Купить систему ГАРАНТ Получить демо-доступ Узнать стоимость Информационный банк Подобрать комплект Семинары

Постановление Европейского Суда по правам человека от 26 июня 2014 г. Дело "Габлишвили (Gablishvili) против Российской Федерации" (Жалоба N 39428/12) (Первая секция)

Европейский Суд по правам человека
(Первая секция)

 

Дело "Габлишвили (Gablishvili)
против Российской Федерации"
(Жалоба N 39428/12)

 

Постановление* Суда

 

Страсбург, 26 июня 2014 г.

 

* (* Настоящее Постановление вступило в силу 26 сентября 2014 г. в соответствии с положениями пункта 2 статьи 44 Конвенции (примеч. редактора).)

 

По делу "Габлишвили против Российской Федерации" Европейский Суд по правам человека (Первая Секция), рассматривая дело Палатой в составе:

Изабель Берро-Лефевр, Председателя Палаты,

Элизабет Штейнер,

Ханлара Гаджиева,

Мирьяны Лазаровой Трайковской,

Юлии Лаффранк,

Паулу Пинту де Альбукерке,

Дмитрия Дедова, судей,

а также при участии Сёрена Нильсена, Секретаря Секции Суда,

заседая за закрытыми дверями 3 июня 2014 г.,

вынес в указанный день следующее Постановление:

 

Процедура

 

1. Дело было инициировано жалобой N 39428/12, поданной против Российской Федерации в Европейский Суд по правам человека (далее - Европейский Суд) в соответствии со статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее -Конвенция) гражданином Грузии Александром Габлишвили и гражданкой Российской Федерации Ириной Сергеевной Габлишвили (далее - заявитель и заявительница соответственно, вместе - заявители) 31 мая 2012 г.

2. Интересы заявителей представлял Е. Мезак, адвокат, практикующий в г. Сыктывкаре. Власти Российской Федерации были представлены Уполномоченным Российской Федерации при Европейском Суде по правам человека Г.О. Матюшкиным.

3. Заявители, в частности, утверждали, что решение о высылке, вынесенное против заявителя, в случае исполнения нарушит их право на уважение семейной жизни и составит дискриминацию против него по признаку состояния здоровья.

4. 8 октября 2012 г. Европейский Суд коммуницировал жалобу властям Российской Федерации.

5. Власти Грузии были уведомлены об их праве вступления в дело в соответствии с пунктом 1 статьи 36 Конвенции. Они не воспользовались этим правом.

Факты

 

I. Обстоятельства дела

 

6. Заявители являются мужем и женой. Они родились в 1981 и 1987 годах соответственно и проживают в г. Сыктывкаре Республики Коми (Российская Федерация).

A. Семейная ситуация заявителей

 

7. Заявитель, гражданин Грузии, прибыл в Российскую Федерацию в 1999 году. 4 мая 2001 г. он получил первый вид на жительство, который впоследствии регулярно продлевался через определенные интервалы.

8. Родители заявителя проживали в г. Сыктывкаре с начала 2000-х годов. Его отец и мать получили гражданство Российской Федерации в 2005 и 2008 годах соответственно.

9. 26 августа 2011 г. заявитель женился на заявительнице, гражданке Российской Федерации.

10. 28 июня 2012 г. заявительница родила сына.

B. Административное выдворение заявителя

 

11. 14 ноября 2011 г. оперативный сотрудник Федеральной службы по контролю за оборотом наркотиков в Республике Коми установил, что заявитель сделал себе инъекцию дезоморфина, производного морфина, известного под жаргонным наименованием "крокодил". Административное дело было возбуждено в соответствии со статьей 6.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее - КоАП РФ) ("Потребление наркотических средств или психотропных веществ без назначения врача"), и дело было передано в городской суд.

12. На следующий день Сыктывкарский городской суд признал заявителя виновным в совершении правонарушения в соответствии с частью 2 статьи 6.9 КоАП РФ относительно иностранных граждан, назначил ему штраф в размере 4 000 рублей и вынес постановление о его административном выдворении из Российской Федерации (далее - постановление о высылке).

13. Защитник заявителя подал жалобу. Он утверждал, что наказание в виде высылки было крайне суровым ввиду того, что заявитель проживал в Российской Федерации почти 10 лет, его жена, беременная их первым ребенком, была гражданкой Российской Федерации, и большинство его родственников проживали в России. По мнению адвоката, высылка заявителя могла повредить его семейной жизни.

14. 1 декабря 2011 г. Верховный суд Республики Коми отклонил жалобу, поддержав постановление по делу заявителя. По поводу предполагаемого нарушения семейной жизни заявителя Верховный суд Республики Коми указал, в частности, следующее:

 

"_Довод представителя о том, что с учетом семейной ситуации Габлишвили городской суд неправомерно принял решение о его административном выдворении из Российской Федерации, не может быть принят во внимание, поскольку часть 2 статьи 6.9 КоАП РФ предусматривает обязательную высылку нарушителя и не является альтернативой основному наказанию, которое может иметь вид ареста или штрафа_".

15. 24 апреля 2012 г. заявитель уплатил штраф.

C. Отмена вида на жительство заявителя

 

16. 29 марта 2008 г. заявитель получил пятилетний вид на жительство, действительный до 8 мая 2013 г.

17. 6 июня 2011 г. региональный центр Республики Коми по профилактике и борьбе со СПИДом* (* Так в оригинале. Возможно, имеется в виду Государственное учреждение Республики Коми "Республиканский центр по профилактике и борьбе со СПИДом и инфекционными заболеваниями" (примеч. редактора).) уведомил Управление Федеральной миграционной службы по Республике Коми, что у заявителя диагностирован ВИЧ.

