|
07 июля 2020 г.
|
Дело N А07-23330/2018
|
Резолютивная часть постановления объявлена 02 июля 2020 года.
Постановление изготовлено в полном объеме 07 июля 2020 года.
Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:
председательствующего судьи Махровой Н.В.,
судей Тарасовой С.В., Бабиной О.Е.,
при ведении протокола секретарем судебного заседания Захарцевым Д.А., рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью "Витарубикс" на решение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 15.11.2019 по делу N А07-23330/2018.
В судебное заседание явился представитель ответчика: общества с ограниченной ответственностью "Витарубикс" - Хатипов Арсен Рашитович (паспорт, доверенность от 13.05.2020, диплом).
Индивидуальный предприниматель Белкин Сергей Геннадиевич (далее - предприниматель Белкин С.Г., истец) обратился в Арбитражный суд Республики Башкортостан с иском к обществу с ограниченной ответственностью "Витарубикс" (далее - общество "Витарубикс", ответчик) о взыскании 1 330 176 руб. долга, 148 724 руб. 51 коп. процентов, начисленных за пользование чужими денежными средствами за период с 30.03.2017 по 09.08.2018, с их последующим начислением и взысканием по день уплаты дола.
В связи с введением отношении общества "Витарубикс" определением от 19.07.2019 по делу N А07-33829/2018 процедуры наблюдения определением от 31.07.2019 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен временный управляющий названного общества Ахметов Александр Сергеевич (далее - Ахметов С.А., третье лицо).
В ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции истец заявил об уточнении требований в части процентов, просил взыскать их в твердой сумме 148 724 руб. 51 коп. за определенный по иску период. Уточнение исковых требований принято судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 15.11.2019 по делу N А07-23330/2018 исковые требования удовлетворены.
Общество "Витарубикс" (далее - апеллянт, податель жалобы) с вынесенным судебным актом не согласилось, обратилось в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой.
В обоснование доводов апелляционной жалобы апеллянт указывает на мнимый характер договора от 20.01.2015, что в рамках указанного договора истец не совершал и совершать не намеревался каких-либо действий по исполнению договора. Апеллянт обращает внимание, что фактически обязательства по спорному договору были исполнены иными лицами, исполнение договора самим истцом материалами дела не подтверждается.
В подтверждение позиции о мнимости договора, Общество "Витарубикс" также указывает на отсутствие переписки между Белкиным С.Г. и ООО "Витарубикс" по заключению и исполнению договора, отсутствие переписки между истцом, как автором технического задания и организациями, осуществляющими поставку оборудования, отсутствие переписки между Белкиным С.Г. и ООО "Витарубикс" по оплате договора, а также отсутствие фактической оплаты за весь период, отсутствие доказательств разработки программного обеспечения и информации о сборке оборудования, мнимость действий в постановке на бухгалтерский баланс итогов разработки.
Апеллянт обращает внимание на аффилированность истца и ответчика, что Белкин С.Г. являлся учредителем и директором ответчика.
По мнению апеллянта, вследствие подконтрольности кредитора и должника стало возможным составление спорного договора, не отражающего реальное положение дел.
Кроме того, апеллянт обращает внимание на пропуск истцом сроков исковой давности.
26.02.2020 от истца поступил отзыв на апелляционную жалобу. Отзыв приобщен к материалам дела в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.03.2020 судебное разбирательство по рассмотрению апелляционной жалобы было отложено. Указанным определением истцу было предложено представить документы, доказывающие реальность исполнения договора от 20.01.2015, у МИФНС N 39 по Республике Башкортостан истребована заверенная копия регистрационного дела ООО "Витарубикс" ИНН 0276115707, с целью проверки доводов апеллянта о мнимости договора и аффилированности истца и ответчика.
25.04.2020 от истца через систему "Мой Арбитр" поступили письменные пояснения по исполнению определения суда от 03.03.2020, которые приобщены к материалам дела, дополнительные доказательства, которые были приобщены к материалам дела, поскольку были представлены во исполнение определения суда: переписка Белкина С.Г. по исполнению договора от 20.01.2015, документация, протоколы испытаний ВРБ, анализ эффективности применения ГРБВ, результаты испытаний ЮУЦДИН, протокол испытания щебеночно-мастичной асфальтобетонной смести, договор от 14.07.2017 N 7/17 на оказание лабораторных услуг по испытанию дорожно-строительных материалов, изделий и конструкций, платежное поручение от 17.07.2017 N 94 об оплате услуг по договору от 14.07.2017 N 7/17, схема дисольвера лабораторного (мешалка для мастики), карта ВРБ с ДСТ, патент N 2638963, копия трудовой книжки, пояснения к договору на создание (передачу) НТП от 20.01.2015, договор купли-продажи доли в уставном капитале ООО "Витарубикс", техническое задание на разработку рабочей документации технологической части участка по подготовке битума для производства модифицированных вяжущих на базе продукции, выпускаемой заводом по производству резинового гранулята, решение единственного участка ООО "ЛК "Юбилей" от 12.01.2015 N 12/1, соглашение от 12.01.2015.
