|
28 января 2019 г.
|
Дело N А65-2195/2011
|
Резолютивная часть постановления объявлена 23 января 2019 года.
Постановление в полном объеме изготовлено 28 января 2019 года.
Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:
председательствующего судьи Садило Г.М.,
судей Александрова А.И., Селиверстовой Н.А.,
при ведении протокола судебного заседания Бикташевой А.М.,
с участием:
от ПАО "Нижнекамскнефтехим" - представители Ибрагимов Р.Ф. по доверенности от 12.09.2018 г., Гатауллин Э.А. по доверенности от 03.05.2018 г.,
от АО "Танеко" - представитель Давлетшин Э.М. по доверенности от 24.12.2018 г.
от ООО "Татнефть-Транс" - представитель Зайдаров И.Р. по доверенности от 01.01.2019 г.,
от ПАО "Татнефть" имени В.Д. Шашина - представитель Акзигитов А.А. по доверенности от 17.10.2017 г.,
иные лица не явились, извещены,
рассмотрев в открытом судебном заседании 23 января 2019 года в помещении суда в зале N 1 апелляционную жалобу публичного акционерного общества "Нижнекамскнефтехим", на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 01 ноября 2018 г., принятое по заявлению общества с ограниченной ответственностью "Татнефть-Транс" о включении требования в реестр требований кредиторов должника в рамках дела N А65-2195/2011 (судья Галиуллин А.И.) о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью "Татнефть-Нижнекамскнефтехим-Ойл", Республика Татарстан, г. Нижнекамск,
УСТАНОВИЛ:
Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 15 февраля 2011 года принято к производству заявление ФНС России о признании несостоятельным (банкротом) должника - Общества с ограниченной ответственностью "Татнефть-Нижнекамскнефтехим-Ойл", г.Нижнекамск (далее - должник).
Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 05.02.2018 мировое соглашение по делу N А65-2195/2011, утвержденное определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 04.08.2014, расторгнуто, производство по делу N А65 -2195/2011 возобновлено и в отношении ООО "Татнефть-Нижнекамскнефтехим-Ойл", г.Нижнекамск (ОГРН 1021602513855, ИНН 1651027371) введена процедура банкротства - конкурсное производство сроком на шесть месяцев; конкурсным управляющим должником утвержден Миллер А.А.
Сообщение о несостоятельности (банкротстве) в отношении ООО "Татнефть-Нижнекамскнефтехим-Ойл" опубликовано в газете "КоммерсантЪ" N 25 (6263) от 10.02.2018.
В Арбитражный суд Республики Татарстан 05.04.2018 обратилось общество с ограниченной ответственностью "Татнефть-Транс", г.Нижнекамск с требованием, с учетом уточнения, принятого судом в порядке статьи 49 АПК РФ о включении в реестр требований кредиторов ООО "Татнефть-Нижнекамскнефтехим-Ойл" суммы в размере 58 646 080.26 руб., в том числе - основной долг составил 46 196 000 руб., проценты составили 12 449 001,56 руб.
Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 17.05.2018 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ПАО "Татнефть" им. В.Д. Шашина.
В судебном заседании 19.10.2018 представитель ПАО "Нижнекамскнефтехим" заявил ходатайство об объединении в одно производство требований АО "ТАНЕКО", ООО "Татнефть-Актив", ПАО "Татнефть им. В.Д. Шашина", ООО "Фин-Инвест" и ООО "Татнефть-Транс" назначенных на 19.10.2018.
Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 01.11.2018 в удовлетворении ходатайства ПАО "Нижнекамскнефтехим" об объединении требований в одно производство отказано.
Включено требование ООО "Татнефть-Транс" в состав третьей очереди реестра требований кредиторов ООО "Татнефть-Нижнекамскнефтехим-Ойл", в размере задолженности 46 196 000 руб. в виде основного долга.
Включено требование ООО "Татнефть-Транс" в сумме 12 449 001,56 руб. (проценты по кредиту) в реестр требований кредиторов ООО "Татнефть-Нижнекамскнефтехим-Ойл", в третью очередь и учесть его отдельно в третьей очереди реестра требований кредиторов должника.