18. 10 июня 2011 г. миграционная служба аннулировала вид на жительство заявителя в соответствии с подпунктом 13* (* Имеется в виду подпункт 3 пункта 1 статьи 9 (примеч. переводчика).) пункта 1 статьи 9 Федерального закона "О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации", который предусматривает аннулирование вида на жительство ВИЧ-положительных иностранных граждан. Заявитель был уведомлен об этом решении 9 ноября 2011 г., и ему было предложено покинуть Российскую Федерацию в течение 15 дней.

19. Защитник заявителя обжаловал решение в суде, утверждая, что оно составляет непропорциональное вмешательство в семейную жизнь заявителя и также ставит жизнь заявителя под угрозу.

20. 28 февраля 2012 г. Сыктывкарский городской суд отменил решение от 10 июня 2011 г., указав, что заявитель имеет прочные семейные связи в Российской Федерации и может получать медицинскую помощь при содействии и под наблюдением его семьи. Однако городской суд нашел, что не вправе распорядиться о восстановлении вида на жительство.

21. 31 мая 2012 г. Верховный суд Республики Коми рассмотрел жалобу на решение городского суда. Он согласился с доводами об отмене решения от 10 июня 2011 г. и отметил, что следующим логичным шагом было восстановление вида на жительство заявителя. Он предложил миграционной службе принять соответствующие меры.

22. 28 июня 2012 г. Федеральная миграционная служба исполнила решение и восстановила вид на жительство заявителя.

23. На следующий день миграционная служба вынесла новое решение об аннулировании разрешения, сославшись на решение Сыктывкарского городского суда от 15 ноября 2011 г. и подпункт 3 пункта 1 статьи 9 Федерального закона "О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации", который предусматривает аннулирование вида на жительства иностранных граждан, подлежащих высылке.

D. Решение о нежелательности пребывания заявителя в Российской Федерации

 

24. 20 января 2012 г. Федеральная служба по контролю за оборотом наркотиков вынесла решение о нежелательности пребывания (проживания) заявителя в Российской Федерации (далее - решение о нежелательности пребывания), которое предусматривало следующее:

 

"1. На основании материалов, полученных от Управления Федеральной службы по контролю за оборотом наркотиков по Республике Коми, и в соответствии со статьей 25.10 Федерального закона "О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию" признать нежелательным пребывание в России гражданина Грузии Габлишвили...

2. Уведомить о решении должностных лиц и сотрудников органов по контролю за оборотом наркотиков...".

25. Защитник заявителя обжаловал в суд решение о нежелательности пребывания, утверждая, что оно нарушит семейную жизнь заявителя.

26. 20 июля 2012 г. Сыктывкарский городской суд удовлетворил требование заявителя, указав, в частности, следующее:

 

"_Основаниями для вынесения указанного решения являлись следующие обстоятельства: использование наркотиков заявителем, нарушение, в котором он был признан виновным в соответствии с частью 2 статьи 6.9 КоАП РФ постановлением городского суда от 15 ноября 2011 г. и оштрафован на 4 000 рублей, в связи с чем было принято решение о его административном выдворении, прекращение уголовного дела 29 ноября 2003 г. по нереабилитирующим основаниям в связи с его деятельным раскаянием, и неоднократное привлечение к административной ответственности за нарушение общественного порядка.

Однако, по мнению суда, эти элементы не являются достаточными для вывода о том, что Габлишвили, который проживает в Российской Федерации в течение длительного времени и имеет стабильные семейные связи, может проходить лечение под наблюдением его семьи, представляет реальную угрозу для национальной безопасности, общественного порядка и здоровья.

При таких обстоятельствах, принимая во внимание положения Конституции Российской Федерации... согласно которой права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими и определяют смысл, содержание и применение законов... и могут быть ограничены только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства, суд полагает, что указанное решение является незаконным и подлежит отмене_".

27. По жалобе Федеральной службы по контролю за оборотом наркотиков Верховный суд Республики Коми 11 октября 2012 г. отменил решение городского суда и отклонил жалобу заявителя на решение о нежелательности пребывания, указав следующее:

 

"_Городским* (* Имеется в виду Сыктывкарский городской суд (примеч. редактора).) судом установлено и не оспаривается заявителем, что Габлишвили является наркозависимым лицом, что он ранее нарушал уголовное законодательство и неоднократно привлекался к административной ответственности в период 2003-2011 годов.

Совокупность этих элементов указывает, что, проживая в Российской Федерации, Габлишвили не соблюдал действующее законодательство и вел аморальный образ жизни, что, несомненно, представляет угрозу для общественного порядка, здоровья и нравственности российских граждан.

[Верховный суд] полагает, что его стабильные семейные связи в Российской Федерации не могут являться препятствием для решения о нежелательности его пребывания в России, поскольку закон предусматривает, что такое решение может быть вынесено против конкретного лица не в качестве меры наказания, а в качестве средства поддержания общественного порядка, если оно преследует, как указано выше, цель защиты здоровья и нравственности населения Российской Федерации_".

28. В своих объяснениях Европейскому Суду власти Российской Федерации указали, что заявитель ранее привлекался к административной ответственности, что отмечено в решении Верховного суда Республики Коми, в отношении следующих нарушений:

(a) немедицинское использование героина 29 января 2009 г.;

(b) мелкое хулиганство 25 января и 18 июня 2000 г., 28 октября 2003 г., 19 апреля 2004 г. и 30 января 2011 г.;

(c) появление в общественном месте в нетрезвом виде 26 февраля 2000 г.;

(d) уклонение от регистрации по месту жительства 25 ноября 2004 г.;

(e) "несоблюдение действующего порядка" 20 мая 2010 г.

