставленной схеме в границах, установленных постановлением администрации муниципального образования Ейский район от 13.09.2010 N 828.
Согласно пункту 29 срок действия договора установлен до 01.01.2016.
Предприниматель 11.01.2016 обратилась в управление с заявлением о предоставлении в пользование акватории водного объекта: Азовское море, место расположения акватории водного объекта: Краснодарский край, ст. Должанская муниципального образования Ейский район, участок N 7, площадью 0,54 кв. км. В заявлении указаны географические координаты пяти характерных точек участка водопользования:
т. 1-46°38' 08.00" с. ш., 37°45' 00,20" в. д.;
т. 2-46°38' 11.00" с. ш., 37°45' 58,20" в. д.;
т. 3-46°38' 12.10" с. ш., 37°45' 57,70" в. д.;
т. 4-46°38' 12.30" с. ш., 37°45' 57,70" в. д.;
т. 5-46°38' 12,70" с. ш., 37°45' 57,20" в. д.
Управление 12.01.2016 отказало предпринимателю в предоставлении водного объекта в пользование, поскольку право пользования частью водного объекта, указанной в заявлении, предоставлено другому лицу. На заданную акваторию ранее уже был выдан договор водопользования от 10.12.2014 N 00-06.01.00.002-М-ДРВБ-Т-2014-02300/00 на срок до 01.01.2024 ИП Тимошенко В.Ю.
В соответствии с протоколом от 26.11.2014 N 135-2 о результатах аукциона N 135 управление и ИП Тимошенко В.Ю. 10.12.2014 заключили договор части акватории Азовского моря, площадью 0,32 кв. км с географическими координатами четырех характерных точек:
т. 1-46°38' 12.87" с. ш., 37°45' 56,65" в. д.;
т. 2-46°38' 05.23" с. ш., 37°46' 00,20" в. д.;
т. 3-46°37' 49.84" с. ш., 37°45' 28,80" в. д.;
т. 4-46°38' 12.32" с. ш., 37°40' 54,78" в. д.
Предприниматель, полагая, что отказ управления и договор от 10.12.2014 не соответствуют нормам действующего законодательства, обратилась в суд с иском о признании незаконным отказа управления в предоставлении водного объекта для заявленной цели и об обязании управления расторгнуть договор водопользования, заключенный с ИП Тимошенко В.Ю.
При первоначальном рассмотрении спора судом было принято уточнение исковых требований, в соответствии с которыми истец просила признать незаконным отказ N 04-17/55 от 12.01.2016 в предоставлении водного объекта, о признании недействительным договора водопользования N 00-06.01.00.002-М-ДРВБ-Т-2014-02300/00 от 10.12.2014, применить последствия недействительности сделки, признать недействительной запись регистрации договора водопользования в Государственном водном реестре.
На новом рассмотрении, в ходе судебного заседания от 29.01.2019 истцом в материалы дела были представлены дополнительные пояснения по существу рассматриваемых требований, поименованные как "отзыв на письменные пояснения ИП Тимошенко В.Ю. с учетом результатов по экспертизе".
Определением суда от 04.03.2019 было установлено, что последний абзац названных пояснений фактически представляет собой уточнение исковых требований, в соответствии с которым истец просит признать незаконными действия Кубанского бассейнового водного управления по размещению извещения о проведении аукциона, проведению торгов по открытому аукциону, признать недействительными протокол открытого аукциона, договор и его государственную регистрацию в государственном водном реестре, а также обязать Кубанское бассейновое водное управление разделить участки на существующие ранее и провести открытый аукцион по продаже этих участков, разместив извещение о проведении торгов в течение 30 дней после вступления решения в законную силу.
Вместе с тем, ходатайства об уточнении исковых требований истец не заявлял, каких-либо пояснений относительно изменения исковых требований, а также документального обоснования их правомерности не представил.
В этой связи, суд счел необходимым отложить судебное разбирательство для предоставления истцу возможности оформить заявленное ходатайство надлежащим образом, в соответствии со статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Поскольку истец названные требования определения суда не выполнил, исковые требования в соответствии со статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не уточнил, суд рассматривает требования, заявленные на момент принятия настоящего искового заявления к производству на новом рассмотрении.
Как упомянуто выше, решением суда от 26.09.2016, оставленным без изменения постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.01.2017, в удовлетворении исковых требований отказано.
