|
01 апреля 2022 г.
|
Дело N А55-24286/2017
|
Резолютивная часть постановления объявлена 29 марта 2022 года.
Постановление в полном объеме изготовлено 01 апреля 2022 года.
Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:
председательствующего судьи Львова Я.А.,
судей Поповой Г.О., Серовой Е.А.,
при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Цветиковым П.А.,
с участием:
от Бойкова В.В. - после перерыва представитель Елагина О.В. по доверенности от 28.12.2021 г.,
от Васюхиной Е.В. - до и после перерыва представитель Прожерин И.А. по доверенности от 11.01.2021 г.,
иные лица не явились, извещены,
рассмотрев в открытом судебном заседании 22 - 29 марта 2022 года в помещении суда в зале N 2, апелляционную жалобу Васюхиной Екатерины Владимировны, на определение Арбитражного суда Самарской области от 10 января 2022 года о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки в рамках дела N А55-24286/2017 о несостоятельности (банкротстве) Общества с ограниченной ответственностью "Штурм", г. Самара, ИНН6318225053
УСТАНОВИЛ:
Определением Арбитражного суда Самарской области от 11.09.2017 принято к производству заявление о признании ООО "Штурм" несостоятельным (банкротом).
Решением Арбитражного суда Самарской области от 16.02.2018 Общество с ограниченной ответственностью "Штурм", г. Самара, ИНН 6318225053 признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев. Конкурсным управляющим должника утверждена Анисимова Алина Леонидовна.
Конкурсный управляющий Анисимова Алина Леонидовна обратилась в Арбитражный суд Самарской области с заявлениями о признании недействительными сделок между должником и Васюхиной Екатериной Владимировной.
Определением Арбитражного суда Самарской области от 10 января 2022 года заявление удовлетворено.
Васюхина Екатерина Владимировна обратилась в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на определение Арбитражного суда Самарской области от 10 января 2022 года о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки в рамках дела N А55-24286/2017.
Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 27 января 2022 года апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 01 марта 2021 года.
Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).
Представитель Васюхиной Е.В. заявил ходатайство о назначении повторной судебной экспертизы. Суд на основании ст. 82, 268 АПК РФ отклонил ходатайство о назначении судебной экспертизы в связи с тем, что исходя из обстоятельств дела не усматривается оснований для ее проведения.
Представитель кредитора Бойкова В.В. возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, считая обжалуемое определение законным и обоснованным.
Другие лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет", явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.
Ходатайство конкурсного управляющего Анисимовой А.Л. об отложении судебного заседания отклонено судом связи с отсутствием для этого процессуальных оснований.
Рассмотрев материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы в совокупности с исследованными доказательствами по делу, судебная коллегия Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда пришла к следующим выводам.
Как следует из материалов дела, при вынесении обжалуемого определения суд первой инстанции исходил из следующих обстоятельств.
Решением Арбитражного суда Самарской области от 16.02.2018 Общество с ограниченной ответственностью "Штурм" признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев. Конкурсным управляющим должника утверждена Анисимова Алина Леонидовна.
27.11.2018 конкурсный управляющий Анисимова Алина Леонидовна обратилась в Арбитражный суд Самарской области с заявлением, вх. N 208019, об оспаривании договора уступки прав (цессии) N 8, заключенного между ООО "Штурм" и ИП Васюхиной Е.В. и о применении последствий недействительности сделки в виде восстановления права требования ООО "Штурм" к ООО "Репер" по договору соинвестирования от 10.12.2013.
Определением Арбитражного суда Самарской области от 29.03.2019 заявления конкурсного управляющего Анисимовой А.Л. к ИП Чупееву Евгению Геннадьевичу (вх. N 207713), к ИП Иоффе Галине Геннадьевне (вх. N 207899), к ИП Сурнину Олегу Леонидовичу (вх. N 208127), к ИП Ильину Юрию Викторовичу (вх. N 207861), к ИП Васюхиной Екатерины Владимировны (вх. N 208019) об оспаривании сделок должника объединены в одно производство для совместного рассмотрения в порядке статьи 130 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
В порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд определениями от 31.01.2019 г. привлек ООО "Репер" к участию в рассмотрении заявлений конкурсного управляющего об оспаривании сделок должника (вх. N 207713), (вх. N 207899), (вх. N 208127), (вх. N 207861), (вх. N 208019) в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.