ПАО "Нижнекамскнефтехим" не согласившись с вынесенным судебным актом, обратилось с апелляционной жалобой просит отменить определение суда первой инстанции, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении требования кредитора. По мнению заявителя оспариваемое определение вынесено с нарушением норм материального и процессуального права, а также выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Как полагает заявитель жалобы, в действительности, данные денежные средства не являлись займами, а представляли собой капиталозамещающее корпоративное финансирование должника, ввиду того, что выданные займы предоставлялись контролирующими лицами, в сложный финансовый период для должника, договоры займа являются притворными сделками, такое требование не подлежало включению в реестр требований кредиторов должника. Заявитель указал на нарушение судом первой инстанции норм процессуального права, а именно не согласен с выводом суда первой инстанции "В тоже время, судом установлено, что именно действия ПАО "НКНХ" по не исполнению условий мирового соглашения, не выполнению обязательств по поставке сырья, необходимого для возобновления производственной деятельности должника, привели к неблагоприятной финансовой ситуации у должника", поскольку нарушает статью 69 АПК РФ просил исключить данный вывод суда из мотивировочной части определения. В обоснование представил копию определения суда по настоящему делу от 05.02.2018.
Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 04 декабря 2018 года апелляционная жалоба ПАО "Нижнекамскнефтехим" принята к производству, судебное заседание назначено на 23 января 2019 года.
Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.llaas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).
В судебном заседании представитель ПАО "Нижнекамскнефтехим" просил исключить из мотивировочной части обжалуемого судебного акта упоминание о том, что ПАО "Нижнекамскнефтехим" является виновным в неплатежеспособности должника.
Представитель ПАО "Нижнекамскнефтехим" поддержал апелляционную жалобу в полном объеме, просил определение суда первой инстанции отменить, апелляционную жалобу удовлетворить.
Представитель АО "Танеко" оставил на усмотрение суда.
Представитель ПАО "Татнефть" имени В.Д. Шашина возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, просил определение суда первой инстанции оставить без изменений, апелляционную жалобу - без удовлетворения.
Представитель ООО "Татнефть-Транс" возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, просил определение суда первой инстанции оставить без изменений, апелляционную жалобу - без удовлетворения.
Иные лица, участвующие в деле, надлежаще извещены (направлением почтовых извещений и размещением информации о времени и месте судебного заседания на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с требованиями абз. 2 ч. 1 ст. 121 АПК РФ) в связи с чем суд вправе рассмотреть дело в отсутствии представителей сторон согласно ч. 3 ст. 156 АПК РФ.
Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.
Заслушав представителей сторон, рассмотрев материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы в совокупности с исследованными доказательствами по делу, судебная коллегия Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда не усматривает оснований для отмены определения суда от 01 ноября 2018 года.
Согласно пункту 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" в силу пунктов 3-5 статьи 71 и пунктов 3-5 статьи 100 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.
Целью проверки обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приведет к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).
В связи с изложенным, при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 АПК РФ, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.
Таким образом, арбитражный суд в любом случае проверяет обоснованность предъявленных к должнику требований и выясняет наличие оснований для их включения в реестр требований кредиторов.
Как следует из материалов дела, в обоснование требования в размере 58 646 080.26 руб. кредитор представил следующие документы:
договор займа N 1-4/14 от 27.10.2014. Сумма задолженности составляет 16 758 943,07 руб. = (12 400 000 сумма основного долга + 4 358 943,07 проценты),
договор займа N 1-3/15 от 16.10.2015. Сумма задолженности составляет 2 715 424,44 руб. = (2 200 000 сумма основного долга + 515 424,44 проценты),
договор займа N 1-4/15 от 16.11.2015. Сумма задолженности составляет 12 890 660,44 руб. = (10 100 000 сумма основного долга + 2 790 660,44 проценты),
договор займа N 1-5/15 от 08.12.2015. Сумма задолженности составляет 4 984 941,53 руб. = (3 900 000 сумма основного долга + 1 084 941,53 проценты),
договор займа N 1-1/16 от 15.01.2016. Сумма задолженности составляет 4 927 711,74 руб. = (4 000 000 сумма основного долга + 927 711,74 проценты),
Договор займа N 1-2/16 от 14.03.2016. Сумма задолженности составляет 2 434 176,50 руб. = (1 996 000 сумма основного долга + 438 176,50 проценты),
договор займа N 1 -3/16 от 11.04.2016. Сумма задолженности составляет 13 933 143,84 руб. = (11 600 000 сумма основного долга + 2 333 143,84 проценты).
