Кассационное определение ВК Верховного Суда РФ от 21 мая 2004 г. N 5-052/01 В соответствии с нормами УПК РФ при решении вопроса о необходимости избрания меры пресечения и определения ее вида должны учитываться тяжесть преступления, сведения о личности обвиняемого, его возраст, состояние здоровья, семейное положение, род занятий и другие обстоятельства

Кассационное определение ВК Верховного Суда РФ от 21 мая 2004 г. N 5-052/01


Военная коллегия Верховного Суда Российской Федерации

рассмотрела в судебном заседании от 21 мая 2004 года кассационные жалобы обвиняемого С., защитника С., защитника-адвоката Д. на постановление Балтийского флотского военного суда от 23 марта 2004 года, согласно которому уголовное дело возвращено прокурору.

Заслушав доклад судьи генерал-майора юстиции К., выступления защитника С., защитника-адвоката Д. в обоснование кассационных жалоб, полагавших необходимым определение Балтийского флотского военного суда отменить, изменить меру пресечения на более мягкую, мнение старшего военного прокурора Главной военной прокуратуры советника юстиции Б., предложившего кассационные жалобы обвиняемого, защитника С. и защитника-адвоката Д. оставить без удовлетворения, Военная коллегия установила:

В ходе предварительного слушания по уголовному делу по обвинению С. в совершении преступлений, предусмотренных п.п. "а", "е" ст. 102 УК РСФСР, п. "в" ч. 2 ст. 146 УК РФ, п.п. "а", "д" ч. 2 ст. 146 УК РСФСР, судом установлено, что обвинительное заключение составлено с нарушениями требований Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, которые исключают возможность постановления на его основе приговора или вынесения иного решения, что в силу п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ является основанием для возвращения уголовного дела прокурору.

ГАРАНТ:

По-видимому, в тексте предыдущего абзаца допущена опечатка. Имеется в виду п. "в" ч. 2 ст. 146 УК РСФСФ


На основании изложенного суд по результатам предварительного слушания вынес постановление, в соответствии с которым уголовное дело в отношении С. возвращено прокурору для устранения допущенных нарушений в срок, указанный в ч. 6 ст. 162 УПК РФ, а также оставил без изменения избранную С. меру пресечения - заключение под стражу.

В кассационных жалобах обвиняемый С., защитник С. и защитник-адвокат Д. выражают свое несогласие с постановлением о возвращении уголовного дела прокурору.

С. указывает на незаконность обжалуемого постановления в части меры пресечения, считая, что содержание его под стражей является необоснованным, поскольку он не скрывался от следствия и суда, не получал повесток о явке в прокуратуру и суд, будучи зарегистрированным по адресу, на который ему вызовы не приходили.

Кроме того, за время нахождения в следственных изоляторах он заболел туберкулезом, гепатитом, и ему требуется постоянное квалифицированное медицинское обслуживание, которое ему не могут предоставить медицинские учреждения органов внутренних дел.

Обвиняемый также заявляет, что болен шизофренией и это в условиях нахождения под стражей усугубляет течение других хронических заболеваний, вызывающих высокую температуру. Указанные обстоятельства не предоставляют ему нормальной возможности участвовать в судебном разбирательстве.

С. просит отменить постановление Балтийского флотского военного суда о возвращении дела прокурору от 23 марта 2004 года и изменить ему меру пресечения на более мягкую.

Защитник-адвокат Д. считает незаконным указанное судебное постановление, в том числе и в части невозможности его обжаловать в кассационном порядке за пределами вопроса о мере пресечения. В качестве основания для такого вывода защитник-адвокат приводит Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 8 декабря 2003 года, признавшего неконституционность положений ч. 7 ст. 236 УПК РФ, не предусматривающей возможность кассационного обжалования постановления о приостановлении производства по делу.

Защитник-адвокат полагает, что возвращение уголовного дела прокурору приведет к нарушению законных прав обвиняемого, так как не устанавливает предельных сроков его нахождения под стражей, а допущенные органами предварительного следствия нарушения суд мог устранить и в ходе судебного разбирательства.

По мнению защиты, на что указывается также в жалобах С. и защитника С., незаконность обжалуемого постановления выражается также в том, что обвиняемый не был поставлен в известность об изменении объема обвинения, выделении материалов уголовного дела в отдельное производство, а поэтому разъединенные уголовные дела должны быть соединены в одно производство.

В жалобе также указывается на оставление судом без внимания приговора Самарского гарнизонного военного суда, согласно которому С. освобожден от уголовной ответственности за инкриминируемые ему деяния в связи с его невменяемостью.

Защитник-адвокат также обращает внимание на тяжелое состояние здоровья обвиняемого С., наличие у него жилья для постоянного жительства, возможность применения по отношению к нему меры пресечения в виде личного поручительства, давность совершения инкриминируемых ему деяний, в связи с чем С. перестал быть общественно опасным.