15.08.2019 г. конкурсный управляющий Анисимова Алина Леонидовна обратилась в Арбитражный суд Самарской области с заявлением, вх. 157090, в котором просила:
1)Признать недействительным Договор N 1/5/23 "О соинвестировании в строительство" от 15.05.2014 г.,
2)Признать недействительным Соглашение о расторжении договора соинвестирования N 1/5/23 от 20.10.2016 г.,
3)Признать недействительным Протокол совместного решения о погашении взаимных задолженностей между ООО "Штурм" и ИП Васюхиной Е.В. от 20.10.2016 г по договору N 1/5/23.
Определением Арбитражного суда Самарской области от 26.09.2019 г. заявление конкурсного управляющего принято к рассмотрению.
При рассмотрении заявлений по существу арбитражный суд определением от 26.09.2019 г. выделил в отдельное производство заявление о признания недействительным договора уступки прав (цессии) N 8, заключенного между ООО "Штурм" и ИП Васюхиной Е.В.
Определением Арбитражного суда Самарской области от 13.11.2019 г. ввиду взаимосвязанности предметов споров, наличия общего состава лиц заявления конкурсного управляющего Анисимовой А.Л. об оспаривании сделок (вх.208019), (вх.157090) объединены в одно производство для совместного рассмотрения.
Обращаясь в арбитражный суд с настоящим заявлением, конкурсный управляющий указал, что 15.05.2014 между ООО "Штурм" и ИП Васюхиной Е.В. был заключен договор N 1/5/23 "О соинвестировании в строительство", в соответствии с которым, ИП Васюхина Е.В. (Соинвестор-1) обязалась выплатить ООО "Штурм" (Соинвестор) инвестиции в размере 1 194 340 руб.
20.10.2016 между ООО "Штурм" и ИП Васюхиной Е.В. было заключено Соглашение о расторжении Договора N 1/5/23 "О соинвестировании в строительство" от 15.05.2014, в соответствии с условиями которого, ООО "Штурм" обязалось возвратить ИП Васюхиной Е.В. внесенные ей инвестиции в размере 1 194 340 руб. наличными денежными средствами из кассы ООО "Штурм". Возврат инвестиций по условиям Соглашения мог быть осуществлен и путем зачета взаимных денежных требований.
20.10.2016 г. между ООО "Штурм" и ИП Васюхиной Е.В. был заключен договор об уступке права требования N 8 от 20.10.2016, в соответствии с которым, ООО "Штурм" передало, а ИП Васюхина Е.В. приняла право требования к ООО "Репер" передачи жилого помещения N 38 общей площадью 29,4 кв. м., расположенного на 8 этаже секции N 1 в реконструируемом жилом здании по адресу г. Самара, ул. Победы, д.14а, вытекающего из договора соинвестирования от 10.12.2013.
При этом, ИП Васюхина Е.В. обязалась выплатить ООО "Штурм" вознаграждение в размере 1 194 340 руб. в счет уступки права требования.
Согласно протоколу совместного решения о погашении взаимных задолженностей между ООО "Штурм" и ИП Васюхиной Е.В. от 20.10.2016, ООО "Штурм" имеет задолженность перед ИП Васюхиной Е.В. по Соглашению от 20.10.2016 о расторжении Договора N 1/5/23 от 15.05.2014 "О соинвестировании в строительство" в размере 1194340 руб., а ИП Васюхина Е.В. имеет задолженность перед ООО "Штурм" на основании Договора об уступке права требования N 8 от 20.10.2016 в размере 1 194 340 руб. Данный протокол является Актом погашения взаимных задолженностей в сумме 1 194 340 руб. Сумма 1 194 340 руб. считается взаимозачтенной.
Полагая, что сделки совершены с нарушением действующего законодательства, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением об оспаривании сделок:
-Договора N 1/5/23 "О соинвестировании в строительство" от 15.05.2014 г. по основаниям статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации,
-Соглашения от 20.10.2016 о расторжении договора соинвестирования N 1/5/23 от 15.05.2014 г. по основаниям пункта 1 и 2 статьи 61.2 Федерального Закона "О несостоятельности (банкротстве)",
-Протокола совместного решения о погашении взаимных задолженностей между ООО "Штурм" и ИП Васюхиной Е.В. от 20.10.2016 г. по основаниям пункта 1 и 2 статьи 61.2 Федерального Закона "О несостоятельности (банкротстве)",
-Договора уступки прав (цессии) N 8 от 20.10.2016, заключенного между ООО "Штурм" и ИП Васюхиной Е.В. по основаниям пункта 1 и 2 статьи 61.2 Федерального Закона "О несостоятельности (банкротстве)".
