|
22 июня 2022 г.
|
Дело N А41-615/2020
|
Резолютивная часть постановления объявлена 16.06.2022.
Полный текст постановления изготовлен 22.06.2022.
Арбитражный суд Московского округа
в составе: председательствующего-судьи Ю.Е. Холодковой,
судей: Зеньковой Е.Л., Н.Я. Мысака
при участии в заседании:
от ООО "РПК-Риэлт" - представитель Вергун А.В., доверенность от 09.04.2021
рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу
конкурсного управляющего ООО "РПК"
на определение Арбитражного суда Московской области от 26.10.2021,
постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 09.02.2022,
по заявлению ООО "РПК-Риэлт" о включении в реестр требований кредиторов ООО "РПК" требования в размере 167 522 200 рублей в 4 очередь реестра требований кредиторов, как обеспеченное залогом имущества должника,
в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО "РПК",
УСТАНОВИЛ:
Решением Арбитражного суда Московской области от 03.09.2020 должник - ООО "РПК" признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, а также применены правила § 7 главы IX Закона о банкротстве - банкротство застройщика. Конкурсным управляющим утвержден член ПАУ ЦФО Тулинов Сергей Владимирович.
В Арбитражный суд Московской области поступило требование конкурсного управляющего ООО "РПК-РИЭЛТ" о включении в реестр требований кредиторов ООО "РПК" требования в размере 167 522 200 рублей в четвертую очередь реестра требований кредиторов, как обеспеченное залогом имущества должника в виде жилых помещений согласно перечню.
Определением Арбитражного суда Московской области от 26.10.2021, оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 09.02.2022, требование ООО "РПК-РИЭЛТ" включено в четвертую очередь реестра требований кредиторов должника в размере 167 522 200 руб. как обязательство, обеспеченное залогом имущества.
Не согласившись с принятыми судебными актами, конкурсный управляющий ООО "РПК" обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Московской области от 26.10.2021, постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 09.02.2022 отменить и принять новый судебный акт, об отказе в удовлетворении заявленных требований.
В обоснование доводов кассационной жалобы заявитель указывает на неправильное применение судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, на несоответствие выводов судов, изложенных в обжалуемых судебных актах, фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.
В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 N 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.
Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационных жалоб в их отсутствие.
От конкурсного управляющего ООО "РПК" поступили письменные объяснения, поддерживает доводы кассационной жалобы в полном объеме.
От ООО "РПК-Риэлт" поступил отзыв на кассационную жалобу, который приобщен к материалам дела в порядке ст.279 АПК РФ, просит отказать в удовлетворении кассационной жалобы.
Представитель ООО "РПК-Риэлт" в судебном заседании возражал по доводам кассационной жалобы.
Изучив доводы кассационной жалобы, исследовав материалы дела, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам.
Из содержания обжалуемых судебных актов усматривается, что судами установлены следующие обстоятельства.
ООО "РПК" являлось застройщиком дома по адресу: МО, г. Подольск, ул.
Пионерская, д. 15, корп.1 на земельном участке 50:55:0030918:1.
Судами установлено, что между ООО "РПК-РИЭЛТ" и ООО "РПК" заключены договоры участия в долевом строительстве, зарегистрированные в УФСГР, кадастра и картографии по Московской области по адресу: МО, г. Подольск, ул. Пионерская, д. 15, корп.1, согласно условиям которых ООО "РПК" обязалось передать квартиры в установленные сроки.
Должником не исполнены обязательства по передаче спорных квартир кредитору. ООО "РПК-РИЭЛТ" расчеты по договорам произведены.
Суды, руководствуясь подпунктами 3, 4 пункта 1 статьи 201.9 Закона о банкротстве, правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 06.06.2017 N 305-ЭС15-19338, пунктом 15 Обзора судебной практик Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2019), утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 17.07.2019, пришли к выводу, что субординация требований в процедуре банкротства проводится с целью избежать влияния контролирующих должника лиц на ход процедуры банкротства, что в данной ситуации невозможно, поскольку обе компании (должник и кредитор) находятся в банкротстве, понижение очередности требований кредитора приведет к необоснованному нарушению прав и интересов кредиторов ООО "РПК-РИЭЛТ".
При указанных обстоятельствах суды пришли к выводу об удовлетворении требования кредитора и включении в четвертую очередь требований кредиторов должника задолженности как обязательства, обеспеченного залогом имущества должника.
Между тем, при принятии судебных актов судами не учтено следующее.
В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).
Конкурсным управляющим ООО "РПК" в данном случае приводились доводы о вхождении ООО "РПК" и ООО "РПК-РИЭЛТ" в одну группу лиц, а также указывалось на осуществление компенсационного финансирования должнику при наличии имущественного кризиса у должника, в связи с чем, требование ООО "РПК-РИЭЛТ", по мнению управляющего, подлежало удовлетворению за счет имущества, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника.
