Купить систему ГАРАНТ Получить демо-доступ Узнать стоимость Информационный банк Подобрать комплект Семинары

Постановление Европейского Суда по правам человека от 25 марта 2008 г. Дело "Фалимонов (Falimonov) против Российской Федерации" (жалоба N 11549/02) (Третья Секция)

Европейский Суд по правам человека
(Третья Секция)

 

Дело "Фалимонов (Falimonov)
против Российской Федерации"
(Жалоба N 11549/02)

 

Постановление Суда

 

Страсбург, 25 марта 2008 г.

 

Европейский Суд по правам человека (Третья Секция), заседая Палатой в составе:

Й. Касадеваля, Председателя Палаты,

Э. Фура-Сандстрем,

К. Бырсана,

Б.М. Цупанчича,

А. Ковлера,

А. Гюлумян,

Л.Л. Герры, судей,

а также при участии С. Кесады, Секретаря Секции Суда,

заседая за закрытыми дверями 4 марта 2008 г.,

вынес в тот же день следующее Постановление:

 

Процедура

 

1. Дело было инициировано жалобой N 11549/02, поданной против Российской Федерации в Европейский Суд по правам человека (далее - Европейский Суд) в соответствии со статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее - Конвенция) гражданином Российской Федерации Николаем Семеновичем Фалимоновым (далее - заявитель) 6 августа 2001 г.

2. Власти Российской Федерации были первоначально представлены бывшим Уполномоченным Российской Федерации при Европейском Суде по правам человека П.А. Лаптевым, а затем - новым Уполномоченным В.В. Милинчук.

3. Заявитель, в частности, жаловался на предположительно чрезмерную длительность разбирательства гражданского дела.

4. 12 сентября 2006 г. Европейский Суд коммуницировал жалобу в части предположительно чрезмерной длительности разбирательства гражданского дела властям Российской Федерации. Он также решил по своей инициативе поставить вопрос о задержке исполнения двух решений, вынесенных в пользу заявителя. В соответствии с пунктом 3 статьи 29 Конвенции Европейский Суд решил рассмотреть данную жалобу одновременно по вопросу приемлемости и по существу.

5. Власти Российской Федерации возражали против одновременного рассмотрения жалобы по вопросу приемлемости и по существу. Рассмотрев возражения властей Российской Федерации, Европейский Суд отклонил их.

 

Факты

 

6. Заявитель родился в 1933 году и проживает в г. Воронеже.

 

A. Разбирательство по поводу дорожно-транспортного происшествия

 

1. Первое рассмотрение дела

 

7. 24 мая 1998 г. жена заявителя получила травму в дорожно-транспортном происшествии. Она является недееспособной, и заявитель назначен ее опекуном.

8. 13 октября 1998 г. Коминтерновский районный суд г. Воронежа признал водителя виновным в нарушении правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью. Суд установил, что заявитель имеет право на компенсацию.

9. 27 октября 1998 г. заявитель предъявил иск к водителю от своего имени и от имени жены о взыскании компенсации материального ущерба и морального вреда.

10. 19 марта 1999 г. Коминтерновский районный суд г. Воронежа оставил иск без рассмотрения в связи с неуплатой государственной пошлины и непредставлением документов, свидетельствующих о том, что заявитель вправе действовать от имени своей жены.

11. В неустановленную дату заявитель повторно предъявил свои требования.

12. 22 июня 1999 г. Коминтерновский районный суд вторично оставил иск без рассмотрения в связи с неуплатой государственной пошлины и непредставлением подтверждающих документов.

13. 13 августа 1999 г. заявитель в третий раз предъявил иск.

14. 27 сентября 1999 г. президиум Воронежского областного суда постановил, что заявитель должен быть освобожден от уплаты государственной пошлины.

15. 28 сентября 1999 г. Коминтерновский районный суд принял к рассмотрению иск заявителя и назначил первое слушание на 18 января 2000 г.

16. 18 января 2000 г. суд отложил слушание до 6 апреля 2000 г. в связи с ходатайством заявителя о рассмотрении дела с участием народных заседателей.

17. Заседание 6 апреля 2000 г. было отложено в связи с неявкой юрисконсульта ответчика.

18. 13 апреля 2000 г. заседание не состоялось, поскольку не явился представитель органа опеки и попечительства, которому было предложено дать заключение по существу дела.