В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в данном Законе.
Статьей 61.9 Закона о банкротстве конкурсному управляющему предоставлено право на оспаривание сделок должника.
По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы.
В то же время законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора.
Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом.
Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (п. 2 ст. 181 ГК РФ, п. 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, пункт 32 постановление ВАС РФ N 63).
Наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ.
Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки. В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 ГК РФ по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности.
В качестве доводов о совершении сделки в виде заключения договора "О соинвестировании в строительство" N 1/5/23 от 15.05.2014 г. со злоупотреблением правом и наличия оснований для применения положений статьи 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации конкурсный управляющий указал, что расчеты между сторонами были осуществлены в обход действующего законодательства.
Так, исполнение договора N 1/5/23 от 15.05.2014 г подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру N 22 от 15.05.2014, при этом, по мнению конкурсного управляющего, указанная квитанция не является доказательством реального внесения денежных средств ответчиком, поскольку доказательства наличия денежных средств у ИП Васюхиной Е.В. достаточных для уплаты в указанном размере по договору соинвестирования в спорный период отсутствовали. Отсутствует факт отражения поступления денежных средств в бухгалтерском и налоговом учете должника. В выписках по расчетным счетам должника в АО "ФИА-БАНК" отсутствуют операции по зачислению денежных средств от ИП Васюхиной Е.В.
В подтверждении наличия у ответчика финансовой возможности произвести оплату по Договору "О соинвестировании в строительство" N 1/5/23 от 15.05.2014 представителем ИП Васюхиной Е.В. в материалы дела представлен договор займа от 01.09.2014 г., заключенный между Барановой И.А. и Васюхиной Е.В., Акт N1 к договору займа от 01.09.2014 г. о передаче денежных средств в размере 1 194 340 руб.
Конкурсный управляющий заявил о фальсификации доказательств: договора займа от 01.09.2014 г., Акта N 1 к договору займа от 01.09.2014 г., с назначением судебно-технической экспертизы.
Определением Арбитражного суда Самарской области от 20.08.2020 г. назначена судебно-техническая экспертиза, проведение которой поручено ООО "Межрегиональная лаборатория судебных экспертиз и исследований", эксперту Набокиной Елене Сергеевне, поставив перед экспертом вопрос: "Соответствует ли фактическая дата выполнения документов (договора займа от 01.09.2014, Акта N 1 к договору займа от 01.09.2014) дате указанной в них (01.09.2014). Если нет, то когда выполнены данные документы? Имеются ли признаки агрессивного воздействия на документы?".
15.12.2020 вх.263474 ООО "Межрегиональная лаборатория судебных экспертиз и исследований" представило в материалы дела заключение эксперта N 586 от 30.11.2020, в котором содержится вывод следующего содержания: "фактическое время выполнения договора займа, заключенного между Барановой И.А. и Васюхиной Е.В., датированного 01.09.2014, и приложенного к нему Акта N 1 от 01.09.2014 не соответствует указанной дате 01.09.2014 г. Данные документы в представленном на исследование виде выполнены позднее - не ранее сентября 2018 г., наиболее вероятное время их выполнения август 2019 - январь 2020 г. Представленные на исследование документы имеют признаки агрессивного воздействия либо светового, либо термического, либо комплексного светового с термического".
Представитель Васюхиной Е.В. указал на ряд нарушений, допущенных экспертом при проведении судебной экспертизы, в подтверждении чего представил в материалы дела заключение специалиста N 90-31-91-117 от 29.01.2021 (рецензию), а также заявил ходатайство о назначении повторной судебной экспертизы давности составления договора займа от 01.09.2014 и акта N 1 к договору займа от 01.09.2014, заключенных между Барановой Ириной Александровной и Васюхиной Екатериной Владимировной. Проведение повторной экспертизы просил поручить эксперту Поволжской лаборатории судебной экспертизы Топилину Сергею Васильевичу.
Судом первой инстанции отказано в назначении повторной экспертизы.
Проанализировав экспертное заключение N 586 от 30.11.2020, выполненное ООО "Межрегиональная лаборатория судебных экспертиз и исследований" экспертом Набокиной Е.С., арбитражный суд пришел к выводу, что доказательства, представленные ответчиком в подтверждении финансовой возможности произвести оплату по Договору "О соинвестировании в строительство" N 1/5/23 от 15.05.2014, не могут являться надлежащими, а следовательно, суд при оценке доказательств не может принимать их во внимание.