29. После вынесения постановления городского суда от 15 ноября 2011 г. заявитель был признан виновным в следующих административных правонарушениях:

(a) нарушение общественного порядка, появление в общественном месте в нетрезвом виде и неподчинение законным требованиям сотрудника полиции, совершенные 8 марта 2012 г.;

(b) два случая появления в общественном месте в нетрезвом виде и нарушение общественного порядка 27 и 28 мая 2012 г.;

(c) нарушение общественного порядка 30 января 2013 г., за которое заявитель был приговорен к пяти дням ареста;

(d) два нарушения правил дорожного движения 31 марта и 7 мая 2013 г.

30. Как утверждают власти Российской Федерации, в настоящее время местонахождение заявителя неизвестно, он не проживает дома. Также отсутствует информация о том, что постановление о высылке или решение о нежелательности пребывания были исполнены.

II. Соответствующие внутригосударственное законодательство и практика

 

A. Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях

 

31. КоАП РФ предусматривает следующее:

 

"_Статья 6.9. Потребление наркотических средств или психотропных веществ без назначения врача

1. Потребление наркотических средств или психотропных веществ без назначения врача_ влечет наложение административного штрафа в размере от 4 000 до 5 000 рублей или административный арест на срок до 15 суток.

2. То же действие, совершенное иностранным гражданином или лицом без гражданства_ влечет наложение административного штрафа в размере от 4 000 до 5 000 рублей с административным выдворением за пределы Российской Федерации либо административный арест на срок до 15 суток с административным выдворением за пределы Российской Федерации...".

B. Федеральный закон "О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации" (от 25 июля 2002 г. N 115-ФЗ)

 

32. Статья 9 содержит перечень оснований для отказа в выдаче разрешения на временное проживание либо аннулирования разрешения на временное проживание. В частности, в выдаче разрешения на временное проживание отказывают, если иностранец подлежит административному выдворению (подпункт 3 пункта 1), является больным наркоманией, либо не имеет сертификата об отсутствии у него заболевания, вызываемого вирусом иммунодефицита человека (ВИЧ-инфекции) (подпункт 13 пункта 1). Помимо этих случаев, вид на жительство аннулируется в случае принятия в установленном порядке решения о нежелательности пребывания (проживания) в Российской Федерации (пункт 2).

C. Федеральный закон "О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию" (от 15 августа 1996 г. N 114-ФЗ)

 

33. Компетентный орган власти может принять решение о нежелательности пребывания (проживания) в Российской Федерации (далее - решение о нежелательности пребывания). Такое решение может быть принято, если иностранный гражданин незаконно пребывает на территории Российской Федерации или пребывание (проживание) иностранного гражданина, законно находящегося в Российской Федерации, создает реальную угрозу, в частности, общественному порядку либо здоровью населения. Иностранный гражданин, в отношении которого принято решение о нежелательности пребывания (проживания) в Российской Федерации, обязан выехать из Российской Федерации, а не покинувшие территорию Российской Федерации подлежат депортации. Это решение также является основанием для последующего отказа во въезде в Российскую Федерацию (статья 25.10 Закона).

34. Перечень органов, уполномоченных принимать такое решение, утвержден Постановлением Правительства от 7 апреля 2003 г. N 199. Он включает, в частности, Министерство внутренних дел Российской Федерации, Федеральную службу по контролю за оборотом наркотиков Российской Федерации, Федеральную миграционную службу Российской Федерации и Федеральную службу по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека Российской Федерации.

35. Въезд в Российскую Федерацию иностранному гражданину не разрешается в течение пяти лет в случае, если в отношении него вынесено решение об административном выдворении за пределы Российской Федерации (подпункт 2 пункта 7 статьи 27* (* Имеется в виду подпункт 2 пункта 1 статьи 27 (примеч. переводчика).)).

36. Если компетентный орган власти принял решение о нежелательности пребывания в Российской Федерации, этому иностранному гражданину запрещается въезд в Российскую Федерацию (статьи 25.10 и подпункт 7 пункта 7 статьи 27* (* Имеется в виду подпункт 7 пункта 1 статьи 27 (примеч. переводчика).)).

III. Соответствующие материалы Совета Европы

 

37. Рекомендация Комитета министров Совета Европы (2000)15 о безопасности проживания долгосрочных мигрантов, принятая 13 сентября 2000 г., в частности, предусматривает следующее:

 

"1. Что касается приобретения статуса безопасного проживания долгосрочными иммигрантами

_a) Каждое государство-участник должно признавать в качестве "долгосрочного иммигранта" иностранца, который:

i) законно и обычно проживает на его территории в течение периода не менее пяти лет и не более 10 лет иначе как студент на протяжении этого периода; или

ii) получил разрешение на проживание на его территории постоянно или в течение не менее чем пяти лет...

4. Что касается защиты от высылки

a) Каждое решение о высылке долгосрочного иммигранта должно приниматься исходя из принципа соразмерности наказания вине и в свете неизменной практики Европейского Суда по правам человека, с учетом следующих критериев:

- личное поведение иммигранта;

- срок проживания на территории государства;

- последствия высылки для иммигранта и его семьи;

- существующие связи иммигранта и его семьи в стране его происхождения.

b) В применении принципа соразмерности, сформулированного в подпункте "a" пункта 4, Договаривающиеся Стороны обязаны принять во внимание отношение длительности или типа пребывания в государстве иммигранта к серьезности совершенного им преступления. В частности, государства могут придерживаться политики неприменения высылки при условии, что:

- срок жительства иммигранта составляет более пяти лет, кроме случаев, когда приговор за преступление составляет более двух лет лишения свободы без права условно-досрочного освобождения_

5. Что касается административных и судебных гарантий

...b) До принятия решения о высылке долгосрочного иммигранта компетентный орган должен рассмотреть альтернативные меры (например, замену постоянного разрешения на жительство на непостоянное)...".

