"Решения Европейского Суда балансируют на грани между правом и справедливостью, что, наверное, возможно, но не очень хорошо"
На фоне драматических событий на юго-востоке Украины и обострения отношений со странами Запада не остались в стороне и вопросы столь болезненных для наших властей страсбургских судебных решений. Вслед за Президентом Путиным о "сотрудничестве" и "двойных стандартах" высказался и премьер в своем интервью газете "Ведомости":
"Предложения (о возможном выходе России из ЕСПЧ и изъятии из Конституции приоритета международных соглашений. - Прим. ред.) могут быть разные, какие-то продуманные, какие-то - нет. Но я вынужден констатировать, что система международного права переживает сейчас довольно сложные времена. Может быть, пришла пора в этой системе что-то модернизировать. Нынешняя система международного права действует уже давно, и разговоры о ее совершенствовании я считаю вполне допустимыми. ЕСПЧ - важный институт, он должен сохраниться, но деятельность его, конечно, не идеальна. Права человека - очень тонкая материя, и иногда - не всегда, но иногда - эти решения балансируют на грани между правом и справедливостью, что, наверное, возможно, но не очень хорошо. А еще хуже, если эти решения балансируют между правом и политикой. Есть несколько решений и против нас, и против других стран, которые были приняты по политическим мотивам. Вот, например, по делу Илашку было принято абсолютно безграмотное с правовой точки зрения решение, что Россия осуществляет некий "эффективный контроль" над чужой территорией и должна отвечать за то, что там происходит. Чем менее политизированным будет ЕСПЧ, тем будет лучше".
Что в этих рассуждениях обращает на себя внимание? Ссылка в качестве примера "политизированности" на постановление 10-летней давности? Нет других конкретных примеров, посвежее, или не захотели называть вслух? Да и утверждение о "безграмотности" выглядит несколько странно. Либо политизированное, либо безграмотное. То есть если без умысла, по безграмотности, то, наверное, уже пора "понять и простить". Тем более, что Российская Федерация это решение признала еще 10 лет назад, да и выносили его 17 высококвалифицированных (или все-таки безграмотных?) судей из практически всех основных европейских юридических школ. С тех пор и судьи поменялись, и механизмы работы Суда (кстати, при самом активном участии российских представителей).
И все же, все же, все же... Мы рассматриваем интервью Д. Медведева скорее как позитивный сигнал, хотя... В сентябре с.г. во Дворце прав человека в Страсбурге состоятся публичные слушания еще по двум делам, рассматриваемым Большой Палатой ЕСПЧ: "Хорошенко против Российской Федерации" - о правах лиц, отбывающих наказание в виде пожизненного лишения свободы, и "Роман Захаров против Российской Федерации" - о праве на защиту частной жизни в связи с возможным доступом органов безопасности к записям телефонных переговоров без судебного решения.
Кстати, первая упомянутая жалоба была подана в Страсбург еще в 2004 году, а вторая - в 2006-м. Можно снова ожидать "депутатской" (вот уж где действительно "политизированность"!) реакции на соответствующие постановления. Так что будем уповать на терпение наших руководителей. А еще на подходе очередное дело по событиям в Приднестровье, правда, происходившим уже в 2008 году - "Мозер против Молдавии и России" - подробнее читайте в номере (снова вспомним про Илашку?).
Избранные постановления Европейского Суда по правам человека против Российской Федерации
Выбор постановлений, публикуемых в номере, диктуется важностью изложенных в них правовых позиций для национальной судебной практики, а также предложениями наших читателей* (* Переводы Ю.Ю. Берестнева, О.Л. Ветровой, Г.А. Николаева.).
Салказанов и другие против Российской Федерации
[Salkazanov and Others v. Russia] (NN 65795/09 и 73 другие жалобы)
Заявители, бывшие сотрудники Управления Государственной противопожарной службы Министерства внутренних дел Российской Федерации по Республике Северная Осетия - Алания, жаловались на отмену в порядке надзора судебных решений, присудивших им задолженности по выплатам за участие в операциях по поддержанию правопорядка и общественной безопасности.
Европейский Суд единогласно постановил, что в данном деле власти Российской Федерации нарушили требования пункта 1 статьи 6 Конвенции (право на справедливое судебное разбирательство) и статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции (право на уважение собственности), и обязал государство-ответчика выплатить заявителям в общей сложности 1 129 998 евро в качестве компенсации материального ущерба и по 2 000 евро каждому заявителю в качестве компенсации морального вреда.
Костенко против Российской Федерации
[Kostenko v. Russia] (N 32845/02)
Заявитель, военный офицер в отставке, жаловался на неисполнение вступившего в силу решения суда, обязавшего обеспечить его жильем.
Европейский Суд единогласно постановил, что в данном деле власти Российской Федерации нарушили требования пункта 1 статьи 6 Конвенции (право на справедливое судебное разбирательство) и статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции (право на уважение собственности).
Саидова против Российской Федерации
[Saidova v. Russia] (N 51432/09)
Заявительница, проживающая в Чеченской Республике, утверждала, что представители российских властей несут ответственность за исчезновение ее сына в 2002 году. Она также жаловалась на отсутствие надлежащего расследования обстоятельств его исчезновения.