19. 3 мая 2000 г. суд вновь отложил заседание.

20. 15 сентября 2000 г. заседание суда состоялось.

21. 18 сентября 2000 г. Коминтерновский районный суд вынес решение, присудив заявителю 5 000 рублей в счет компенсации морального вреда и отклонив требования в части материального ущерба. Заявитель не подавал кассационную жалобу. Решение вступило в силу 28 сентября 2000 г.

 

2. Пересмотр решения в надзорном порядке и второе рассмотрение дела

 

22. В неустановленную дату заявитель подал надзорную жалобу на решение от 18 сентября 2000 г.

23. 7 мая 2001 г. президиум Воронежского областного суда удовлетворил надзорную жалобу заявителя, отменил решение на том основании, что районный суд не рассмотрел требование о возмещении материального ущерба, и возвратил дело на новое рассмотрение в районный суд.

24. Коминтерновский районный суд назначил первое заседание на 27 июля 2001 г.

25. Заседания 27 июля, 10 сентября и 15 ноября 2001 г., 10 и 23 апреля, 20 и 31 мая 2002 г. были отложены из-за неявки юрисконсульта ответчика или представителя органа опеки и попечительства или в связи с ходатайствами сторон об отложении для представления доказательств или вызова свидетелей.

26. 7 июня 2002 г. Коминтерновский районный суд рассмотрел дело и вынес решение. Он присудил заявителю 24 059 рублей в счет компенсации материального ущерба и морального вреда.

27. 23 июня 2002 г. Воронежский областной суд отменил решение по жалобе и возвратил дело на новое рассмотрение.

28. Коминтерновский районный суд откладывал заседания 23 сентября, 11 октября и 15 ноября 2002 г. из-за неявки ответчика или его юрисконсульта.

29. 22 ноября 2002 г. Коминтерновский районный суд присудил заявителю 32 048 рублей в счет компенсации материального ущерба и морального вреда.

30. 4 февраля 2003 г. Воронежский областной суд оставил решение без изменения. Решение вступило в силу.

 

3. Пересмотр решения в надзорном порядке и третье рассмотрение дела

 

31. 31 марта 2003 г. заявитель подал надзорную жалобу на судебные акты от 22 ноября 2002 г. и 4 ноября* (* Вероятно, в тексте допущена техническая ошибка, речь идет о кассационном определении от 4 февраля 2003 г. (прим. переводчика).) 2003 г.

32. 9 июля 2003 г. президиум Воронежского областного суда удовлетворил надзорную жалобу заявителя, отменил решение на том основании, что районный суд не рассмотрел часть требований, и возвратил дело на новое рассмотрение в районный суд.

33. Первое заседание было назначено на 27 октября 2003 г.

34. 27 октября, 19 ноября и 11 декабря 2003 г. заседания откладывались по ходатайству прокурора, участвовавшего в деле.

35. 9 января 2004 г. Коминтерновский районный суд присудил заявителю 37 845 рублей 44 копейки в счет компенсации материального ущерба и морального вреда.

36. 25 марта 2004 г. Воронежский областной суд оставил решение без изменения.

 

B. Разбирательство по поводу пенсии заявителя

 

1. Первый этап разбирательства

 

37. 17 мая 2001 г. Коминтерновский районный суд обязал местный орган социальной защиты (Комитет социальной защиты населения Коминтерновского района г. Воронежа) произвести перерасчет пенсии заявителя и выплатить ему задолженность по пенсии в размере 15 804 рубля 52 копейки. Решение вступило в силу 28 мая 2001 г.

38. Заявитель предъявил исполнительный лист в службу судебных приставов, которая возбудила исполнительное производство.

39. 17 декабря 2003 г. заявитель получил причитавшуюся ему сумму.

40. Заявитель предъявил иск местному органу социальной защиты о взыскании компенсации материального ущерба, причиненного задержкой исполнения решения от 17 мая 2001 г.

41. 7 апреля 2005 г. Коминтерновский районный суд признал, что задержка исполнения нарушила права заявителя, и взыскал в его пользу 5 913 рублей 05 копеек с местного органа социального защиты в счет потерь от инфляции, вызванных несвоевременным исполнением решения от 17 мая 2001 г.

42. В неустановленную дату присужденная сумма была выплачена заявителю.