Право

 

I. Предполагаемое нарушение статьи 8 Конвенции

 

38. Заявители жаловались на то, что исполнение решения о высылке заявителя повлечет нарушение их права на уважение семейной жизни, гарантированного статьей 8 Конвенции, которая предусматривает следующее:

 

"1. Каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни_

2. Не допускается вмешательство со стороны публичных властей в осуществление этого права, за исключением случаев, когда такое вмешательство предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности или защиты прав и свобод других лиц".

A. Доводы сторон

 

39. Власти Российской Федерации признали, что решение суда от 15 ноября 2011 г. составляет вмешательство в право заявителей на уважение их семейной жизни. Однако вмешательство было предусмотрено частью 2 статьи 6.9 КоАП РФ и статьей 25.10 Федерального закона "О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию", и Федеральная служба по контролю за оборотом наркотиков имела полномочия для вынесения решения о признании пребывания заявителя в Российской Федерации нежелательным. Вмешательство преследовало законную цель защиты общественного порядка и было необходимо для воспрепятствования заявителю и другим лицам в продолжении заниматься преступной деятельности. Власти Российской Федерации оспаривали, что заявитель мог считаться долгосрочным или оседлым мигрантом, поскольку он начал законно проживать в России в 2001 году в 20-летнем возрасте. Брак заявителей имел место весьма недавно, в августе 2011 года. Заявители не доказали, что не могли продолжать жить в Грузии, где заявитель провел большую часть жизни, мог получать специализированное лечение и трудоустроиться в качестве водителя. Власти Российской Федерации также подчеркнули, что заявитель был привлечен к уголовной ответственности и признан виновным в 10 административных правонарушениях до вынесения решения от 15 ноября 2011 г. и семи правонарушениях после этой даты. Что касается возраста заявителя, длительности его преступного и аморального поведения, а также тяжести преступления и административных правонарушений, которые он совершил, эти действия не могли рассматриваться как "акты делинквентности несовершеннолетних" (власти Российской Федерации сослались на Постановление Европейского Суда по делу "Балогун против Соединенного Королевства" (Balogun v. United Kingdom) от 10 апреля 2012 г., жалоба N 60286/09). Власти Российской Федерации обратили особое внимание на тот факт, что заявитель совершил правонарушения, связанные с оборотом наркотиков. Наконец, они указали, что заявитель не мог возвратиться в Российскую Федерацию в течение пяти лет после его административного выдворения, и отметили, что, по их мнению, этот период не был чрезмерно длительным (они сослались на Постановление Европейского Суда по делу "Самсонников против Эстонии" (Samsonnikov v. Estonia) от 3 июля 2012 г., жалоба N 52178/10, в котором Европейский Суд не усмотрел нарушения в трехлетнем периоде, и Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу "Маслов против Австрии" (Maslov v. Austria), жалоба N 1638/03, ECHR 2008, в котором Европейский Суд усмотрел нарушение в 10-летнем периоде).

40. Заявители утверждали, что их семья была бы разрушена в случае исполнения постановления о высылке заявителя. В соответствии с рекомендацией Комитета министров Rec(2000)15 (процитированной в § 37 настоящего Постановления) заявитель должен был считаться в Российской Федерации "долгосрочным иммигрантом", чья высылка была бы оправданной, только если бы он был осужден за преступление и приговорен не менее чем к двум годам лишения свободы. Однако заявитель не был осужден за преступление, и совершенные им административные правонарушения составляли мелкие проступки, максимальное наказание за которые составляли 15 суток ареста. По мнению заявителя, власти Российской Федерации, по крайней мере, частично несли ответственность за его наркозависимость: эпидемия злоупотреблений дезоморфином в Республике Коми возникла потому, что его можно было без труда синтезировать из дешевых кодеинсодержащих обезболивающих, которые можно было приобрести в любой аптеке. Заявители подчеркнули, что семейная и общественная поддержка являлась фактором, оказывавшим положительное влияние на лечение заявителя от ВИЧ-инфекции. В итоге заявители считали, что оспариваемое вмешательство в их право на уважение семейной жизни было непропорциональным и не являлось "необходимым в демократическом обществе".

B. Приемлемость жалобы

 

41. Европейский Суд полагает, что настоящая жалоба не является явно необоснованной в значении подпункта "а" пункта 3 статьи 35 Конвенции. Он также отмечает, что жалоба не является неприемлемой по каким-либо другим основаниям. Следовательно, она должна быть объявлена приемлемой.

C. Существо жалобы

 

1. Наличие вмешательства

 

42. Сторонами не оспаривается, что высылка заявителя составила бы вмешательство в право заявителей на уважение личной жизни, и Европейский Суд учитывает позицию сторон по данному вопросу.