Отменяя судебные акты нижестоящих инстанций, суд кассационной инстанции указал на то, что в рассматриваемом случае предприниматель ссылался на нарушения, допущенные при формировании участка акватории водного объекта, в результате чего произошло фактическое наложение (в части), исключающее возможность проведения аукциона в отношении предоставленного ответчику для тождественных целей участка акватории водного объекта в силу статьи 23 Водного кодекса и пункта 24 Постановлениея Правительства РФ от 12.03.2008 N 165 "О подготовке и заключении договора водопользования" (далее - Постановление N 165).
Так, окружной суд отметил, что судебные инстанции, отклоняя соответствующий довод истца со ссылкой на различные координаты характерных точек участков акватории, указанных в договоре от 17.06.2011, а также в заявлении предпринимателя от 11.01.2016, не приняли во внимание, что идентификация в договоре участка акватории водного объекта помимо закрепления географических координат осуществлялась путем указания на номер участка в соответствии с постановлением администрации муниципального образования Ейский район от 13.09.2010 N 828, площадь участка акватории, графическое изображение участка акватории и пояснительную записку к нему.
При этом, отметил суд, остались без оценки условия договора от 17.06.2011 в совокупности с представленным в дело постановлением администрации муниципального образования Ейский район от 13.09.2010 N 828, содержащим описание участка N 7, извещением о проведении открытого аукциона, графическими изображениями участков акватории водного объекта, прилагаемыми к договорам истца и ответчика.
Вместе с тем, исследование и оценка названных доказательств необходима для проверки доводов истца о фактическом наложении спорных участков акватории водного объекта, а также доводов управления о том, что предоставленный предпринимателю на аукционе участок представлял собой прямую линию, истец в заявлении от 11.01.2016 допустил ошибку в указании координат участка акватории, в результате чего произошло наложение на участок акватории ответчика.
Направляя настоящее дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа указал, что при новом рассмотрении дела суду необходимо устранить отмеченные недостатки, установить и исследовать все существенные для рассмотрения дела обстоятельства, дать надлежащую правовую оценку доводам предпринимателя о несоответствии закону отказа управления и договора, а также о наличии у него заинтересованности в оспаривании сделки с ответчиком, после чего разрешить его с правильным применением норм материального и процессуального права.
При новом рассмотрении дела суд первой инстанции обоснованно и правомерно исходил из следующего.
Согласно статье 607 Гражданского кодекса Российской Федерации в аренду могут быть переданы земельные участки и другие обособленные природные объекты, предприятия и другие имущественные комплексы, здания, сооружения, оборудование, транспортные средства и другие вещи, которые не теряют своих натуральных свойств в процессе их использования (непотребляемые вещи). В договоре аренды должны быть указаны данные, позволяющие определенно установить имущество, подлежащее передаче арендатору в качестве объекта аренды.
В силу статьи 11 Водного кодекса Российской Федерации водные объекты для использования акватории водных объектов предоставляются в пользование на основании договоров водопользования.
Статья 12 Водного кодекса Российской Федерации (далее - Водный кодекс) устанавливает, что по договору водопользования одна сторона - исполнительный орган государственной власти или орган местного самоуправления, предусмотренные частью 4 статьи 11 данного Кодекса, обязуется предоставить другой стороне - водопользователю водный объект или его часть в пользование за плату.
К договору водопользования применяются положения об аренде, предусмотренные Гражданским кодексом, если иное не установлено Водным кодексом и не противоречит существу договора водопользования. Договор водопользования признается заключенным с момента его государственной регистрации в государственном водном реестре.
Статья 13 Водного кодекса (в редакции, действовавшей на момент заключения договора с предпринимателем) определяет, что договор водопользования должен содержать: сведения о водном объекте, в том числе описание границ водного объекта, его части, в пределах которых предполагается осуществлять водопользование; цель, виды и условия использования водного объекта или его части (в том числе объем допустимого забора (изъятия) водных ресурсов) в случаях, предусмотренных частью 1 статьи 11 данного Кодекса; срок действия договора водопользования; размер платы за пользование водным объектом или его частью, условия и сроки внесения данной платы; порядок прекращения пользования водным объектом или его частью; ответственность сторон договора водопользования за нарушение его условий.
К договору водопользования прилагаются материалы в графической форме (в том числе схемы размещения гидротехнических и иных сооружений, расположенных на водном объекте, а также зон с особыми условиями их использования) и пояснительная записка к ним.
Водопользователь, надлежащим образом исполнявший свои обязанности по договору водопользования, по истечении срока действия договора водопользования имеет преимущественное перед другими лицами право на заключение договора водопользования на новый срок, за исключением случая, если договор водопользования был заключен по результатам аукциона (пункт 1 статьи 15 Водного кодекса Российской Федерации).