 

2. Второй этап разбирательства

 

43. 3 июня 2004 г. Коминтерновский районный суд увеличил размер пенсии заявителя до 6 100 рублей 14 копеек и взыскал в его пользу 54 495 рублей 94 копейки с местного органа социальной защиты. Решение вступило в законную силу 21 июня 2004 г.

44. 19 августа 2004 г. заявитель предъявил исполнительный лист в службу судебных приставов, которая возбудила исполнительное производство.

45. 15 декабря 2004 г. служба судебных приставов прекратила исполнительное производство в связи с отсутствием средств у должника.

46. Заявитель получил присужденную сумму 17 июня 2005 г.

 

Право

 

I. Предполагаемое нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции в связи с чрезмерной продолжительностью разбирательства

 

47. Заявитель жаловался, ссылаясь на пункт 1 статьи 6 Конвенции, что разбирательство в связи с дорожно-транспортным происшествием было чрезмерно длительным. Статья 6 Конвенции предусматривает следующее:

 

"Каждый в случае спора о его гражданских правах и обязанностях... имеет право на... разбирательство дела в разумный срок... судом".

48. Европейский Суд учитывает, что разбирательство началось 27 октября 1998 г., когда заявитель предъявил свой иск, и окончилось 25 марта 2004 г., когда Воронежский областной суд принял последний акт по делу. Периоды с 28 сентября 2000 г. по 7 мая 2001 г. и с 4 февраля по 9 июля 2003 г., когда разбирательство не велось, должны быть исключены из общей продолжительности судебного разбирательства (см. для сравнения Решение Европейского Суда от 16 сентября 2004 г. по делу "Маркин против Российской Федерации" (Markin v. Russia), жалоба N 59502/00). Таким образом, разбирательство продолжалось чуть более четырех лет и четырех месяцев.

A. Приемлемость жалобы

 

49. Власти Российской Федерации утверждали, что заявитель не жаловался на чрезмерную длительность разбирательства в квалификационную коллегию судей или в вышестоящие судебные органы. Следовательно, он не исчерпал внутренних средств правовой защиты.

50. Европейский Суд ранее указывал, что жалоба в высшие судебные органы или в квалификационную коллегию судей не является эффективным средством правовой защиты в связи с чрезмерной продолжительностью разбирательства (см. Постановление Европейского Суда от 29 января 2004 г. по делу "Кормачева против Российской Федерации" (Kormacheva v. Russia), жалоба N 53084/99, §§61 и 62* (* Опубликовано в "Бюллетене Европейского Суда по правам человека" N 8/2006.)). Соответственно, он отклоняет возражение властей Российской Федерации.

51. Европейский Суд считает, что жалоба заявителя не является явно необоснованной в значении пункта 3 статьи 35 Конвенции. Он также отмечает, что жалоба не является неприемлемой по каким-либо другим основаниям. Следовательно, жалоба должна быть объявлена приемлемой.

 

B. Существо жалобы

 

52. Власти Российской Федерации утверждали, что дело заявителя было сложным. Оно четыре раза рассматривалось по существу, слушания назначались с одинаковыми интервалами и откладывались в соответствии с Гражданским процессуальным кодексом. Задержки были вызваны поведением сторон, за которые власти ответственности не несут.

53. Заявитель поддержал свои требования.

54. Европейский Суд напоминает, что разумность срока разбирательства с точки зрения пункта 1 статьи 6 Конвенции должна оцениваться в каждом деле с учетом конкретных обстоятельств. Европейский Суд должен принимать во внимание, в частности, сложность фактических или правовых вопросов, возникающих в деле, поведение компетентных органов и заявителя, а также значение предмета спора для последнего (см. Постановление Большой Палаты по делу "Фридлендер против Франции" (Frydlender v. France), жалоба N 30979/96, §43, ECHR 2000-VII). Кроме того, только задержки, за которые несет ответственность государство, могут оправдать установление нарушения требования о соблюдении "разумного срока" (см. Постановление Европейского Суда от 19 июня 2003 г. по делу "Педерсен и Бодсгор против Дании" (Pedersen and Baadsgaard v. Denmark), жалоба N 49017/99, §44).

55. Дело затрагивало вопрос о выплате компенсации потерпевшему в дорожно-транспортном происшествии. В разбирательстве участвовали только две стороны. Поскольку ответственность водителя и право заявителя на компенсацию были уже установлены в имевшем место ранее разбирательстве уголовного дела (см. §8 настоящего Постановления), судам оставалось только рассчитать размер компенсации на основании документов, представленных заявителем. Соответственно, Европейский Суд полагает, что дело не было сложным.