30.06.2020 от ООО "Витарубикс" поступили письменные пояснения по новым доводам Белкина С.Г. и представленным доказательствам, которые приобщены к материалам дела в порядке статьи 81 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
В связи с нахождением судьи в отпуске, в соответствии с частями 3, 4 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и пункта 37 Регламента Арбитражных судов Российской Федерации произведена замена в составе суда судьи Карпусенко С.А. на судью Тарасову С.В.
В судебном заседании представитель ответчика поддержал позицию, изложенную в апелляционной жалобе.
Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом; в судебное заседание истец и третьи лица своих представителей не направили, в связи с чем заседание проведено в их отсутствие в порядке статей 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
Как следует из материалов дела, между обществом "Витарубикс" (заказчик) и Белкиным С.Г. (исполнитель) заключен договор на создание (передачу) научно-технической продукции от 20.01.2015, по условиям которого исполнитель обязался провести, а заказчик - принять и оплатить следующую научно-техническую продукцию (также именуемую "результаты интеллектуальной деятельности"):
- разработка текста технического задания на проектирование технологической линии для производства резинобитумных материалов. Разрабатываемый исполнителем текст технического задания является базовым документом для формирования на его основе заказчиком собственного технического задания для проектировщика технической линии, которое будет являться юридическим документом по отношению к проектировщику. Техническое задание должно устанавливать основное назначение разрабатываемого объекта, его технические характеристики, показатели качества и технико-экономические требования, предписание по выполнению необходимых стадий создания документации (конструкторской, технологической, программной и т.д.) и ее состав, а также специальные требования (пункт 1.1.1 договора);
- разработка "Технологического процесса (регламента) производства вяжущего резинобитумного гранулированного для асфальтобетонных смесей" (пункт 1.1.2 договора);
- технико-экономическое обоснование эффективности применения результатов работы, оговоренные в пункте 1.1.1 договора, в целях извлечения прибыли с прогнозом на период с 2016 по 2021 гг. включительно.
В пункте 1.3 договора стороны указали, что на результаты интеллектуальной деятельности не имеется охранных документов и права исполнителя (автора) не подлежат государственной регистрации, и им не поданы заявки на получение таких прав или на регистрацию.
В соответствии с пунктом 4.1 договора его цена является договорной и составляет 1 500 000 руб.
Согласно пункту 5.1 договора оплата производится единовременно в течение 30 дней после подписания сторонами акта приема передачи научно-технической продукции.
К договору сторонами подписано техническое задание (приложение N 1) на составление технологического процесса (регламента) производства вяжущего резинобитумного гранулированного для асфальтобетонных смесей (т.1, л.д. 21-22).
Сторонами также подписан календарный план (приложение N 2), в котором стороны определили наименование и даты сдачи этапа работ (т.1, л.д. 23).
В подтверждение исполнения обязательств по договору истцом в материалы дела представлены подписанные сторонами без возражений акты сдачи-приемки научно-технической продукции от 20.01.2015, от 30.06.2015, от 30.08.2015, содержащие краткое описание научно-технической продукции (т.1, л.д. 24-26).
В период с 01.09.2015 по 08.09.2015 стороны провели приемо-сдаточные испытания установки по производству гранулированного резинобитумного вяжущего, о чем ими составлен акт от 09.09.2015, из которого следует, что результаты испытаний признаны в целом удовлетворительными с учетом замечаний, отраженных в "Протоколе НТС по результатам испытаний" (т.1, л.д. 27).
Стороны также подписали итоговый акт сдачи-приемки научно-технической продукции к договору от 20.01.2015, в котором зафиксировали наименование принятых этапов работ, даты их принятия и документы об их принятии, а также их стоимость - 1 500 000 руб. (т.1, л.д. 28).
По сведениям истца, оплата работ произведена ответчиком частично в сумме 169 824 руб. путем зачета, задолженность составляет 1 330 176 руб.
Ссылаясь на ненадлежащее исполнение ответчиком обязанности по оплате выполненных работ по договору от 20.01.2015, истец направил ответчику претензию от 04.07.2018 с требованием о погашении долга в сумме 1 330 176 руб. (т.1, л.д. 33-35), а впоследствии обратился в суд с рассматриваемым иском о взыскании 1 330 176 руб. долга, 148 724 руб. 51 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами (с учетом уточнений).