В соответствии со статьей 16 Водного кодекса договор водопользования заключается в соответствии с гражданским законодательством, если иное не предусмотрено данным Кодексом. Договор водопользования в части использования акватории водного объекта, в том числе для рекреационных целей, заключается по результатам аукциона в случаях, установленных Правительством Российской Федерации, а также в случае, если имеется несколько претендентов на право заключения такого договора.
В соответствии с пунктом 1 постановления Правительства Российской Федерации от 14.04.2007 N 230 "О договоре водопользования, право на заключение которого приобретается на аукционе, и о проведении аукциона" (далее - Постановление N 230) право на заключение договора водопользования в части использования акватории водного объекта приобретается на аукционе в случаях, когда договором водопользования предусматриваются разметка границ акватории водного объекта, размещение на ней зданий, строений, плавательных средств, других объектов и сооружений, а также в случаях, предусматривающих иное обустройство акватории водного объекта, в соответствии с водным законодательством и законодательством о градостроительной деятельности.
Согласно подпункту "в" пункта 24 Постановления N 165 отказ в предоставлении водного объекта в пользование направляется заявителю в том числе в случае предоставления права пользования частью водного объекта, указанной в заявлении, другому лицу.
В силу статьи 23 Водного кодекса отказ в предоставлении водного объекта или его части может быть обжалован в судебном порядке.
В соответствии со статьей 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (статья 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Согласно пункту 3 статьи 166 Гражданского кодекса требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.
Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.
В пункте 78 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление N 25) разъяснено, что исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки.
В исковом заявлении такого лица должно быть указано право (законный интерес), защита которого будет обеспечена в результате возврата каждой из сторон всего полученного по сделке.
Обязанность подтвердить наличие такого интереса в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации возложена на истца.
Оспаривая договор водопользования от 10.12.2014, заключенный с ИП Тимошенко В.Ю., истец ссылалась на фактическое предоставление ответчику с 10.12.2014 части акватории водного объекта, ранее предоставленной ей на основании договора от 17.06.2011 со сроком действия до 01.01.2016. В результате частичного наложения участков акватории водного объекта истец лишен права продолжить предпринимательскую деятельность, связанную с использованием водного объекта.
Возражая против заявленных истцом требований, управление ссылалось на то, что договор водопользования N 00-06.01.00.002-М-ДРБВ-Т-2014-02300/00 был заключен с ИП Тимошенко В.Ю. по результатам аукциона N 135, проведенного 26.11.2014, в котором могли принять участие все желающие. Порядок проведения указанного аукциона нарушен не был, на момент начала аукциона и в период действия договора водопользования ИП Тебердиевой Е.А. наложения акваторий не имелось, участки акваторий имели общую границу, что не противоречит водному законодательству. Учитывая, что после проведения аукциона, никем из участников аукциона и заинтересованных лиц, данный аукцион обжалован не был, это дает основание утверждать, что аукцион был проведен в соответствии с действующим законодательством и не нарушил права и законные интересы участников аукциона и третьих лиц.
ИП Тимошенко В.Ю., возражая против заявленных истцом требований, в своем отзыве на исковое заявление сослался на то, что согласно заключенному между управлением и истцом договором, последний принял в пользование участок акватории в границах географических координат: т. 1-46°38'08,0" с. ш., 37°45'00,2" в. д.; т. 2-46°38'12,7" с. ш., 37°45'57,2" в. д., а не в границах географических координат: т. 1-46°38' 08.00" с. ш., 37°45' 00,20" в. д.; т. 2-46°38' 11.00" с. ш., 37°45' 58,20" в. д.; т. 3-46°38' 12.10" с. ш., 37°45' 57,70" в. д.; т. 4-46°38' 12.30" с. ш., 37°45' 57,70" в. д.; т. 5-46°38' 12,70" с. ш., 37°45' 57,20" в. д., что является совершенно новым объектом прав, и требует надлежащего оформления в соответствии с действующим законом. Кроме того, в период действия оспариваемого договора и договора, заключенного между истцом и управлением, отсутствовало наложение акваторий, что подтверждается схемой, имеющейся в материалах дела (л. д. 78, т. 1). Таким образом, по мнению предпринимателя, права истца им не нарушены.
Судом установлено, в материалах настоящего дела имеются различные, представленные как истцом (л. д. 83, т. 2), так и управлением (л. д. 78, т. 1), схемы расположения участков акватории, используемых по спорным договорам. При этом, как верно отмечено судом первой инстанции, документального подтверждения корректности и точности вышеуказанных схем участниками процесса в материалы дела представлено не было.
Определением суда от 31.05.2018 по ходатайству истца была назначена судебная экспертиза, проведение которой поручено обществу с ограниченной ответственностью "Индивидуальный подход". Перед экспертом поставлены следующие вопросы:
- имеется ли пересечение, наложение или разрыв между участком акватории водного объекта в Азовском море с координатами:
т. 1. 46° 38'08.0'' с. ш. 37° 45'00,2'' в. д.
т. 2. 46° 38'11.0'' с. ш. 37° 45'58,2'' в. д.
т. 3. 46° 38'12.1'' с. ш. 37° 45'57,7'' в. д.
т. 4. 46° 38'12.3'' с. ш. 37° 45'57,7'' в. д.
т. 5. 46° 38'12.7'' с. ш. 37° 45'57,2'' в. д., и участком акватории водного объекта в Азовском море с координатами:
т. 1. 46° 38'12.87'' с. ш. 37° 45'56,65'' в. д.
т. 2. 46° 38'05.23'' с. ш. 37° 46'00,20'' в. д.
т. 3. 47° 37'49,84'' с. ш. 37° 45'28,80'' в. д.
т. 4. 46° 38'12,32'' с. ш. 37° 40'54,78'' в. д.?
- имеется ли пересечение, наложение или разрыв между участком акватории водного объекта в Азовском море с координатами:
т. 1. 46° 38'08.0'' с. ш. 37° 45'00,2'' в. д.
т. 2. 46° 38'12.7'' с. ш. 37° 45'57,2'' в. д., и участком акватории водного объекта в Азовском море с координатами:
т. 1. 46° 38'12.87'' с. ш. 37° 45'56,65'' в. д.
т. 2. 46° 38'05.23'' с. ш. 37° 46'00,20'' в. д.
т. 3. 47° 37'49,84'' с. ш. 37° 45'28,80'' в. д.
т. 4. 46° 38'12,32'' с. ш. 37° 40'54,78'' в. д.?
- тождественен ли участок акватории водного объекта в Азовском море с координатами:
т. 1. 46° 38'08.0'' с. ш. 37° 45'00,2'' в. д.
т. 2. 46° 38'12.7'' с. ш. 37° 45'57,2'' в. д., участку акватории водного объекта в Азовском море с координатами:
т. 1. 46° 38'08.0'' с. ш. 37° 45'00,2'' в. д.
т. 2. 46° 38'11.0'' с. ш. 37° 45'58,2'' в. д.
т. 3. 46° 38'12.1'' с. ш. 37° 45'57,7'' в. д.
т. 4. 46° 38'12.3'' с. ш. 37° 45'57,7'' в. д.
т. 5. 46° 38'12.7'' с. ш. 37° 45'57,2'' в. д.?
- каковы границы акватории водного объекта участка N 7, установленного постановлением администрации муниципального образования Ейский район N 828 от 13.09.2010?
В результате проведенной экспертизы экспертом было установлено следующее:
- по первому вопросу:
между участком акватории водного объекта в Азовском море с координатами:
т. 1. 46° 38'08.0'' с. ш. 37° 45'00,2'' в. д.
т. 2. 46° 38'11.0'' с. ш. 37° 45'58,2'' в. д.
т. 3. 46° 38'12.1'' с. ш. 37° 45'57,7'' в. д.
т. 4. 46° 38'12.3'' с. ш. 37° 45'57,7'' в. д.
т. 5. 46° 38'12.7'' с. ш. 37° 45'57,2'' в. д., и участком акватории водного объекта в Азовском море с координатами:
т. 1. 46° 38'12.87'' с. ш. 37° 45'56,65'' в. д.
т. 2. 46° 38'05.23'' с. ш. 37° 46'00,20'' в. д.
т. 3. 47° 37'49,84'' с. ш. 37° 45'28,80'' в. д.
т. 4. 46° 38'12,32'' с. ш. 37° 40'54,78'' в. д.
имеются пересечение и наложение;
- по второму вопросу:
между участком акватории водного объекта в Азовском море с координатами:
т. 1. 46° 38'08.0'' с. ш. 37° 45'00,2'' в. д.
т. 2. 46° 38'12.7'' с. ш. 37° 45'57,2'' в. д., и участком акватории водного объекта в Азовском море с координатами:
т. 1. 46° 38'12.87'' с. ш. 37° 45'56,65'' в. д.
т. 2. 46° 38'05.23'' с. ш. 37° 46'00,20'' в. д.
т. 3. 47° 37'49,84'' с. ш. 37° 45'28,80'' в. д.
т. 4. 46° 38'12,32'' с. ш. 37° 40'54,78'' в. д.
имеются пересечение и наложен