56. Что касается поведения заявителя, Европейский Суд отмечает, что определенные задержки на начальной стадии разбирательства были вызваны тем, что заявитель не представил документы и не уплатил государственную пошлину. Он, таким образом, несет ответственность за задержки с 19 марта 1999 г., когда районный суд указал ему на эти недостатки, до 13 августа 1999 г., когда он устранил недостатки и вновь подал исковое заявление. Представляется, что он не несет ответственности за затягивание разбирательства на позднейших этапах. Хотя два заседания были отложены в связи с его ходатайствами о рассмотрении дела с участием народных заседателей и вызове дополнительных свидетелей, заявитель не может нести ответственность за использование преимуществ, которые национальное законодательство гарантирует при защите его интересов (см., в частности, Постановление Европейского Суда от 22 сентября 2005 г. по делу "Соколов против Российской Федерации" (Sokolov v. Russia), жалоба N 3734/02, §38* (* Там же. N 5/2006.)).

57. Европейский Суд отмечает также, что национальные органы несут ответственность за значительные периоды бездействия, которым власти Российской Федерации не представили удовлетворительного объяснения. Например, власти Российской Федерации не представили объяснения задержке с 27 октября 1998 г., когда заявитель подал исковое заявление, по 19 марта 1999 г., когда суд возвратил его заявителю по формальным основаниям. Другие задержки разбирательства были связаны с назначением судебных заседаний с большими интервалами, иногда достигавшими нескольких месяцев. Власти Российской Федерации не пояснили, почему заседания не назначались в периоды между 28 сентября 1999 г. и 18 января 2000 г., 3 мая и 15 сентября 2000 г., 27 июля и 10 сентября 2001 г., 15 ноября 2001 г. и 10 апреля 2002 г., 23 июня и 23 сентября 2002 г. или 9 июля и 27 октября 2003 г.

58. Кроме того, Европейский Суд не разделяет мнения властей Российской Федерации о том, что неоднократная отмена решений нижестоящих судов судом надзорной инстанции свидетельствует о сложности дела. Он полагает, что одно решение было отменено из-за уклонения суда первой инстанции от рассмотрения отдельных требований заявителя; президиум областного суда выявил процессуальные нарушения, делавшие решение незаконным, и предложил нижестоящему суду устранить эти нарушения при новом рассмотрении дела (см. §23 настоящего Постановления). Однако, по-видимому, суд первой инстанции уклонился от исполнения этих указаний, и новое решение было отменено из-за тех же процессуальных нарушений, которые были установлены ранее (см. §32 настоящего Постановления). Возникшая более чем двухлетняя задержка полностью объясняется поведением властей (см. для сравнения Постановление Европейского Суда от 21 сентября 2006 г. по делу "Угланова против Российской Федерации" (Uglanova v. Russia), жалоба N 3852/02, §34* (* Опубликовано в "Бюллетене Европейского Суда по правам человека" N 12/2007.)). Европейский Суд напоминает в этой связи, что рассмотрение дела различными инстанциями в принципе не освобождает судебные власти от соблюдения требования разумного срока, предусмотренного пунктом 1 статьи 6 Конвенции (см. Постановление Европейского Суда от 5 февраля 2004 г. по делу "Литоселитис против Греции" (Litoselitis v. Greece), жалоба N 62771/00, §32). Кроме того, с учетом систематических отмен решений нижестоящих судов Европейский Суд напоминает, что поскольку решение о возвращении дела на новое рассмотрение обычно принимается в связи с ошибками, допущенными нижестоящими органами, повторение тех же распоряжений в рамках данного разбирательства свидетельствует о недостатках в функционировании правовой системы (см., с необходимыми изменениями, Постановление Европейского Суда от 25 ноября 2003 г. по делу "Верцишевская против Польши" (Wierciszewska v. Poland), жалоба N 41431/98, §46).

59. Наконец, Европейский Суд напоминает, что спор в настоящем деле затрагивает возмещение вреда, причиненного здоровью. Европейский Суд полагает, что характер спора требовал от судов страны особой тщательности (см. для сравнения Постановление Европейского Суда от 5 октября 2006 г. по делу "Марченко против Российской Федерации" (Marchenko v. Russia), жалоба N 29510/04, §40* (* Там же. N 3/2007.)).