Защитник С. утверждает, что обвиняемый не скрывался от следствия и суда, а направляемые ему извещения приходили на адрес, по которому он не проживал. Отсутствие С. в городе Калининграде объясняется также выездом его на похороны родственников. При таких данных защитник просит изменить С. меру пресечения в виде заключения под стражу на более мягкую, в том числе ее личное поручительство.

В своих возражениях на кассационные жалобы осужденных государственный обвинитель военный прокурор отдела военной прокуратуры Балтийского флота полковник Т. утверждает, что постановление Балтийского флотского военного суда о возвращении уголовного дела в отношении С. прокурору является законным и обоснованным.

Определение Самарского гарнизонного военного суда по уголовному делу в отношении С. об освобождении его от уголовной ответственности относится к другим преступным деяниям, которые ему по настоящему уголовному делу не вменяются.

Утверждения в жалобах о наличии у С. хронических заболеваний не могут являться основанием для изменения ему меры пресечения.

В соответствии с ч. 7 ст. 236 УПК РФ судебное решение, принятое по результатам предварительного слушания, обжалованию не подлежит. Решение Конституционного Суда Российской Федерации о неконституционности некоторых положений Уголовного процессуального кодекса, относятся к нормам названного правового акта, не допускающим возможность кассационного обжалования постановления о приостановлении производства по делу, а не ко всем судебным решениям, принимаемым по результатам предварительного слушания.

Рассмотрев материалы дела и обсудив доводы кассационных жалоб, Военная коллегия считает, что постановление Балтийского флотского военного суда по уголовному делу в отношении С. о возвращении настоящего уголовного дела прокурору вынесено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и изменению не подлежит.

Вопреки утверждению в кассационной жалобе защитника-адвоката, Конституционный Суд Российской Федерации 8 декабря 2003 года по делу о проверке конституционности положений статей 125, 219, 227, 229, 236, 237, 239, 246, 254, 271, 378, 405 и 408, а также глав 35 и 39 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с запросами судом общей юрисдикции и жалобами граждан подтвердил противоречие Конституции Российской Федерации лишь положений Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации исключающих возможность обжалования и пересмотра в кассационном порядке определений (постановлений) суда первой инстанции о применении или изменении меры пресечения, о помещении лица в медицинское учреждение для проведения стационарной судебно-психиатрической экспертизы, а также об отложении разбирательства, приостановлении уголовного дела или о роспуске коллегии присяжных заседателей и связанном с этим возобновлении подготовки к рассмотрению дела, поскольку указанные решения затрагивают конституционные права и свободы и, в частности, сопряжены с фактическим продлением срока содержания под стражей.

Иные судебные решения, принятые по результатам предварительного слушания, не признавались Конституционным Судом Российской Федерации не соответствующими Конституции Российской Федерации.

Поскольку в соответствии с ч. 7 ст. 236 УПК РФ судебные решения, принятые по результатам предварительного слушания, за исключением решений о приостановлении производства по делу, прекращении уголовного дела и о назначении судебного заседания в части разрешения вопроса о мере пресечения, обжалованию не подлежат, постановление Балтийского флотского военного суда о возвращении уголовного дела прокурору от 23 марта 2004 года не может быть предметом рассмотрения в кассационном порядке.

В соответствии с ч. 1 ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению.

Настоящее уголовное дело поступило в Балтийский флотский военный суд с обвинением С. в совершении преступлений, предусмотренных п.п. "а", "е" ст. 102, п. "в" ч. 2 ст. 146 и п.п. "а", "д" ч. 2 ст. 146 УК РСФСР.

В связи с этим беспредметным является указание в жалобах на незаконное выделение материалов уголовного дела, вынесенное военным прокурором Калининградского гарнизона 14 февраля 2003 года. Из материалов уголовного дела видно, что названное процессуальное решение обжаловано не было, поэтому требования жалоб об отмене вышеуказанного постановления и соединении уголовных дел в одно производство не могут подлежать кассационному рассмотрению.

Вопреки утверждению в жалобах, С. освобожден от уголовной ответственности Самарским гарнизонным военным 22 марта 2000 года за совершение преступлений в Самарской области, а не инкриминируемых ему по настоящему делу.

В ходе предварительного слушания судом установлено, что органы предварительного следствия ни в постановлении о привлечении С. в качестве обвиняемого, ни в обвинительном заключении не указали стоимость имущества, хищение которого вменяется С. Кроме того, в списке лиц, подлежащих вызову в суд, данные о нахождении ряда свидетелей и потерпевшей Шпорт не соответствуют материалам дела.

Правильно признав указанные нарушения существенными, исключающими возможность постановления приговора или иного решения, суд в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ возвратил уголовное дело прокурору.

При этом суд обоснованно указал, что допущенные органами предварительного следствия нарушения должны быть устранены в срок, указанный в ч. 6 ст. 162 УПК РФ, а срок содержания под стражей подлежит исчислению и продлению в порядке, предусмотренном ст. 109 УПК РФ. В связи с этим несостоятельным является утверждение в жалобе о неограниченном сроке нахождения дела в распоряжении органов предварительного следствия, а обвиняемого под стражей.