В доказательство перечисления денежных средств представлены платежные поручения, доказательства получения Заемщиком денежных средств, а именно справки о получении и расходовании заемных средств по вышеуказанным договорам займа. Согласно документам, представленным в материалы дела, сумма займа по договорам перечислена Заемщику в тот же день.
По условиям указанных договоров Заимодавец предоставляет Заемщику заем для пополнения оборотных средств, а Заемщик обязуется возвратить Заимодавцу указанную сумму займа в обусловленный срок. Датой выдачи займа является дата перечисления займа Заимодавцем со своего расчетного счета, а датой погашения задолженности по займу, уплаты процентов, пени является дата поступления средств на расчетный счет Заимодавца.
За пользование заемными средствами Заемщик уплачивает Заимодавцу проценты, указанные в договоре. Оплата процентов производится одновременно с окончательным погашением займа.
Отсчет срока для начисления процентов за пользование займом начинается с даты выдачи займа и заканчивается датой погашения задолженности.
В случае несвоевременного возврата займа и уплаты процентов, Заимодавец имеет право начислить Заемщику пени в размере 1/365 удвоенной ставки рефинансирования ЦБ РФ от суммы просроченного платежа за каждый день просрочки, начиная с даты нарушения срока платежа и до фактической даты платежа.
По требованию Заимодавца сумма займа с процентами за пользование займом должна быть возвращена Заемщиком в течение 3 (три) рабочих дней со дня предъявления Заимодавцем соответствующего требования.
По состоянию на дату подачи настоящего заявления сумма займа и начисленные проценты Заемщиком не погашены. Между тем, срок исполнения обязательства считается наступившим.
Согласно материалам дела, сообщение о признании должника несостоятельным (банкротом) и об открытии в отношении него процедуры конкурсного производства опубликовано в газете "Коммерсантъ" 09.02.2018, в печатной версии - 10.02.2018. Требования кредитора заявлено в установленный Законом о банкротстве срок.
Исследовав и оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представленные в материалы дела доказательства, отсутствия доказательства возврата должником суммы займа и уплаты процентов за пользованием им, на основании статей 807, 10 ГК РФ, суд первой инстанции пришел к выводу об обоснованности заявленного требования. Указав, при этом, что в представленных материалах обособленного спора имеются доказательства, подтверждающие фактическое исполнение договоров займа, наличия задолженности ООО "Татнефть - Нижнекамскнефтехим-Ойл" по данным договорам перед ООО "Татнефть-Транс" в общей сумме основного долга 46 196 000 руб. и 12 449 001,56 руб. процентов по кредиту.
ПАО "Нижнекамскнефтехим" ссылается на то, что в действительности, денежные средства не являлись займами, а представляли собой капиталозамещающее корпоративное финансирование должника, ввиду того, что выданные займы предоставлялись контролирующими лицами, в сложный финансовый период для должника, договоры займа являются притворными сделками, такое требование не подлежало включению в реестр требований кредиторов должника.
Как разъяснено в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", формальное исполнение мнимой сделки (например, заключение договора купли-продажи и составление акта о передаче имущества с сохранением контроля за ним продавца во избежание обращения взыскания на имущество) не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной.
Согласно пункту 1 статьи 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.
В соответствии с пунктом 1 статьи 810 ГК РФ заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.
