Определение СК по административным делам Верховного Суда РФ от 26 января 2018 г. N 24-КГ17-20
Судебная коллегия по административным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:
председательствующего Зинченко И.Н.,
судей Корчашкиной Т.Е. и Калининой Л.А.
рассмотрела в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению Диденко Валерия Владимировича о признании незаконным постановления судебного пристава-исполнителя Межрайонного отдела Управления Федеральной службы судебных приставов Российской Федерации по Республике Адыгея от 16 октября 2015 года об отказе в наложении ареста и обращении взыскания на принадлежащую Бандурко М.В. на праве собственности 1/2 долю квартиры, а также возложении обязанности обратить взыскание на указанное имущество по кассационной жалобе Бандурко Михаила Викторовича на решение Майкопского городского суда Республики Адыгея от 11 августа 2016 года и апелляционное определение судебной коллегии по административным делам Верховного Суда Республики Адыгея от 17 февраля 2017 года, которыми административный иск Диденко В.В. удовлетворен.
Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Корчашкиной Т.Е., объяснения представителей Диденко В.В. - Попадюк И.А. и адвоката Попадюка В.В., возражавших против удовлетворения кассационной жалобы, представителя Управления Федеральной службы судебных приставов по Республике Адыгея Соколова В.В., просившего кассационную жалобу удовлетворить, Судебная коллегия по административным делам Верховного Суда Российской Федерации установила:
Диденко В.В., являясь взыскателем по сводному исполнительному производству о взыскании с Бандурко М.В. задолженности в общем размере 1 500 311,6 руб., обратился в суд с административным исковым заявлением об оспаривании постановления судебного пристава-исполнителя Межрайонного отдела Управления Федеральной службы судебных приставов Российской Федерации по Республике Адыгея от 16 октября 2015 года, которым ему отказано в наложении ареста и обращении взыскания на принадлежащую Бандурко М.В. на праве собственности 1/2 долю квартиры общей площадью 47,1 кв.м с кадастровым номером ..., расположенной по адресу: г. ..., а также о возложении обязанности обратить взыскание на указанное имущество.
К участию в деле в качестве заинтересованного лица привлечен Бандурко М.В.
Решением Майкопского городского суда Республики Адыгея от 29 октября 2015 года административное исковое заявление Диденко В.В. удовлетворено: признано незаконным постановление судебного пристава-исполнителя от 16 октября 2015 года, на судебного пристава-исполнителя возложена обязанность обратить взыскание на принадлежащую Бандурко М.В. 1/2 долю квартиры N ..., расположенной по адресу: г. ...
Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Республики Адыгея от 22 января 2016 года решение Майкопского городского суда Республики Адыгея от 29 октября 2015 года оставлено без изменения.
Постановлением президиума Верховного суда Республики Адыгея от 13 июля 2016 года решение Майкопского городского суда Республики Адыгея от 29 октября 2015 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Республики Адыгея от 22 января 2016 года отменены в связи с существенным нарушением норм процессуального права, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции в ином составе судей.
При новом рассмотрении дела решением Майкопского городского суда Республики Адыгея от 11 августа 2016 года требования Диденко В.В. удовлетворены: признано незаконным постановление судебного пристава-исполнителя от 16 октября 2015 года, на судебного пристава-исполнителя возложена обязанность обратить взыскание на принадлежащую должнику 1/2 долю квартиры.
Апелляционным определением судебной коллегии по административным делам Верховного суда Республики Адыгея от 17 февраля 2017 года решение Майкопского городского суда Республики Адыгея от 11 августа 2016 года оставлено без изменения.
Определением судьи Верховного суда Республики Адыгея от 13 июня 2017 года Бандурко М.В. отказано в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции.
В кассационной жалобе, поданной Бандурко М.В. в Судебную коллегию по административным делам Верховного Суда Российской Федерации, ставится вопрос об отмене решения Майкопского городского суда Республики Адыгея от 11 августа 2016 года, апелляционного определения судебной коллегии по административным делам Верховного суда Республики Адыгея от 17 февраля 2017 года в связи с допущенными судами первой и апелляционной инстанций грубыми нарушениями норм процессуального права и направлении дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции с ином составе судей.
По запросу судьи Верховного Суда Российской Федерации от 28 сентября 2017 года дело истребовано в Верховный Суд Российской Федерации.
Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации от 28 ноября 2017 года кассационная жалоба Бандурко М.В. с делом передана для рассмотрения по существу в Судебную коллегию по административным делам Верховного Суда Российской Федерации.