Результаты рассмотрения заявления о фальсификации доказательств отражены в протоколе судебного заседания на основании части 2 статьи 161 и части 5 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского Кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.
Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского Кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.
Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.
Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага.
В частности, злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания.
Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", презумпция добросовестности является опровержимой; если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 Гражданского Кодекса Российской Федерации).
В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)", исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского Кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.
Согласно пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.
Для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.
Суд пришел к выводу, что надлежащих доказательств исполнения обязательств по договору "О соинвестировании в строительство" N 1/5/23 от 15.05.2014 в материалах дела отсутствуют.
20.10.2016 между ООО "Штурм" и ИП Васюхиной Е.В. было заключено Соглашение о расторжении Договора N 1/5/23 "О соинвестировании в строительство" от 15.05.2014, в соответствии с условиями которого, ООО "Штурм" возвращает ИП Васюхиной Е.В. сумму внесенных ей инвестиции в размере 1 194 340 руб.
Также 20.10.2016 между ООО "Штурм" и ИП Васюхиной Е.В. был заключен договор об уступке права требования N 8 от 20.10.2016, в соответствии с которым, ИП Васюхина Е.В. (Цессионарий) обязалась выплатить ООО "Штурм" (Цедент) вознаграждение в размере 1 194 340 руб. в счет уступки права требования.
Подписав протокол совместного решения о погашении взаимных задолженностей от 20.10.2016 стороны прекратили исполнение встречных однородных требований, вытекающих из соглашения о расторжении договора и договора уступки права требования путем зачета.
Как следует из материалов дела и установлено в судебном заседании, производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО "Штурм" возбуждено определением Арбитражного суда Самарской области от 11.09.2017 г., а оспариваемые сделки по заключению договора уступки прав (цессии) N 8 от 20.10.2016 между ООО "Штурм" и ИП Васюхиной Е.В. и подписанию протокола совместного решения о погашении взаимных задолженностей между ООО "Штурм" и ИП Васюхиной Е.В. от 20.10.2016 совершены в течение одного года до принятия заявления о признании должника банкротом.
В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).
Неравноценным встречным исполнением обязательств признается, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.
По смыслу разъяснений, данных в пункте 9 Постановления N 63, если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.
На основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения (абзац пятый пункта 8 Постановления N 63).
Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.
В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пунктах 5 - 7 Постановления N 63, для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:
а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;
б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;
в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего постановления).
В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.
При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества (пункт 5).
Согласно абзацам 2 - 5 пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.
Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.
Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 9 Постановления N 63, при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.
Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.
Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 Постановления N 63).
Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.
Надлежащие доказательства предоставления встречного исполнения в рамках совершенных сделок в материалах дела отсутствуют.
Подписание протокола совместного решения о погашении взаимных задолженностей между ООО "Штурм" и ИП Васюхиной Е.В. от 20.10.2016, а также отчуждение по договору уступки N 8 от 20.10.2016 права требования к ООО "Репер" передачи жилого помещения N 38 общей площадью 29,4 кв. м., расположенного на 8 этаже секции N 1 в реконструируемом жилом здании по адресу г. Самара, ул. Победы, д.14а, в отсутствие встречного исполнения, влечет уменьшение размера имущества должника, за счет которого кредиторы должника вправе были рассчитывать на удовлетворение своих требований, и свидетельствует об осведомленности ответчика о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.
При этом, с учетом того, что сделка совершена в течение года до принятия к производству заявления о признании должника банкротом, обстоятельства осведомленности ответчика о цели сделки не являются существенными.
В то же время, к моменту совершения оспариваемой сделки должник имел просроченную задолженность перед кредиторами, перечисленную в заявление конкурсного управляющего, в том числе задолженность по обязательным платежам.
Учитывая изложенное, арбитражный суд первой инстанции признал недействительными:
-договор N 1/5/23 "О соинвестировании в строительство" от 15.05.2014 г., заключенный между ООО "Штурм" и ИП Васюхиной Е.В.,
-соглашение о расторжении договора "О соинвестировании в строительство" N 1/5/23 от 20.10.2016 г.,
-протокол совместного решения о погашении взаимных задолженностей между ООО "Штурм" и ИП Васюхиной Е.В. от 20.10.2016 г
-договор уступки прав (цессии) N 8, заключенный 20.10.2016 между ООО "Штурм" и ИП Васюхиной Е.В.
