|
11 октября 2022 г.
|
Дело N А33-36799/2019
|
Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в составе:
председательствующего Первушиной М. А.,
судей: Барской А.Л., Бронниковой И.А.,
при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Томашевской Т.Н.,
при участии в судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи в помещении Арбитражного суда Красноярского края представителей закрытого акционерного общества "КрасПТМ" Заблодского С.С. (доверенность от 06.09.2021, паспорт), Наумченко Павла Васильевича - Головизнина А.В. (доверенность от 25.12.2020, паспорт), конкурсного управляющего Паносяна Ваге Самвеловича - Заргарян Е.Г. (доверенность от 01.02.2020, паспорт), общества с ограниченной ответственностью "Машзавод" Митина С.С. (доверенность от 21.12.2020, паспорт),
рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу закрытого акционерного общества "КрасПТМ" на определение Арбитражного суда Красноярского края от 28 октября 2021 года по делу N А33-36799/2019, постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от 29 июня 2022 года по тому же делу,
УСТАНОВИЛ:
общество с ограниченной ответственностью Торговый Дом "Краспроминвест" обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью "КрасПТМ" (далее - ООО "КрасПТМ", должник) банкротом и открытии конкурсного производства по упрощенной процедуре ликвидируемого должника.
Резолютивной частью решения Арбитражного суда Красноярского края от 16 июля 2020 года ликвидируемый должник признан банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре сроком до 15 декабря 2020 года.
В Арбитражный суд Красноярского края поступило заявление ЗАО "КрасПТМ" о вступлении в дело о банкротстве.
Определением Арбитражного суда Красноярского края от 28 октября 2021года, оставленным без изменения постановлением Третьего арбитражного апелляционного суда от 29 июня 2022 года, в удовлетворении требования ЗАО "КрасПТМ" о включении в реестр требований кредиторов отказано.
ЗАО "КрасПТМ", не согласившись с принятыми по делу судебными актами, обратилось в Арбитражный суд Восточно - Сибирского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение от 28 октября 2021года и постановление суда апелляционной инстанции от 29 июня 2022 года отменить, ссылаясь на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, неправильное применение судом норм материального и процессуального права, и направить дело на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции.
Из кассационной жалобы следует, что судами нарушены статья 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и пункт 10 статьи 16 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) при отклонении ссылки заявителя на вступившее в силу решение Арбитражного суда Красноярского края от 25.05.2020 по делу N А33-35912/2019, подтверждающее его требование к должнику. В нарушение пункта 5 Обзора от 29.01.2020 суды не определили размер покрытия должником расходов поручителя, а так же не определили форму и способ покрытия расходов ЗАО "КрасПТМ" на погашение задолженности за должника.В нарушение статей 8, 9, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судом апелляционной инстанции не был приобщен к материалам дела Отчет экономического факультета МГУ им М.В.Ломоносова от 12.03.2022 "Оценка влияния ЗАО "КрасПТМ", ООО "Машзавод" на финансовую устойчивость должника". Выводы судов о наличии соглашения о покрытии не соответствуют имеющимся в материалах дела доказательствам, которые судами не исследовались и не оценивались.
В отзывах на кассационную жалобу ООО "А ГРУПП", конкурсный управляющий считают доводы, изложенные в ней несостоятельными, ссылаясь на законность и обоснованность обжалуемых судебных актов.
Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте судебного заседания извещены по правилам статей 123, 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (определение выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем направлено лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" и информационной системе "Картотека арбитражных дел" - kad.arbitr.ru), однако своих представителей в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа не направили, в связи с чем кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие.
Кассационная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
Проверив соответствие выводов Арбитражного суда Красноярского края и Третьего арбитражного апелляционного суда о применении норм права установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, правильность применения судом первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемых судебных актов и исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе, Арбитражный суд Восточно - Сибирского округа приходит к выводу о необоснованности доводов кассационной жалобы и отсутствии оснований для ее удовлетворения.
Как установлено судами и следует из материалов дела, между ООО "ЕвразМеталл Сибирь" (поставщик) и ООО "КрасПТМ" (покупатель) заключен договор поставки N СИ-00907/0/17 от 03.03.2017 в соответствии с пунктом 1.1. которого поставщик обязался передать в собственность покупателя продукцию, наименование, цена, количество, ассортимент (сортамент), требования к качеству которой и срок поставки определяются спецификациями или счетами на предоплату.
06.04.2017 между ООО "ЕвразМеталлСибирь" (поставщик) и ЗАО "КрасПТМ" (поручитель) заключен договор поручительства (далее - договор поручительства), в соответствии с пунктом 1.1 которого поручитель обязался перед кредитором нести солидарную ответственность за исполнение ООО "КрасПТМ" обязательства по договору N СИ-00907/0/17 от 03.03.2017, заключенному между должником и кредитором.
Поручитель обязался отвечать перед кредитором за исполнение обязательств должником по договору поставки в том же объеме, что и должник (пункт 2.1 договора).