Данные доводы управляющего не проверены судами на предмет наличия или отсутствия имущественного кризиса у должника на даты спорных отношений.
В силу статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 N 948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках" аффилированными лицами являются физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность.
Конкурсный управляющий указывал, что применение схемы привлечения денежных средств внутри группы лиц, в которую входит должник и кредитор, подтверждается Решением Арбитражного суда Московской области от 16.09.2020 по делу N А41-615/2020 и определением Арбитражного суда Московской области от 28.01.2020 по делу N А41-34929/19.
Указанными судебными актами требования ПАО "МинБанк" включены в реестр требований кредиторов ООО "РПК" и в реестр требований кредиторов ООО "РПК-РИЭЛТ". Данные судебные акты устанавливают факт предоставления банком кредитов ООО "РПК-РИЭЛТ", где поручителем и залогодателем выступало ООО "РПК". Указанными судебными актами установлено, что кредиты представлялись для приобретения жилых помещений по договорам долевого участия в строительстве.
Управляющий указывал, что группа лиц, в которую входит должник и кредитор, использовала схему финансирования строительства объектов должника через привлечение кредитных средств не непосредственно на должника, а на подконтрольное юридическое лицо с оформлением документов, на основании которых у лица, через чьи расчетные счета проходили заемные денежные средства, возникали права требования по передаче помещений.
Кроме того, управляющий должником указывал, что в соответствии с анализом финансового состояния должника, безналичные расчеты активно велись должником периодически - высокая активность в 2012 г. сменилась отсутствием активности в 2014 г. Активность восстановилась в 2015 г. и далее резко снижалась в течение 2016 - 2019 гг. (обороты в 2019 г. практически сошли на нет). Исходя из выводов, изложенных в анализе финансового состояния должника, признаки фактической неплатежеспособности появились не позднее IV квартала 2013 года, тогда как договор участия в долевом строительстве N 2-3/Ц-Н заключен Сторонами только 27.08.2015.
Для предотвращения необоснованных требований к должнику и, как следствие, нарушений прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника - банкрота, предъявляются повышенные требования (пункт 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда 6 Российской Федерации от 22.06.2012 N 35, пункт 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016).
В Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц (далее - обзор судебной практики), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, обобщены правовые подходы, применение которых позволяет сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения очередности (субординации) требования аффилированного с должником лица.
Контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее -компенсационное финансирование), в частности, с использованием конструкции договора займа, т.е. избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 ГК РФ). Таким образом, при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено их требованиям - оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты) (пункт 3.1 обзора судебной практики).
В данном случае управляющий должником акцентировал внимание судов на том, что привлечение денежных средств на строительство многоквартирных домов осуществлялось путем предоставления кредитных средств через подконтрольное юридическое лицо в период наступления неплатежеспособности должника.
Судебная практика исходит из того, что факты оказания обществом услуг должнику, несмотря на непрекращающееся нарушение со стороны последнего условий об их оплате, а также невзыскание имеющейся задолженности, могут свидетельствовать о предоставлении обществом аффилированному лицу (должнику) компенсационного финансирования, которое не подлежит противопоставлению требованиям независимых кредиторов и удовлетворяется в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты (пункты 3.1 - 3.3 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020).
В таком случае в соответствии с содержащимися в Обзоре разъяснениями для понижения очередности удовлетворения требований общества судам следовало установить наличие у должника в момент предоставления обществом финансирования, признаков имущественного кризиса, а также оценить отказ общества от истребования задолженности как возможный вариант последующего финансирования должника.
Согласно пункту 3.3 Обзора разновидностью финансирования по смыслу пункта 1 статьи 317.1 Гражданского кодекса Российской Федерации является предоставление контролирующим лицом, осуществившим неденежное исполнение, отсрочки, рассрочки платежа подконтрольному должнику по договорам купли-продажи, подряда, аренды и т.д. по отношению к общим правилам о сроке платежа, об оплате работ после окончательной сдачи их результатов, о внесении арендной платы в сроки, обычно применяемые при аренде аналогичного имущества при сравнимых обстоятельствах.
Если такого рода финансирование осуществляется в условиях имущественного кризиса, позволяя должнику продолжать предпринимательскую деятельность, отклоняясь от заданного пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве стандарта поведения, то оно признается компенсационным с отнесением на контролирующее лицо всех рисков, в том числе риска утраты данного финансирования на случай объективного банкротства.
Исходя из заложенной в Обзоре презумпции, не устраненные Обществом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов (пункт 3.4 Обзора).
В том же положении, что и контролирующее лицо, находится кредитор, не обладающий контролем над должником, аффилированный с последним, предоставивший компенсационное финансирование под влиянием контролирующего должника лица. При этом в ситуации, когда аффилированные должник и кредитор имеют одного конечного