Для установления воли сторон в соответствии с положениями статей 160, 421, 431, 434 ГК РФ оценке подлежит вся совокупность отношений сторон, в том числе обстоятельства, при которых заключалась сделка, а также действия сторон по ее исполнению.
Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (часть 1 статьи 65 АПК РФ). Бремя доказывания признаков мнимости сделки возлагается на истца.
Суд первой инстанции установил, что во исполнение договорных обязательств, кредитор предоставил должнику заем на спорную сумму. Данные обстоятельства сторонами не оспариваются.
По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ ) добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.
Согласно разъяснениям, данными в пункте 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.
Суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, в данном случае имеет место реальное исполнение договора, признаки злоупотребления правом в действиях кредитора при совершении оспариваемых сделок отсутствуют.
Кредитор исполнил свои обязательства в полном объеме, что подтверждается материалами дела. Вместе с тем, заявитель жалобы возражений против поступления денег в заявленном размере не заявляет, факт передачи и принятие денег не оспаривает, против денежности обязательств не возражает.
Как установлено судом, кредитор и Татнефть не входят в одну группу лиц должника, не могут быть признаны аффилированными лицами должника, пришел к правильному выводу о том, что кредитор не является контролирующим лицом должника и не обладает возможностью определять действия должника. В нарушение статьи 65 АПК РФ доказательства иного заявителем жалобы не представлены.
При указанных обстоятельствах, учитывая, что в деле имеются относимые и допустимые доказательства, подтверждающие фактическое исполнение договоров и размер задолженности должника, а также наличие оснований для начисления неустойки и ее соразмерность, суд первой инстанции правомерно удовлетворил требование кредитора о включении в реестр требований кредиторов должника.
Довод заявителя жалобы о том, что заключенный кредитором и должником договор в действительности является инвестициями в должника и прикрывают капиталозамещающее финансирование должника, является несостоятельным.
Данный довод и противоречит требованиям, установленным Федеральным законом от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", в частности статьям 9, 14, 15, 17, 19, В силу указанных норм вносить денежные средства в уставной капитал могут только его участники либо третье лица, принимаемые в Общество. Как верно указано судом первой инстанции, ООО "Татнефть-Транс" таким лицом не является.
Заявитель жалобы не указал, каким образом ООО "Татнефть-Транс" планировало и могло получить прибыль в будущем от осуществления "инвестирования должника".
Действительно, в соответствии с абзацем 8 статьи 2 Закона о банкротстве к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия.
Судом установлено и следует из материалов, ООО "Татнефть-Транс" не является учредителем (участником) должника, денежные обязательства возникли из договоров займа, из списков аффилированных лиц следует, что ООО "Татнефть-Транс" не является учредителем (участником) должника. Таким образом, признаков аффилированности должника с кредитором у ООО "Татнефть-Транс" не имеется.
Также, как верно отмечено судом первой инстанции действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым очередность удовлетворения требований аффилированных (связанных) с должником кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается. При этом сама по себе, например, выдача займа даже участником должника не свидетельствует о корпоративном характере требования по возврату полученной суммы для целей банкротства (определения Верховного Суда Российской Федерации от 30.03.2017 N 306-ЭС16-17647, от 06.08.2015 N 302-ЭС).
В соответствии со статьей 19 Закона о банкротстве, заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26 июля 2006 года N 135-ФЗ "О защите конкуренции" входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.
Заинтересованными лицами применительно к статье 19 Закона о банкротстве по отношению к ООО "Татнефть-НижнекамскнефтехимОйл" являются ООО "Нижнекамскнефтехим" и ООО "Капитал-Инвест". Указанный вывод также подтверждается постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.10.2018 по делу А65-2195/2011.
Как установлено судом, ПАО "Нижнекамскнефтехим" является участником должника с долей в уставном капитале 26 %, следовательно, должник применительно к пункту 4 статьи 6 Федерального Закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" является зависимым обществом ПАО "Нижнекамскнефтехим".