60. С учетом изложенных соображений Европейский Суд приходит к выводу о том, что дело заявителя не было рассмотрено в "разумный срок". Соответственно, имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции.

 

II. Предполагаемое нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции и статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции в связи с неисполнением судебных решений

 

61. Европейский Суд решил по своей инициативе рассмотреть вопрос о том, нарушила ли задержка исполнения решений от 17 мая 2001 г. и 3 июня 2004 г. право заявителя на доступ к правосудию, гарантированное статьей 6 Конвенции, и его право на уважение собственности, гарантированное статьей 1 Протокола N 1 к Конвенции. Соответствующая часть пункта 1 статьи 6 Конвенции была изложена выше. Соответствующая часть статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции предусматривает следующее:

 

"Каждое физическое или юридическое лицо имеет право на уважение своей собственности. Никто не может быть лишен своего имущества иначе как в интересах общества и на условиях, предусмотренных законом и общими принципами международного права".

A. Приемлемость жалобы

 

1. Довод властей Российской Федерации о злоупотреблении правом подачи жалоб со стороны заявителя

 

62. Власти Российской Федерации утверждали, что решения от 17 мая 2001 г. и 3 июня 2004 г. были исполнены до того, как жалоба была коммуницирована властям государства-ответчика. Заявитель не уведомил Европейский Суд об этом факте, что представляло собой нарушение пункта 6 правила 47 Регламента Суда. Неуведомление Европейского Суда об обстоятельствах представляет собой злоупотребление правом подачи жалоб в значении пункта 3 статьи 35 Конвенции.

63. Европейский Суд напоминает, что согласно пункту 6 правила 47 Регламента Суда заявители должны информировать Суд обо всех обстоятельствах, имеющих отношение к жалобе. Он также учитывает, что жалоба может быть отклонена вследствие злоупотребления правом жалобы на основании пункта 3 статьи 35 Конвенции, в частности, если она заведомо основана на ложных сведениях. Неполная и, следовательно, вводящая в заблуждение информация может также представлять собой злоупотребление правом жалобы, особенно если эта информация затрагивает ее основное содержание и не представлено удовлетворительное объяснение нераскрытию этой информации (см. Решение Европейского Суда от 25 сентября 2007 г. по делу "Гадрабова против Чехии" (Hadrabova v. Czech Republic), жалоба N 42165/02, с дополнительными отсылками).

64. Заявитель в настоящем деле не ссылался на неисполнение решений в своем формуляре жалобы. Следовательно, у него отсутствовала обязанность информировать Европейский Суд о состоянии исполнительного производства. После того, как вопрос о неисполнении решений был коммуницирован Европейским Судом властям государства-ответчика по своей инициативе, заявитель информировал Европейский Суд о том, что решения были исполнены, и представил копию решения от 7 апреля 2005 г. о присуждении ему компенсации за задержку исполнения решения. С учетом изложенного Европейский Суд не находит, что поведение заявителя представляло собой злоупотребление правом подачи жалобы. Поэтому возражение властей Российской Федерации подлежит отклонению.

 

2. Требование властей Российской Федерации об исключении жалобы из списка дел, подлежащих рассмотрению Европейским Судом

 

65. Ссылаясь на Решение Европейского Суда от 4 сентября 2003 г. по делу "Алексенцева и другие против Российской Федерации" (Aleksentseva and Others v. Russia) (N 75025/01 и последующие), власти Российской Федерации полагали, что жалоба подлежит исключению из списка дел, подлежащих рассмотрению Европейским Судом, на основании статьи 37 Конвенции в связи с отказом заявителя заключить мировое соглашение.