Оценив представленные доказательства в отдельности, относимость, допустимость и их достоверность, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд пришел к выводу об удовлетворении исковых требований. Суд первой инстанции исходил из доказанности требований истца по иску по праву и по размеру.
Повторно рассмотрев дело в порядке статей 268, 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исследовав имеющиеся в деле доказательств, проверив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не установил оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта, приняв во внимание следующие конкретные обстоятельства настоящего дела.
В силу статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.
В силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как-то: передать имущество, выполнить работу, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнение его обязанности (часть 1 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Проанализировав условия договора от 20.01.2015, суд первой инстанции пришел к верному выводу о заключении между сторонами договора, не поименованного в Гражданского кодекса Российской Федерации, который содержит элементы договора возмездного оказания услуг, подлежащего регулированию нормами главы 39 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Согласно статье 779 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.
В соответствии с пунктом 1 статьи 781 Гражданского кодекса Российской Федерации заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг.
Согласно разъяснениям пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 57 от 23.07.2009 "О некоторых процессуальных вопросах практики рассмотрения дел, связанных с неисполнением либо ненадлежащим исполнением договорных обязательств" арбитражный суд, независимо от заявления участвующими в деле лицами возражений, должен оценить обстоятельства, свидетельствующие о заключенности и действительности договоров.
Согласно статье 432 Гражданского кодекса Российской Федерации, договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.
Суд первой инстанции, установив факт того, что истцом услуги по договору были оказаны, вместе с тем, оказанные услуги ответчиком оплачены не были, исковые требования о взыскании задолженности по договору на создание (передачу) научно-технической продукции от 20.01.2015 в сумме 1 330 176 руб., проценты за пользование чужими средствами в сумме 148 724 руб. 51 коп, удовлетворил.
Оставляя в силе решение суда первой инстанции и отказывая в удовлетворении апелляционной жалобы, судебная коллегия руководствуется следующим.
Как следует из правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда от 18.10.2012 N 7204/12 по делу N А70-5326/2011, в определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 по делу N 305-ЭС16-2411, при наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно (тем более, если решение суда по спорной сделке влияет на принятие решений в деле о банкротстве, в частности, о включении в реестр требований кредиторов).
При рассмотрении вопросов, связанных с разрешением требований конкурсных управляющих, суд не должен ограничиваться проверкой соответствия копий документов установленным законом формальным требованиям. Необходимо принимать во внимание и иные документы первичного учета, а также иные доказательства.
Проверяя действительность сделки, которая может послужить основанием для включения требований истца в реестр требований кредиторов, исходя из доводов о наличии признаков мнимости сделки и ее направленности на создание искусственной задолженности кредитора, суд должен осуществлять проверку, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по договору. Целью такой проверки является установление обоснованности долга, возникшего из договора, и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).
Учитывая, что ответчик находится в стадии банкротства и решение по настоящему делу фактически предопределяет результат рассмотрения вопроса о включении требований истца в реестр требований кредиторов ответчика, суду необходимо руководствоваться повышенным стандартом доказывания, то есть провести более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом.
В таком случае основанием к удовлетворению иска является представление истцом доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих возражения кредитора, обжалующего судебный акт (пункт 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" (далее - Постановление N 35), определения Верховного Суда Российской Федерации от 04.06.2018 N 305-ЭС18-413, от 07.06.2018 N 305-ЭС16-20992 (3)).
В пункте 17 Обзора судебной практики N 2 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018, разъяснено следующее.
В условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов возможны ситуации, когда отдельные лица инициируют судебный спор по мнимой задолженности с целью получения внешне безупречного судебного акта для включения в реестр требований кредиторов. Подобные споры характеризуются представлением минимально необходимого набора доказательств, пассивностью сторон при опровержении позиций друг друга, признанием сторонами обстоятельств дела или признанием ответчиком иска и т.п. В связи с тем, что интересы названных лиц и должника совпадают, их процессуальная деятельность направлена не на установление истины, а на иные цели. Принятыми по таким спорам судебными актами могут нарушаться права других кредиторов, имеющих противоположные интересы, и, как следствие, реально противоположную процессуальную позицию. Закон предоставляет независимым кредиторам, а также арбитражному управляющему право обжаловать судебный акт, на котором основано заявленное в деле о банкротстве требование (часть 3 статьи 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пункт 24 Постановления N 35). Однако по объективным причинам, связанным с тем, что они не являлись участниками правоотношений по спору, инициированному упомянутыми лицами, независимые кредиторы и арбитражный управляющий ограничены в возможности представления достаточных доказательств, подтверждающих их доводы. В то же время они должны заявить такие доводы и (или) указать на такие прямые или косвенные доказательства, которые с разумной степенью достоверности позволили бы суду усомниться в достаточности и достоверности доказательств, представленных должником и имеющим с ним общий интерес кредитором. Бремя опровержения этих сомнений лежит на последнем. Причем это не должно составить для него затруднений, поскольку именно он должен обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником.