43. Заявители поженились в 2011 году и имели ребенка 2012 года рождения. Заявительница и ребенок являлись гражданами Российской Федерации, родились в России и прожили в ней всю свою жизнь. Кроме того, родители заявителя поселились в Российской Федерации в начале 2000-х годов и впоследствии приобрели гражданство России. Решение о высылке заявителя было вынесено в ходе административного разбирательства, решение о признании его пребывания в Российской Федерации нежелательным было вынесено со ссылкой на то же разбирательство, и его вид на жительство был аннулирован. Европейский Суд полагает, что меры, принятые властями страны против заявителя, являлись вмешательством в право заявителей на уважение семейной жизни (см. для сравнения Постановление Европейского Суда по делу "Лю против Российской Федерации" (Liu v. Russia) от 6 декабря 2007 г., жалоба N 42086/05* (* Также известно как дело "Лю и Лю против Российской Федерации" (Liu and Liu v. Russia). Опубликовано в "Бюллетене Европейского Суда по правам человека" N 8/2008.), § 51, с дополнительными отсылками).

2. Оправданность вмешательства

 

44. Прежде всего Европейский Суд подтверждает, что государство как субъект международного права и его международных соглашений может контролировать въезд иностранцев и их пребывание на своей территории (см. в числе многих других примеров Постановление Европейского Суда по делу "Абдулазиз, Кабалес и Балкандали против Соединенного Королевства" (Abdulaziz, Cabales and Balkandali v. United Kingdom) от 28 мая 1985 г., § 67, Series A, N 94, и Постановление Европейского Суда по делу "Бужлифа против Франции" (Boujlifa v. France) от 21 октября 1997 г., § 42, Reports of Judgments and Decisions 1997-VI). Конвенция не гарантирует права иностранца на въезд или проживание в конкретной стране, и для решения задачи поддержания общественного порядка участвующие страны имеют полномочия для выдворения иностранцев, совершивших преступления. Однако их решения в этой связи, поскольку они могут нарушить права, охраняемые пунктом 1 статьи 8 Конвенции, должны находиться в соответствии с законодательством и критерием необходимости в демократическом обществе, то есть быть оправданными неотложной общественной необходимостью и, в частности, соразмерными преследуемой законной цели (см. Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу "Сливенко против Латвии" (Slivenko v. Latvia), жалоба N 48321/99, § 99, ECHR 2003-X).

(a) Было ли вмешательство предусмотрено законом

45. Европейский Суд учитывает, что постановление о высылке имело законную основу в части 2 статьи 6.9 КоАП РФ, которая предусматривает высылку иностранных граждан, признанных виновными в употреблении наркотиков без назначения врача. Подпункт 3 пункта 1 статьи 9 Федерального закона "О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации" предусматривает аннулирование вида на жительства иностранных граждан, подлежащих высылке. Наконец, решение о нежелательности пребывания было вынесено на основании статьи 25.10 Федерального закона "О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию". Последнее решение было вынесено Федеральной миграционной службой по предложению Федеральной службы по контролю за оборотом наркотиков. В деле Лю Европейский Суд отметил, что, если исполнительный орган принимал такие решения, не заслушав заинтересованного иностранца, он мог указать, что соответствующие правовые нормы не обеспечивали адекватную степень защиты от произвольного вмешательства и, следовательно, не отвечали конвенционному требованию "качества закона" (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Лю против Российской Федерации", § 65). Однако поскольку в настоящем деле мотивы решения впоследствии пересматривались судами двух инстанций, Европейский Суд может обойтись без этой проверки, так как рассмотрит все вопросы законности ниже при оценке пропорциональности вмешательства (см. Постановление Европейского Суда по делу "Лю против Российской Федерации (N 2)" (Liu v. Russia) (N 2) от 26 июля 2011 г., жалоба N 29157/09* (* Опубликовано в "Бюллетене Европейского Суда по правам человека" N 8/2012.), § 79).

(b) Преследовало ли вмешательство законную цель

46. Европейский Суд готов согласиться с тем, что меры, принятые против заявителя, преследовали законные цели обеспечения предотвращения беспорядков и преступлений. Остается удостовериться, было ли это вмешательство пропорционально преследуемой законной цели, в частности, установили ли внутригосударственные органы справедливое равновесие между соответствующими интересами, а именно предотвращением беспорядков и преступлений, с одной стороны, и правом заявителей на уважение их семейной жизни, с другой стороны.

(c) Являлось ли вмешательство "необходимым в демократическом обществе"

47. Соответствующие критерии, используемые Европейским Судом при оценке вопроса о необходимости меры высылки в демократическом обществе, были кратко изложены следующим образом (см. Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу "Юнер против Нидерландов" (Uner v. Netherlands), жалоба N 46410/99, §§ 57-58, ECHR 2006-XII):

- характер и тяжесть правонарушения, совершенного заявителем;

- длительность пребывания заявителя в стране, из которой он высылается;

- срок, истекший после совершения нарушения, и поведение заявителя в течение этого срока;

- гражданство различных заинтересованных лиц;

- семейная ситуация заявителя, в частности, длительность брака и другие факторы, свидетельствующие о реальности семейной жизни данной пары;

- знал ли супруг о нарушении в момент вступления в семейные отношения;

- имеются ли дети от брака, и если да, их возраст;

- серьезность сложностей, с которыми столкнется супруг в стране, в которую высылается заявитель.