Довод ответчика о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности судом отклонен ввиду следующего.
В соответствии с абзацем 1 пункта 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В абзаце 2 пункта 32 Постановления N 63 разъяснено, что в соответствии со ст. 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных ст. ст. 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности. Однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько он мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.
Таким образом, законодательство связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но и с моментом, когда оно должно было, то есть имело реальную возможность, узнать о нарушении права.
Как следует из материалов дела и установлено в судебном заседании Васюхина Е.В. не является кредитором должника и о соответствующей цепочке сделок должника конкурсный управляющий (утвержден решением суда от 16.02.2018) мог узнать не раньше поступления в рамках дела N А55-4679/2016 заявления о процессуальном правопреемстве от 12.09.2018, заявленном ИП Чупеевым Е.Е., ИП Иоффе Г.Г., ИП Сурниной О.Л., ИП Ильиным Ю.В., ИП Васюхиной Е.В.
Таким образом, течение срока исковой давности по выводам суда первой инстацнии следует исчислять не ранее чем с даты 12.09.2018. В связи с этим суд признал, что заявления о признании спорных сделок недействительными поступили в арбитражный суд 27.11.2018 и 15.08.2019, т.е. в пределах годичного срока исковой давности.
Суд апелляционной инстанции не может согласиться с выводами суда первой инстанции по следующим основаниям.
В соответствии со сложившейся судебной практикой применения общих и специальных оснований для оспаривания сделок в рамках дела о банкротстве определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка). Квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки. В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 ГК РФ по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности (определение Верховного Суда Российской Федерации 24.10.2017 N 305-ЭС17-4886).
При рассмотрении настоящего обособленного спора конкурсный управляющий оспаривал обстоятельство финансовой возможности ответчика совершить оспариваемую сделку - договор N 1/5/23 "О соинвестировании в строительство" от 15.05.2014 г.
На основании пункта 26 постановления Пленума ВАС РФ N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.
При оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д. Также в таких случаях при наличии сомнений во времени изготовления документов суд может назначить соответствующую экспертизу, в том числе по своей инициативе (пункт 3 статьи 50 Закона о банкротстве).
Совокупность этих разъяснений обозначается в правоприменительной практике как повышенный стандарт доказывания в делах о банкротстве.
При этом, из анализа положений пункта 26 постановления Пленума N 35 следует, что данные разъяснения даны относительно заявления кредитора о включении в реестр требований кредиторов должника, в данном случае бремя доказывания предполагается находящимся на стороне кредитора, заявившего требования, поскольку именно кредитор обязан доказать обстоятельства, на которые он ссылается в обоснование своих требований.
Вместе с тем, по настоящему обособленному спору конкурсный управляющий заявил требования о недействительности сделки, выходящей за пределы трехлетнего период оспоримости, 2014 года, в обоснование своих возражений указав на отсутствие денежных средств по совершенной сделке на расчетном счете должника.
Ответчик представил в материалы дела квитанцию к приходному кассовому ордеру N 22 от 15.05.2014.
При этом, ходатайств о фальсификации квитанции к приходному кассовому ордеру N 22 от 15.05.2014 и о проведении экспертизы не заявлялось. Подлинность квитанции к приходному кассовому ордеру N 22 от 15.05.2014 конкурсным управляющим не оспорена.
Из материалов дела следует, что такое оформление отношений (передача наличных денежных средств и выдача должником квитанции к приходному кассовому ордеру) сложилось у должника с другими его кредиторами, в том числе включенными в реестр, и не является выходом за его обычную хозяйственную деятельность должника.
Поскольку Васюхина Е.В. не являлась аффилированным лицом, не обращалась с требованием о включении в реестр, оснований для применения к ней повышенного стандарта доказывания не имелось.
С учетом выводов экспертизы ответчиком заявлено ходатайство о вызове и допросе в качестве свидетеля Барановой И.А., которая дала показания, согласно которым передала денежные средства Васюхиной Е.В. для покупки квартиры в 2014 году, однако в письменном виде договор был составлен намного позже фактической передачи денежных средств.
Согласно правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 06.03.2019 N 305-ЭС18-22069 по делу N А40-17431/2016, по общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 ГК РФ.
В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы.
В то же время законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником- банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора.
Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом.
Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, пункт 32 постановления N 63). Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ.
Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.
В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 ГК РФ по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи
