|
07 февраля 2022 г.
|
Дело N А40- 8678/20
|
Резолютивная часть постановления объявлена 31 января 2022 года.
Постановление изготовлено в полном объеме 07 февраля 2022 года.
Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:
председательствующего судьи В. В. Лапшиной,
судей А.Н. Григорьева, И.М. Клеандрова,
при ведении протокола секретарем судебного заседания П.А.Зайцевой,
рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ООО "СПАРТА ГРУПП"
на определение Арбитражного суда г. Москвы от 19 ноября 2021,
вынесенное судьей Агеевой М.В.,
об отказе во включении в реестр требований кредиторов должника - ООО "Стройсервис" задолженности в размере 200 034 468,12 руб.
по делу N А40-8678/20 о банкротстве ООО "Стройсервис"
при участии в судебном заседании:
лица не явились, извещены.
УСТАНОВИЛ:
Определением Арбитражного суда города Москвы 30 марта 2021 г. (резолютивная часть объявлена 25 марта 2021 г.) в отношении должника - ООО "Стройсервис" введена процедура наблюдения, временным управляющим должника - ООО "Стройсервис" утвержден арбитражный управляющий Пасечник Алексей Васильевич, о чем опубликована информация в газете "Коммерсантъ" от 10.04.2021 г.
В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление ООО "СПАРТА ГРУПП" о включении в реестр требований кредиторов должника в общем размере 200 034 468,12 руб.
Определением Арбитражного суда города Москвы от 19 ноября 2021 года отказано в удовлетворении заявления ООО "СПАРТА ГРУПП".
С определением суда не согласилось ООО "СПАРТА ГРУПП" и обратилось в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой.
От конкурсного управляющего должника поступил отзыв на апелляционную жалобу.
Лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в судебное заседание не явились, в соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм ст. 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
Суд апелляционной инстанции, изучив материалы дела, исследовав и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, считает, что оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта не имеется в силу следующего.
В соответствии с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).
Как указывал заявитель, Между Обществом с ограниченной ответственностью "Е-СТРОЙ" и Обществом с ограниченной ответственностью "СтройСервис" были заключены договоры подряда N 15/04 от 15.04.2015 г., N 16/04 от 30.04.2015 г, N 05/05 от 05.05.2015 г., N 18/05 от 19.05.2015 г, N 19/05 от 19.05.2015 г., N 01/09 от 01.09.2015 г., N 13/09 от 13.09.2015 г., N 12/11 от 12.11.2015 г.
Согласно условиям Договоров, Заказчик (ООО "СтройСервис") производит оплату выполненных работ в порядке и сроки, установленные Графиком оплаты (Приложение к Договору). Окончательный расчет производится после полного комплекса выполненных работ по Договору.
Как указал кредитор, ООО "Е-Строй" обязательства выполнило полном объеме, что подтверждается Договорами подряда, Справками о стоимости выполненных работ (КС-3), Актами о приемке выполненных работ (КС-2).
Кроме того, 17.04.2017 г. между ООО "Е-Строй" и Сидоровым А.В. был заключён Договор уступки права (требования), согласно которому ООО "Е-Строй" передало Сидорову А.В. право требования задолженности к ООО "СтройСервис" (ИНН 7729760203), в размере 176 057 275 руб. 66 коп., Договора подряда N 15/04 от 15.04.2015 г., Договору подряда N 16/04 от 30.04.2015 г., Договору подряда N 05/05 от 05.05.2015 г., Договору подряда N 18/05 от 19.05.2015 г., Договору подряда N 19/05 от 19.05.2015 г., Договору подряда N 01/09 от 01.09.2015 г., Договору подряда N 13/09 от 13.09.2015 г., Договору подряда N 12/11 от 12.11.2015 г.
25.10.2017 г., между Сидоровым А.В. и Михайловым СВ. был заключен Договор уступки прав (требований) согласно которому Сидоров А.В. передал Михайлову С.В. право требования задолженности к ООО "СтройСервис" (ИНН 7729760203) в размере 90 066 555 руб. 16 коп., в т. ч. НДС 18%, по обязательствам, вытекающим из Договора подряда N 16/04 от 30.04.2015 г., Договора подряда N 05/05 от 05.05.2015 г., Договора подряда N 19/05 от 19.05.2015 г., Договора подряда N 13/09 от 13.09.2015 г., а также право взыскания процентов/неустойки.
25.10.2017 г. между Сидоровым А.В. и Михайловым СВ. был заключен Договор уступки права (требования) N 2 согласно которому Сидоров А.В. передал Михайлову СВ. право требования задолженности к ООО "СтройСервис" (ИНН 7729760203) в размере 1 012 541 руб. 21 коп. по обязательствам, вытекающим из Договора подряда N 12/11 от 12.11.2015 г. на сумму 1 012 541 (Один миллион двенадцать тысяч пятьсот сорок один) руб. 21 коп., в т. ч. НДС 18%.- основной долг, а также право взыскания процентов/неустойки.
25.10.2017 г. между Сидоровым А.В. и Михайловым СВ. был заключен Договор уступки права (требования) N 3 согласно которому Сидоров А.В. передал Михайлову СВ. право требования задолженности к ООО "СтройСервис" (ИНН 7729760203) в размере 51 487 259 руб. 90 коп. по обязательствам, вытекающим из Договора подряда N 15/04 от 15.04.2015 г., Договора подряда N 18/05 от 19.05.2015 г., Договора подряда N 01/09 от 01.09.2015 г., на сумму 84 978 179 руб. 29 коп., в т. ч. НДС 18%.- основной долг, а также право взыскания процентов/неустойки.
11 февраля 2021 г. Михайлов СВ. на основании заключенного между сторонами Договора уступки права (требования) уступило ООО "СПАРТА ГРУПП" право требования задолженности к ООО "СтройСервис" в размере 176 057 275 руб. 66 коп., Договора подряда N 15/04 от 15.04.2015 г., Договору подряда N 16/04 от 30.04.2015 г., Договору подряда N 05/05 от 05.05.2015 г., Договору подряда N 18/05 от 19.05.2015 г., Договору подряда N 19/05 от 19.05.2015 г., Договору подряда N 01/09 от 01.09.2015 г., Договору подряда N 13/09 от 13.09.2015 г., Договору подряда N 12/11 от 12.11.2015 г.
В связи с неисполнением Должником обязанностей по оплате выполненных работ, заявитель как правопреемник обратился с указанным заявлением в суд.
Отказывая в удовлетворении требования по существу суд первой инстанции, проанализировав и оценив по правилам статей 9, 64, 65, 71 АПК РФ представленные сторонами доказательства, доводы и возражения, установил отсутствие в материалах дела достоверных доказательств, свидетельствующих о наличии у должника неисполненных денежных обязательств перед заявителем.
Апелляционный суд соглашается с выводами суда первой инстанции.
На основании п. 6 ст. 16 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено настоящим пунктом.
Согласно разъяснениям п. 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.
В связи с изложенным при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 АПК РФ, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.
О применении вышеуказанных правил в деле о банкротстве указывалось в п. 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 5 (2017) (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017), согласно которому к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования.
В условиях конкуренции кредиторов за распределение конкурсной массы для пресечения различных злоупотреблений законодательством, разъяснениями высшей судебной инстанции и судебной практикой выработаны повышенные стандарты доказывания требований кредиторов.
Суды должны проверять не только формальное соблюдение внешних атрибутов документов, которыми кредиторы подтверждают обоснованность своих требований, но и оценивать разумные доводы и доказательства (в том числе косвенные как в отдельности, так и в совокупности), указывающие на пороки сделок, цепочек сделок (мнимость, притворность и т.п.) или иных источников формирования задолженности.
Намерение аффилированного с должником лица через включение в реестр требований кредиторов получить из конкурсной массы средства, судом расценивается не иначе, как злоупотребление правом, что прямо запрещено п. 1 ст. 10 ГК РФ.
В соответствии с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации при недобросовестности кредитора его требования не могут находиться в равном положении с обоснованными требованиями независимых кредиторов. Если "дружественный" кредитор не подтверждает целесообразность заключения сделки, его действия по подаче заявления о включении требований в реестр могут быть квалифицированы как совершенные исключительно с противоправной целью уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов (ст. 10 ГК РФ).
При этом наличие в действиях сторон злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во включении требований заявителя в реестр (абзац четвертый пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)").
В пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что сделка, нарушающая запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, и посягающая на права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна (статья 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Согласно п. 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 5 (2017) (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017), если конкурсный кредитор обосновал существенные сомнения, подтверждающие наличие признаков мнимости у сделки, совершенной должником и другим конкурсным кредитором, на последних возлагается бремя доказывания действительности сделки.
В силу требований пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота. Согласно правовой позиции Верховного суда Российской Федерации, изложенной в определении от 25.07.2016 N 305-ЭС16-2411, фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов.
Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.
В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон.
Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся.
Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.
Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168,170 АПК РФ). (Определение Верховного Суда РФ от 25 июля 2016 г. по делу N 305- ЭС16-2411) При этом следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ").
Таким образом, при наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно (тем более если решение суда по спорной сделке влияет на принятие решений в деле о банкротстве, в частности, о включении в реестр требований кредиторов). Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение юридической аффилированности но и фактической.
С целью использования всех доступных процессуальных механизмов по недопущению включения в реестр требований кредиторов должника недобросовестных кредиторов Верховный Суд Российской Федерации Определением от 26.05.2017 N 306-ЭС16-20056 (6) по делу NА12-45751/2015 изменил подход распределения бремени доказывания при установлении требований аффилированных кредиторов в процедурах банкротства.
Верховный суд РФ отметил, что при представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства.
В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.
Несмотря на закрепленную в пункте 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпцию добросовестности участников гражданских правоотношений и разумность их действий, в случае наличия сомнений как у стороны по делу, так и у суда относительно очевидного отклонения действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения, бремя доказывания, в том числе экономической целесообразности, возлагается на аффилированного кредитора. Все вышеуказанные сделки не являются сделками, совершенными в условиях обычной хозяйственной деятельности, противоречат целям деятельности любой коммерческой организации (ст. 50 ГК РФ), что указывает на заинтересованный характер, фактическую аффилированность сторон.
Согласно позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.08.2018 N 305-ЭС17-18744(2), длительное непринятие мер по возврату денежных средств само по себе уже не может не вызвать у суда обоснован