Отклоняя довод ПАО "Нижнекамскнефтехим" о том, что фактически заключая договора займа, заявитель прикрыл сделку инвестирования в должника, путем внесения денежных средств в уставной капитал или имущество должника в обход закона, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу об отсутствии в материалах дела доказательств в обоснование указанного довода.
В соответствии с пунктом 2 статьи 170 ГК РФ притворной является сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.
Из материалов дела следует, что при заключении договоров воля кредитора была направлена не на осуществление инвестиций в должника, а на передачу в собственность должника имущества, необходимого для осуществления его производственной деятельности, и получение указанных в договорах денежных сумм, а воля должника - на приобретение в собственность за плату такого имущества. Таким образом, стороны преследовали цели, которые характерны именно для договоров купли-продажи, поставки и возмездного оказания услуг, а не инвестирования.
Доводы заявителя жалобы о том, что у кредитора была воля на заключение притворной сделки ввиду его интереса оформить свои инвестиции благоприятным для него образом, а у должника ввиду его подконтрольности кредитору и ПАО "Татнефть" им В.Д. Шашина, является несостоятельным.
Воля должника не была направлена на заключение притворных сделок ввиду отсутствия контроля должника со стороны кредитора и ПАО "Татнефть" им В.Д. Шашина. Обстоятельства, свидетельствующие об отсутствии указанного контроля и корпоративных отношений между Должником, Заявителем и ПАО "Татнефть".
ПАО "Нижнекамскнефтехим" ссылается на имеющийся в материалах дела Бизнес-план по возобновлению деятельности должника по переработке фракций альфа-олефинов СЮ и С8, который предусматривал возобновление производственной деятельности должника после заключения мирового соглашения и прекращения процедуры несостоятельности в 2014 г.
Действительно, указанный Бизнес-план предусматривал осуществление инвестиций, но не только ПАО "Татнефть" и его аффилированными структурами, но и ПАО "Нижнекамскнефтехим", поскольку они являются конкурсными кредиторами должника, заинтересованными в восстановлении его платежеспособности.
Судом установлено, что согласно пункту 1 Бизнес-плана осуществление таких инвестиций планировалось в целях закрытия процедуры банкротства и возобновления производственной деятельности должника в IV квартале 2015 г., то есть после заключения в ходе процедуры банкротства должника мирового соглашения. Мировое соглашение с должником было подписано ПАО "Татнефть" и ПАО "Нижнекамскнефтехим" 19.06.2014 и утверждено определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 04.08.2014 по делу N А65-2195/2011.
Между тем инвестиции должны были осуществляться ПАО "Татнефть" в форме денежных займов, что подтверждается Соглашением о предоставлении ПАО "Татнефть" и ПАО "НКНХ" заемных средств Должнику на пополнение оборотных средств в период с 01.01.2014 до пуска производства по переработке альфаолефинов ракций С8 и С 10 в должнике на общую сумму в размере 643 000 000 руб.
Указанное Соглашение от 30.09.2013 ПАО "Татнефть" и ПАО "Нижнекамскнефтехим" заключили до утверждения Бизнес-плана в 2014 г. и заключения мирового соглашения. В соответствии с пунктом 5 Соглашения от 30.09.2013 оно стало обязательным для сторон после утверждения мирового соглашения.
Таким образом, довод заявителя жалобы о том, что в действительности заключенные кредитором договоры являются инвестициями в должника, опровергается названным выше Соглашением от 30.09.2013, которым предусмотрено, что в ходе исполнения мирового соглашения должнику его кредиторами - ПАО "Татнефть" и ПАО "Нижнекамскнефтехим" будут предоставлены именно денежные займы. Действиями сторон исполняются установленные обязанности Бизнес-планом от 2014 и Соглашением от 30 сентября 2013 г., положенными в основание подписанного сторонами мирового соглашения, иного отношениями сторон, в том числе и НКНХ предусмотрено не было.
При указанных обстоятельствах суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что возражения заявителя жалобы, указывающие на инвестиционный характер деятельности кредитора носят предположительный характер и не подкреплены соответствующими доказательствами, а кредитор, в свою очередь, представил необходимые и относимые доказательства того, что его требования возникли из договоров, которые добросовестно и в полном объеме исполнялись им.