Таким образом, для предотвращения необоснованных требований к должнику и нарушений тем самым прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования (пункт 26 Постановления N 35, пункт 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016).
Предъявление к конкурирующим кредиторам высокого стандарта доказывания привело бы к неравенству кредиторов. Для уравнивания кредиторов в правах суд в силу пункта 3 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации должен оказывать содействие в реализации их прав, создавать условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела.
Исковые требования, рассматриваемые в рамках настоящего дела, мотивированы наличием между истцом и ответчиком отношений, возникших из договора на создание (передачу) научно-технической продукции от 20.01.2015.
В апелляционной жалобе ответчик указывает, на аффилированность истца и ответчика, согласованное поведение сторон по образованию искусственной задолженности по договору поставки.
Таким образом, конкурсный управляющий обращает внимание суда на мнимый характер сделки по поставке, на совершение данной сделки лишь для вида, без намерений создать соответствующие правовые последствия (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Заявление подобных возражений, ставящих под сомнение наличие оснований для оставления решения суда первой инстанции без изменения, обязывает суд апелляционной инстанции требовать от истца дополнительные пояснения в опровержение позиции третьего лица.
Характерной особенностью мнимой сделки является то, что стороны стремятся правильно оформить все документы, не намереваясь при этом создать реальных правовых последствий. У них отсутствует цель в достижении заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей, сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. В связи с этим установление несовпадения воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий является достаточным для квалификации ее в качестве ничтожной (определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 N 305-ЭС16-2411).
Судом апелляционной инстанции учитывается, что согласно выработанной в судебной практике позиции аффилированность может носить фактический характер без наличия формально-юридических связей между лицами (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475).
Как разъяснено в пункте 1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденных Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020, именно на аффилированном с должником кредиторе лежит бремя опровержения разумных сомнений относительно мнимости договора, на котором основано его требование, заявленное в деле о банкротстве.
Суд апелляционной инстанции учитывает, что являющиеся сторонами договора аффилированные лица (в отличие от обычных участников гражданского оборота, вступающих в обязательственные отношения с должником) имеют гораздо больше возможностей осуществить формальное исполнение мнимой сделки лишь для вида (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").
В ситуации, когда не связанный с должником кредитор представил косвенные доказательства, поставившие под сомнение факт существования долга, аффилированный кредитор не может ограничиться представлением минимального комплекта документов (например, текста договора займа и платежных поручений к нему, отдельных документов, со ссылкой на которые денежные средства перечислялись внутри группы) в подтверждение реальности договорных отношений. Он должен исчерпывающе раскрыть все существенные обстоятельства, касающиеся заключения и исполнения самой сделки, оснований дальнейшего внутригруппового перераспределения денежных средств, подтвердив, что оно соотносится с реальными хозяйственными отношениями, заключение договора и последующие операции обусловлены разумными экономическими причинами.
При этом аффилированный кредитор не имеет каких-либо препятствий для представления суду полного набора дополнительных доказательств, находящихся в сфере контроля группы, к которой он принадлежит, устраняющего все разумные сомнения по поводу мнимости сделки. Если аффилированный кредитор не представляет такого рода доказательства, то считается, что он отказался от опровержения факта, о наличии которого со ссылкой на конкретные документы указывают его процессуальные оппоненты (статьи 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). В подобной ситуации действия, связанные с заключением договора, подлежат квалификации по правилам, установленным статья 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Таким образом, суду в рамках указанного спора необходимо установить наличие (отсутствие) возможности у истца выполнить требования, которые заявлены в договоре; определить экономические цели сторон, связанные с заключением договора; выяснить, получены ли должником предъявляемые к оплате результаты работ.
Исследовав и оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи, в том числе договор от 20.01.2015, подписанные сторонами в рамках указанного договора акты сдачи-приемки научно-технической продукции, технологического процесса производства, приемо-сдаточных испытаний установки, а также итоговый акт принятия этапов работ, суд первой инстанции установил факт оказания истцом услуг, согласованных в договоре от 20.01.2015, стоимостью 1 500 000 руб. и факт принятия данных услуг ответчиком без возражений и замечаний, в связи с чем пришел к выводу о возникновении на стороне последнего обязанности по их оплате.