66. Европейский Суд отмечает, что ранее рассматривал аналогичный довод властей Российской Федерации и отклонил его (см. Постановление Европейского Суда от 28 сентября 2006 г. по делу "Сильченко против Российской Федерации" (Silchenko v. Russia), жалоба N 32786/03, §§33-37* (* Опубликовано в "Бюллетене Европейского Суда по правам человека" N 4/2008.); Постановление Европейского Суда от 2 ноября 2006 г. по делу "Казарцев против Российской Федерации" (Kazartsev v. Russia), жалоба N 26410/02, §§11-15, и другие* (* Там же. N 9/2007.)). Европейский Суд не видит оснований для отступления от этого подхода в настоящем деле. В любом случае Европейский Суд решил восстановить дело "Алексенцева и другие против Российской Федерации" в списке дел, подлежащих рассмотрению, поскольку власти Российской Федерации не исполнили своей обязанности выплатить компенсации заявителям (см. Решение Европейского Суда от 23 марта 2006 г. по делу "Алексенцева и другие против Российской Федерации" (Aleksentseva and Others v. Russia); жалобы N 75025/01 и последующие). Таким образом, Европейский Суд отклоняет требование властей Российской Федерации об исключении жалобы из списка дел, подлежащих рассмотрению Европейским Судом, на основании статьи 37 Конвенции.

 

3. Возражение властей Российской Федерации относительно наличия статуса жертвы нарушения Конвенции у заявителя

 

67. Власти Российской Федерации также утверждали, что заявитель получил компенсацию в счет материального ущерба, который он претерпел вследствие задержки исполнения решения от 17 мая 2001 г. Он мог также обратиться за компенсацией морального вреда, но не сделал этого. Следовательно, он более не может считаться жертвой нарушения Конвенции.

68. Европейский Суд напоминает, что решение или мера, принятые в пользу заявителя, в принципе недостаточны для лишения его статуса "жертвы", пока власти страны не признают нарушение Конвенции прямо или по существу и не предоставят соответствующее возмещение (см., например, Постановление Европейского Суда от 25 июня 1996 г. по делу "Амуюр против Франции" (Amuur v. France), Reports of Judgments and Decisions 1996-III, p. 846, §36; и Постановление Большой Палаты по делу "Далбан против Румынии" (Dalban v. Romania), жалоба N 28114/95, §44, ECHR 1999-VI). Европейский Суд принимает к сведению, что решение от 17 мая 2001 г. было полностью исполнено 17 декабря 2003 г. Впоследствии заявитель предъявил должнику иск о компенсации материального ущерба, причиненного задержкой исполнения этого решения. Решением от 7 апреля 2005 г. суд удовлетворил его требования, признав, что задержка исполнения нарушила его права, и обязав должника выплатить ему компенсацию материального ущерба. Заявитель не ссылался на задержки выплаты присужденной суммы. Он также не просил о взыскании компенсации морального вреда. Европейский Суд находит, что национальные власти признали нарушение Конвенции и в порядке возмещения выплатили заявителю компенсацию. Таким образом, он заключает, что заявитель более не может в значении статьи 34 Конвенции считаться жертвой в связи с задержкой исполнения решения от 17 мая 2001 г. Поэтому жалоба в этой части не соответствует требованиям Конвенции ratione personae* (* Ratione personae (лат.) - "ввиду обстоятельств, относящихся к лицу, о котором идет речь", критерий, применяемый при оценке приемлемости жалобы Европейским Судом (прим. переводчика).) в значении пункта 3 статьи 35 Конвенции и подлежит отклонению в соответствии с пунктом 4 статьи 35 Конвенции.

 

4. Вывод

 

69. Что касается задержки исполнения решения от 3 июня 2004 г., Европейский Суд считает, что жалоба заявителя не является явно необоснованной в значении пункта 3 статьи 35 Конвенции. Он также отмечает, что жалоба не является неприемлемой по каким-либо другим основаниям. Следовательно, жалоба должна быть объявлена приемлемой.

 

B. Существо жалобы

 

70. Заявитель жаловался, что решение суда от 3 июня 2004 г. было исполнено после значительной задержки.

71. Власти Российской Федерации утверждали, что заявитель не представил исполнительный лист в Министерство финансов. Таким образом, он несет ответственность за задержку исполнения.

72. Европейский Суд отмечает, что 3 июня 2004 г. в пользу заявителя было вынесено решение по иску к местному органу социальной защиты. Однако оно оставалось неисполненным до 17 июня 2005 г., то есть более года.

73. Заявителю была присуждена задолженность по пенсионным выплатам. Как видно из материалов дела, пенсия была основным источником дохода заявителя. Отсюда следует, что власти страны должны были отнестись к делу заявителя с особой тщательностью (см. для сравнения Постановление Европейского Суда от 17 марта 2005 г. по делу "Горохов и Русяев против Российской Федерации" (Gorokhov and Rusyayev v. Russia), жалоба N 38305/02, §34* (* Опубликовано в "Бюллетене Европейского Суда по правам человека" N 9/2006.)).