Бандурко М.В. и судебный пристав-исполнитель Межрайонного отдела Управления Федеральной службы судебных приставов Российской Федерации по Республике Адыгея Агирова Э.Т., надлежащим образом извещённые о времени и месте рассмотрения дела в кассационном порядке, в судебное заседание не явились. На основании статьи 326 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации Судебная коллегия по административным делам Верховного Суда Российской Федерации находит возможным рассмотрение дела в их отсутствие.
Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, выслушав объяснения явившихся в судебное заседание лиц, Судебная коллегия по административным делам Верховного Суда Российской Федерации находит жалобу подлежащей удовлетворению.
В соответствии со статьёй 328 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных актов в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального или норм процессуального права, которые повлияли на исход административного дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.
Судами первой и апелляционной инстанций при рассмотрении дела такого рода существенные нарушения норм права допущены.
Удовлетворяя заявленные требования, судебные инстанции исходили из того, что спорная квартира N ... не является для должника единственным пригодным для постоянного проживания помещением, поскольку он проживает по адресу: ..., следовательно, у судебного пристава-исполнителя имелись основания для удовлетворения заявления об обращении взыскания на принадлежащую Бандурко М.В. 1/2 долю в праве собственности на указанную квартиру.
Судебная коллегия по административным делам Верховного Суда Российской Федерации полагает, что вывод суда о наличии у должника другого жилого помещения, пригодного для проживания, нельзя признать законным и обоснованным.
Как установлено судебными инстанциями, Бандурко М.В. зарегистрирован и фактически проживает вместе со своей матерью в спорной квартире, которая принадлежит им на праве собственности в равных долях. Доказательств того, что Бандурко М.В. принадлежит иное жилое помещение, пригодное для проживания, судебными инстанциями не установлено.
Конституцией Российской Федерации в части 1 статьи 40 гарантировано право каждого на жилище, а также установлен запрет на произвольное лишение жилища.
Статьей 2 Федерального закона от 2 октября 2007 года N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве" (далее - Закон N 229-ФЗ) определено, что задачами исполнительного производства являются правильное и своевременное исполнение судебных актов, актов других органов и должностных лиц, а в предусмотренных законодательством Российской Федерации случаях исполнение иных документов в целях защиты нарушенных прав, свобод и законных интересов граждан и организаций. Исполнительное производство осуществляется на принципах законности, своевременности совершения исполнительных действий и применения мер принудительного исполнения, уважения чести и достоинства гражданина, неприкосновенности минимума имущества, необходимого для существования должника-гражданина и членов его семьи (статья 4 указанного закона).
В силу части 1 статьи 68 Закона N 229-ФЗ мерами принудительного исполнения являются действия, указанные в исполнительном документе, или действия, совершаемые судебным приставом-исполнителем в целях получения с должника имущества, в том числе денежных средств, подлежащего взысканию по исполнительному документу. В частности, к таким мерам относится обращение взыскания на имущество должника, в том числе на денежные средства и ценные бумаги (пункт 1 части 3 названной статьи).
Между тем, согласно части 1 статьи 79 Закона N 229-ФЗ взыскание не может быть обращено на принадлежащее должнику-гражданину на праве собственности имущество, перечень которого установлен Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации.
Частью первой статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что взыскание по исполнительным документам не может быть обращено на принадлежащее гражданину-должнику на праве собственности жилое помещение (его части), если для него и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением, за исключением жилого помещения, являющегося предметом ипотеки.
Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, правовое регулирование, запрещая обращать взыскание по исполнительным документам на определенные виды имущества в силу его целевого назначения, свойств и признаков, характеризующих субъекта, в чьей собственности оно находится, обусловлено стремлением федерального законодателя путем предоставления гражданину-должнику имущественного (исполнительского) иммунитета сохранить ему и лицам, находящимся на его иждивении, условия, необходимые для достойного существования. Такое регулирование выступает процессуальной гарантией социально-экономических прав этих лиц в сфере жилищных правоотношений, оно осуществлено федеральным законодателем в рамках предоставленных ему дискреционных полномочий и само по себе не может рассматриваться как чрезмерное ограничение прав кредитора (определения от 4 декабря 2003 года N 456-О, от 20 октября 2005 года N 382-О, от 24 ноября 2005 года N 492-О, от 19 апреля 2007 года N 241-О-О, от 20 ноября 2008 года N 956-О-О, от 1 декабря 2009 года N 1490-О-О, от 22 марта 2011 года N 313-О-О, от 17 января 2012 года N 10-О-О).
Согласно части 2 статьи 15 Жилищного кодекса Российской Федерации жилым помещением признается изолированное помещение, которое является недвижимым им