Как следует из материалов дела, из обстоятельств дела истец и ответчик обладают признаками аффилированности.
По смыслу пункта 1 статьи 19 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными.
Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС 16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.
О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.
При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 N 306-ЭС16-20056 по делу NА12-45751/2015).
Вместе с тем, оценив представленные в материалы дела доказательства, апелляционная коллегия не усматривает факт злоупотребления истцом своими процессуальными правами, равно как и не усматривает за истцом реальных действий, направленных на необоснованное, экономически не целесообразное для ответчика заключение и исполнение спорного договора.
Спорный договор от 20.01.2015 был заключен между ООО "Витарубикс" в лице директора Исламовой Д.Р. и Белкиным С.Г., выполнявшим трудовую функцию в соответствии с законодательством о труде (том 1, лист 16) и находился в прямом властном подчинении у директора Исламовой Д.Р. вплоть до 16 апреля 2016 года.
Работы по спорному договору сданы заказчику в полном объеме 01 октября 2015 года, в связи с чем между истцом и заказчиком в лице директора Исламовой Д.Р. был подписан акт сдачи-приемки научно технической продукции от 01.10.2015 г. (том 1, лист дела 28).
Согласно выписки ЕГРЮЛ участником ООО "Витарубикс" с долей 19% истец стал 28 марта 2016 года. В соответствии с Решением общего внеочередного собрания участников ООО "Витарубикс" (Протокол N 18/4-В от 18 апреля 2016 г.) Белкин С.Г. был избран единоличным исполнительным органом 18 апреля 2016 года (том 3. Лист 2).
Таким образом, заключение сделки (спорного договора от 20.01.2015), а так же сдача заказчику ООО "Витарубикс" всего исполненного истцом по сделке (результаты интеллектуальной деятельности), совершены в период времени, когда Белкин С.Г. не являлся ни руководителем, ни участником ООО "Витарубикс".
Суд апелляционной инстанции учитывает тот факт, что материалами дела не подтверждает общность экономических интересов истца и ответчика, которая может выражаться в недобросовестном целенаправленном уменьшении конкурсной массы, путем совершения аффилированными лицами согласованных действий.
Указанное обстоятельство в частности подтверждается наличием продолжительного корпоративного конфликта со вторым участником ответчика (должника) имеющего контролирующую долю (ЗАО "Алнас" в лице члена совета директоров Воронцова К.А.).
Доказательства устанавливающее обстоятельство наличия корпоративного конфликта является протокол N 27/04/17-В от 27.04.2017 внеочередного общего собрания участников ООО "Витарубикс" о рассмотрении заявления Белкина С.Г. о выходе из состава участников общества и заявления о досрочном прекращении полномочий единоличного исполнительного органа (том 2, лист 91).
Данное доказательство является преюдициальным для данного спора, так как являлось предметом доказывания в судебном споре в котором участвовали те же лица и решение по которому вступило в законную силу (дело N А07-22666/2018 (том 2, лист 54, том 3, лист 136).
К такому же выводу пришел и Арбитражный суд Уральского округа в своем Постановлении N Ф09-5907/19 от 28.10.2019.
Согласно позиции изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 07.06.2018 N 305-ЭС16-20992(3) заключение сделки между заинтересованными лицами не может служить самостоятельным признаком злоупотребления правом в их поведении. Равным образом отсутствуют основания полагать, что данный факт безусловно указывает на необходимость отказа во включении в реестр заявленного требования или понижения очередности при его удовлетворении. Однако, если степень аффилированности между кредитором, заявляющим требование, и должником является существенной, такой кредитор обязан опровергнуть обоснованные доводы заинтересованных лиц о признаках недобросовестности в их действиях по отношению, в первую очередь, к независимым кредиторам должника.
Как следует из оспариваемого судебного акта, Арбитражный суд Республики Башкортостан, удовлетворяя заявления ответчика о необходимости применения повышенного стандарта доказывания к доводам истца, в силу утверждений ответчика о якобы мнимом характере правоотношений по спорному договору, при рассмотрении иска по делу А07-23330/2018 не ограничился формальной проверкой представленных в материалы дела документов (договоров, актов выполненных работ, платежных документов, актов сверок).
Судом истцу предложено предоставить ясные и убедительные дополнительные доказательства наличия задолженности ответчика, в целях исключения любых разумных сомнений в реальности долга, а так же доказательства, раскрывающие фактические обстоятельства взаимоотношения сторон и их деловые цели предшествующие заключению спорного договора.
Истцом в суде первой инстанции с этой целью раскрыты обстоятельства того, кто является конечным бенефициаром заказчика ООО Витарубикс (Пояснения истца том 2, лист 15-17), что им являлся непосредственно Воронцов Константин Алексеевич, то есть именно он являлся единственным лицом, безусловно определявшем действия ООО "Витарубикс".