74. Власти Российской Федерации утверждали, что задержка исполнения была вызвана уклонением заявителя от личного представления исполнительного листа в Министерство финансов. Однако тот факт, что задолженность на основании судебного решения была впоследствии выплачена заявителю, свидетельствует о том, что передача исполнительного листа в Министерство финансов не была необходимым элементом исполнительного производства. В связи с этим Европейский Суд не убежден, что за задержку несет ответственность заявитель.

75. Европейский Суд также отмечает, что заявитель незамедлительно вручил исполнительный лист в службу судебных приставов, которая была наделена правом возбуждения исполнительного производства против государства. Поэтому он находит, что заявитель принял разумные меры для исполнения решения, вынесенного в его пользу. В любом случае Европейский Суд напоминает, что лицу, в пользу которого вынесено вступившее в силу решение против государства в результате успешного разбирательства, не может быть предъявлено требование об использовании исполнительного производства с целью обеспечения его исполнения (см. Постановление Европейского Суда от 24 февраля 2005 г. по делу "Кольцов против Российской Федерации" (Koltsov v. Russia), жалоба N 41304/02, §16* (* Там же. N 9/2005.); Постановление Европейского Суда от 24 февраля 2005 г. по делу "Петрушко против Российской Федерации" (Petrushko v. Russia), жалоба N 36494/02, §18* (* Там же.); и Постановление Европейского Суда от 27 мая 2004 г. по делу "Метаксас против Греции" (Metaxas v. Greece), жалоба N 8415/02, §19). Государственные органы были осведомлены о требованиях заявителя, и, как только вынесенные в его пользу решения вступили в силу, государство было обязано исполнить их.

76. Европейский Суд часто устанавливал нарушения пункта 1 статьи 6 Конвенции и статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции в делах, затрагивающих аналогичные проблемы (см. Постановление Европейского Суда от 29 сентября 2005 г. по делу "Рейнбах против Российской Федерации" (Reynbakh v. Russia), жалоба N 23405/03, §23 и последующие* (* Там же. N 2/2006.); Постановление Европейского Суда от 13 января 2005 г. по делу "Гиззатова против Российской Федерации" (Gizzatova v. Russia), жалоба N 5124/03, §19 и последующие* (* Там же. N 7/2005.); Постановление Европейского Суда от 24 февраля 2005 г. по делу "Петрушко против Российской Федерации" (Petrushko v. Russia), жалоба N 36494/02, §23 и последующие; Постановление Европейского Суда от 17 марта 2005 г. по делу "Горохов и Русяев против Российской Федерации" (Gorokhov and Rusyayev v. Russia), жалоба N 38305/02, §30 и последующие* (* Опубликовано в "Бюллетене Европейского Суда по правам человека" N 9/2006.); Постановление Европейского Суда от 18 ноября 2004 г. по делу "Вассерман против Российской Федерации" (Wasserman v. Russia), жалоба N 15021/02, §35 и последующие* (* Там же. N 6/2005.); Постановление Европейского Суда от 7.05.2002 г.по делу "Бурдов против Российской Федерации" (Burdov v. Russia), жалоба N 59498/00, §34 и последующие, ECHR 2002-III* (* Опубликовано в "Путеводителе по прецедентной практике Европейского Суда по правам человека за 2002 год".)).

77. Рассмотрев представленные материалы, Европейский Суд отмечает, что власти Российской Федерации не указали фактов или доводов, которые могли бы вынудить его прийти в настоящем деле к иным заключениям. С учетом своей прецедентной практики по данному вопросу и обстоятельств дела Европейский Суд находит, что в связи с неисполнением в течение многих месяцев вступившего в силу решения, вынесенного в пользу заявителя, национальные власти нарушили его право на доступ к правосудию и лишили его возможности получения денежных средств, которые он обоснованно мог рассчитывать получить.

78. Соответственно, имело место нарушение статьи 6 Конвенции и статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции.

 

III. Иные предполагаемые нарушения Конвенции

 

79. Наконец, заявитель жаловался на чрезмерно мягкий приговор, вынесенный виновному в совершении дорожно-транспортного происшествия.