48. При осуществлении надзорной функции задачей Европейского Суда является не подмена внутригосударственных властей, а, скорее, проверка в свете всех обстоятельств дела решений, принимаемых ими в рамках их свободы усмотрения. При этом Европейский Суд должен убедиться в том, что внутригосударственными властями были применены стандарты, соответствующие принципам, изложенным в прецедентной практике, и, кроме того, что решения властей были основаны на разумной оценке соответствующих фактов. Действительно, последовательная прецедентная практика сводится к тому, что требование пункта 2 статьи 8 Конвенции о "необходимости в демократическом обществе" вмешательства затрагивает вопросы процедуры, а также существа. Процессуальные гарантии, доступные лицу, имеют особое значение при определении того, вышло ли государство-ответчик за пределы своего усмотрения при создании регулятивной базы. В частности, Европейский Суд должен рассмотреть вопрос о том, являлся ли справедливым процесс принятия решений, повлекший меры вмешательства, и обеспечивал ли он надлежащее уважение интересов, гарантированных лицу статьей 8 Конвенции (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Лю против Российской Федерации (N 2)", § 86, Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу "Чапман против Соединенного Королевства" (Chapman v. United Kingdom), жалоба N 27238/95, § 92, ECHR 2001-I, и Постановление Европейского Суда по делу "Бакли против Соединенного Королевства"" (Buckley v. United Kingdom) от 25 сентября 1996 г., § 76, Reports 1996-IV).

(i) Административное выдворение и аннулирование вида на жительство

49. Решение о высылке заявителя было вынесено судом в качестве санкции за введение себе производного морфина. Решение об отмене его пятилетнего вида на жительство являлось автоматическим следствием постановления о высылке, а не результатом отдельной оценки фактов. Таким образом, Европейский Суд будет рассматривать эти два действия совместно.

50. Власти Российской Федерации утверждали, что немедицинское употребление наркотиков должно считаться таким же серьезным, как и другие преступления, связанные с наркотиками, например, сбыт наркотиков. Европейский Суд не разделяет это мнение. Как он указал в деле Маслова, тогда как в сфере сбыта наркотиков Европейский Суд проявлял понимание твердости внутригосударственных властей в отношении активных участников распространения этого бедствия, он не разделял данный подход в отношении осужденных за употребление наркотиков (см. упоминавшееся выше Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу "Маслов против Австрии", § 80, с дополнительными отсылками). В деле Эззухди Европейский Суд подчеркнул, что нельзя разумно утверждать, что использование и употребление наркотиков представляют серьезную угрозу общественному порядку, поскольку назначенное заявителю наказание было сравнительно мягким, несмотря на повторный характер правонарушений (см. Постановление Европейского Суда по делу "Эззухди против Франции" (Ezzouhdi v. France) от 13 февраля 2001 г., жалоба N 47160/99, § 34, заявитель был приговорен к двум годам лишения свободы). Эта мотивировка тем более применима к обстоятельствам настоящего дела, в котором максимальная санкция за немедицинское употребление наркотиков составляла 15 суток ареста, а в действительности примененное к заявителю наказание составило штраф менее 100 евро.

51. Что касается решений внутригосударственных властей, Европейский Суд с озабоченностью учитывает, что они не содержат анализа пропорциональности меры высылки в свете вышеизложенных принципов или оценки ее влияния на семейную жизнь заявителей. Формулировка части 2 статьи 6.9 КоАП РФ не оставляла судам страны вариантов. Она безоговорочно устанавливала, что любой негражданин Российской Федерации, признанный виновным в немедицинском употреблении наркотиков, в силу этого факта подлежит высылке. Это подтвердил при рассмотрении жалобы Верховный суд Республики Коми, который отклонил доводы, относящиеся к семейной ситуации заявителя, со ссылкой на автоматический характер меры высылки (см. § 14 настоящего Постановления). Вследствие этого Верховный суд Республики Коми прямо отказал в сопоставлении различных затронутых интересов и не предпринял дополнительного анализа пропорциональности меры, применяемой против заявителя. Он не принял во внимание критерии, выработанные Европейским Судом, и уклонился от принятия стандартов, которые соответствовали бы принципам, воплощенным в статье 8 Конвенции (см. для сравнения упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Лю против Российской Федерации (N 2)", § 81).

52. Европейский Суд напоминает, что высылка члена семьи представляет собой наиболее крайнюю форму вмешательства в право на уважение семейной жизни. Любое лицо, которому угрожает вмешательство такого масштаба, в принципе должно иметь право на проверку пропорциональности и разумности меры независимым судом с учетом применимых положений статьи 8 Конвенции. Гарантии Конвенции требуют, чтобы вмешательство не только было основано на законе, но и было пропорционально законной цели, которую оно преследовало, с учетом конкретных обстоятельств дела и чтобы нормы внутригосударственного законодательства толковались и применялись способом, совместимым с обязательствами государства в соответствии с Конвенцией (см. с необходимыми изменениями Постановление Европейского Суда по делу "Чосич против Хорватии" (Cosic v. Croatia) от 15 января 2009 г., жалоба N 28261/06, §§ 21-22, с дополнительными отсылками).

53. В заключение Европейский Суд находит, что "процессуальные гарантии", требуемые статьей 8 Конвенции при оценке пропорциональности вмешательства, не были обеспечены в данном административном разбирательстве. Вследствие этого мера высылки была применена автоматически, в отсутствие возможности проверки меры высылки независимым судом. Кроме того, как указывалось выше, решение об аннулировании вида на жительство заявителя ограничилось отсылкой к постановлению о высылке, поскольку вынесший его орган не был обязан провести отдельную оценку семейной ситуации заявителей (см. для сравнения Постановление Европейского Суда по делу "Киютин против Российской Федерации" (Kiyutin v. Russia), жалоба N 2700/10* (* Опубликовано в "Бюллетене Европейского Суда по правам человека" N 12/2011.), § 73, ECHR 2011). Соответственно, аналогичные соображения применимы к этому решению.