В силу статьи 65 АПК РФ заявителем жалобы не представлено доказательств того, каким образом, и на каком основании кредитор, не являясь ни участником должника, ни контролирующим должника лицом, ни заинтересованным по отношению к должнику лицом (ввиду отсутствия аффилированности с должником и вхождения с должником в одну группу лиц) мог фактически вернуть якобы вложенные в должника инвестиции и получить прибыль в результате передачи должнику технической документации и имущества, которое являлось предметом купли-продажи и поставки.
Как правильно указано судом первой инстанции, доказательства намерения кредитора причинить вред другим лицам, совершения им незаконных действий, равно как доказательства недобросовестности кредитора и должника и неразумности их действий в материалах дела отсутствуют.
На момент заключения оспариваемых договоров заявитель жалобы как участник должника, не возражал против получения должником у кредитора денежных средств в займы на условиях, предусмотренных договорами.
В нарушение статьи 65 АПК РФ доказательства иного в материалы дела не представлено.
Довод заявителя жалобы о подконтрольности должника кредитору и материнской компании кредитора - ПАО "Татнефть" основан на неправильном толковании норм законодательства и не соответствует имеющимися в деле представленным доказательствам.
При принятии обжалуемого определения судом первой инстанции был сделан правильный вывод о том, что кредитор не является контролирующим должника лицом. Кредитор не является участником должника, доказательства опосредованного участия кредитора в капитале должника либо в управлении, наличия корпоративных отношений между должником и кредитором в материалах дела отсутствуют.
Следует отметить, что действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым очередность удовлетворения требований аффилированных (связанных) с должником кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается. При этом сама по себе, например, выдача займа участником должника не свидетельствует о корпоративном характере требования по возврату полученной суммы для целей банкротства (определения Верховного Суда Российской Федерации от 30.03.2017 N 306-ЭС16-17647).
Доводы ПАО "Нижнекамскнефтехим", указывающие об инвестиционном характере деятельности кредитора, о мнимости или притворности сделки правомерно отклонены судом первой инстанции, поскольку носят предположительный характер и не подкреплены соответствующими доказательствами.
Обстоятельства, связанные с наличием либо отсутствием контроля должника со стороны ПАО "Татнефть", не имеют значения для правильного рассмотрения настоящего обособленного спора и правовой квалификации оспариваемых договоров, на которых основаны требования кредитора, поскольку ПАО "Татнефть" не является стороной указанных договоров.
Представленные заявителем жалобы в материалы дела документы, в том числе переписка, протоколы совещаний, протоколы общих собраний участников, распечатки СМИ, не могут служить доказательством наличия фактического контроля должника со стороны ПАО "Татнефть" и наличие у ПАО "Татнефть" права давать обязательные для исполнения должником указания или возможности иным образом определять его действия.
Представленные документы подтверждают иные обстоятельства, а именно: участие ПАО "Татнефть" как конкурсного кредитора должника в мероприятиях, направленных на закрытие процедуры банкротства, заключение мирового соглашения, возобновление производственной деятельности должника и восстановление его платежеспособности.
Судом первой инстанции установлено, что в списке аффилированных лиц ПАО "Нижнекамскнефтехим" в качестве аффилированного к ПАО "Нижнекамскнефтехим" лица ПАО "Татнефть" не числится.
Участие работников группы Татнефть в коллегиальных органах управления иных неподконтрольных "Танефть" хозяйственных обществах является нормальной практикой и не является основанием возникновения права на единоличное управления со стороны "Татнефть" чужой компанией, в состав совета директоров которой входит работник группы "Татнефть".
Из материалов настоящего дела следует, что в состав совета директоров ПАО "Нижнекамскнефтехим", так же входит работник группы Татнефть - генеральный директор Маганов Н.У. Однако данное обстоятельство не привело к возникновению транзитной аффилированности между ПАО "Нижнекамск