80. Европейский Суд отмечает, что виновный был осужден приговором суда от 13 октября 1998 г., тогда как настоящая жалоба подана 6 августа 2001 г. Отсюда следует, что жалоба подана за пределами срока. Однако в обязанности Европейского Суда входит рассмотрение фактических и правовых ошибок, допущенных национальными судами, лишь если они затрагивают права и свободы, которые гарантированы Конвенцией, и только в этих пределах (см., например, Решение Европейского Суда от 9 октября 2003 г. по делу "Чекич и другие против Хорватии" (Cekic and Others v. Croatia), жалоба N 15085/02). С учетом этих фактов Европейский Суд не усматривает причин полагать, что разбирательство не отвечало требованиям справедливости, установленным статьей 6 Конвенции. Отсюда следует, что в этой части жалоба является явно необоснованной и должна быть отклонена в соответствии с пунктами 3 и 4 статьи 35 Конвенции.

 

IV. Применение статьи 41 Конвенции

 

81. Статья 41 Конвенции предусматривает:

 

"Если Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне".

A. Ущерб

 

82. Заявитель требовал 1 000 000 евро в счет компенсации материального ущерба и морального вреда, причиненного необходимостью ухода за его женой, получившей травмы.

83. Власти Российской Федерации утверждали, что эти требования не подкреплены документами.

84. Европейский Суд не усматривает причинной связи между установленными нарушениями и предполагаемым материальным ущербом; соответственно он отклоняет эту часть требований. С другой стороны, он находит, что заявитель претерпел страдания и чувство разочарования в связи с чрезмерной длительностью разбирательства и задержкой исполнения решения от 3 июня 2004 г. Оценивая указанные обстоятельства на справедливой основе, Европейский Суд присуждает заявителю 3 500 евро в счет компенсации морального вреда, а также любые налоги, подлежащие начислению на указанную сумму.

 

B. Судебные расходы и издержки

 

85. Заявитель не требовал возмещения судебных расходов и издержек, понесенных в судах страны и Европейском Суде.

86. Соответственно, Европейский Суд не присуждает ему каких-либо сумм по данному основанию.

 

C. Процентная ставка при просрочке платежей

 

87. Европейский Суд полагает, что процентная ставка при просрочке платежей должна быть установлена в размере предельной кредитной ставки Европейского центрального банка плюс три процента.

 

На основании изложенного Суд единогласно:

1) признал жалобу приемлемой в части чрезмерной длительности разбирательства по поводу дорожно-транспортного происшествия и задержки исполнения решения от 3 июня 2004 г., а в остальной части неприемлемой;

2) постановил, что имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции в части чрезмерной длительности разбирательства по поводу дорожно-транспортного происшествия;

3) постановил, что имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции и статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции в части задержки исполнения решения от 3 июня 2004 г.;

4) постановил:

(a) что власти государства-ответчика обязаны в течение трех месяцев со дня вступления настоящего Постановления в силу в соответствии с пунктом 2 статьи 44 Конвенции выплатить заявителю 3 500 евро (три тысячи пятьсот евро) в качестве компенсации морального вреда, подлежащие переводу в российские рубли по курсу, который будет установлен на день выплаты, а также любые налоги, подлежащие начислению на указанную сумму;

(b) что с даты истечения указанного трехмесячного срока и до момента выплаты на эти суммы должны начисляться простые проценты, размер которых определяется предельной кредитной ставкой Европейского центрального банка, действующей в период неуплаты, плюс три процента;

5) отклонил оставшуюся часть требований заявителя по справедливой компенсации.

 

Совершено на английском языке, уведомление о Постановлении направлено в письменном виде 25 марта 2008 г. в соответствии с пунктами 2 и 3 правила 77 Регламента Суда.

 

Сантьяго Кесада
Секретарь Секции Суда

Йозеп Касадеваль
Председатель Палаты Суда

 

Откройте актуальную версию документа прямо сейчас или получите полный доступ к системе ГАРАНТ на 3 дня бесплатно!

Получить доступ к системе ГАРАНТ

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.


Постановление Европейского Суда по правам человека от 25 марта 2008 г. Дело "Фалимонов (Falimonov) против Российской Федерации" (жалоба N 11549/02) (Третья Секция)


Текст Постановления опубликован в Бюллетене Европейского Суда по правам человека. Российское издание. N 4/2009.


Перевод редакции Бюллетеня Европейского Суда по правам человека