Претензией N 652 от 01.10.2019 ООО "ЕвразМеталлСибирь" уведомило ЗАО "КрасПТМ" о наличии у ООО "КрасПТМ" задолженности по договору поставки N СИ00907/0/17 от 03.03.2017 в сумме 48 739 135 рублей 75 копеек.
На основании договора поручительства от 06.04.2017 ЗАО "КрасПТМ" произвело оплату в адрес ООО "ЕвразМеталлСибирь" в размере 48 739 135 рублей 75 копеек задолженности ООО "КрасПТМ" за товар, поставленный по договору поставки N СИ-00907/0/17 от 03.03.2017, что подтверждается платежным поручением N 1108 от 09.10.2019.
Перечисленные обстоятельства установлены вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Красноярского края от 25 мая 2020 года по делу N А33-35912/2019. Выводы о правомерности взыскания были предметом рассмотрения Третьим Арбитражным апелляционным судом в постановлении от 07.08.2020, которым решение суда оставлено без изменения, а апелляционная жалоба без удовлетворения.
Основывая требования на вступившем в законную силу судебном акте, заявитель просит включить требование в реестр требований кредиторов.
Арбитражный суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявленных требований, пришел к выводу, что исходя из установленных фактов (наличие общего для всей группы юридических лиц конечного бенефициара, перемещение активов внутри этой группы, уменьшившее имущественную сферу должника, последующее исполнение обязательства должника членом группы) и обычной природы взаимодействия аффилированных лиц (предполагающей, как правило, скоординированность поведения, максимальный учет интересов друг друга, оптимизацию внутренних долговых обязательств, конфиденциальность информации о внутригрупповых соглашениях), погашение компанией обязательства должника перед внешним кредитором, скорее, могло быть обусловлено наличием договора о покрытии, являющегося соглашением о предоставлении должнику компенсации за изъятые из его оборота активы посредством осуществления компанией платежа в пользу внешнего кредитора должника, нежели чем являться исполнением компанией как поручителем чужого обязательства.
Третий арбитражный апелляционный суд поддержал выводы суда первой инстанции.
В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).
По общему правилу разногласия по требованиям кредиторов или уполномоченных органов, подтвержденным вступившим в законную силу решением суда в части их состава и размера, не подлежат рассмотрению арбитражным судом, а заявления о таких разногласиях подлежат возвращению без рассмотрения, за исключением разногласий, связанных с исполнением судебных актов или их пересмотром.
Между тем, само по себе наличие вступившего в законную силу судебного акта, подтверждающего задолженность, не освобождает арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве, от обязанности определить очередность удовлетворения основанного на этой задолженности требования, что следует из пункта 10 статьи 16 Закона о банкротстве (пункт 3.1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020).
В пункте 5 указанного Обзора от 29.01.2020 сформулирована правовая позиция, в соответствии с которой не подлежит удовлетворению заявление о включении в реестр требования аффилированного с должником лица, которое основано на исполнении им обязательства должника внешнему кредитору, если аффилированное лицо получило возмещение исполненного на основании соглашения с должником (договор о покрытии).
При этом в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации бремя опровержения существования такого рода отношений через обоснование разумных причин того, что поручитель погашал задолженность, рассчитывая на суброгацию, возлагается на такого поручителя. В этих целях поручителю следует раскрыть основания внутригруппового движения денежных средств, подтвердить, что расчетные операции, опосредующие перемещение активов внутри группы, оформлены в соответствии с их действительным экономическим смыслом и обусловлены разумными экономическими целями.
В предмет доказывания по настоящему спору входит оценка обстоятельств, демонстрирующих отношения кредитора и должника (до и во время возникновения реестрового долга) с позиции либо стандартных коммерческих отношений экономически независимых субъектов, либо с позиции связи аффилированных субъектов, между которыми сложились отношения по покрытию выплат внешним кредиторам или по компенсационному финансированию.
Таким образом, исследованию подлежит состав участников кредитора и должника (условия и причины его изменения), их взаимосвязи через иных лиц, характер и особенности (мотивы, цели, экономические итоги) заключенных сделок, характер иных имущественных отношений и особенности организационного взаимодействия.
В отношении вопроса о наличии или отсутствия покрытия понесенных кредитором по договору поручительства за должника расходов следует учесть следующее.
Из смысла разъяснений данных в пункте 5 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020) следует, что в реестр не подлежит включению суброгационное требование, которое с экономической точки зрения или не возникло вообще или было погашено.
Источником покрытия для выплаты за должника не обязательно служит непосредственно тот предмет (кредитные средства, купленный товар и пр.), из-за приобретения которого у должника возникла задолженность перед независимым внешним кредитором.
Если внутри аффилированной группы реализована долговременная схема относительно свободного изъятия у должника необходимых активов (в денежном или натуральном виде) одним из членов группы (накопитель дохода), то и поручительство и выплата по поручительству за должника запланированы в этом случае таким образом, что плательщик экономически не понесет никакого убытка, так как заранее изъял у должника достаточно средств для любой возможной выплаты.
