|
26 июня 2019 г.
|
дело N А53-32687/2017
|
Резолютивная часть постановления объявлена 24 июня 2019 года.
Полный текст постановления изготовлен 26 июня 2019 года.
Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:
председательствующего судьи Стрекачёва А.Н.,
судей Емельянова Д.В., Сурмаляна Г.А.,
при ведении протокола судебного заседания секретарем Булатовой К.В.
при участии:
(до перерыва в судебном заседании) директора общества с ограниченной ответственностью "Палмали" Кармалёва С.А.: лично;
от конкурсного управляющего должника Олевинского В.Ю.: представитель Орлова А.Ю. по доверенности от 03.04.2019,
(после перерыва в судебном заседании) директора общества с ограниченной ответственностью "Палмали" Кармалёва С.А.: лично;
от УФНС по Краснодарскому краю: представитель Ясницкая Н.И. по доверенности от 28.03.2019;
от конкурсного управляющего должника Олевинского В.Ю.: представитель Орлова А.Ю. по доверенности от 03.04.2019,
рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью "Палмали" на определение Арбитражного суда Ростовской области от 02.04.2019 по делу N А53-32687/2017 об отказе во включении требований в реестр требований кредиторов по заявлению общества с ограниченной ответственностью "Палмали" в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью "Палмали", принятое в составе судьи Харитонова А.С.
УСТАНОВИЛ:
в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью "Палмали" в Арбитражный суд Ростовской области обратилось общество с ограниченной ответственностью "Палмали", Республика Крым с заявлением о включении требований в сумме 46 738 470,82 руб.
Определением Арбитражного суда Ростовской области от 02.04.2019 по делу N А53-32687/2017 в удовлетворении заявления отказано.
Не согласившись с определением Арбитражного суда Ростовской области от 02.04.2019 по делу N А53-32687/2017, общество с ограниченной ответственностью "Палмали" обратилось в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемое определение отменить и принять по делу новый судебный акт.
Апелляционная жалоба мотивирована тем, что судом первой инстанции неполно выяснены обстоятельства, имеющие значение для дела, неправильно применены нормы материального и процессуального права. Податель жалобы указывает, что в материалы дела представлены доказательства, подтверждающие задолженность должника перед заявителем. Апеллянт указывает, что агентское вознаграждение рассчитывалось в соответствии с требованиями Приказа министерства транспорта Украины N 214. Податель жалобы не согласен с выводом суда первой инстанции о том, что Палмали Шиппинг С.А. целесообразно было заключать договор напрямую с ООО "Палмали", Республика Крым, без участия должника. В обоснование своей позиции апеллянт указывает, что заключение прямого договора невозможно, так как после присоединения Республики Крым к РФ к Палмали Шиппинг С.А. были бы применены международные санкции и на территории республики отсутствуют банковские учреждения, которые могут осуществлять валютные операции в иностранной валюте.
В отзыве на апелляционную жалобу ИП Рожков В.Ю. просит определение оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.
В отзыве на апелляционную жалобу конкурсный управляющий должника Олевинский В.Ю. просит определение оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.
Апелляционный суд в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации объявил перерыв в судебном заседании до 24.06.2019.
После перерыва судебное заседание продолжено в присутствии директора общества с ограниченной ответственностью "Палмали" Кармалёва С.А. и представителей УФНС по Краснодарского края и конкурсного управляющего должника Олевинского В.Ю.
В судебном заседании директор общества с ограниченной ответственностью "Палмали" Кармалёв С.А. поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просил определение суда отменить.
Представитель конкурсного управляющего должника Олевинского В.Ю. поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, просил определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.
Представитель УФНС по Краснодарскому краю просил определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.
Законность и обоснованность определения Арбитражного суда Ростовской области от 02.04.2019 по делу N А53-32687/2017 проверяется Пятнадцатым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, выслушав представителей участвующих в деле лиц, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба подлежит удовлетворению по следующим основаниям.
Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Ростовской области от 04.05.2018 (резолютивная часть определения объявлена 25.04.2018) заявление общества с ограниченной ответственностью "Лукойл-Бункер" признано обоснованным. В отношении общества с ограниченной ответственностью "Палмали" введена процедура, применяемая в деле о банкротстве - наблюдение, временным управляющим утвержден Латыпов Равил Умярович.
Сообщение о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликовано в газете "КоммерсантЪ" N 77 от 05.05.2018.
Решением Арбитражного суда Ростовской области от 19.11.2018 общество с ограниченной ответственностью "Палмали" признано несостоятельным (банкротом). В отношении общества с ограниченной ответственностью "Палмали" открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден Олевинский Виталий Юрьевич.
В Арбитражный суд Ростовской области 04.06.2018 (на электронный адрес суда направлено 01.06.2018) поступило заявление общества с ограниченной ответственностью "Палмали" о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 46 738 470,82 руб.
В обоснование заявления указано следующее.
1. 25.06.2014 между ООО "Палмали" (Россия) (судовладелец) и ООО "Палмали" (Республика Крым) (агент) заключено агентское соглашение N 2014/06/18, по условиям которого судовладелец номинирует агента, а агент, от имени и по поручению судовладельца, осуществляет агентское обслуживание судов, указанных в приложении к агентскому соглашению, в портах Республики Крым и Украины, включая якорные стоянки, и при проходе Керчь-Еникальского канала.
Права и обязанности агента перечислены в статье 2, а права и обязанности судовладельца в статье 3 Агентского соглашения.
Согласно пункту 4.1 агентского соглашения с учетом требований Федерального Конституционного Закона "О принятии в Российскую Федерацию Республики Крым и образовании в составе Российской Федерации новых субъектов - Республики Крым и города федерального значения Севастополя", нормативных документов Республики Крым, за выполнение агентского обслуживания агенту выплачивается агентское вознаграждение, в размерах, определенных постановлениями Кабинета Министров Украины и другими нормативными актами Украины. Дополнительные расходы агента: банковские, транспортные и почтовые расходы, расходы на связь и т.п. оплачиваются отдельно по согласованию сторон. Агентское вознаграждение и дополнительные расходы Агента включаются в дисбурсментский счет.
В пункте 4.2 агентского соглашения указан, что расчет производится в рублях, путем перечисления денежных средств на счет агента, указанный в Агентском соглашении.
Согласно пункту 9.1 агентского соглашения данное соглашение вступает в силу с момента подписания и действует по 31.12.2014 г.
Соглашением от 31.12.2014 г. срок действия агентского соглашения сторонами был продлен до 25.06.2016 г.
01.06.2015 между ООО "Палмали" (Ростов-на-Дону) (судовладелец) и ООО "Палмали" (Республика Крым) (агент) заключено дополнительное соглашение, по условиям которого стороны договорились дополнить раздел 5. "ответственность сторон" агентского соглашения N 2014/06/18 от 25.06.2014 пунктом 5.4 следующего содержания: "п. 5.4. статьи 317.1 ГК РФ в рамках настоящего соглашения не применяется (в том числе не начисляются проценты на суммы отсроченных платежей и полученных авансовых платежей".
Дополнительное соглашение является неотъемлемой частью договора N 2014/06/18 от 25.06.2014 и вступает в силу с 01.06.2015 (пункт 2 дополнительного соглашения).
Все остальные условия договора N 2014/06/18 от 25.04.2014 остаются неизменными (пункт 4 дополнительного соглашения).
14.03.2016 между ООО "Палмали" (Ростов-на-Дону) (судовладелец) и ООО "Палмали" (Республика Крым) (агент) заключено дополнительное соглашение N 1 к агентскому соглашению N 2014/06/18 от 25.06.2014, по условиям которого стороны договорились внести изменения в агентское соглашение N 2014/06/18 от 25.06.2014, а именно: 1. Раздел 10. Юридические адреса и подписи сторон: агент: ООО "Палмали", адрес: 298329, г. Керчь, шоссе Героев Сталинграда, 60-б.
Дополнительное соглашение является неотъемлемой частью договора N 2014/06/18 от 25.06.2014 и вступает в силу с 14.03.2016 (пункт 2 дополнительного соглашения).
Все остальные условия договора N 2014/06/18 от 25.04.2014 остаются неизменными (пункт 4 дополнительного соглашения).
Соглашением от 24.06.2016 г. срок действия агентского соглашения был продлен до 25.06.2017 г.
В соответствии со списком счетов, неоплаченных ООО "Палмали" (Ростов-на-Дону") по состоянию на 30.06.2017 по агентскому соглашению N 2014/06/18 от 25.06.2014 составляет 35 829 356, 93 руб.
ООО "Палмали" указывает, что за период с 26.03.2015 г. по 20.02.2017 г. неоплаченная часть его расходов по обслуживанию судов и вознаграждение за оказанные услуги составляет 35 829 356,93 руб.
2. 29.09.2015 между ООО "Палмали" (агент) и ООО "Палмали" (субагент) заключен договор морского субагентирования N 09/15, предметом этого договора, заключенного между должником, в качестве агента, и заявителем, в качестве субагента, является распределение агентских функций и порядок взаимодействия при агентировании иностранных судов в портах Республики Крым, включая якорные стоянки, и при проходе Керчь-Еникальского канала. Агент (должник) назначает субагента с согласия судовладельца (фрахтователя), агент и субагент оказывают услуги судну и судовладельцу (фрахтователю), действуя от имени, по поручению и за счет последнего, как представители судовладельца (конкретного в каждом отдельном случае).
Права и обязанности субагента перечислены в статье 2, а права и обязанности агента в статье 3 договора морского субагентирования.
Согласно пункту 4.1 договора морского субагентирования за работу субагенту выплачивается вознаграждение в следующих размерах:
за суда, следующие транзитом по Керчь-Еникальскому каналу, по курсу Центрального Банка Российской Федерации на момент выставления соответствующего счета, из расчета 250 (двести пятьдесят) долларов США;
за судозаход в порты Республики Крым по курсу Центрального Банка Российской Федерации на момент выставления соответствующего счета, из расчета 700 долларов США
Дополнительные расходы субагента: банковские, транспортные и почтовые расходы, расходы на связь, и т.п. оплачиваются отдельно по согласованию сторон. Вознаграждение и дополнительные расходы субагента включаются в дисбурсментский счет.
Согласно пункту 9.1 договора морского субагентирования данный договор вступает в силу с момента подписания и действует по 31.12.2016 г.
14.03.2016 между ООО "Палмали) (агент) и ООО "Палмали" (субагент) заключено дополнительное соглашение N 1 к договору морского субагентирования N 09/15 от 29.09.2015, по условиям которого стороны договорились внести следующие изменения в договор морского субагентирования N 09/15 от 29.09.2015, а именно: 1. Раздел 10. Юридические адреса и подписи сторон: "субагент" ООО "Палмали", адрес: 298329, г. Керчь, шоссе Героев Сталинграда, 60-б.
Дополнительное соглашение является неотъемлемой частью договора и вступает в силу с 14.03.2016 (пункт 2 дополнительного соглашения).
Все остальные условия договора остаются неизменными (пункт 4 дополнительного соглашения).
В соответствии со списком счетов, неоплаченных ООО "Палмали" (Ростов-на-Дону") по состоянию на 30.06.2017 по договору морского субагентирования N 09/15 от 29.09.2015 составляет 10 909 113, 89 руб.
Согласно акту сверки задолженности, подписанного и скрепленного оттисками печати ООО "Палмали" (Ростов-на-Дону) и ООО "Палмали (Керчь"), задолженность ООО "Палмали" (Ростов-на-Дону) перед ООО "Палмали (Керчь") по состоянию на 30.04.2018 по договору морского субагентирования N 09/15 от 29.09.2015 составляет 10 909 113, 89 руб.
ООО "Палмали" указывает, что за период с 18.10.2015 г. по 31.08.2016 г. неоплаченная часть его расходов по обслуживанию судов и вознаграждение за оказанные услуги составляет 10 909 113, 89 руб.
18.07.2017 в адрес ООО "Палмали" (Ростов-на-Дону) направлена претензия N 81, в соответствии с которой ООО "Палмали (Керчь") указывает, что по состоянию на 30.06.2017 за ООО "Палмали" (Ростов-на-Дону) по агентскому соглашению N 2014/06/18 от 25.06.2014 образовалась задолженность в сумме 35 829 356, 93 руб., по договору морского субагантирования N 09/15 от 29.09.2015 образовалась задолженность в сумме 10 909 113, 89 руб., в связи с чем ООО "Палмали (Керчь") просит в кратчайшие сроки погасить указанную задолженность.
Направленная в адрес ООО "Палмали" (Ростов-на-Дону) претензия, содержащая требование о погашении задолженности, оставлена им без удовлетворения.
Указанные обстоятельства послужили основанием обращения в суд с рассматриваемым заявлением.
Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из следующего.
Согласно сведениям, содержащимся в ЕГРЮЛ, единственным 100%-ым участником ООО "Палмали" (Должника) является "Палмали Холдинг Ко. Лтд." (регистрационный номер С 34440, Мальта, ТАКСБИЕКС, Принцесс Элизабет Стрит, Вилла Аврора, 14-16), 100 % участником которого является Мубариз Мансимов.
Согласно сведениям, содержащимся в ЕГРЮЛ, 100 %-ым участником Заявителя ООО "Палмали" (Республика Крым, г. Керчь) является АО "Палмали Геми Хизметлери ве Аджентелик Аноним Ширкети" (местонахождения: Турция, г. Стамбул, Бешикташ, Акатлар, пр. Эбулула, городок Майя, L-Блок, N 1, регистрационный N 406371). Местонахождения и регистрационный номер этой компании полностью совпадают с аналогичными данными "Палмали Гемиджилик ве Анжентелик Аноним Ширкети", что позволяет сделать вывод о том, что эта одна и та же компания.
Как следует из материалов дела, судом было ранее установлено, в соответствии с корпоративными документами, представленными в рамках иного обособленного спора по рассмотрению требований "Палмали Гемиджилик ве Анжентелик Аноним Ширкети", Компания "Палмали Холдинг Ко. Лтд.", являющаяся 100 %-ым участником Должника, также владеет 93,09 % долей (акций) Палмали Гемиджилик ве Анжентелик Аноним Ширкети. Остальными 6,91 % долей (акций) Заявителя владеет Мубариз Мансимов, являющийся одновременно и Директором Палмали Гемиджилик ве Анжентелик Аноним Ширкети.
Соответственно, исходя из вышеизложенного, должник и ООО "Палмали" Республика Крым, имеют единых бенефициаров и принадлежат к одной группе лиц. В связи с чем, в соответствии с пунктом 1 статьи 19 Закона о банкротстве ООО "Палмали", Республика Крым, является заинтересованным лицом по отношению к должнику (ООО "Палмали).
Кроме того, как следует из представленных дело N А53-32687/2017 о банкротстве ООО "Палмали" - договоров об открытии невозобновляемой кредитной линии N 5221/452/36126 от 28.10.2013 г., N 5221/452/36127 от 28.10.2013 г., N 5221/452/36140 от 03.02.2014 г., заключенных между ОАО "Сбербанк России" и ООО "Палмали", компания "Палмали Геми Хизметлери ве Аджентелик Аноним Ширкети" (343335, г. Стамбул, район Бешикташ, микрорайон Етилер, пр. Акатлар Эбулула, жилой комплекс Мая, блок Л N 1) вместе с должником входит в состав компаний Группы (Приложения N 1 к этим договорам) и, наряду с Мансимовым Мубаризом Гурбаноглу, выдает поручительство за должника (заемщика) по договору N 5221/452/36126 от 28.10.2013 г. (пункты 9.1.4 и 9.1.6), по договору N 5221/452/36127 от 28.10.2013 г. (пункты 9.1.5 и 9.1.7) и по договору N 5221/452/36140 от 03.02.2014 г. (9.1.3 и 9.1.6).
Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2017 г. N 308-ЭС17-1556(2), в силу абзаца восьмого статьи 2 Закона о банкротстве к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия.
Суд первой инстанции посчитал, что вышеназванная правовая позиция Верховного Суда Российской Федерации в отношении заемных отношений может быть применима и к отношениям, вытекающим из иных гражданско-правовых обязательств.
В рамках рассматриваемого обособленного спора кредитор ссылается на наличие суммы задолженности должника перед ним по агентскому соглашению N 2014/06/18 от 25.06.2014 г. за услуги, оказанные в период с 26.03.2015 г. по 20.02.2017 г., и по договору морского субагентирования N 09/15 от 29.09.2015 г. за услуги, оказанные в период с 18.10.2014 г. по 31.08.2016 г.
Суд пришел к выводу, что данные правоотношения не укладываются в рамки обычных деловых взаимоотношений между двумя хозяйствующими субъектами, как если бы эти субъекты действительно были бы самостоятельными и независимыми, и носят нестандартный характер, поскольку заявитель, при наличии просроченной задолженности должника перед ним, несколько раз продлевал срок действия агентского соглашения и заключил с должником новый договор - договор морского субагентирования, продолжая оказывать услуги заявителю и наращивая долг.
Суд указал, что если бы заявитель был независимым и самостоятельным лицом, то при проявлении должной осмотрительности и осторожности, заявитель не должен был дважды продлевать срок действия агентского соглашения и заключать с должником договор морского агентирования при наличии неисполненных (просроченных) обязательств должника по уже существующему агентскому соглашению, а в случае заключения договора морского агентирования, с учетом условий о предоплате, не должен был продолжать оказывать услуги должнику и нести расходы по обслуживанию судов за свой счет, не получая никакого встречного возмещения.
Действия заявителя, продолжавшего оказывать услуги и нести расходы за должника (если таковое действительно имело место быть), не получая встречного исполнения в течение почти трёх лет, не соответствуют цели предпринимательской деятельности, установленной статьей 2 ПС РФ по извлечению прибыли, и лишены всякого экономического смысла для заявителя, если бы должник и заявитель были бы самостоятельными и независимыми хозяйствующими субъектами.
В пункте 4.1 Агентского соглашения указано, что за выполнение агентского обслуживания Агенту выплачивается агентское вознаграждение, в размерах, определенных постановлениями Кабинета Министров Украины и другими нормативными актами Украины. Дополнительные расходы агента: банковские, транспортные и почтовые расходы, расходы на связь и т.п. оплачиваются отдельно по согласованию сторон. Агентское вознаграждение и дополнительные расходы Агента включаются в дисбурсментский счет.
Из дисбурсментских счетов, переданных заявителем в дело, не понятно из какого принципа формируется размер вознаграждения заявителя, составляющий от 20 до 180 % от суммы оказанных услуг. При этом, как следует из счетов N N 102, 179, 231, 232, 248, 250, 251, 262,264,273,274 и т.д. размер вознаграждения за обслуживание двух судов находится на уровне размера вознаграждения за одно судно.
В обоснование примененных им ставок вознаграждения заявитель представил в дело Приказ Министра транспорта Украины от 27.06.1996 г. N 214 (л.д.47-55 т.26). Однако по ставкам (в долларах США), указанным в пункте 28 (плата за агентские услуги) этого приказа, исходя из объема судов, обслуженных по агентскому соглашению, по курсу ЦБ РФ, размер вознаграждения агента составит иную сумму, нежели указанную в представленных в дело заявителем дисбурсментских счетах и счетах-фактурах.
Таким образом, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что заявитель не обосновал размер и порядок расчета выставленного им к должнику агентского вознаграждения, что свидетельствует о мнимости данного агентского соглашения.
Согласно пункту 4.1 договора морского субагентирования за работу субагенту выплачивается вознаграждение, в следующих размерах:
за суда, следующие транзитом по Керчь-Еникальскому каналу, по курсу ЦБ РФ на момент выставления соответствующего счета, из расчета 250 долл. США;
за судозаход в порты Республики Крым по курсу ЦБ РФ на момент выставления соответствующего счета, из расчета 700 долл. США.
Указанные размеры вознаграждения, по сравнению с существующими на этом рынке услуг ставками, завышены в несколько раз.
Таким образом, размер вознаграждения субагента (заявителя) превышает размер вознаграждения самого агента (должника) по вышеуказанному договору агентирования N 2010/03/01-2 от 01.03.2010 г., а именно:
250 долл. США должник платит заявителю за транзит по договору морского субагентирования и 60,84 долл. США принципал платит должнику за транзит по вышеуказанному договору агентирования;
700 долл. США должник платит заявителю за судозаход по договору морского субагентирования и 530 долл. США принципал платит должнику за судозаход по вышеуказанному договору агентирования;
Суд указал, что из этого следует, что должник обслуживает суда принципала (Палмали Шиллинг С.А.), своего аффилированного лица, себе в убыток.
Суд посчитал, что принимая во внимание аффилированность должника, заявителя и Палмали ПТиииинг С.А. (принципала) установление завышенного размера вознаграждения субагента (заявителя), может являться следствием злонамеренного соглашения сторон с целью создания искусственной задолженности и получения преимущества голосов при банкротстве должника.
Суд пришел к выводу о том, что ни заявитель, ни должник, не доказали экономическую целесообразность участия должника, в качестве агента, в договоре морского субагентирования, и принятия на себя обязательств перед субагентом по оплате его вознаграждения и возмещению его расходов по агентированию не принадлежащих и не используемых должником судов. Суд указал, что было бы вполне логично Палмали Шиппинг С.А. напрямую заключить с ООО "Палмали", Республика Крым, без участия должника. Должник, в данной случае, не эксплуатируя суда и не получая никакой прибыли от их деятельности и не получив от Палмали Шиппинг С.А. в порядке предоплаты денежные средства, необходимые для обслуживания этих судов, почему-то принял на себя обязательства по договору морского субагентирования перед субагентом (заявителем) по оплате его вознаграждения и о погашении расходов, связанных с обслуживанием не принадлежащих должнику судов. Подобные действия должника никакой экономической целесообразности для должника не носили.
Учитывая, что участники данной сделки (должник и заявитель) и принципал, являются аффилированными с должником лицами, входящими в группу компаний Палмали, то в преддверии банкротства, в действиях этих лиц, по мнению суда, усматриваются элементы сговора и создания искусственной задолженности должника с целью получения контроля над процессом банкротства.
Кроме того, суд первой инстанции исходил из того, что в рамки обычных деловых взаимоотношений независимых хозяйствующих субъектов не укладывается факт того, что получая с апреля 2015 года претензии и иски от третьих лиц, и не получая от должника возмещения своих расходов и вознаграждения, заявитель продолжал оказывать должнику услуги до февраля 2017 г., наращивая долги. Заявитель, вопреки условиям агентского соглашения и договора морского субагентирования, продолжал оказывать услуги должнику, не получая встречного исполнения, что выходит за рамки должной осмотрительности и осторожности и свидетельствует об аффилированном характере взаимоотношений между должником и заявителем.
Суд указал, что совокупность перечисленных выше обстоятельств свидетельствует об отсутствии экономической целесообразности в заключении агентского соглашения и договора морского субагентирования, как для заявителя, так и для должника. В частности: оказание услуг заявителем по этим договорам длительный период в отсутствие оплаты со стороны должника, несмотря на наличие в указанных договорах условия о предоплате; неоднократное продление агентского соглашения и заключение договора морского агентирования при наличии крупной суммы задолженности должника; отсутствие в этих договорах какого-либо обеспечения исполнения обязательств должника перед заявителем и отказ сторон от начисления процентов в порядке статьи 317.1 ГК РФ; принятие должником, в качестве агента, обязательств перед заявителем (субагентом) по оплате расходов за обслуживание не принадлежащих ему судов, при отсутствии доказательств получения им этих расходов от судовладельцев (фрахтователей); оказание услуг и несение расходов без получения встречного возмещения со стороны должника, при наличии у должника многомиллиардных кредитных обязательств перед Сбербанком и залоге всех его основных средств (морских судов), крупных сумм задолженности перед налоговыми органами, ежегодном росте убытков должника согласно данным бухгалтерского баланса; длительное не предъявление к должнику исков о принудительном взыскании сумм задолженности, в том числе и после принятия судом к производству заявления о признании должника банкротом и т.д., свидетельствует об отсутствии реальной цели сторон по заключению и исполнению агентского соглашения и договора морского субагентирования и мнимости этих сделок, в связи с чем суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявленных требований.
Исследовав материалы дела по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дав правовую оценку доводам лиц, участвующих в деле, судебная коллегия признает ошибочными выводы суда первой инстанции об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленных требований ООО "Палмали" (Республика Крым), принимая во внимание нижеследующее.
Согласно статье 32 Закона о банкротстве, части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).
На основании статьи 4 Закона о банкротстве, размер денежных обязательств или обязательных платежей считается установленным, если он определен судом в порядке, предусмотренном Законом о банкротстве.
Пунктом 6 статьи 16 Закона о банкротстве установлено, что требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено настоящим пунктом.
Согласно пункту 1 статьи 100 Закона о банкротстве кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в любой момент в ходе внешнего управления. Указанные требования направляются в арбитражный суд и внешнему управляющему с приложением судебного акта или иных подтверждающих обоснованность указанных требований документов. Указанные требования включаются внешним управляющим или реестродержателем в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов.
В силу пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве установлено, что возражения относительно требований кредиторов могут быть предъявлены в арбитражный суд внешним управляющим, представителем учредителей (участников) должника или представителем собственника имущества должника - унитарного предприятия, а также кредиторами, требования которых включены в реестр требований кредиторов.
При этом требования кредиторов, по которым не поступили возражения, рассматриваются арбитражным судом для проверки их обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов. По результатам рассмотрения арбитражный суд выносит определение о включении или об отказе во включении требований кредиторов в реестр требований кредиторов. Указанные требования могут быть рассмотрены арбитражным судом без привлечения лиц, участвующих в деле о банкротстве.
Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" (далее - постановление N 35), в силу пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.
Вместе с тем, установление судом, рассматривающим дело о банкротстве, фактов злоупотребления правом, недобросовестного поведения сторон при совершении сделки, положенной в основу требования о включении в реестр требований кредиторов должника, является основанием для отказа во включении такого требования в реестр. Указанные обстоятельства входят в предмет доказывания при рассмотрении обособленного спора о включении требования кредитора в реестр требований кредиторов должника.
В соответствии со статьей 40 Закона о банкротстве кроме документов, предусмотренных Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, к заявлению кредитора прилагаются документы, подтверждающие обязательства должника перед конкурсным кредитором, а также наличие и размер задолженности по указанным обязательствам; доказательства оснований возникновения задолженности (счета-фактуры, акты, товарно-транспортные накладные и иные документы); иные обстоятельства, на которых основывается заявление кредитора. К заявлению кредитора должны быть приложены вступившие в законную силу решения суда, арбитражного суда, третейского суда, рассматривавших требование конкурсного кредитора к должнику.
При рассмотрении заявлений о включении в реестр требований кредиторов, в силу требований Закона о банкротстве, судом проверяются обоснованность заявленных требований, определяется их размер и характер.
Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).
При рассмотрении обоснованности требований кредиторов подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником.
Признавая апелляционную жалобу подлежащей удовлетворению, суд апелляционной инстанции исходит из следующего.
Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлениях от 22.07.2002 N 14-П и от 19.12.2005 N 12-П, процедуры банкротства носят публично-правовой характер; разрешаемые в ходе процедур банкротства вопросы влекут правовые последствия для широкого круга лиц (должника, текущих и реестровых кредиторов, работников должника, его учредителей и т.д.). С учетом специфики дел о банкротстве при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).
В процессе проверки обоснованности требования кредитора необходимо учитывать, что реальной целью заявления требования может быть, например, искусственное создание задолженности для последующею необоснованного включения в реестр требований кредиторов и участия в распределении имущества должника. В таком случае сокрытие действительного смысла сделок находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделки лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.
При оценке достоверности факта наличия требования, суду надлежит учитывать среди прочего следующее: обстоятельства и факты, свидетельствующие о заключении и действительности договора; оценка лиц, заключивших договор, анализ документов о финансово-хозяйственной деятельности сторон договора, отражалось ли сделка в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности, установление экономической оправданности совершаемых сделок (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного суда РФ, Верховного суда РФ от 15.09.2016 N 308-ЭС16-7060, N А32-16155/2011).