Европейский Суд единогласно постановил, что в данном деле власти Российской Федерации нарушили только требования статьи 2 Конвенции (право на жизнь) о проведении надлежащего расследования, и обязал государство-ответчика выплатить заявительнице 10 000 евро в качестве компенсации морального вреда.
Абдулханов и другие против Российской Федерации
[Abdulkhanov and Others v. Russia] (N 22782/06)
Заявители (13 человек), проживающие в Чеченской Республике, утверждали, что их родственники погибли, а сами они подверглись угрозе смерти в результате атаки российских властей на их деревню в феврале 2000 года.
Европейский Суд единогласно постановил, что в данном деле власти Российской Федерации нарушили требования статей 2 (право на жизнь) и 13 (право на эффективное средство правовой защиты) Конвенции, и обязал государство-ответчика выплатить заявителям в целом 5 400 евро в качестве компенсации материального ущерба и 1 160 000 евро в качестве компенсации морального вреда.
Гакаева и другие против Российской Федерации
[Gakayeva and Others v. Russia] (NN 51534/08, 4401/10, 25518/10, 28779/10, 33175/10, 47393/10, 54753/10, 58131/10, 62207/10 и 73784/10)
Заявители (40 человек), проживающие в Чеченской Республике, утверждали, что представители властей несут ответственность за исчезновение их близких родственников (13 человек). Они также жаловались на отсутствие надлежащего расследования обстоятельств их исчезновения.
Европейский Суд единогласно постановил, что в данном деле власти Российской Федерации нарушили требования статей 2 Конвенции (право на жизнь), 3 (запрещение пыток), 5 (право на свободу и личную неприкосновенность) и 13 (право на эффективное средство правовой защиты), и обязал государство-ответчика выплатить заявителям в совокупности 1 023 000 евро в качестве компенсации материального ущерба и морального вреда.
Емелин против Российской Федерации
[Yemelin v. Russia] (N 41038/07)
Заявитель, проживающий в Испании, жаловался на негуманные условия содержания под стражей в изоляторе временного содержания и следственном изоляторе, а также на длительное неисполнение судебного решения, вынесенного в его пользу по гражданскому спору.
Европейский Суд единогласно постановил, что в данном деле власти Российской Федерации нарушили требования статьи 3 (запрещение пыток) и пункта 1 статьи 6 (право на справедливое судебное разбирательство) Конвенции, и обязал государство-ответчика выплатить заявителю 5 000 евро в качестве компенсации морального вреда.
Сорокин против Российской Федерации
[Sorokin v. Russia] (N 67482/10)
Заявитель, до ареста проживавший в г. Волгограде, жаловался на негуманные условия содержания под стражей в следственном изоляторе.
Европейский Суд единогласно постановил, что в данном деле власти Российской Федерации нарушили требования статьи 3 Конвенции (запрещение пыток), и обязал государство-ответчика выплатить заявителю 23 250 евро в качестве компенсации морального вреда.
Сергей Васильев против Российской Федерации
[Sergey Vasilyev v. Russia] (N 33023/07)
Заявитель, отбывающий наказание в Республике Коми, жаловался на негуманные условия содержания под стражей в следственном изоляторе и на чрезмерную продолжительность его содержания под стражей.
Европейский Суд единогласно постановил, что в данном деле власти Российской Федерации нарушили требования статьи 3 (запрещение пыток), пункта 3 статьи 5 (право на свободу и личную неприкосновенность), а также статьи 13 (право на эффективное средство правовой защиты) Конвенции, и обязал государство-ответчика выплатить заявителю 6 000 евро в качестве компенсации морального вреда.
Клюкин против Российской Федерации
[Klyukin v. Russia] (N 54996/07)
Заявитель, проживающий в г. Москве, жаловался на негуманные условия содержания под стражей в следственном изоляторе и исправительной колонии (включая содержание в медицинской части колонии).
Европейский Суд единогласно постановил, что в данном деле власти Российской Федерации нарушили требования статей 3 (запрещение пыток) и 13 (право на эффективное средство правовой защиты) Конвенции, и обязал государство-ответчика выплатить заявителю 6 000 евро в качестве компенсации морального вреда.
Лапшов против Российской Федерации
[Lapshov v. Russia] (N 5288/08)
Заявитель, отбывающий наказание в г. Калининграде, жаловался на негуманные условия содержания под стражей в изоляторе временного содержания.
Европейский Суд единогласно постановил, что в данном деле власти Российской Федерации нарушили требования статьи 3 Конвенции (запрещение пыток), и обязал государство-ответчика выплатить заявителю 5 000 евро в качестве компенсации морального вреда.
Александр Новоселов против Российской Федерации
[Aleksandr Novoselov v. Russia] (N 33954/05)
Заявитель, проживающий в г. Нижнем Новгороде, утверждал, что он был похищен и подвергнут пыткам сотрудниками милиции, обстоятельства которых впоследствии не были должным образом расследованы.
Европейский Суд единогласно постановил, что в данном деле власти Российской Федерации нарушили требования статей 3 (запрещение пыток) и 13 (право на эффективное средство правовой защиты) Конвенции, и обязал государство-ответчика выплатить заявителю 27 500 евро в качестве компенсации морального вреда.