Судами установлены обстоятельства участия Наумченко П.В. в уставном капитале должника с октября 2016 года (с долей 51%) совместно с Семерней А.А. (прежний единоличный участник должника) и иными лицам, а также обстоятельства полного корпоративного контроля Наумченко П.В. в отношении ЗАО "КрасПТМ" и ООО "Машзавод".
Между тем, как уже было отмечено ранее, наличие аффилированности между ООО "КрасПТМ", ЗАО "КрасПТМ" и ООО "Машзавод" установлено в рамках иных обособленных споров в деле о банкротстве ООО "КрасПТМ", по результатам рассмотрения которых вынесены судебные акты, вступившие в законную силу (дела N А33-36799/2019к48, N А33-36799/2019к49).
Фактически должник не представлял собой самостоятельной единицы без ЗАО "КрасПТМ" и ООО "Машзавод".
Суды пришли к правильному выводу о наличии между ООО "КрасПТМ", ЗАО "КрасПТМ" и ООО "Машзавод" отношений аффилированности в рассматриваемый период, когда между такими лицами существовали отношения по поставкам, аренде и взаимоотношения с внешним поставщиком ООО "ЕвразМеталлСибирь" (поставка и поручительство).
По смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц либо являются по отношению к нему аффилированными.
Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.
О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.
При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившим о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.
Для квалификации отношений по покрытию вопрос аффилированности также имеет значение, но только с той позиции, была ли такая аффилированность не на сам момент выплаты внешнему кредитору за должника (так как принудительный характер ответственности поручителя может быть реализован и после длительного периода, когда формально аффилированность уже будет утрачена), а была ли такая аффилированность на тот момент, когда плательщик имел возможность получить покрытие потенциальных убытков. Именно в рамках внутригрупповых аффилированных и доверительных отношений возможно существование скрытых от всех отношений по покрытию.
Суд апелляционной инстанции правомерно отклонил доводы о том, что отсутствие аффилированности подтверждено материалами дела N А33-35912/2019, поскольку, как следует из судебного акта по указанному делу, в материалы дела не представлено доказательств того, что на дату осуществления поставки товара Наумченко П.В. каким-либо образом мог контролировать деятельность ООО "КрасПТМ". Изложенное само по себе не свидетельствует об установлении судом факта отсутствия аффилированности между сторонами.
Судами отмечено, что в материалы дела не представлены доказательства того, что на момент заключения договора поручительства от 06.04.2017 ООО "КрасПТМ" находилось в состоянии имущественного кризиса, отвечало признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества.
Кроме того, в силу статей 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд кассационной инстанции в силу своей компетенции самостоятельно не устанавливает обстоятельства по делу и не собирает и не оценивает новые доказательства. Поскольку ни судом первой инстанции, ни судом апелляционной инстанции обстоятельства аффилированности не были установлены в связи с отсутствием в материалах дела соответствующих доказательств, то ссылка заявителя при рассмотрении настоящего дела на преюдициальность, установленную судебным актом кассационной инстанции, также так же правомерно не принята во внимание в настоящем споре.
Довод о том, что фактически и юридически аффилированность была утрачена с момента продажи Наумченко П.В. своей доли в должнике Семерне А.А., обоснованно отклонен судами с приведением мотивов их отклонения.
ЗАО "КрасПТМ" и ООО "Машзавод" изначально до рассматриваемых отношений с должником являлись аффилированными лицами.
При этом ЗАО "КрасПТМ" и ООО "Машзавод" обладали собственной производственной базой для выполнения серьезных по стоимости контрактов, необходимым персоналом, опытом. При этом ЗАО "КрасПТМ" в этом момент было связано исполнением значимого контракта с САУС ТАМБЕЙ СПГ.
Довод ЗАО "КрасПТМ" о том, что привлечение в схему ООО "КрасПТМ" вызвано увольнением из ЗАО "КрасПТМ" основных сотрудников (финансового директора Смирновой С.А., исполнительного директора Хахалиной Н.А., коммерческого директора Семенова В.Н.), что повлекло затруднения при исполнении договора с филиалом полного товарищества САУС ТАМБЕЙ СПГ, не подтверждает необходимость создания производственного центра на базе ООО "КрасПТМ".
Поскольку реальная и понятная цель вовлечения должника в бизнес Наумченко П.В. не раскрыта, суды правильно отметили, что логику в действиях последнего правильно искать в обстоятельствах распределения между подконтрольными ему лицами рисков, активов и долгов.
Суды правильно проанализировали характер взаимоотношений в группе аффилированных лиц ООО "КрасПТМ", ЗАО "КрасПТМ" и ООО "Машзавод" и обоснованно пришли к выводу о том, что фактически должнику отводилась роль посредника между контрагентами группы компании и остальными ее членами, через которого приобреталось сырье и производилась продукция на арендуемых мощностях, и на которого распределялись риски в отношениях с поставщиками, издержки на производство, расходы на выплату арендной и заработной платы, налогов и т.д.
Схема организации производства и движения оборотного капитала была сформирована таким образом, что ООО "КрасПТМ" накапливало кре