Если должник и кредитор являются аффилированными, к требованию заявителя должен быть применен более строгий стандарт доказывания, чем к обычному кредитору в деле о банкротстве. Такой заявитель должен исключить любые разумные сомнения в реальности долга, поскольку общность экономических интересов, в том числе повышает вероятность представления кредитором внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью последующего распределения конкурсной массы в пользу "дружественного" кредитора и уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю кредиторов независимых (определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 N 306-ЭС16-20056(6), от 11.09.2017 N 301-ЭС17-4784), что не отвечает стандартам добросовестного осуществления прав. При этом наличие в действиях стороны злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во взыскании долга (пункты 1 и 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац четвертый пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)").
Возможность конкурсных кредиторов в деле о банкротстве доказать необоснованность требования другого кредитора, обычно объективным образом ограничена, поэтому предъявление к ним высокого стандарта доказывания привело бы к неравенству таких кредиторов. При рассмотрении подобных споров конкурсному кредитору достаточно представить суду доказательства prima facie, подтвердив существенность сомнений в наличии долга. При этом другой стороне, настаивающей на наличии долга, не должно составлять затруднений, опровергнуть указанные сомнения, поскольку именно она должна обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.05.2014 N 1446/14).Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.
Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.
Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 Гражданского кодекса Российской Федерации, статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).
Спорные правоотношения по своей правовой природе подпадают под правовое регулирование общих норм обязательственного права, содержащихся в части первой гражданского кодекса Российской Федерации, подлежат специальному регулированию нормами главы 39, 52 части второй Гражданского кодекса Российской Федерации, а также положениям Кодекса торгового мореплавания Российской Федерации. В соответствии с пунктом 1 статьи 1005 Гражданского кодекса Российской Федерации по агентскому договору одна сторона (агент) обязуется за вознаграждение совершать по поручению другой стороны (принципала) юридические и иные действия от своего имени, но за счет принципала либо от имени и за счет принципала. В силу абзаца 1 статьи 1006 Гражданского кодекса Российской Федерации принципал обязан уплатить агенту вознаграждение в размере и в порядке, установленных в агентском договоре. Согласно пункту 1 статьи 1008 Гражданского кодекса Российской Федерации в ходе исполнения агентского договора агент обязан представлять принципалу отчеты в порядке и в сроки, которые предусмотрены договором. При отсутствии в договоре соответствующих условий отчеты представляются агентом по мере исполнения им договора либо по окончании действия договора.
В случае, если агентским договором не предусмотрено иное, к отчету агента должны быть приложены необходимые доказательства расходов, произведенных агентом за счет принципала (пункт 2 статьи 1008 Гражданского кодекса Российской Федерации).
По договору морского агентирования морской агент обязуется за вознаграждение совершать по поручению и за счет судовладельца юридические и иные действия от своего имени или от имени судовладельца в определенном порту или на определенной территории (статья 292 Кодекса торгового мореплавания Российской Федерации).
Морской агент выполняет различные формальности, связанные с приходом судна в порт, пребыванием судна в порту и выходом судна из порта, оказывает помощь капитану судна в установлении контактов с портовыми и местными властями и в организации снабжения судна и его обслуживания в порту, оформляет документы на груз, инкассирует суммы фрахта и иные причитающиеся судовладельцу суммы по требованиям, вытекающим из договора морской перевозки груза, оплачивает по распоряжению судовладельца и капитана судна суммы, подлежащие уплате в связи с пребыванием судна в порту, привлекает грузы для линейных перевозок, осуществляет сбор фрахта, экспедирование груза и совершает иные действия в области морского агентирования (пункт 1 статьи 237 Кодекса торгового мореплавания Российской Федерации в редакции, действовавшей на дату возникновения спорных правоотношений).
В соответствии с пунктом 2 статьи 237 Кодекса торгового мореплавания Российской Федерации морской агент обязан:
осуществлять свою деятельность в интересах судовладельца добросовестно и в соответствии с практикой морского агентирования;
действовать в пределах своих полномочий;
вести учет расходования средств и предоставлять судовладельцу отчеты в порядке и в сроки, которые предусмотрены договором морского агентирования.
Из приведенных норм права в совокупности следует обязанность агента иметь в наличии и предоставлять судовладельцу отчеты о расходовании средств и доказательства произведенных расходов.
В силу статьи 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.
Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных Гражданским кодексом Российской Федерации, другими законами или иными правовыми актами (пункт 1 статьи 310 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Таким образом, в предмет доказывания по требованиям о взыскании задолженности по оплате оказанных услуг входят факты:
наличия между сторонами правоотношений, вытекающих из договора;
фактического оказания услуг и их объема;
возникновения у ответчика обязательств по оплате оказанных услуг и их размера;
наличия просрочки исполнения ответчиком денежного обязательства (ненадлежащего исполнения).
Признание требования обоснованным возможно при доказанности совокупности перечисленных фактов.
В соответствии с частью 1 статьи 9 Федерального закона от 06.12.2011 N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете" (далее - ФЗ от 06.12.2011 N 402-ФЗ) каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом.
Исходя из этого, а также принимая во внимание часть 2 статьи 1 ФЗ от 06.12.2011 N 402-ФЗ, не должны приниматься к бухгалтерскому учету документы, которыми оформляются не имевшие место факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок.
В подтверждение задолженности должника перед ООО "Палмали" (Керчь) в размере 46 738 470, 82 руб., заявителем в материалы дела представлены следующие документы: договор морского субагентирования N 09/15 от 29.09.2015, агентское соглашение N 2014/06/18 от 25.06.2014, акты выполненных работ, квитанции, счета-акты, счета-фактуры, дисбурсментские счета, лоцманские квитанции, список счетов, неоплаченных ООО "Палмали" (Ростов-на-Дону") по состоянию на 30.06.2017 по агентскому соглашению N 2014/06/18 от 25.06.2014 составляет 35 829 356, 93 руб., список счетов, неоплаченных ООО "Палмали" (Ростов-на-Дону") по состоянию на 30.06.2017 по договору морского субагентирования N 09/15 от 29.09.2015 составляет 10 909 113, 89 руб., а также акт сверки задолженности, подписанный и скрепленный оттисками печати ООО "Палмали" (Ростов-на-Дону) и ООО "Палмали" (Керчь).
Кроме того, в материалы дела представлена копия письма ФГУП "РОСМОРПОРТ" от 16.08.2018 N 07-05/1185, согласно которой ФГУП "РОСМОРПОРТ" подтвердило проход спорных судов под агентированием ООО "Палмали" (Керчь) по Керчь-Еникальскому каналу за период с 25.03.2015 по 20.02.2017 с указанием даты, времени и направления движения.
В силу части 1 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном настоящим Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.
В качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, показания свидетелей, аудио- и видеозаписи, иные документы и материалы.
Статьей 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.
В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. В соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности. Признак допустимости доказательств предусмотрен положениями статьи 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Достаточность доказательств можно определить как наличие необходимого количества сведений, достоверно подтверждающих те или иные обстоятельства спора. Отсутствие хотя бы одного из указанных признаков является основанием не признавать требования лица, участвующего в деле, обоснованными (доказанными).
Оценив представленные доказательства в их совокупности в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к выводу о том, что факты оказания услуг подтверждаются материалами дела, в том числе выставленными дисбурсментскими счетами. Указанная задолженность полностью подтверждается первичными бухгалтерскими документами, приобщенными к материалам дела, а также первичными документами сторонних организаций, в том числе государственных предприятий.
Возражения конкурсного управляющего должника, основанные на аффилированности сторон, отклоняются судом апелляционной инстанции, поскольку не являются основанием для признания оспариваемых договоров мнимыми сделками, исключительно с целью искусственного формирования кредиторской задолженности, поскольку в соответствии с частью 1 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Действующее законодательство не ограничивает права лиц на заключение договоров между аффилированными лицами. Сам по себе факт аффилированности сторон спорной сделки не свидетельствует о злоупотреблении правом сторонами спорной сделки, а также об отсутствии фактического оказания услуг по заключенным договорам.
Возражения об аффилированности заключившего договор лица при отсутствии иных фактических обстоятельств не опровергает факт наличия задолженности у должника перед кредитором.
Вопреки возражениям конкурсного управляющего должника, в рассматриваемой ситуации реальность оказания услуг не опровергнута, а доказательства погашения задолженности в материалах дела отсутствуют.
Конкурсный управляющий должника, возражая против удовлетворения заявленных требований, указал, что на протяжении длительного времени (с 2015 года) заявитель не предпринял никаких действий, направленных на реальное взыскание с должника суммы задолженности по агентскому соглашению и договору морского субагентирования (тем самым, предоставляя отсрочку исполнения обязательства на неопределенный срок), хотя обязательства по оплате расходов за обслуживание судов и вознаграждения за оказанные услуги по агентированию, как утверждает заявитель, со стороны должника не исполнялись, что не может быть объяснено с точки зрения экономической целесообразности этой сделки для Заявителя. Управляющий также ссылается на то, что прекратив оказание услуг с августа 2016 года и с февраля 2017 года, заявитель за защитой своего нарушенного права и взыскания задолженности с должника в суд не обращался, что по его мнению является нестандартным поведением для независимых хозяйствующих субъектов.
По мнению конкурсного управляющего, поддержанному судом первой инстанции, указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что стороны не имели реальных намерений исполнять агентское соглашение и договор морского субагентирования, возмещать заявителю понесенные им расходы