(ii) Решение о признании пребывания заявителя в Российской Федерации нежелательным

54. Что касается окончательного решения в административном разбирательстве об употреблении наркотиков, Федеральная служба по контролю за оборотом наркотиков вынесла решение о нежелательности пребывания заявителя, признав его пребывание в Российской Федерации нежелательным. Текст решения ссылался на "материалы", полученные от регионального управления федеральной службы, в отсутствие указания конкретных причин или упоминания фактов, которые могли делать пребывание заявителя в Российской Федерации нежелательным. Европейский Суд отмечает, что решение было вынесено по собственной инициативе органа и что заявители не были вызваны и заслушаны. Таким образом, они не могли выдвинуть правовые доводы против решения до его вынесения.

55. Фактические основания решения выявились в последующем судебном разбирательстве. Они охватывают три элемента: (i) признание заявителя виновным в немедицинском использовании наркотиков в 2011 году, (ii) прекращенное в 2003 году уголовное разбирательство против него и (iii) другие неуказанные нарушения общественного порядка. Суды страны не уточнили последний элемент предоставлением как минимум перечня таких правонарушений. Перечень был впервые представлен государством-ответчиком в разбирательстве дела Европейским Судом (см. § 28 настоящего Постановления).

56. Европейский Суд признает, что сопоставление, выполненное Сыктывкарским городским судом, соответствовало критериям, выработанным в его прецедентной практике в соответствии со статьей 8 Конвенции: он сопоставил тяжесть совершенных заявителем правонарушений с длительностью его пребывания в Российской Федерации и прочностью его семейных связей в этой стране. Городской суд пришел к выводу о том, что пребывание заявителя не представляло реальной угрозы национальной безопасности, общественному порядку или здоровью, и Европейский Суд соглашается с ним. Действительно, из перечня правонарушений, представленного властями Российской Федерации, следует, что заявитель не совершал насильственных правонарушений и его действия не причиняли значительного ущерба кому-либо, кроме него самого. Вопреки утверждению властей Российской Федерации о том, что он являлся опасным преступником, заявитель не был признан виновным в преступлении, а уголовное дело против него было прекращено без суда в 2003 году в связи с его деятельным раскаянием (см. решение городского суда в § 26 настоящего Постановления). Что касается административных разбирательств, все они касались незначительных проступков, включая мелкое хулиганство, появление в общественном месте в нетрезвом виде и употребление наркотиков, или регулятивных нарушений, таких как неисполнение административных процедур. Каждый раз заявителю назначался небольшой штраф. Имеет также значение то, что большинство происшествий имело место в 2000-2004 годах, то есть более чем за восемь лет до вынесения решения о признании пребывания заявителя нежелательным. С прошествием времени значение этих действий уменьшалось, и требовалось более тщательное обоснование для привлечения их в качестве причины устранения заявителя из Российской Федерации. С другой стороны, заявитель был женат на гражданке Российской Федерации и имел сына, являвшегося гражданином этой страны. Оба его родителя переехали в Российскую Федерацию совместно с ним и с тех пор получили гражданство Российской Федерации. Отсутствуют данные о том, что он имел близких родственников в Грузии. При таких обстоятельствах оценка городского суда по поводу того, что длительность пребывания заявителя в Российской Федерации и прочность его семейных связей перевешивали совокупность его привлечения к ответственности, представляется разумной.

57. В отличие от его вывода по поводу решения городского суда Европейский Суд не может согласиться с тем, что разбирательство в Верховном суде Республики Коми обеспечило заявителям адекватные процессуальные гарантии или что его решение было основано на приемлемой оценке соответствующих фактов, как того требует Конвенция. Верховный суд Республики Коми не предпринял значимых попыток проверить утверждение органов исполнительной власти о том, что заявитель представлял угрозу общественному порядку и здоровью. Не проанализировав сколько-нибудь подробно, какие правонарушения совершил заявитель, когда или каковы были длительность его пребывания и семейные связи в Российской Федерации, Верховный суд Республики Коми признал его образ жизни "аморальным" и "несомненно" представляющим "непосредственную угрозу здоровью и нравственности граждан Российской Федерации" (см. § 27 настоящего Постановления). В отсутствие в тексте решения Верховного суда Республики Коми объяснений по поводу того, на каких фактических обстоятельствах были основаны эти выводы, Европейский Суд не нуждается в установлении того, составляет ли оценочное суждение об аморальности образа жизни заявителя в соответствии с внутригосударственным законодательством достаточное и предсказуемое правовое основание для его устранения из России. Кроме того, поскольку тест пропорциональности требует, чтобы вмешательство в защищенные Конвенцией права было не больше, чем необходимо для достижения преследуемой законной цели, из текста решения не следует, что Верховный суд Республики Коми рассмотрел альтернативные, менее строгие меры до вынесения решения об устранении заявителя из Российской Федерации (см. пункт 5 (b) Рекомендации Rec(2000)15). Поскольку сопоставление в соответствии с конвенционными стандартами не проводилось, Европейский Суд полагает, что Верховный суд Республики Коми надлежащим образом не сопоставил различные интересы, затронутые в настоящем деле.

(iii) Длительность выдворения заявителя из Российской Федерации

58. Наконец Европейский Суд отмечает, что, как признали власти Российской Федерации, мера высылки, принятая в административном разбирательстве, имела следствием исключение повторного въезда заявителя в Российскую Федерацию на срок пять лет (см. § 35 настоящего Постановления). Однако они не комментировали срок действия решения о признании его пребывания в Российской Федерации нежелательным. Как представляется, ни текст решения, ни текст статьи 25.10 Федерального закона "О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию" не устанавливали срок выдворения заявителя с территории Российской Федерации. Отсутствует также процедура его периодического пересмотра или установления такого срока по ходатайству заинтересованного лица (см. для сравнения Постановление Европейского Суда по делу "Келес против Германии" (Keles v. Germany) от 27 октября 2005 г., жалоба N 32231/02, § 65).