После вхождения Белкина С.Г. в состав участников общества, Воронцов К.А. стал членом совета директоров ответчика, осуществляющего от лица участника с контролирующей долей (ЗАО "Алнас").
Доказательства, устанавливающие данные обстоятельства, имеются в материалах дела: протокол от 07.09.2015 рабочего совещания по подготовке Совета по научно-технической и инновационной политике при Правительстве Республики Башкортостан. На совещании Воронцов К.А. зарегистрирован как директор ООО Витарубикс (том 2, листы 72-73); Протокол N 14-р от 05.07.2016 совещания у руководителя ФДА РОСАВТОДОР Р.В. Старовойта, на котором Воронцов К.А. представлен членом совета директоров ООО "Витарубикс" (том 2, лист 76); протокол N ИА-НТС-РБ-РК-5 от 28.03.2017 заседания рабочей группы при научнотехническом совете ФДА РОСАВТОДОР на которой Воронцов К.А. представлен членом совета директоров ООО "Витарубикс" (том 2, лист 80-85); протокол N ИА-НТС-РБ-РК3 от 01.02.2017 заседания рабочей группы при ФДА РОСАВТОДОР на которой Воронцов К.А. представлен членом совета директоров ООО "Витарубикс" (том 2, лист 89).
В материалах дела имеются пояснения и доказательства, раскрывающие обстоятельства, что автором бизнеса ООО "Витарубикс" фактически являются два физических лица, Белкин С.Г. и Воронцов Константин Алексеевич, а данная работа проводилась ими совместно с 2014 года (том 4, лист 120, пункт 1).
Истцом суду первой инстанции даны пояснения, что именно успешная реализация спорного договора 01.10.2015 послужила причиной того, что истцу было предложено войти в состав участников общества (том 4, лист 4, пункт 1.5).
Как следует из материалов дела, став участником общества Белкин С.Г. продолжил научно-исследовательскую работу приступил к работам по разработке нового состава продукции и способа ее получения.
В 2016 году истцом разработан состав нового материала - полимерно-резинобитумного вяжущего (том 5, лист 18, абзац 8).
Для производства продукции по новой рецептуре между истцом и ООО "Витарубикс" по решению участников общества был заключен лицензионный договор на использование новой рецептуры и способа производства продукции (том 5, лист 8-9).
После проведения лабораторных и полевых испытаний новой продукции с успешным результатом, после коррекции химического состава продукции, в январе 2017 года Белкин С.Г. подал заявку на изобретение, а в декабре 2017 года мной был получен патент на новую продукцию и способ ее получения N 2638963. Данные обстоятельства раскрыты истцом в судебном заседании в своих письменных пояснениях (том 5. Лист 17-18).
Утверждение апеллянта о том, что ООО "Витарубикс" никогда не производил продукцию, по составу и согласно технологии, которые позже были защищены патентом, а работы над изобретением якобы велись в тайне от второго участника, так же не соответствует представленным в материалы дела доказательствам, в частности Протоколу N 01/07/2016-В внеочередного общего собрания участников ООО "Витарубикс" от 01.06.2016 о заключении лицензионного договора между ИП Белкиным С.Г. и ООО Витарубикс на предоставление права использования объекта интеллектуальной собственности - вяжущего полимер-резинобитумного гранулированного (ВРБ тип Г) (том 5 лист 8).
Апелляционная коллегия соглашается с истцом в том, что изложенные доводы ответчика в апелляционной жалобе о мнимости договора представляют из себя оценочное мнение и не подтверждаются какими либо документальными доказательствами.
Как следует из материалов дела, в судебном заседании от 25.03.2019 истцом суду продемонстрированы документы (дипломы) подтверждающие наличие у Белкина С.Г. высшего технического и высшего экономического образований.
Апелляционной коллегией также принят во внимание тот факт, что судом первой инстанции ответчику было разъяснено право о назначении экспертизы по ходатайству ответчика, как лица, участвующего в деле. Вместе с тем, представитель ответчика не воспользовался правом на проведение судебной экспертизы
Как следует из материалов дела, ссылка ответчика на заключение договора с белорусской организацией ООО "ЭмБиКа Техно" на поставку комплектующих для строительства технологической линии, что, по его мнению, опровергает доводы истца о разработке технологической линии именно им, отклонена судом первой инстанции за необоснованностью.
Из материалов дела следует и установлено судом, что между обществом "ЭмБиКа Техно" (поставщик) и обществом "Витарубикс" (покупатель) заключен договор от 02.02.2015 N 49/12, по условиям которого поставщик обязался поставить, а покупатель принять и оплатить комплектующие (запасные части, узлы, материалы), необходимые покупателю для строительства технологической линии по производству модифицированных вяжущих на базе продукции выпускаемой заводом по производству резинового гранулята; поставщик вместе с товаром предоставляет покупателю техническую документацию для сборки и эксплуатации установки.
Суд первой инстанции принял во внимание, что из представленного договора невозможно достоверно установить факт поставки ООО "ЭмБиКа Техно" установки в случае отсутствия соответствующей документации, разработанной истцом. Согласно информации, размещенной на официальном сайте названного общества, указано, что в 2015 году обществом реализован проект по производству ГРБВ в г. Уфа (т.2, л.д. 111). Указанные выводы суда апеллянтом надлежащим образом не оспорены.
Возражая относительно доводов ответчика о том, что объект был предметом разработки и поставки белорусской организации ООО "ЭмБиКа Техно", истец указал, что установка для производства резинобитумных материалов была изготовлена ООО "ЭмБиКа Техно" для общества "Витарубикс" названным обществом впервые и с использованием результатов работ истца, что, по его мнению, подтверждается размещенными на сайте ООО "ЭмБиКа Техно" фотографиями технологической линии, в состоянии готовности к сдаче около 70%, а также тем обстоятельством, что у ООО "ЭмБиКа Техно" не было заказов и поставок технологических линий по производству модифицированных вяжущих вплоть до 2015 г., а именно после поставки по договору с обществом "Витарубикс".
Данные доводы истца ответчиком не опровергнуты, с инициативой проведения судебной экспертизы для установления тождества оборудования, на котором осуществляется (осуществлялось) производство выпускаемой ответчиком продукции, последний в ходе производства по делу не выступал.
Довод апелляционной жалобы о том, что технологическая линия по производству модифицированных вяжущих является готовым продуктом ООО "ЭмБиКа Техно" опровергается следующими доказательствами:
- паспорта на реакторы, поставленные ООО "ЭмБиКа Техно" имеют серийные номера от N 00001 до N 00004 (том 4 лист 9-13, лист 14-18, лист 19-23, лист24-28). паспорта на насосы дозирующие объемные произведенные другим белорусским предприятием так же начинают нумерацию с порядкового номера N 001 (том 4 лист 29-31),
- распечатка переписки истца по электронной почте от 07.08.2015 с членом совета директоров ответчика Воронцовым К.А. и директором ООО "ЭмБиКа Техно" Есманом Г.М. Первым письмом в адрес Воронцова К.А (том 5, лист 12) Белкиным С.Г. направляются "Замечания по работе установки по производству РБМ" (том 5, лист 13), после этого направляются "замечания" директору ООО "ЭмБиКа Техно" Есману Г.М., копия, так же направляется Воронцову К.А. (том 5, лист 14),
- распечатка переписки по электронной почте от 14.02.2016 с директором ООО "ЭмБиКа Техно" Есманом Г.М. о схеме подключения коллоидной мельницы. В ходе переписки истец высказывает замечания к схеме подключения, выполненной ООО "ЭмБиКа Техно" и предлагает другую схему подключения коллоидной мельницы. Директор ООО "ЭмБиКа Техно" Есман Г.М. соглашается с предложенным техническим решением (том 2, лист 26). Данные доказательства устанавливают следующие обстоятельства: Первое - оборудование для ООО Витарубикс было изготовлено впервые, так как такого рода технические недоработки характерны только для изделий, которые раньше производителем не выпускались. Технологическая линия не могла быть "готовым продуктом", так как при ее эксплуатации выявлялись и устранялись технические ошибки непосредственно на территории завода Витарубикс после ее сборки и тестовой эксплуатации, что характерно только для изделий, которые изготавливаются впервые. Второе - подтверждает непосредственное участие истца в пусконаладочных работах и участие совместно с ООО "ЭмБиКа Техно" в конструировании нового изделия (технологической линии) на территории предприятия.
- конференция с участием ДГУП "БелдорНИИ", ООО "ЭмБиКа Техно" и специалистами дорожной отрасли Республики Башкортостан в г. Уфе (том 4, лист 133-134). Данное доказательство устанавливает обстоятельство того, что истец вел работы по созданию бизнеса ООО "Витарубикс", в том числе работы, которые впоследствии стали основой предмета спорного договора, имел деловые контакты с руководством и научными сотрудниками ДГУП "БелдорНИИ", ООО "ЭмБиКа Техно" (в дальнейшем главный подрядчик реализации проекта), и специалистами специалистами дорожной отрасли Республики Башкортостан задолго до заключения спорного договора.
- письмо директора ООО "ЭмБиКа Техно" Есмана Г.М. направленное на электронную почту истцу и Воронцову К.А., предоставленное самим ответчиком (том 4, листы 142-144) и содержащее предварительный трехмерный эскиз установки. Данное доказательство подтверждает доводы истца о том, что созданием бизнеса Витарубикс занимались истец и Воронцов К.А., а так же то, что разработкой концепции установки я занимался с 2014 года и у меня имела место переписка технического характера с будущим главным подрядчиком проекта ООО "ЭмБиКа Техно".
Доводы апеллянта о том, что выводы суда первой инстанции о том, что установка для производства резинобитумных материалов была изготовлена ООО "ЭмБиКа Техно" для общества "Витарубикс" с использованием результатов работ истца сделан без какой-либо ссылки на материалы и обстоятельства дела на основании голословных утверждений истца, противоречит, имеющимся в материалах дела документальным доказательствам, а именно - акту от 20.01.2015 приемки Технического задания на проектирование технологической линии по производству модифицированных вяжущих (том 1, лист 24).
Данный Акт подписан истцом и директором ООО "Витарубикс", скреплен печатью, что говорит о практической ценности этого документа для ответчика, а так же о его намерении использовать этот документ в своей деятельности. Претензий от заказчика по форме и содержанию документа не поступало.
Вместе с тем, ответчиком не представлено достаточных доказательств о мнимости указанного акта и договора в целом, не представлено достаточных убедительных доказательств того, кто из сотрудников ООО "Витарубикс" мог в руководить договорным процессом с основным поставщиком оборудования ООО "ЭмБиКа Техно", имеется ли у ответчика альтернативная переписка какого-либо другого сотрудника ООО "Витарубикс" кроме Белкина С.Г. с указанным контрагентом по вопросу поставки оборудования, что имеется иное лицо, которое могло предложить идею проекта.
Доводы апеллянта о том, что технологический процесс фактически разработан не истцом, а Барковским В.Б. не подтверждается материалами дела.
Как следует из материалов дела, ответчику было предложено раскрыть обстоятельства на которые он ссылается, обосновать, на чем основаны его утверждения, что переданный Белкиным С.Г. по акту технологический процесс (том 1, листы 84-98) и рукописный технологический процесс полученный истцом по почте от Барковского В.Б. (том 2, листы 120-140) содержит одну и ту же информацию (тождественны).
Вместе с тем, из содержания титульного листа рукописного документа (том 2 лист 120) следует что он составлен для ООО "Экотехнологии", а не ООО "Витарубикс". В разделе "Общая характеристика производства" в строке Разработчик стоит прочерк, а не Барковский В.Б. (том 2, лист 121). В разделе "Технология изготовления ГРБВ" указано - согласно технологической схемы производства, однако технологическая схема производства в рукописном документе не приведена. Но такая технологическая схема имеет место на каждой операционной карте в технологическом процессе, переданном истцом заказчику (том 1, листы 86-97), там же приведена циклограмма технологического процесса (том 1, лист 98), являющаяся обязательным элементом технологического процесса и которая отсутствует в рукописном документе В.Б. Барковского.
Ответчик самостоятельно не провел анализ сопоставимости, тождественности двух вариантов технологических процессов. В целях получения компетентного технического заключения специалистов не привлекал, о назначении соответствующей судебной экспертизы не ходатайствовал.
Таким образом, у ответчика отсутствуют основания утверждать, что рукописный текст технологического процесса направленный истцу Барковским В.Б. является допустимым и относимым доказательством якобы мнимости спорного договора.
При этом, относительно данного факта еще суду первой инстанции были даны пояснения (том 2, лист 10) о том, что в силу пункта 1.7. договора Белкин С.Г. просил Барковского В.Б. в качестве консультации, принимая во внимание, его личный опыт и опыт работы технологом в ДГУП "БелдорНИИ", изложить свое видение того, каким образом должен быть оформлен технологический процесс. При этом, Барковский В.Б. заранее в августе-сентябре 2015 г. был ознакомлен с редакцией технологического процесса, которую истец изготовил и сдал по акту 30.06.2015 (том 1, лист 25).
Рукописная редакция технологического процесса Барковского В.Б. отражает его видение того, как должен быть оформлен технологический процесс и какая в нем должна быть отражена информация. Причем в рукописном материале имеется ряд ссылок на технологический процесс изготовленный истцом ранее, например, в разделе "Технология изготовления ГРБВ" указано - согласно технологической схемы производства, которая содержится в моей редакции технологического процесса (том 2, лист 122).
После передачи истцом ответчику по договору результатов интеллектуальной деятельности,