Из материалов уголовного дела усматривается, что 3 декабря 2002 года в соответствии с постановлением начальника ИЗ-39/1 УИН МЮ РФ по Калининградской области С. освобожден из-под стражи (т. 6, л.д. 185).

По вызовам в военную прокуратуру, направлявшимся по адресу его места жительства в г. Калининграде по ул. Генерала Павлова, имеющемуся в материалах дела, С. не являлся.

В материалах дела содержатся рапорты военного дознавателя, из которых видно, что С. по вышеуказанному адресу отсутствовал, в связи с чем повестка была передана его соседям (т. 6, л.д. 191-195).

Согласно справке военного прокурора Калининградского гарнизона полковника юстиции  Ш. 30 декабря 2002 года у него состоялся разговор с матерью С. - С., которая сообщила, что ей от соседей стало известно о вызове сына в прокуратуру, но поскольку повестка ей получена не была, сын в прокуратуру не прибудет (т. 6, л.д. 196).

Остались без реагирования со стороны обвиняемого С. и повестки, а также вызовы по телефону о явке в Балтийский флотский военный суд (т. 6, л.д. 254-255).

С учетом указанного поведения обвиняемого С., а также его предыдущими попытками скрыться от органов предварительного следствия, 12 марта 2003 года судья Балтийского флотского военного суда в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 238 УПК РФ вынес постановление о приостановлении производства по делу и избрал в отношении С. меру пресечения в виде заключения под стражу (т. 6, л.д. 264-265).

Предпринятыми оперативно-розыскными мероприятиями установлено, что С. выезжал за пределы Калининградской области по паспорту нового образца, полученному в г. Черняховске. Черняховским ГОВД, управлением уголовного розыска г. Калининграда и военной прокуратурой Калининградского гарнизона проведены проверки адресов в г. Черняховске и Калининграде. Аналогичные мероприятия осуществлены по месту жительства родственников С., а также местам, где обвиняемый предположительно мог находиться (т. 6, л.д. 271, 273).

В результате действий сотрудников внутренних дел С. задержан 26 декабря 2003 года на станции Калуга и этапирован в ИЗ-39/1 УИН МЮ РФ по Калининградской области (т. 6, л.д. 276).

Решая вопрос о мере пресечения, Балтийский флотский военный суд обоснованно указал на отсутствие оснований ее изменения, которые изложены в ч. 1 ст. 110 УПК РФ.

В соответствии с названной правовой нормой мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость, или изменяется на более мягкую, когда изменяются основания для избрания меры пресечения, предусмотренные статьями 97 и 99 УПК РФ.

Согласно ст. 99 УПК РФ при решении вопроса о необходимости избрания меры пресечения и определения ее вида должны учитываться тяжесть преступления, сведения о личности обвиняемого, его возраст, состояние здоровья, семейное положение, род занятий и другие обстоятельства.

Поскольку С., являясь обвиняемым по настоящему уголовному делу, после прекращения принудительных мер медицинского характера, примененных к нему по другому делу, ни в прокуратуру, ни в суд не явился, на вызовы органов предварительного следствия и суда не реагировал, ранее предпринимал попытки скрыться, имеются оснований полагать, что и в настоящее время С. может скрыться от следствия и суда.

Довод жалобы о том, что С. совершил преступления давно и перестал был общественно опасным является неубедительным, поскольку С. обвиняется в том числе и в совершении убийства, совершенного при отягчающих обстоятельствах. В соответствии со ст. 48 УК РСФСР и ч. 4 ст. 78 УК РФ вопрос о применении сроков давности к лицу, совершившему преступление, наказуемое смертной казнью или пожизненным лишением свободы, решается судом.

Таким образом, вопрос об освобождении от уголовной ответственности в связи с истечением сроков давности может быть решен при рассмотрении уголовного дела по существу.

Как видно из материалов дела С. обвиняется в умышленном убийстве и разбойных нападениях, совершенных при отягчающих обстоятельствах.

При таких данных, а также с учетом требований ст. 99 УПК РФ тяжесть состояния здоровья С., а также регистрация по постоянному месту жительству не могут являться единственными основаниями для отмены либо изменения меры пресечения.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 97, 99, 110, 377, п. 1 ч. 1 ст. 378 и ст. 388 УПК РФ, Военная коллегия Верховного Суда Российской Федерации определила:

Постановление Балтийского флотского военного суда от 23 марта 2004 года о возвращении уголовного дела в отношении С. прокурору в части вопроса о мере пресечения С. оставить без изменения, а кассационные жалобы обвиняемого С., защитника С., защитника-адвоката Д. - без удовлетворения.



Кассационное определение ВК Верховного Суда РФ от 21 мая 2004 г. N 5-052/01


Текст определения официально опубликован не был


Откройте нужный вам документ прямо сейчас или получите полный доступ к системе ГАРАНТ на 3 дня бесплатно!

Получить доступ к системе ГАРАНТ

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.