59. Европейский Суд напоминает, что применение запрета проживания на неограниченный срок является чрезмерно строгой мерой, которую он признавал непропорциональной преследуемой цели во многих ранее рассмотренных делах (см., например, упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Келес против Германии", § 66, Постановление Европейского Суда по делу "Радованович против Австрии" (Radovanovic v. Austria) от 22 апреля 2004 г., жалоба N 42703/98, § 37, Постановление Европейского Суда по делу "Йилмаз против Германии" (Yilmaz v. Germany) от 17 апреля 2003 г., жалоба N 52853/99, §§ 48-49, и упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Эззухди против Франции", § 35). Соответственно, постоянное действие решения о нежелательности пребывания заявителя являлось фактором, который должен был стать предметом анализа внутригосударственных властей по поводу возможности применения менее строгих мер. Однако окончательное решение Верховного суда Республики Коми обошло молчанием этот вопрос.

3. Заключение

 

60. Европейскому Суду не требуется определять, были ли высылка или выдворение заявителя возможны как таковые. Однако он считает, что разбирательства, в которых решения о высылке или выдворении были вынесены или поддержаны, не отвечали требованиям Конвенции и не затрагивали все элементы, которые внутригосударственные власти должны были принять во внимание при оценке того, были ли меры высылки или выдворения "необходимы в демократическом обществе", и были ли они пропорциональны преследуемой законной цели.

61. Соответственно в случае исполнения постановления о высылке или решения о нежелательности пребывания заявителя будет допущено нарушение статьи 8 Конвенции в отношении заявителей.

II. Предполагаемое нарушение статьи 14 Конвенции в отношении заявителя

 

62. Заявитель жаловался на то, что он являлся жертвой дискриминации по признаку его состояния здоровья в нарушение статьи 14 Конвенции, поскольку постановление об административном выдворении было вынесено против него как против наркозависимого лица.

63. Власти Российской Федерации отрицали, что заявитель подвергался какому-либо дискриминационному обращению.

64. С учетом своего анализа в соответствии со статьей 8 Конвенции и сделанных выводов Европейский Суд полагает, что жалоба должна быть объявлена приемлемой, но при обстоятельствах настоящего дела не является необходимым рассмотрение тех же фактов в соответствии со статьей 14 Конвенции.

III. Применение статьи 41 Конвенции

 

65. Статья 41 Конвенции предусматривает:

 

"Если Европейский Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Европейский Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне".

A. Ущерб

 

66. Заявители требовали совместно 15 000 евро в качестве компенсации морального вреда. Они также просили Европейский Суд обязать власти Российской Федерации выдать вид на жительство заявителю.

67. Власти Российской Федерации утверждали, что это требование является чрезмерным и необоснованным.

68. Европейский Суд полагает, что установление факта нарушения статьи 8 Конвенции составляет достаточную справедливую компенсацию.

69. Европейский Суд не вправе обязывать власти Российской Федерации выдавать вид на жительство заявителю. Однако он подчеркивает, что постановления Европейского Суда носят обязательный характер для Российской Федерации, и установление Европейским Судом нарушений Конвенции или Протоколов к ней является основанием для возобновления внутригосударственных разбирательств и для пересмотра судебных решений страны в свете конвенционных принципов, установленных Европейским Судом. Европейский Суд полагает, что такой пересмотр являлся бы наиболее подходящим средством исключения потенциального нарушения статьи 8 Конвенции, установленного им в настоящем Постановлении. Однако у государства-ответчика остается свобода выбора любых других, под наблюдением Комитета министров, дополнительных средств в целях исполнения правового обязательства, следующего из статьи 46 Конвенции, при условии, что подобные средства совместимы с выводами, содержащимися в Постановлении Европейского Суда (см. § 51 настоящего Постановления).

B. Судебные расходы и издержки

 

70. Заявители не требовали возмещения судебных расходов и издержек. Соответственно, Европейский Суд не присуждает каких-либо сумм по данному основанию.

C. Процентная ставка при просрочке платежей

 

71. Европейский Суд полагает, что процентная ставка при просрочке платежей должна определяться исходя из предельной кредитной ставки Европейского центрального банка плюс три процента.

 

На основании изложенного Суд единогласно:

1) объявил жалобу приемлемой;

2) постановил, что в случае исполнения постановления о высылке заявителя или решения о нежелательности пребывания будет допущено нарушение статьи 8 Конвенции в отношении обоих заявителей;

3) постановил, что отсутствует необходимость в обособленном рассмотрении жалобы заявителя на основании статьи 14 Конвенции;

4) постановил, что установление потенциального нарушения составляет достаточную справедливую компенсацию.

 

Совершено на английском языке, уведомление о Постановлении направлено в письменном виде 26 июня 2014 г. в соответствии с пунктами 2 и 3 правила 77 Регламента Суда.

 

Сёрен Нильсен
Секретарь
Секции Суда

Изабель Берро-Лефевр
Председатель
Палаты Суда

 

Откройте актуальную версию документа прямо сейчас или получите полный доступ к системе ГАРАНТ на 3 дня бесплатно!

Получить доступ к системе ГАРАНТ

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.


Постановление Европейского Суда по правам человека от 26 июня 2014 г. Дело "Габлишвили (Gablishvili) против Российской Федерации" (Жалоба N 39428/12) (Первая секция)


Текст Постановления опубликован в Бюллетене Европейского Суда по правам человека. Российское издание. N 2/2015


Перевод Г.А. Николаева